Тебя бы ко мне

Ужин Юля проворонила, поэтому, когда она дернула ручку двери в столовую, та лишь жалобно скрипнула и не поддалась. Девушка никак не могла выучить школьное расписание и нередко ей приходилось довольствоваться одиноким стаканом молока на ужин, но ей было не привыкать: вся ее спортивная жизнь проходила без сопровождения какой - либо существенной еды. Хмыкнув, Юля решила двинуться прямиком на кухню за поисками чего - нибудь съестного. В коридорах школы царила практически мертвая тишина - все ученики после сытных сырников с вареньем на ужин расползлись по своим комнатам и улеглись на мягкие кровати с блаженными улыбками на лицах. Проскользнув в узкую щелку между дверью и стеной, Юля оказалась в светлой кухне. В воздухе еще витал запах сладкой выпечки, и желудок девушки сжался в ноющий комок от голода, подступившего внезапно от столь дурманящего аромата. На столе, в хлебнице, лежали оставшиеся с ужина булочки с маком и стоял стакан с молоком. Меня как - будто ждали - улыбнулась девушка. Присев на краешек стула, Юля намазала мякиш свежим маслом и отхлебнула из стакана. В животе сразу стало тепло. Самойлова закрыла глаза и расслабилась. Сейчас ее никто не видел, поэтому можно было быть самой собой. Девушка скинула балетки и вытянула стройные ноги на соседний стул. В мутной голове послышался чей - то бархатный голос. Тогда я сделаю искусственное... теплые губы... Юля дернулась на стуле и распахнула глаза. POV.Юля. Это я с ума схожу или мне кажется? Что за образ преследует меня второй час подряд? Сейчас такое ощущение, что это и не мои мысли, а чьи - то чужие. Посторонние. Или это я за собой наблюдаю со стороны? Или я сплю опять? Дыхание сбилось. Стало душно. Юля рванула ворот рубашки и стала судорожно глотать воздух большими порциями. Сердце пульсировало где - то в горле и там же стоял комок. То ли комок слез, то ли нервов. Из открытой форточки почувствовался слабый ветерок и повеяло ночной прохладой леса. Стало чуть легче. Юля залпом осушила стакан с молоком и шумно выдохнула. Оставив на столе недоеденную булку, девушка встала и двинулась к выходу - аппетит пропал и подступила противная тошнота. Посередине помещения девушка резко остановилась и села на корточки от неожиданно резкой боли. Ноги опять напомнили о себе. Корчась, как младенец, только родившийся на Свет, Юля попыталась подняться, но ее попытки не увенчались успехом. Тогда она села на холодный кафель и заплакала. От бессилия и никчемности. От того, что руки опускались. От того, что за счастливой улыбкой скрывалась непереносимая тяжесть. Обжигающая, как крутой кипяток. По спине скатилась противная капля пота. Груди стало тесно в кружевном белье. Где - то под пупком сладко заныло. - Глаза у тебя мятные. - А у тебя иней. Иней в глазах. Как на замерзших ветках березы морозным утром. - Зато у меня губы теплые. Дрожащими пальцами по скулам. Ни один мускул не дрогнул. Холод во взгляде. А потом резкий толчок к стене. И тяжесть мощного тела. - Только не забывай дышать. Девушка вскочила и огляделась. Где она? - Тише. Ляг. - голос из темноты комнаты. Тот самый. Или не он. Юля пыталась вглядеться в полумрак. Глаза отказывались видеть от света настольной лампы, все было поддернуто пеленой тумана. Она мотнула головой и еще раз огляделась. - Ты? Только сейчас Юля поняла, что она лежит на смятом покрывале и сжимает в руке его край. Лоб был мокрым от липкой испарины, коленки потряхивало. - Тебя что - то удивляет? Ляг. Послушалась. Не было сил что - то соображать. Только вот боли больше не было. Наоборот. Тепло. И желание закрыть глаза и провалиться в сон. - Все - таки плитка без подогрева, так и простыть можно - легкая усмешка. Тут Юля заставила себя открыть глаза и сосредоточиться. Она не привыкла показывать свою слабость. Никто и никогда не должен был видеть ее слезы и боль. - Я поскользнулась и упала - огрызнулась девушка. - Поскользнулась, упала, очнулась - гипс - кривая улыбка. - Зачем ты меня притащил сюда? - Ты права. Надо было тебя там оставить. Замерзала бы до утра на ледяном кафеле. И билась бы в судорогах. - Не смей. Не смей жалеть меня - взгляд разъяренной тигрицы в сторону собеседника. Приблизился к самому лицу - дыхание слышно. Ровное. А вот Юля тщетно пыталась утихомирить свое. Срывающееся. - Смотри сюда. Это три кубика Нимесила. Лошадиная доза. Твои ноги, правда, другой меры не почувствовали бы. Так хоть опухоль спала. - С чего ты взял, что мне вообще было больно? - Я знаю. Просто знаю. Что такое ночные судороги. И иголки рядом с постелью. Чтобы до крови колоть икры. Пока не отпустит. А потом горстями глотать Анальгин. До белого налета на губах от передозы. Знаю. Что такое пот вперемешку с кровью. И сжатые до треска костяшек кулаки. Когда проигрываешь. - Ты... - Юля дотронулась до широкого плеча. - Молчи. Не надо ничего говорить. Сегодня это неважно. И завтра тоже. Это вообще неважно. Леденящий взгляд в сторону девушки. - А у тебя иней в глазах. Юля содрогнулась от своих слов. Иней? Где - то она это уже слышала... Там, во сне. Это что он? И дыхание. Почти неслышное, спокойное. Тоже его? - А у тебя мятные глаза - из тягостных раздумий, Юлю вывел этот голос. С хрипотцой. - Я уже видела тебя. Смех. Почти дъявольский. - Удивительно, правда? Ты уже неделю меня лицезреешь каждый день. - Нет. Ты не понял. Я видела тебя. Во сне. Юля удивилась себе. Раньше она не страдала всей этой романтичной фигней. Хотя, у нее и времени не было страдать ею. Гимнастика отнимала полсуток ежедневно, остальное время было посвящено богатырскому сну после тренировок до изнеможения. Глаза в глаза. Мята и иней. Холод и свежесть. Воздух звенел от напряженности между их лицами. - Дай мне сигарету. Молча закурила, отвернулась, чтобы не видеть его рядом с собой, в паре десятков сантиметров. - Так больно? - грубая рука по холодной ступне. Юля вскрикнула и округлила глаза. - Я понимаю кое - что в этом. С профессиональной, так сказать, целью интересуюсь. Похоже переломы были, да? Опять этот взгляд, выпускающий молнии ярости. - Замолчи. Я не хочу об этом говорить. Слышишь? Что ты вообще хочешь от меня? Глаза горят, грудь вздымается от частого дыхания, волосы запутались и свисают отдельными прядями на лицо. Лишь ухмылка. Скользит рукой вверх по ноге. - Замри. Девушка перестала дышать и застыла. - Дыши. Слышишь? Юля дернулась от парня. - Попробуй оттолкни меня. У тебя ведь сил не хватит. Глаза девушки сузились. В голове связные мысли закончились, оставляя только пустоту и пульс в висках от желания. - Макс, не надо. - Что? Это такая методика лечения - опять эта ухмылка. Спорить не хотелось. Что - то говорить - тоже. Рука скользнула еще выше. Юля подавилась собственным вздохом. Это стало последней каплей. Не помня себя, девушка рванула парня за плечи и улыбнулась, почувствовав его реакцию. - А теперь ты попробуй. Попробуй оттолкни меня. Максим лишь еле слышно застонал, почувствовав, как Юля запустила холодную ладонь под рубашку, проведя пальчиками по ямочкам на пояснице. - Мне кажется... - Тсс. Молчи. Сейчас только мы одни. Только ты и я. И нет этих пустых фраз. Две Вселенные столкнутся. И грянет гром. В тиши ночной.