Личный помощник

      Половина двенадцатого. Нацу улёгся поудобнее, чуть поёрзал, перевернулся на живот. Снова перевернулся. Переполз на другую половину кровати. Убрал подушку. Хеппи пришел и лёг рядом. Новая двуспальная кровать не шла ни в какое сравнение с диваном, который стоял тут раньше: она была мягкой, удобной, не скрипела, но… Но одному в этой кровати не спалось. Одному такая кровать просто не нужна. Громкий звук сообщения резанул по ушам. Саламандр лениво дотянулся до телефона и прочел его. Люси писала, что только приехала домой, извинялась, что так и не позвонила, ведь она обещала, что они встретятся сегодня после работы, и желала спокойной ночи. Драгнилу чертовски не хватало Люси, но он же не девчонка, он не мог позволить себе капризничать и требовать от неё внимания, особенно, учитывая ситуацию. Они виделись на работе и Нацу старательно делал вид, что ему достаточно этого времени, и он всем доволен. Но нет. Не доволен и не достаточно.       Но, с другой стороны, он понимал Люси, и ни в коем случае не хотел отнимать у неё время, которое она может потратить на общение с отцом. Хотя, это и общением-то назвать сложно — состояние мистера Хартфилия оставляло желать лучшего. Немой, на две трети парализованный, реагировать на действия и слова дочери он мог только одним способом — мычать и следить за ней взглядом. Хотя качественное лечение таки давало свой результат: мистер Джудо спустя неделю уже мог самостоятельно поворачивать голову и шевелить пальцами одной руки. Люси даже рассказала, что вчера он смог удержать в пальцах карандаш и кое-как нацарапать в блокноте своё имя — а это просто невероятное достижение, учитывая его состояние и сроки, в которые он этого добился. А Люси теперь каждую свободную минутку проводила там, с отцом, и ни на какие встречи ни с какими любовниками у неё больше не было времени. Тьфу, слово-то какое мерзкое: «любовник».       Нацу в очередной раз перевернулся и протёр лицо ладонью. Надо же, как он расклеился всего за одну неделю, а что же дальше-то будет? Саламандр шумно вздохнул и быстренько настрочил ответ. Мол, ничего страшного, целую, спокойной ночи. Интересно, а как отец Люси отреагирует, если узнает, что она не только расторгла помолвку с женихом, которого он ей выбрал, но и встречается с парнем «не их круга»? Хотя, откуда же он узнает? Ведь чёрта с два Хартфилия ему признается — это просто добьёт старика, а Люси слишком сильно любит своего отца, чтобы так с ним поступать.       Ещё один неприятный нюанс напомнил о себе, больно кольнув в грудь: официального расторжения помолвки так и не произошло. Эвклиф уже недели три не появлялся в Магнолии, а на звонки отвечал нехотя и чаще вообще через секретаря. А потому весь «высший свет» Магнолии, к коему принадлежала и Люси, по-прежнему считал их женихом и невестой, и появиться на людях Нацу и Люси вместе в качестве пары было бы просто моветоном. И, хотя Хартфилия и пустила слух, что они со Стингом расстались, но, одно дело, когда мужчина заявляет, что бросает свою половинку ради секретарши, а совсем другое — девушка. Вот уж сенсация была бы для местных жёлтых изданий!       Нацу всё понимал. Старался, по крайней мере. Это ему всегда было плевать, что там думают о нём окружающие и что говорят за спиной. Но не Люси. Для неё это было важно. Она не стремилась к всеобщему признанию, к статусу светской львицы или чему-то там ещё, но и разрушать тот образ, который у неё уже был — образ сдержанной манерной леди, которая посещает великосветские «тусовки» только из необходимости поддерживать деловые связи, не хотелось. Ну а, тот факт, что она посещает их последние несколько месяцев в компании своего ассистента никого смущал, ведь появиться на таком мероприятии в одиночестве — это признак дурного тона. А в отсутствие в городе жениха, с кем ещё ей приходить. Ну не пользоваться же услугами эскорт-сервисов, в самом-то деле! Хотя, стоит заметить, что взгляды, которые бросали на Нацу в такие вечера, свидетельствовали о том, что некоторые воспринимали его именно как мальчика по вызову.       Драгнил сгреб Хеппи в охапку и прижал к себе, лёжа на боку, но своенравный кот выбрался из хозяйских объятий, залез на Нацу сверху и так и заснул, свернувшись клубочком и не давая теперь парню перевернуться. В темноте Саламандр смотрел на стену и дверь. Там, у выхода стоял собранный чемодан: завтра утром он с мисс Скарлет улетает на четыре дня в Харгеон, чтобы проконтролировать строительство и ещё кое-какие производственные процессы, а ещё провести негласную ревизию в двух отелях, принадлежащих корпорации. Ведь лицо Эльзы там уже примелькалось, а вот его, простого ассистента, ещё никто не знал, а потому можно смело пускаться в «путешествие» под видом обычного туриста. Хотя, насчёт простого ассистента — это к Нацу уже было неприменимо. Полномочия в этой поездке ему давались едва ли не наравне со Скарлет, вплоть до возможности отдавать распоряжения и права подписи в документах. Вообще-то, ехать он должен был с Люси, но, у Люси же семейные обстоятельства, и она не может покинуть Магнолию.

***

      Командировка длилась куда дольше, чем планировалось и вернулись Нацу с Эльзой и её ассистенткой почти через две недели. Это был настоящий дурдом: сначала выявили маленькое несоответствие в квартальном отчете, начали разбираться и пошло-поехало: финансовые махинации, увольнение директора Харгеонского филиала и еще нескольких сотрудников, замешанных в этом, и даже первое судебное заседание. А на их места нужно было срочно нанять новых людей или командировать кого-то из Магнолии, назначить исполняющего обязанности директора, а это тоже требовало времени и сил. Измотанный, уставший, Нацу первый день, пятницу, провалялся дома, взяв по телефону отгул, а потом взялся за отчеты, за которыми провёл все оставшиеся выходные.       На работу в понедельник Нацу едва не опоздал. И был весьма удивлён, обнаружив на столе чашку кофе. Одну. Американо с молоком, как Люси любит. Не успел парень сесть на своё место и взяться за документы, как дверь открылась и вошла Люси в сопровождении некой девушки с крупным ежедневником в руках. Хартфилия на миг замерла на пороге, словно не ожидая увидеть Нацу в кабинете, но потом всё же с невозмутимым выражением лица проследовала к своему креслу и села. Нацу же, привычно, привстал с места и плюхнулся обратно. Хотя, это была только формальность при посторонних — наедине они уже достаточно давно так не делали. Только теперь Нацу понял, почему ему в собственном кресле неудобно: кто-то поднял его выше, чем было. А девица, между тем, стояла и озадаченно смотрела на него и на начальницу.       — Оставь нас, — вдруг прозвучал голос Хартфилии, обращаясь к той девушке. Так ровно и сухо, как когда-то звучал и для Драгнила.       Нацу внимательно следил за Люси. Что-то в ней неуловимо изменилось: что-то в её поведении, выражении лица, осанке, том, как сжимает губы в тонкую линию. Саламандру она вдруг показалась какой-то отстранённой, чужой, словно это не его, а какая-то другая Люси.       Как только дверь за той девушкой закрылась, Нацу облегчённо вздохнул и подошёл к Хартфилии, чтобы поцеловать её. Как же он соскучился по ней за это время! Ведь он так уставал, что сил на болтовню по телефону не оставалось, только по делу. Но, стоило парню только подойти к Люси и наклониться, как она отвернулась и подставила щеку вместо губ. Драгнила просто ошарашил такой поворот, но виду он не подал. Чмокнул подставленную щеку и вернулся на своё место.       — Люси, я соскучился, — сказал Нацу, — мы встретимся сегодня? После работы?       Но блондинка только повела плечом и как-то неопределённо хмыкнула.       — Люси, в чём дело? — нахмурился парень.       — Прости, но ничего не получится, — сухо ответила девушка.       — Тогда завтра? Или на выходных? — настаивал Саламандр.       Парень не мог понять, почему Люси так ведёт себя. Может, обиделась? Злится? Но на что? Что он редко звонил из командировки, да и то, большей частью, по работе? Что не вышел на работу в пятницу? Что на выходных никуда не позвал? Не привёз подарок? На что, чёрт подери?! На что?!       — Ни завтра, ни после завтра, ни на выходных не получится, — отрезала Люси.       — Почему? — Искренне недоумевал Нацу. — Скажи, я что-то не так сделал? Или сказал? Обидел чем-то?       — Нет, — безразлично ответила Хартфилия и откинулась на спинку кресла.       В голосе и взгляде девушки сейчас было столько холода, что у Нацу в действительности побежали мурашки, словно от мороза.       — Мисс Хартфилия, — Нацу неосознанно перешёл на рык, — будьте добры, объясните, почему мы не можем встретиться?       — Да потому, — Люси подалась вперёд и облокотилась на стол, серьёзно глядя на своего подчинённого, — что нет никаких «мы», Нацу.       Драгнил впал в ступор от этого заявления, а Хартфилия между тем продолжила:       — Нет и никогда не было. Развлеклись и хватит, пора возвращаться в реальность, Драгнил. Я выхожу за Стинга через полтора месяца.       — Что, прости?! — Нацу подскочил с места; в груди разгорался огонь, кровь в венах закипала от негодования и обиды, — Развлеклись?! Замуж? За этого ублюдка? Ты в своём уме вообще? — в порыве злости Драгнил так толкнул стол, что Люси аж подпрыгнула на месте, но сразу же взяла себя в руки.       — А на что ты, собственно, рассчитывал? — прежним тоном спросила девушка. — Что я брошу всё и буду с тобой? Оставлю бизнес, рожу тебе троих детей и буду сидеть дома и варить тебе борщи?       — Вообще-то, мы вместе об этом мечтали! — напомнил ей Нацу, опять-таки на повышенных тонах, а потом резко развернулся, пнул кресло, мешавшее ему отойти от стола и шагнул к Люси навстречу.       — Это ты мечтал, — парировала Хартфилия, —, а я просто тебе не мешала. Но, согласись, Нацу, такой исход был предсказуем. Уверена, те, кто знает о нашей интрижке, делают ставки, на то, как долго мы протянем вместе.       — Ну давай ещё скажи, что это всё было ошибкой, и что там ещё в таких случаях говорят! — процедил сквозь зубы парень.       Злость и обида переросли в настоящую ярость, и он едва сдерживался, чтобы не сломать здесь что-нибудь. Нацу не верил собственным ушам и глазам. Это не Люси. Его Люси не может так думать и говорить. Но гнев застилал глаза и не давал мыслить рационально.       — Ошибкой? — Люси как-то неестественно рассмеялась, - нет, что ты! Ты хороший любовник, уверяю, я отлично провела время и ни о чём не жалею. Но мы не пара, Драгнил, просто прими это.       И прежде, чем Нацу успел что-либо ответить, Люси позвала ту девушку, что пришла с ней, но Саламандр даже не удосужился запомнить её имя.       — Где документы, о которых я говорила? — спросила Хартфилия у той.       — О переводе мистера Драгнила? — уточнила девица.       Теперь Нацу перекосило, но, прежде чем он успел хоть что-то сказать, ему в руки ткнули несколько листов с заголовком «Приказ» на каждом.       — Уже и замену мне нашла? — едко поинтересовался он у начальницы. По-видимому, бывшей. — Что это ещё за чертовщина? — спросил парень, просматривая бумаги. Он уже готов был подписать документы о собственном увольнении, но это были не они.       — Увольнять тебя я не хочу, мне нравится, как ты работаешь: ты толковый, исполнительный, расторопный, к тому же, достаточно перспективный. Эльза говорит, что ты вполне мог бы занимать руководящую должность, — всё это Люси говорила совершенно будничным тоном, словно это не она только что бросила Нацу. — Поэтому я предлагаю тебе на выбор несколько вакансий: две здесь, в Магнолии — можешь возглавить отдел менеджмента в первом или четвёртом филиале, и одна в Харгеоне — займёшь должность уволенного тобой же директора.       — Откупаешься от меня, что ли? — Саламандр попытался вложить как можно больше презрения в эту фразу. С виду Нацу уже взял себя в руки, но на самом деле его всего аж колотило.       — Нет, что ты, — точно так же ответила Хартфилия, — наоборот, вознаграждаю за труды. Признаю, ты хорошо постарался, чтобы получить любую из этих должностей. Ты выбирай, а я сразу же подпишу.       — Да иди ты к чёрту, — буквально выплюнул Нацу, разрывая бумаги на несколько частей.       Больше не боясь что-то разбить, он швырнул на стол рабочий телефон, за ним из сумки последовал планшет, ещё некоторые документы, а часы, которые Люси подарила ему, полетели прямиком в урну. Затем Нацу быстро дошёл до выхода из кабинета, едва не сбив свою «замену», которая даже не удосужилась выйти на конец разговора. Но в дверях всё же развернулся и сдёрнул с рукавов запонки с своими инициалами, также подарок Хартфилии, и не глядя запустил их куда-то в сторону мусорки. Попал или нет — его сейчас волновало в последнюю очередь. И, сорвав с вешалки пальто, пулей выскочил из кабинета. Не особо разбирая дорогу, и не церемонясь с теми, кто попадался на пути, он почти бегом спустился по ступенькам несколько этажей, но потом быстро вернулся на двадцать пятый и вломился в отдел кадров. Не обращая внимания на то, к чьему столу он подбежал, Нацу вытащил из принтера лист бумаги, схватил первую попавшуюся ручку и молча написал заявление по собственному желанию, а потом спешным шагом направился к выходу.       — Нацу! — раздался в спину удивлённо-испуганный голос Джувии, — Нацу, что это? Постой!       Девушка догнала его и схватила за руку, заставив обернуться, и ткнула ему в лицо его же заявление.       — Что это? — ещё раз переспросила Локсар. — ты что, обиделся, что мисс Хартфилия наняла другого ассистента? Так тебя же повышают! Да так, что никому здесь и не снилось!       В её голосе было столько искреннего удивления, что у Нацу глаз задёргался. Так вот, как Люси всё обставила! Она великодушно даёт ему повышение! Просто так, за красивые глазки! А новая девочка на его должности — это так, в качестве сюрприза!       Парень с полминуты разглядывал лицо Джувии, пытаясь что-то увидеть, хоть и сам не знал, что. А потом тряхнул головой и хрипло, но всё-таки зло, сказал:       — Мои документы и вещи пришлите по почте или передайте через Грея. — И уже в дверях, не оборачиваясь, сказал, — в гробу я видал такое повышение.