Весёлая жизнь в департаменте смерти

На следующий день мы уже сидели в одном из берлинских кофе, уплетая местные жареные сосиски. - Ну, и куда дальше? – спросила я, проглотив последний кусок. - Ам… - задумалась Эмма, водя вилкой по тарелке. - Я даже и не знаю. Может спросить у местных жнецов? Гюнтер ни разу не водил меня в департамент. - И долго нам ждать, - вздохнула я. - Вы же сами знаете… - Ну, да… Немецкие жнецы работают хорошо, мы не увидели ни одного хотя за несколько дней мы побывали в местах десяти, где кто-то умирал. Куда они пропали?! Как извлекали души?! - Ты же говорила, что видела, как они работали! – я уже начинала злиться. - Я сказала, что видела их, а про их работа ничего не говорила, - уточнила моя подчинённая, хотя от этого легче не стало. - Скучно, - вздохнула я, сидя на крыше – Хоть сама иди и работай. - Я против того, чтобы работать во время отпуска, но сейчас действительно заняться нечем, - Вальдембер стучала пальцами по черепице. - Слушай, - меня вдруг осенило. – Если ты не знаешь, где департамент, то где ты встречала Гюнтера, чтобы помогать ему? - Да здесь и встречала. Он мне говорил время, а я… - Was für eine Überraschung! Bist du das, Emma? (Вот это сюрприз! Это ты, Эмма?) – послышалось за спиной. - Günther! – Эмма Вскочила. - Ich bin froh, dich zu sehen! (Я рада тебя видеть!) - Ich wusste, dass du hierher zurück irgendwann (Я знал, что ты кого-нибудь вернёшься), - улыбнулся Гюнтер, который чем-то мне напомнил Грелля. Длинные волосы, правда собранные в тугой хвост и тёмно-синие, но… к тому же, отсутствие пиджака, как у Сатклиффа, когда он представляет себя на фотосессии. - Sie ist mein Vorgesetzter Gretta (Это мой начальник Гретта), - представила меня моя подчинённая. - Hallo, - как можно приветливее улыбнулась я, хотя смотреть на токого жнеца было довольно странно. Неужели Грелль в этом смысле не единственный? – Это всё, что я знаю на немецком. - Ничего страшного, - улыбнулся этот странный жнец. – Если Вы вё это время заботились о моей ненаглядной Эмме, то сейчас я попытаюсь отблагодарить Вас, показав все тайные уголки ночной Германии и объяснив все значения фразы: «Das ist Fantastisch!» «Он что, извращенец похуже Грелля?» - промелькнуло у меня в голове, и я пойти рефлекторно потянулась к рукоятке катаны. - Что это с ней? – удивился немецкий жнец. - Мисс Мищшелли, это была шутка, - замахала руками Эмма. – Гюнтер всегда так шутит. - Это шутки такие? – у меня чуть глаз не задёргался. - Я думала, что Вам они понравится, - Эмма загрустила. – Мистер Сатклифф же… - Не путай шутки маньяка-убийцы с шутками, у которых явно пошлые намёки! - Да ладно Вам! – нагло улыбнулся Гюнтер и поправил очки в синей шестиугольной оправе. – Не берите в голову. - Постараюсь, - вздохнула я. Остаток дня и всё ночь это немец водил нас по достопримечательностям и кофе и разговаривал с Эммой о чём-то своём, всё время на немецком. Я просто таскалась за ними, чувствуя себя лишней. Хочу на северное море! Но ближе к рассвету мы повстречали ещё одного жнеца. Он, я так поняла, пришёл сообщить о том, что выходной Гюнтера закончился, но увидел меня… и узнал… я то же узнала… как же ему хотелось придушить меня после нашей прошлой встречи… ну, я не хотела, это просто было бы весело…