Мы станем папами?!

       Бекхен сидел на кровати и ждал Чанеля, который первым побежал в душ, обосновав это тем, что не хочет ничего делать будучи немытым. Бек не возражал. Он сидел на кровати в позе лотоса и ждал под тихий звук воды, доносящийся из ванной. Честно говоря, он был все еще зол на Чанеля из-за того, что тот променял детей на гребаную работу. Он понимал, что не поехать было нельзя... но не мог избавиться от чувства предательства. В конце концов, это был первый день рождения их детишек, Минки и Минджи, а Чанеля не было рядом...        Дверь хлопнула, оповещая о том, что Чан уже вышел. Бекхен посмотрел на мужа, который вышел, вытирая волосы одним полотенцем, а второе повязав на талии.        — Ммм, а одеться? — спросил Бек.        — А смысл? — ухмыльнулся Чанель, и Бекхен почувствовал, как его щеки начали краснеть.        Опустив голову, он начал теребить полы рубашки, когда Чанель подошел ближе к кровати. Последний присел рядом с мужем и рукой повернул его лицо к себе. Бек вздохнул и отвернулся.        — Что-то не так? — спросил Чанель.        — Ты знаешь... секс не исправит того, что ты сделал, — сказал Бекхен, и в воздухе на секунду повисло молчание. Чанель ничего не делал, но уже через секунду оказался прямо напротив Бекхена, и их взгляды встретились.        — Я знаю.        — Знаешь? Ты всегда так говоришь, Чанель. Но я думаю, что ты не знаешь!        — Я все исправлю, обещаю. Тебе и детям.        — Я все еще зол. Ты угробил первый день рождения своих детей.        — Мне и так хреново. Я не хотел пропускать этот день, но на работе произошло какое-то дерьмо. Я должен был пойти, Бек. Пожалуйста, пойми меня, — Чанель наклонился ближе к мужу, нежно прикасаясь своими губами к его щеке, потом уголку губ, чувствуя, как сбилось его дыхание.        — Ты обещаешь? Ты не только ради меня должен сделать это. Но и ради детей.        — Да, конечно, я обещаю, — прошептал Чанель, продолжая исследовать губами кожу своего любимого, и в следующую секунду повалил того на кровать.        Нависнув сверху, Чанель продолжил покрывать нежную кожу Бекхена поцелуями, спускаясь от шеи к ключицам. Он покусывал и зализывал красные отметины, вызывая мурашки в теле Бекхена. Внезапно Чан засмеялся, заставив Бека симпатично нахмурить бровки.        — Эй, перестань смеяться. Ты же знаешь, что я сильно чувствительный. Дурак, — бормотал Бекхен. Чанель улыбнулся и покачал головой, продолжая покрывать поцелуями шею мужа.        Бекхен схватился за еще влажные руки Чанеля, запрокидывая голову и стараясь сдерживать вырывающиеся наружу стоны, ведь совсем не хотел разбудить детей, которые мирно спали в соседней комнате. Он чувствовал каждой клеточкой своего тела прикосновения Чанеля. Как тот скользил руками по его телу, очерчивая пальцами выступающие ребра, впалый животик, спускаясь ниже. Бекхен тихо заскулил, чувствуя руку Чанеля на своем члене.        Последний поглаживал возбуждение Бекхена, заставляя его извиваться под собой. Он избавил мужа от ненужной одежды и посмотрел на него. В приглушенном освещении можно было заметить опухшие от поцелуев губы Бекхена, его затуманенный желанием взгляд.        — Ты такой красивый, Бек...        Тот покраснел еще больше, но ничего не ответил. Вместо этого он протянул руку и развязал полотенце Чанеля. Он облизнул губки, посмотрев на эрегированный и готовый к действиям член мужа. Чанель потянулся к тумбочке, чтобы достать то, что ему нужно. Бек наблюдал, опираясь на локти и закусив нижнюю губу, как тот выдавил нужное количество смазки на свою руку.        Чанель устроился между широко раздвинутых ног Бекхена, одной рукой придерживая того за колено, а пальцами второй касаясь входа Бека. Последний вздрогнул, почувствовав холодную субстанцию. Чанель поцеловал внутреннюю сторону бедра, и Бекхен попытался расслабиться. Протолкнув один палец внутрь и почувствовав, как сжимаются стенки ануса вокруг его пальца, Чанель постарался быть как можно более осторожным. Бекхен все еще был слишком узкий. Через пару движений Чан добавил еще палец. Бек изогнулся и издал хриплый стон, сжимая руками простынь.        Чанель продолжил растягивать мужа, глядя, как тот закрыл лицо руками. Он не мог не улыбнуться, наблюдая за такой милой реакцией. Почувствовав, что его два пальца уже свободно двигаются внутри Бекхена, он добавил третий, заставив старшего громко простонать от накатившего удовольствия.        — Больно? — спросил Чанель, удивившись, как изменился голос Бекхена.        — Н-нет... продолжай... двигайся... — прошептал Бекхен. Он тяжело дышал, прикрыв одной рукой глаза, а второй надрачивая свой член.        Чанель двинул пальцами, и Бекхен выгнулся дугой, шипя от удовольствия. Младший заметил, как много смазки выделялось из члена мужа, и вынул пальцы, чем вызвал разочарованный стон Бека. Не теряя времени, Чанель надел защиту и подполз обратно к Бекхену. Последний призывно раздвинул ноги, но Чан покачал головой.        — Встань на колени, — тихим глубоким голосом произнес Чанель, глядя в глаза своему мужу. Последний почувствовал, как по его телу пронеслась сотня разрядов от некого нового чувства.        — Что?        — На колени. Давай.        — Ты имеешь ввиду... подожди, но мы так никогда... — бормотал Бекхен.        — Знаю. Поэтому я хочу сделать это, — ухмыльнулся Чанель, и сам перевернул Бекхена на живот.        Бекхен уткнулся лицом в подушку и отчасти был рад, что Чан не видит, как ему неловко в такой позе с торчащей кверху задницей. Чанель придвинул Бекхена за бедра ближе к себе и шлепнул его по попке, оставив красный след. Бекхен вскрикнул, сжав руками простынь, когда горячий член мужа вошел в него по самое основание. Чанель нагнулся, прижимаясь грудью к спине мужа и, просунув руку, коснулся истекающего смазкой члена Бекхена, начиная сразу двигаться. Бек зашипел, почувствовав прикосновение, и Чанель ухмыльнулся, начиная покрывать поцелуями спину Бекхена.        Бекхен не знал, что должен был делать. Он плавился от всех действий Чанеля. Последний грубо трахал его, одновременно нежно целуя его тело, тем самым даря неистовое наслаждение. Закусив губу, Бекхен сдерживал вырывающиеся наружу стоны. Он завел одну руку назад, схватив Чанеля за бедро и прижимаясь ближе.        Звуки шлепков, приглушенные стоны, тяжелое дыхание Чанеля и нашептывание имен друг друга заполнили комнату. Бекхен повернул голову вбок, касаясь щекой подушки, и зажмурил глаза. Теперь его стоны были слышны отчетливее. Чанеля еще больше возбуждала такая картина. Он стал сильнее вбиваться в Бекхена, доводя себя и его до желанной разрядки. Сделав еще пару толчков, они оба кончили, получив заветный оргазм. Чанель приобнял Бекхена и, не выходя из него, перевернул их обоих на бок.        — Мне очень жаль... — начал Чанель, и Бек мягко усмехнулся.        — Извинись перед детьми... не передо мной... — тихо прошептал он, нежно водя пальчиками по руке Чанеля.        — Я прощен? — с надеждой спросил Чанель. Бекхен чувствовал спиной, как бьется его сердце.        — Хм... может быть?        Чанель громко вздохнул и наконец-то вышел из Бекхена. Последний разочарованно выдохнул, почувствовав пустоту, и повернулся лицом к мужу. Он потянулся немного вверх и поцеловал Чанеля.        — Давай спать, хорошо? Я не прощу тебя только потому, что ты занялся со мной любовью, — тихо сказал Бекхен, прижавшись щекой к груди Еля.        — Я все ради вас сделаю. Обещаю.        — Хм, ты обещал... Я заставлю проглотить тебя тысячу иголок, если нарушишь обещание, — уже сонно пробормотал Бек, заставив Чанеля рассмеяться.        — Хорошо, хорошо. Я сдержу слово.        — Ну и хорошо... сейчас... ты прощен... теперь обними меня и тихо, — Бек игриво шлепнул его по руке и придвинулся ближе.        Что ж, сейчас он простил его. С ним хорошо.

~xoxo~

       Крис вошел в кабинет и заметил своего отца, сидящего на диване. Тот хмурился, пытаясь прочитать корейскую газету. Крис засмеялся и сел рядом с мужчиной.        — Пап, когда ты вернулся? Я думал, ты в Китае.        — Чанель, твой лучший друг - хороший человек, — улыбнулся Ву Энлай, похлопав сына по плечу.        — Да, конечно, — не зная, что ответить, сказал Крис.        — Он был здесь вчера, и мы окончательно решили все вопросы нашего объединения. Он продлил контракт слияния, и условия не те, которые предлагала его мать. Акции разделены шестьдесят на сорок, Ифань. Твой друг - хороший человек, — с улыбкой вторил Энлай.        Крис кивнул.        — Так вот, чем он вчера занимался... Айщ, этот идиот, — тихо рассмеялся Крис.        И в конце концов Чанель, наконец, пошел против матери. И это хорошее начало.