Сhapiteau

– ЧонОп, можно к тебе? Ты не спишь? – ДэХен заглядывает в трейлер акробата, но из темноты ему никто не отвечает. Шторы плотно задернуты, и в помещении царит темнота. Как оказалось, Пума не любит, когда ночью ему мешает спать хоть какой–то свет. Даже полумрак его не устраивает. Только темнота. Пума крепко спит, свернувшись в клубок, пытаясь прижать к себе одеяло как можно крепче, во сне прикрывая горло, надеясь вылечить. Администратор тихо проходит дальше и садится рядом с парнем, точнее, он практически заваливается на него – он не заметил какое–то препятствие на полу. – Надо вызвать тебе врача, если даже макне не может тебя вылечить. Нужны таблетки и уход. Мы обязательно поставим тебя на ноги, я обещаю, я сам лично займусь этим, и у тебя все будет хорошо. Ты же веришь мне, не так ли? – разговаривая со спящим акробатом, Дэ осторожно кладет ладонь на обнаженное плечо и гладит теплую кожу кончиками пальцев. – Ты поправишься, я обещаю. Будешь снова говорить и… Прости меня, что сразу не догадался о твоих чувствах. Хотя как бы я догадался? Если ты никак себя не выдавал? Просто смотрел, улыбался, а я… Глупец я, ЧонОп, постоянно искал того поклонника в темноте и не видел его. А ты каждый раз хотел, чтобы мой взгляд был устремлен на тебя. Отныне так и будет, мне бы только прощения выпросить, и все будет хорошо. Знаешь, что самое глупое? Я бы никогда не сказал тебе этого, если бы ты стоял рядом и смотрел мне в глаза. Я настоящий трус в отношениях. В серьезных отношениях, в чувствах, которые зашкаливают во мне. Я могу встречаться с парнями несколько ночей... Несколько встреч и - все. А тут такой взрыв эмоций... Странно, что ты не дал мне по голове в первый раз, ведь ты точно знал, что я переспал с ХимЧаном, что я… Прости меня? Темнота не отвечает, а акробат все так же спит, прикрывая одеялом горло. ДэХен облегченно выдыхает и, наклонившись, чмокает парня в макушку, тихо выдыхая ему на ушко: – Спасибо, что ты есть. Что на свете остался тот человек, который влюбился в меня, не смотря ни на что. Ты мне дорог, Пума, очень дорог. И ты - мой, запомни это. Никаких Джоко и Зело. Ты - мой. Дверь в трейлер закрывается через несколько секунд, а Пума медленно открывает глаза и бормочет в тишину: – Чертова бессонница, это ты во всем виновата… *** – Убери руки от моей попы… – Да ладно тебе, у тебя отличная попка. И ты так рычишь, словно я первый раз тебя касаюсь... – Мы репетируем, балда с рогами. – Вот именно, мы с тобой репетируем танго, и это будет очень сексуально смотреться на арене. Я в своем черном фраке, ты в небесно-синем кимоно… – ХимЧан крепче прижимает к себе дрессировщика, продолжая танцевать с ним танго. Но, снова наступая ему на хвост, он видит янтарные глаза, а за спиной где–то совсем близко угрожающе рычит Айс. – Прости, я не хотел… – Я тебе по голове дам! Не хотел он! – ХимЧан получает подзатыльник, и дрессировщик, сделав сальто, приземляется у края арены, усаживаясь на льва верхом. – Идиот ты, достал уже тем, что на хвост наступаешь! – Ну не хотел я, ты тоже мне всю стрелу оттоптал! – ХимЧан закуривает, снова слыша недовольный рев – ни лев, ни Джоко не любят, когда он курит. – Так, давайте без хвостов! – ДэХен отрывается от документов и внимательно смотрит на парочку диких циркачей. – Иначе вы переубиваете друг друга... И, ХимЧан, перестань его лапать. Если у тебя недотрах, так я вызову тебе шлюху. – Правда? Тогда мне блондиночку, а лучше блондина, – ухмыляется Бес и нервно сглатывает, когда Айс медленно поднимается и движется на него медленной, грузной походкой. Лев грозно рычит и, помахивая хвостом, готовится к смертельному прыжку, глядя на фокусника. – Эй, ладно–ладно, я все понял. Успокойся, Джэ, я больше не буду курить! – лев продолжает движение. – Честно, при тебе больше ни одной! – Пообещай, что больше лапать меня не будешь! – Айс издает громкий рык и бросается на брюнета, но вместо него он окунается в облако дыма, а Бес возникает позади дрессировщика и тихо выдыхает ему на ушко: – Ну уж нет, трогать я тебя буду постоянно… И тебе понравится это. Со временем, но понравится… – мягко укусив блондина за ушко и шлепнув его по попе, Бес исчезает с громких хлопком. – Балда с рогами… *** – Я не уверен в том, что это получится, – ЧжунХон ходит туда–сюда, нервно теребя свой колпак в руках. ЁнГук сидит на бортике арены в одних джинсах и ждет, когда клоун соберется с силами. – Он больной вообще, неадекватный идиот. ДэХен, я, между прочим, о тебе говорю! – клоун поднимает глаза и, перепрыгнув через бортик арены, поднимается на третий ряд, где сидит Чон и читает какие–то бумаги. Скоро будет новое шоу с новыми номерами, а он продумывает гастрольный график и составляет смету. – Что именно тебе не нравится? – шатен поднимает голову на розововолосого и недовольно приподнимает бровь. – Я уже продумал всю концепцию, а ты снова скандалишь. – Продумал?! ДэХен, ты понимаешь, что ты просишь взорвать его?! Этого медноголового, которого я уже один раз чуть не убил! Ты вообще понимаешь, что, если его металл не выдержит, я угроблю его! Я не смогу заживить рану во второй раз! – Зело кричит так, что горло начинает болеть, голос практически срывается от нервов и ужаса. Сколько лет он боялся своих сил и пытался ими не пользоваться... Сколько лет страха и паники, что не сможешь даже дотрагиваться до людей, ведь можешь убить. Можно просто изувечить людей, сделать их инвалидами, да и то - если повезет. А если нет… То он снова убьет. Просто потому что не смог контролировать свои силы. А сейчас администратор поставил номер, где он и ЁнГук работают в паре, и он взрывает его! Вот как это называется? Зело нашел только один ответ: ДэХен – придурок. – Все будет хорошо, не бойся. Все должно обойтись. Наш Банг выдерживал сильнейшие нагрузки и массы, с ним все будет нормально, можешь не волноваться. Просто выполняй свою работу и следи за тем, чтобы зрители были довольны, – безразличие ДэХена убивает, он смотрит на Зело и просто разводит руками в стороны, кивая на арену. – Возвращайся на свое место и покажи, что ты можешь. Людям нужно шоу, зрелище. Если, конечно, ты не хочешь, чтобы я вообще убрал твой номер из программы. Тогда с огнем будет выступать не только ЁнГук, но и ваш кошак… ЧжунХон хлопает глазами и, медленно кивнув, спускается вниз. Мало кто знает, что страх Джоко перед огнем никуда не пропадал. Он контролирует себя, когда находится вдали от огня, и то недолгое время. А целый номер в метре от пламени он просто не выдержит, и у него снова будет истерика. Инстинкты первобытного человека и зверя всегда играют в нем так сильно, насколько это вообще возможно, а рядом с пламенем он становится неуправляем. Из клеток могут ломануться все тигры и львы, чтобы помочь хозяину, а тот только будет пятиться назад и смотреть на пламя, не зная, что делать. – ЁнГук, ты готов? – ЧжунХон встает напротив огнеглотателя и, сняв перчатки, подготавливается к взрыву этого неотесанного Франкенштейна. «Господи, Банг, прошу, ты только выдержи. Я тогда омелы тебе по всему цирку развешу, ты только выдержи. Ладно?»