Мы станем папами?!

       — Мамочка! Мамочка!! Папа и Минки стащили мою печеньку!        Бекхен отвлекся от готовки, повернувшись к своей дочке. Он склонился над маленькой девочкой и посмотрел на нее. Минджи надула щечки, указывая пальчиком в сторону гостиной, откуда слышался хохот Минки и Чанеля.        — Мамочка, папа и Минки забрали мои печеньки. Они плохие, — Бекхен улыбнулся, фанюча на свою доченьку, которая говорила все с неповторимым эгье. Он недовольно цокнул и взял личико дочки в свои ладони.        — Правда? Иди и скажи им, если они не отдадут твою печеньку, то мамочка их не будет кормить. Еще мамочка больше не будет целовать папочку, если он будет продолжать вести себя, как мудак, — улыбнулся Бек, и девочка кивнула головой, убегая к большому папочке и передавая все, как сказал милый папочка.        — Оу, ну, если подумать... милый, не говори слово "мудак" при детях. Это плохое слово.        Минджи кивнула и побежала обратно. Бекхен выслушал все, что говорила девочка, жалуясь на большого папочку и братика. Он не стал слушать, что в свое оправдание говорил Минки, а Чанель просто смеялся, наблюдая за всем этим. Бекхен хотел вернуться к готовке, но в дверь внезапно позвонили. Он подбежал и открыл. В дверях стояли все его друзья. Лухан поправлял растрепавшиеся волосы Сехуна. Кенсу поторапливал Тао, который только выходил из машины. Крис и Чонин стояли сбоку, посмеиваясь со своих парней. Сехун тоже, но его лицо находилось в ладонях Лухана.        — О, вы пришли! Заходите, — улыбнулся Бекхен, пропуская ребят внутрь.        Как только Крис вошел, послышались быстрые маленькие шажочки. Подбежали Минджи и Минки и начали драться за внимание большого высокорослого хена. Бекхен смеялся, наблюдая за всем этим, пока не подошел Чанель. Он подошел ближе к Бекхену и обнял его со спины, положив подбородок на его плечо.        — Наши детки бросили нас, — вздохнул Чанель, и Кенсу, который наконец-то привел Тао в дом, рассмеялся и пожал плечами.        — Это потому что ты бесполезный отец. Ты просиживал задницу, пока твой прекрасный муж занимался готовкой.        Бекхен выпрямился, головой спихнув Чанеля со своего плеча. Прежде чем Чанель успел среагировать, Бекхен вырвался из его объятий.        — Готовка! Боже мой, я же готовил! Это...        — Сгорело, Бекхен-хён. Даже я чувствую это, — добавил Сехун, и Бекхен показал ему язык.        — Айщ, этот ребенок. Можешь идти, я приготовлю, — Кенсу снял пальто, бросив его Чонину. Он закатал рукава и отправился на кухню вместе с Тао, который хотел помочь в приготовлении пищи.        Чонин стоял и откровенно ржал с надувшегося Бека.        — Что за лицо, Сучка-с-подводкой? Мой мужчина собирается спасти твой день, — дразнил он, за что получил по затылку от Лухана.        — Йа, КамДжонг, прикуси язык. Тут же дети, — напомнил он, и Чонин показал малявкам язык. Тем было не до него. Минки старался изо всех сил вскарабкаться на Криса по его ногам, а Минджи уже наслаждалась, сидя у большого хёна на руках.        — Ты им очень нравишься, Крис, — усмехнулся Бекхен, когда Минджи чмокнула Криса в щечку. Чанель ревностно захныкал. Бекхен засмеялся, приобнимая мужа.        — Я даже не знаю, что я сделал, чтобы заслужить столько ласки с их стороны, — признался Крис. Минджи внезапно взяла его лицо в свои маленькие ручки и повернула в свою сторону.        — Крис-аджосси! А где же наши подарочки? Что ты нам подаришь на день рождения, аджосси~? — мило спросила она (благодаря урокам по эгье, как учил ее папочка). Крис не мог устоять и улыбнулся.        — Это секретик, Минджи. Ты же любишь сюрпризики?        Минджи поморщила носик, задумалась ненадолго и ярко улыбнулась.        — Если этот подарок от Криса-аджосси, то мне нравится!        В это время Минки перестал пытаться взобраться на Криса и поплелся к Лухану, который тихо стоял возле Сехуна, наблюдая за всеми. Минки помахал ему рукой, и Лу улыбнулся.        — Омо, Минки, ты должен подстричься. Твои волосы... такие длинные и в полном беспорядке, — засмеялся Лу, протягивая руку и ероша мальчику волосы.        — Да-да, Минки, ты не должен походить на своего отца. Длинные растрепанные волосы в средней школе было худшее решение в его жизни, — хихикнул Чонин и быстро убежал в гостиную, когда Чанель погнался за ним. Держа на руках Минджи, Крис пошел за ними, желая увидеть, что будет с Чонином.        Бекхен вздохнул от удивления, прежде чем повернуться к Лухану, который строил забавные рожицы Минки, и Сехун делал то же самое, стоя позади Лу.        Сегодня был тот редкий шанс, когда все снова собрались, несмотря на напряженный график. К счастью, у Кенсу и Чонина был выходной. Тао, Сехун и Лухан закончили съемки еще утром. Чанель и Крис сами себе сделали выходной. И все это, чтобы отпраздновать первый день рождения Минки и Минджи. Визг Минджи и страдальческий вой Чонина слегка испугали ребят, и они побежали посмотреть, что произошло. Минджи сидела на плечах Чонина, истерически смеясь и хватаясь за его лицо. Чанель с гордым видом сидел неподалеку, а Крис снимал все на свой телефон. Бекхен засмеялся, наблюдая за всем этим, а потом, слегка пнув Чанеля, подошел к Чонину и попытался забрать Минджи.        — Милая моя, успокойся, ты же убьешь Чонина-аджосси. На один подарок станет меньше, понимаешь, — улыбнулся Бекхен, и Минджи испуганно на него посмотрела.        — Правда, Мамочка? Папа сказал, что можно!        — Малышка, мамочка издевается над тобой, — высунул язык Чанель и, наклонившись поближе, дал Бекхену легкий подзатыльник. Последний издал визг и схватился за место удара.        Чанель хотел продолжить поддразнивать Бекхена, но неожиданно зазвонил его телефон. Бекхен с любопытством наблюдал за Чаном, который вдруг стал серьезным. Он отошел в угол комнаты, чтобы не было так слышно криков. Бекхен пошел за ним. Он подошел сзади, встав на носочки, чтобы подслушать разговор мужа. Чанель закончил разговор прежде, чем он смог что-либо понять. Бекхен надул щечки и обернул руки вокруг талии Чанеля.        — Кто это был? — тихо спросил он, и Чанель пожал плечами, отказываясь посмотреть на Бека.        — Работа.        — Работа? Сегодня же у тебя выходной, не так ли? — напомнил ему Бекхен, и Чанель кивнул, слегка нахмурившись. Беку это совсем не понравилось. — Эй, у твоих детей сегодня первый день рождения. Ты же не собираешься уехать?        — Бек, я нужен им в компании. Это не долго. Я буду...        — Чанель, — Бекхен внезапно отстранился, прикрикнув на мужа. Сехун, Лухан, Минки, Крис, Миинджи и Чонин притихли, посмотрев в угол комнаты, чтобы понять, что происходит. Один мужчина стоял, прожигая взглядом второго, который выглядел виноватым.        — Малыш, я ненадолго, я обещаю. Они просто не могут решить некоторые проблемы без меня. Я не могу проигнорировать это.        — Это первый день рождения Минки и Минджи, — нахмурился Бекхен. Чанель подошел и взял мужа за руки.        — Я нужен им, Бекхен. Обещаю, что вернусь.        — Ты нужен своим детям. Ладно. Это, видимо, не так важно. Делай, что хочешь.        Бекхен оттолкнул Чанеля и пошел на кухню. Лухан взял детей и повел во дворик, подальше от их ругающихся родителей. Когда дети ушли, Чонин заговорил.        — Я не знаю, что произошло, но ты уходишь? — теперь уже Чонин, лежавший на полу, прожигал Чанеля взглядом.        — Звонили из компании и...        — Ой, да ладно, хён. Ты можешь сделать это завтра, — сказал Се, неодобрительно глядя на Чанеля.        — Давай я сделаю это вместо тебя? Мы как бы из одной компании, — хотел помочь Крис, но Чанель отрицательно покачал головой.        — Нет. Они сказали, что это очень срочно и что я должен быть один, чтобы сделать это... что мне делать с Бекхеном? Он злится, — Чанель ногой ткнул Чонина, который продолжал валяться на полу, в ребра, когда услышал доносящиеся из кухни слова Бекхена: "Он такой придурок!". Сразу после этого все в комнате услышали ответ Кенсу: "Положи нож, сука".        — Ага, он злится, но ты уже ничего не сможешь сделать. Ты уже все испортил. Иди сделай все, что надо, и возвращайся пораньше. Потом извинись.        Чанель тяжело вздохнул, прежде чем встать и взять куртку.        — Я пошел. Эм... не могли бы вы, э-э, попробовать сделать так, чтобы Бекхен и дети улыбались?        Все кивнули, и Чанель немного улыбнулся. Он пошел к выходу, заглянув напоследок на кухню, чтобы посмотреть, как Бекхен.

~xoxo~

       К несчастью, поездка Чанеля растянулась на часы. Дома он оказался, когда уже стемнело. Машин ребят уже не было, а это плохой знак. Быстро выключив двигатель, он выскочил из машины и запер ее. Он побежал в дом, почти спотыкаясь на ступеньках их подъезда.        Он тихо открыл входную дверь и проскользнул в прихожую, аккуратно прикрыв за собой дверь. Света на кухне и на заднем дворе не было, только в гостиной. Чанель на цыпочках подошел ближе и заглянул внутрь. На диване свернувшись калачиком лежал его Бекхен. Голова парня покоилась на спинке дивана под неестественным углом, отчего Чанелю и самому стало неудобно. Он понял, что Бекхен ждал его все это время. Он старался как можно тише подойти к Бекхену, чтобы взять его на руки, но случайно зацепил лампу. Он успел вовремя ее подхватить, но шум все же разбудил Бека.        Бекхен выглядел измотанным и потерянным. Увидев Чанеля, он сначала улыбнулся, но улыбка быстро сошла на нет. Чанель хотел что-то сказать, но Бек остановил его.        — Шшш. Не говори ничего. Я иду в кровать. Ты можешь спать на диване, мне все равно, — огрызнулся Бекхен. Он был все еще зол.        Чанель быстро среагировал и словил Бекхена за руку. Бекхен остановился и посмотрела на него. Он надул щеки и выглядел как ребенок. Чанель боролся с желанием рассмеяться и решил просто притащить его в свои объятия. Бекхен сначала сопротивлялся, но через несколько секунд обнял мужа. Он окончательно растаял в его объятиях, лицом прижавшись к крепкой груди и сжимая пальцами его рубашку.        — Ты сказал, что вернешься, придурок, — прошептал Бекхен, но Чанель его услышал.        — Знаю. Прости, — прошептал Чанель, прижимая своего мужа, который крепче его обнял.        — Минджи и Минки долго ждали тебя.        — Я знаю. Прости. Я купил им еще подарочки, — сказал Чанель, начиная раскачиваться вместе с Бекхеном как будто под такт какой-то воображаемой музыке. Бекхен всегда говорил, что ненавидит танцевать, но Чанель знал, что в душе тот любит это. Особенно когда они с Чанелем танцуют медленный танец в каком-нибудь тихом месте.        — Этого мало. Ты же отец. Ты должен был быть с нами...        — Я знаю, Бекки. Прости, — Чанель мягко оттолкнул Бекхена и заставил его посмотреть на себя. Глаза Бекхена были мокрые от слез, и он все еще дулся. Чанель наклонился и мягко чмокнул его в губы.        — Я ждал тебя, ты бессердечный и злой человек, — тихо сказал Бекхен, продолжая сжимать пальцами ткань его рубашки.        — Я знаю, и я извиняюсь, — каждое слово Чанель сопровождал легкими поцелуями в носик, в губки, глазки, бровки Бекхена, который морщился, как щеночек.        — Одних извинений мало, Чанелли.        — Я знаю... но я ведь уже здесь, правильно? Я поздравлю их с днем рождения, — Чанель попытался мягко улыбнуться. Бекхен серьезно посмотрел на него, прежде чем вздохнуть и встать на цыпочки, чтобы поцеловать своего любимого. Они слились в поцелуе, и языки их завели собственный танец. Они целовались долго, их поцелуй был чувственный, пробуждающий желание. Отстранившись, когда воздуха стало не хватать, Чанель склонил голову вбок.        — Я все еще должен спать на диване, малыш?        — ...помнишь? Ты мой, поэтому должен спать со мной, — тихо пробормотал Бекхен, положив голову на плечо Чанеля.        Чанель мягко засмеялся прежде, чем положить свою голову на голову Бека. Они стояли так некоторое время, пока тонкая ладошка не поползла по крепкой груди Чанеля, слегка надавливая острыми ноготками. Он этого простого движения по коже Чанеля пробежали мурашки.        — Итак... — начал Бекхен.        — Мм?        — Ты устал?        — Нет, а что?        — Я просто... Я тоже не устал, и... И спать я уже не хочу... — голос Бекхена стал тише. Пальчиком он вырисовывал незамысловатые узоры на груди Чана, а его губы коснулись крепкой шеи мужа, заставляя того чувствовать нарастающий жар.        Чанель нервно сглотнул, прежде чем отстранить Бекхена подальше. Схватив мужа за запястье, он потянул его в сторону спальни. Бекхен захихикал, и Чанель хмуро глянул на него.        — Бекки, малыш, будь потише. И... не жалуйся, если завтра будешь хромать, — ухмыльнулся Чанель, а Бекхен в ответ только улыбнулся.        — Не буду.