The Game of Poisoned Shadows

— Не против задержаться на минутку? — Томмо догнал Гарри, когда тот уже добрался парадной двери, намереваясь покинуть почти опустевший бар. — Все что угодно, — кудрявый устало улыбнулся. — Тогда, пойдем со мной. Усмехнувшись, шатен последовал к узкому коридорчику, который прятал за поворотом сортир и подсобные помещения. Стайлс насвистывал кантри-мотивы, шагая вслед за голубоглазым сквозь склад с алкоголем и скудными закусками к черному ходу. — Ты любишь собак? — вставляя ключ в замок, поинтересовался Лу. — Да, всегда хотел себе четвероногого друга, только мама была против, — пожал плечами Гарри. — Тогда, мы не зря пришли, — засмеялся Томлинсон, уже выходя в объятья вечернего ветра. Кудрявый растерянно нахмурился, но последовал за новым знакомым. Первые несколько секунд парень непонимающе рассматривал боковой дворик, огражденный от переулка забором из сетки. Ворота, подъездная аллея и разгрузочная площадка для фургона с провиантом да два мусорных бака, с покрывшимися ржавчиной крышками. Ничего особенного. Но тут что-то холодное и влажное с мягким «ляп» врезалось в тыльную сторону его ладони. Содрогнувшись от неожиданности, Стайлс автоматически потянулся к кожаной кобуре, спрятанной под подолом его косухи, но встретившись взглядом с двумя большими карими глазами, наполненными наивным интересом и добротой, сразу же опустил руку. Крепкая на вид немецкая овчарка, любопытно склонив голову набок, приветливо повиливала пушистым хвостом и то и дело касалась мокрым носом кисти зеленоглазого. Не смотря на то, что пышная шерсть пса кое-где взялась клочьями, а, местами и того хуже слиплась вместе с грязью, животное не теряло своей привлекательности. — Это Джейсон, или просто Джей-Джей, и он очень хочет, чтоб ты его погладил. А в идеале — еще и пузико почесал, — объяснил Луи, не переставая улыбаться. — Твой? — Гарри ловко присел на корточки. — Нет, он был псом Сэдрика, того парня… Ну, ты понял, — промямлил шатен. — После его смерти я забрал Джейса и держал здесь, ибо родственников у Сэда не было, а в приюте немца усыпили бы уже через неделю. Правда, когда отец узнал о новом обитателе бара, пообещал выставить меня на улицу вместе с псиной, если в кратчайшие сроки я не смогу найти ему новый дом. — Кажется, я понял, к чему ты клонишь, — не сумев сдержать улыбки, кудрявый принялся почесывать холку собаки. — Ты мог бы взять его? — трепещущим надеждой голосом, поинтересовался Томмо. — Он послушный, терпеливый, приучен к выгулу дважды в день, любит плавать, знает около десятка команд, смышленый… — Окей, да, — засмеялся Стайлс чувствуя, как шершавый язык Джей-Джея прошелся по его щеке. — Меня не нужно долго уговаривать. *** Лунные лучи-призраки заполнили узкие городские улочки, заскакали по оконным стеклам и темным витринам магазинчиков, занявшим нижние этажи едва ли не каждого здания. Легкий ветерок наигрывал жуткие колыбельные, снуя сопрано меж сочными листьями, то и дело заглядывая альтами в каминные трубы. Часы, увенчивающие башенку ратуши, пробили двенадцать, от чего вороны, усевшиеся на блещущей медью крыше, с громким карканьем понеслись над городом, мягко разрезая воздух широкими крыльями. Гарри устроился в прохладных, манящих свежестью объятьях хрустящей постели. Сознание не желало уходить во власть сна, от чего парень бесцельно бродил взглядом по потолку. В который раз прокручивая в уме информацию, полученную от новых друзей, он так и не сумел понять последней фразы, брошенной Луи. О чем он должен узнать? Что может быть страннее неуловимого маньяка-варвара, снующего поблизости? Хотя, бросив взгляд на пострадавшее запястье, кудрявый нервно хмыкнул, осознавая абсурдность появления букв-царапин. Решив на время спрятать эту проблему на самую дальнюю полку своего ментального хранилища, Стайлс перевернулся на бок. Джейсон, выкупанный и расчесанный, растянулся на мягком ковре у кровати. Пес мирно посапывал в такт разбивающимся о раковину каплям, чей тихий звон долетал в комнату сквозь приоткрытые двери ванной. Про себя все еще радуясь приобретению четвероногого друга, Гарри сонно улыбнулся. Он опустил веки и принялся мысленно напевать с детства знакомую песенку, Home on the Range — нежную и усыпляющую. Когда мир сновидений легкой мглой уже падал на мысли Стайлса, громкий звук распахнувшегося окна, а затем звон битого стекла заставили его немедленно вернуться в реальность. Хватаясь за рукоять «Беретты», покоящейся на прикроватной тумбы, зеленоглазый вскочил на ноги. Очнувшийся ото сна Джей-Джей застыл в стойке, шерсть на спине и холке вздыбилась, а из пасти вылетел гортанный рык. Его широко распахнутые глаза впивались в темноту, ядом сочащуюся в комнату сквозь чудом открывшееся окно. Закусив губу, Гарри неспешно зашагал вперед, отметив, что разбилось вовсе не оконное стекло, а небольшая ваза, стоявшая на подоконнике. Парень снял оружие с предохранителя, прежде чем затаил дыхание и выглянул наружу. Пустая улица купалась в электрическом свете то и дело потрескивающих фонарей. Небольшой рой насекомых жидким облаком кружил у самой лампы, тихо жужжа, то и дело врезаясь в горячее стекло. Тротуар был пуст. Воздух тоже. Ни голосов, ни шагов, ни рева автомобильного двигателя. Только одно небольшое «но» коснулось рецепторов брюнета. Тонкий, едва уловимый запах серы с каждым легким дуновением ветра заставлял его недовольно морщиться. — Что за… Откуда этот запах? — недоумевая, пробормотал парень. Бросив взгляд на пса, Гарри отметил, что тот припал мордой к земле, недовольно зарывшись носом в высокий ворс ковра. — Тоже чувствуешь это, Джей? Поблизости не было ни аптеки, ни заправочной станции, ни, тем более, какого-либо заводика или фабрики. Запаху просто неоткуда было взяться. Разве что, кто-то зажег за углом сотню спичек разом. Но тогда, где дым? А в следующий момент он увидел это. Искрящаяся в лунных лучах фигура стояла в центре дальнего перекрестка. Ее руки были раскинуты, а голова опрокинута назад, словно она намеренно подставляла туловище беспрепятственно падающим на дорогу лучам «ночного солнца». Существо тихо рокотало, наслаждаясь поглощением серебряного света, пока небольшое облако, гонимое ветром, не поглотило луну в свои объятья. Существо выпрямилось, еще какое-то время оставалось на месте, а после плавно, будто не касалось асфальта, зашагало вверх по улице, в сторону дома Стайлса. Мгновение спустя, брюнет почувствовал, как ускорилось биение его сердца, а в висках застучал гонимый адреналином пульс. Затаив дыхание, он отступил немного от окна, дабы уйти в тень занавески, и случайно не быть замеченным странным созданием на улице. Джейсон тихо заскулил и попятился к выходу из комнаты. А запах серы становился сильнее. Зеленоглазый чувствовал, как неумолимо быстро в его сознании летят испуганные мысли, молящие своего обладателя скорее выйти вон из комнаты, запереть дверь в спальню, включить свет и телевизор, а после укрыться теплым пледом, и забраться с ногами на диван. Но вездесущее любопытство не позволяло отступить, перевешивая чашу весов под названием «Подойди, и выгляни на улицу». И Гарри выглянул, ведомый чарующим интересом и неизведанной сущностью всего в десятке метров от него. Сделав глубокий вдох, он медленно опустил глаза на освещенный фонарем кусочек тротуара. Тут же его сердце камушком полетело вниз, а кислород с громким «гух» вылетел из легких. Затуманенные белки «видения» мертвым взглядом впились в показавшееся в оконном проеме лицо кудрявого. Широкая кукольная улыбка охватила тонкие, кажется не существующие губы, обнажив ослепительно-белые зубы. Передние — крепкие, неестественно большие, а боковые и вовсе словно длинные смертельно-острые клыки тигра. Прозрачная, словно сотканная из тончайших шелков кожа обтягивала нечто такое же проницаемое, похожее на человеческий череп. Сквозь несуществующий лоб и макушку Гарри разглядел буро-серую субстанцию мозга, все еще напоминающую по форме грецкий орех. Несмело оторвав взгляд от лица ужасного гостя, он пробежался по его телу. Парень смог различить каждую кость, каждый сустав, пересохшие вены и тончайшие капилляры, пучки нервов и очертания внутренностей. Его глаза словно превратились в два рентгеновских луча. Стайлс чувствовал, как неконтролируемый ужас комом тошноты вперемешку с диким воплем подкатывает к горлу, но только плотнее сжал губы. Существо внизу принялось рокотать, протягивая свою несуществующую руку к зеленоглазому, маня его прозрачным пальцем, словно Сирена манит заблудшего в волнах непогоды моряка. Непонятный шум, отдаленно напоминающий шепот, звучащий в богатой на эхо пещере, проскользнул в черепную коробку Гарри. Он напряг слух и нервы, да только не смог выделить из шипения и повизгивания реальных слов. Где-то позади слышался беспокойный лай Джейсона, но Стайлс, словно зачарованный, продолжал всматриваться в черты существа внизу, все так же манящего его к себе. И в один миг он расслабился, сдал позиции и решился принять приглашение дивной фигуры. Чувствуя, как растворяется страх, а мышцы блаженно пульсируют наконец расслабившись, брюнет легко перекинул ногу через невысокий подоконник, расплылся в глупой улыбке и был готов соскользнуть вниз, навстречу Вечности и удивительному, да только острые зубы его четвероногого друга намертво вцепились в край его пижамных штанов. Джей-Джей с усилием рванул податливого парня на себя. *** Тихое дребезжание мобильного где-то на прикроватной тумбе словно звонкое жужжание шмеля врезалось в слух только что очнувшегося. Гарри с трудом поднял налитые свинцом веки. Мир вокруг расплывался, взгляд не желал фокусироваться ни на одном предмете. В голове стучало так, словно десятки отбойных молотков орудуют внутри его черепа. Язык сводило от сухости и горького привкуса желчи. Типичное состояние похмелья. Неужели он выпил так много? Тяжело выдохнув, кудрявый приподнялся на локтях. Щурясь от солнечного света и легких порывов ветра, бьющих прямо в лицо, он осмотрелся вокруг. Не без удивления зеленоглазый отметил, что провел ночь распластавшись на полу около Джейсона, хотя был уверен, что вечером забирался в объятия мягких подушек. Подоконник и паркет у настежь распахнутого окна почему-то оказались усеяны осколками разноцветного стекла, бывшими когда-то замысловатой вазой, по-видимому. — Наверное, я не закрыл окно на защелку и его распахнуло ветром, — сам перед собой объяснился парень. Но, как только Стайлс не без труда поднялся на ноги, его затылок пронзила острая боль, от чего он коротко вскрикнул. Но этого острого «ай» хватило, чтоб лохматый сожитель мигом распахнул свои глаза-угольки, и, неуверенно повиливая хвостом, ткнулся мокрым носом ему в ладонь. Пробежавшись пальцами по беспокойно болящему месту, брюнет обнаружил небольшую шишку, припухшую и жутко болящую. Того, как она появилась Гарри вспомнить не мог. Растерянно проведя ладонями по колючим щекам, он зашагал в ванную.