Я вижу тебя (Я хочу тебя)

Хунит Эмрис не была глупа. Когда Мерлин спешно выбежал из дома, она первым делом пошла в его комнату и заглянула в телескоп, но тут же отвернулась, увидев, как он раздевается. Все шло хорошо. Мерлин снова начал улыбаться, и мать была уверена, что снова сможет завоевать его доверие. Но именно тогда снова нужно было появиться Артуру и, как всегда, все испортить. Поэтому ей пришлось вмешаться. Из всех возможных вариантов реакции Мерлина на затеянную ей перестановку побега точно не предполагалось. Слезы - может быть. Игнорирование ее - скорее всего. Но побег? Он никогда не убегал. Ее сын не был спортивным парнем. Даже когда она рыдала и всю ночь играла на старой гитаре, он не сбегал. И она гордилась своей тактикой. Перемещение мебели в гостиной не должно было вызвать такую реакцию. Хунит волновалась, что Мерлин может убежать слишком далеко, что он заблудится или забредет в плохой район, но она знала, что тот все же не был настолько глуп. Он мог бы найти дорогу домой. Он всегда приходил домой, в конце концов. Услышав сигнал смс, Хунит сразу поняла, что что-то не так. Взяв мобильный, она прочитала текст сообщения: «Останусь у Артура. Ты можешь принести одежду?» Это было начало конца. Хунит поднялась в комнату сына и посмотрела в телескоп, но шторы в спальне были задернуты. Она выругалась, стукнув кулаком по бедру. «Ну, замечательно. Твой план, Хунит, повлек за собой лишь неприятности. И что теперь?» Не было никакого способа причинить боль Артуру, не причинив ее, тем самым, Мерлину. И вынудить Пендрагона покинуть город также плохая идея, потому что у Мерлина может хватить смелости последовать за ним, или он останется здесь и будет безутешен всю оставшуюся жизнь, как и она сама. «Ну и что теперь?» Хунит нужно было время, чтобы подумать, и пока ее сын находился через дорогу, оно у нее было. Она только надеялась, что Артур не попытается промыть ему мозги больше, чем уже успел. Положив некоторую из его одежды в сумку, она приняла душ и попрактиковала свою самую лучшую улыбку перед зеркалом. Может быть, если ей повезет, они прислушаются к голосу разума, и Мерлин вернется домой. *-*-* Хунит ожидала, что дверь ей откроет Артур. Ведь если Мерлин расстроен настолько, что написал ей смс вместо того, чтобы позвонить, вполне логичным было то, что он скроется от нее где-нибудь наверху. - Хунит, - холодно поприветствовал ее Артур. Но она проигнорировала это, пытаясь казаться вежливой: - Добрый вечер, Артур. Ты рано вернулся домой. Тот молча смотрел на нее. - С Мерлином все в порядке? – спросила она. - У него была паническая атака, - ответил Пендрагон, скрестив руки на груди. - Он… - ахнула Хунит. - Ему лучше, но он пока не хочет возвращаться домой. - Могу я поговорить с ним? Артур вздохнул и посмотрел через плечо, прежде чем выйти и закрыть за собой дверь: - Он не хочет этого. Что бы ты ни сделала, это действительно его расстроило. - Я только переставила мебель в гостиной. Я понятия не имела, что он так среагирует. - Конечно же. Ты, скорее всего, рассчитывала, что он воспримет это как крик о помощи и снова начнет чувствовать себя виноватым. - Прошу прощения? - Он рассказал мне, что ты делала. Рассказал об этих странных эпизодах с воспоминаниями и том, как ты играла на гитаре его отца. Он прекрасно понимал, что ты пытаешься сделать, и просто делал вид, что все в порядке. А теперь полюбуйся, что ты наделала. Ты разбила его на миллион кусочков, и мне теперь придется восстанавливать его. Хунит окончательно потеряла над собой контроль. Она уронила сумку с вещами и накинулась на Артура с кулаками, нанося удары куда придется. Несколько ее замахов достигли цели, но она не могла сказать, куда именно попала. Он, казалось, был весь сложен из одних только мускулов, и Хунит ненавидела его за это еще больше. «Чтобы иметь возможность лучше защищать Мерлина. Нет! Мерлин мой! Мой-мой-мой-мой-мой!» - Стой! – крикнул Артур. – Хунит, клянусь Богом, я вызову полицию. Я не хочу этого делать, но я сделаю! - Давай, вызывай, мне все равно! - Хунит, ради всего… - он схватил ее за запястье, и женщина, изловчившись, ударила его в голень. – Ты думаешь, я хочу, чтобы Мерлин увидел свою мать за решеткой? Ты думаешь, я хочу, чтобы он увидел, насколько ты сумасшедшая? Черт возьми, просто иди домой! В ответ на это она ударила его коленом между ног, и Артур со стоном повалился на землю. Хунит подняла сумку с вещами: - Скажи моему сыну, что если он хочет получить свою одежду, то пускай приходит за ней сам. - Я просто… куплю… ему новую, - задыхаясь, ответил Артур. Она проигнорировала его, борясь с желанием снова пнуть блондина. Когда Хунит повернулась, чтобы уйти, она заметила кого-то в окне второго этажа. Это был Мерлин. Он выглядел так, словно она только что вырвала ему сердце. «Черт». *-*-* Артур не думал, что первый раз, когда ему придется ползти по лестнице, будет из-за того, что мать его бойфренда ударит его по яйцам. Ее колени были почти такими же костлявыми, как и у Мерлина. Эмрис все еще стоял у окна, обхватив себя руками, когда Пендрагон добрался до спальни. - Мерлин, мне так жаль. - Это не твоя вина, - глухо отозвался тот. - Я могу купить тебе новую одежду, если ты хочешь. - Мне все равно. Артур постарался откинуть нехорошее чувство, поселившееся где-то в животе, подходя поближе к парню: - Мерлин? - Я собираюсь спать, - тот отвернулся от окна, и направился к кровати. - Ты… - Можешь позвонить моему боссу и сказать, что я не смогу ходить на работу оставшуюся часть недели? Артур нахмурился. Он думал про один день, но никак не всю оставшуюся неделю. - Что ты хочешь, чтобы я сказал? Он не поверит, что ты болен, так как с тобой было все в порядке… - Мне все равно. Пендрагон вздохнул и взял с тумбочки мобильный Мерлина, пролистав контакты, пока не нашел нужный. Он сказал Килгарре, что Мерлин уехал из страны на похороны и должен вернуться только на следующей неделе. Артур сел на кровать рядом с Мерлином, тот еще не спал и даже не пытался закрыть глаза, просто лежал, тупо смотря перед собой. - Мерлин? - Ты был прав. Во всем. Она сумасшедшая. Я был таким глупым… - Нет, Мерлин, ты просто… - Я хочу побыть один. Я могу спать на диване, если ты хочешь кровать, но… - Конечно, ты можешь оставаться на кровати, Мерлин. Все, что ты хочешь. Я ведь могу также быть рабом 24/7, помнишь? Эмрис не рассмеялся. Артур встал и подхватил подушку, собираясь идти вниз, но притормозил у двери: - Это, наверное, глупый вопрос, но… как ты себя чувствуешь? Я знаю, что тебе плохо, но, насколько, по шкале от одного до полного дерьма? «Чтобы я мог знать, с чем мне предстоит иметь дело». Мерлин уткнулся лицом в подушку, так что Артур с трудом расслышал его ответ: - Я чувствую себя так, словно меня вырвали.* *-*-* Целых две недели Хунит не видела, чтобы Мерлин покидал дом. Она видела, как Артур приходил домой с целым мешком одежды, едой на вынос, продуктами, но ни разу она не видела Мерлина. Даже за шторами, которые ни разу не открылись. У Хунит практически не осталось шансов получить сына обратно. Ей повезет, если удастся хотя бы просто снова услышать его голос. Она пыталась дозвониться. Но каждый раз натыкалась лишь на голосовую почту. Так что женщина была удивлена и даже шокирована, когда в середине третьей недели Артур постучал в ее дверь. Он выглядел не очень хорошо. Хунит не могла увидеть многое в телескоп. Вблизи Артур выглядел осунувшимся. Под глазами у него залегли темные круги, а голос звучал так, словно он потерял всякую надежду. - Артур, - так же холодно, как и он ее в прошлый раз, поприветствовала она. - Хунит, я… Я не знаю, что делать. Ничего, из того, что я делал, не работает. - О чем ты? - О Мерлине. Он… я не знаю. Он просто пуст. - Пуст? - Он не говорит. Почти не ест. Его словно больше не существует, - под конец голос Артура сорвался, так что Хунит показалось, что тот вот-вот заплачет. - Я не видела, чтобы он выходил из дома, - настороженно сказал она. - Он даже из спальни не выходит, - покачав головой, ответил Артур. – Я сказал его боссу, что он покинул страну, а когда вернулся, заболел, но еще немного - и его просто уволят. - Что?! - Я… Я имел в виду то, что сказал раньше. Я не пытаюсь забрать его у тебя. Я никогда не пытался сделать это. Конечно, я хотел, чтобы он перестал зависеть от тебя, но… ты его мать… У меня никогда не было матери, но даже я знаю, что между вами существует особая связь, которую невозможно разорвать. Я никогда не хотел, чтобы ты полностью исчезла из его жизни. «Подождите, что?» - У тебя… никогда не было матери? Артур продолжил, словно она ничего не говорила: - Сейчас он нуждается в нас обоих. Я знаю, ты ненавидишь меня, да и мне ты не нравишься, но Мерлин нас объединяет, так что мы можем просто… прекратить враждовать ради него? «Мерлин нуждается во мне. Нет. Он нуждается во мне и Артуре. Но Артур не смог ему помочь. Мерлин нуждается во мне!» Хунит, казалось, слишком долго молчала, поэтому Пендрагон заговорил снова, и на этот раз его голос звучал еще отчаяннее: - Хунит, пожалуйста. Я не могу видеть его таким, - первые слезы скатились по его щекам. – Мы оба хотим, чтобы он был счастлив, поэтому, пожалуйста… Пожалуйста… - Что ты хочешь, чтобы я сделала? *-*-* Из-за тяжелых плотных штор на окнах в комнате было довольно темно, лишь тусклый красный свет еле-еле пробивался через них, так что глазам Хунит пришлось приспосабливаться, чтобы хоть что-то разглядеть в этой полутьме. Она с трудом рассмотрела тело под одеялом, но отчетливо видела темные волосы Мерлина на белой подушке. Она тихонько прикрыла за собой дверь: - Мерлин? Он мгновенно повернулся, глядя на нее: - Мама? Он выглядел еще хуже, чем Артур, и это о многом говорило. Неудивительно, что тот сказал, что не может видеть его таким. Ей самой было больно видеть сына. Все планы о том, чтобы выкрасть Мерлина при первой же удобной возможности, пошли прахом. Если то, что Артур говорил правдой, он нуждался в них обоих, чтобы снова придти в норму Игнорируя боль в груди, она изобразила свое самое лучшее материнское выражение лица и подошла к нему: - Мерлин Эмрис, как ты думаешь, что ты делаешь? Парень приподнялся, и притянув колени у груди, облокотился на изголовье кровати: - Я… - Почему Артур говорит мне, что ты не ешь и не разговариваешь? И ты не ходишь на работу? Ты вообще встаешь с кровати? Мерлин указал пальцем на туалет: - Когда я… Она была достаточно близко к нему сейчас, чтобы почувствовать запах. Сморщив нос, Хунит стащила с него одеяло: - Вставай. Немедленно в душ, и даже не думай выйти из него раньше, чем через десять минут. Отмой каждый сантиметр… Нет, каждый миллиметр тела, ты меня слышишь? - Мерлин выбрался из постели и поспешил в ванную. – И не забудь помыть голову! Дверь за ним закрылась, и Хунит принялась за наведение порядка в комнате. В первую очередь он раскрыла шторы, впуская немного света. Затем застелила кровать, взбила подушки, и занялась сумками, лежащими у шкафа. На одежде все еще были бирки, и она заметила, что вещи стоят совсем недешево. Часть ее – большая часть, на самом деле – злилась на Артура, за то, что тот так очевидно отодвигает ее на задний план, но также ей пришлось признать, что все вещи оказались очень качественными и идеально должны были подойти Мерлину. Она вытащила несколько вещей для сына, чтобы он мог выбрать, и положила их на видном месте. Затем она спустилась вниз, где Артур все еще нервно расхаживал по гостиной. - Что случилось? – спросил он, как только увидел ее. - Я отправила его в душ и собираюсь поговорить с ним, как только он закончит. Пендрагон облегченно вздохнул: - У меня даже это не получалось. - Ну да, у мам есть свои способы. «Хотя я не думаю, что ты знаешь хоть что-то об этом». Артур прикусил ноготь на большом пальце: - Как ты думаешь… - Это правда, что у тебя никогда не было матери? - Что? – Артур выглядел озадаченным. - Ранее ты сказал, что у тебя никогда не было матери. - Ох. Я… Она умерла при родах. «Ох, это ужасно». - Но у меня была сестра. Вернее, есть сестра. Она была такой же властной. Да и сейчас бывает. - Это не одно и то же, - заметила Хунит. Артур покачал головой: - Я так не думаю. «Бедняга. Он понятия не имеет, что такое материнская любовь. Как он может понять, почему я не хочу отпускать Мерлина?» - Как ты думаешь, он выйдет из спальни? – спросил Артур. - Да, - кивнула Хунит. – Иди, поставь вариться рис. Я думаю, он скоро выйдет из душа. Мерлин сидел на кровати в серых джинсах и красной футболке, когда она вернулась. Эмрис выглядел намного лучше, больше не напоминая живой скелет, хотя у него по-прежнему были синяки под глазами, впрочем, как и у Артура. Он смотрел на нее широко раскрытыми глазами, когда она подошла, чтобы сесть рядом с ним. - Что случилось, расскажи мне, Мерлин? Он проигнорировал ее вопрос: - Артур здесь? - Что? - Артур… Он все еще здесь? Ты ничего с ним не сделала? Хунит вздохнула, и погладила Мерлина по колену: - Я знаю, ты думаешь, что я какое-то чудовище, после того, что видел несколько недель назад, но я никогда не сделаю ничего, что причинит тебе боль. А боль Артуру сделает именно это. - Таким образом, он не… - Он внизу. И он почти закончил готовить обед, так что скажи мне, почему ты не выходил из этой комнаты? Мерлин уставился на нее, и его губы дрожали, когда он пытался ответить: - Я думал… Я видел, как ты ударила его, и думал, что он был прав, и ты действительно сумасшедшая. И… и я думал, может быть, я слишком быстро забыл о том, как ты похитила его, и… - Мы с Артуром пришли к соглашению, Мерлин. Это все в прошлом. - Вы… что? - Он очень беспокоился за тебя. Он пришел ко мне и плакал прямо на пороге, пока я не согласилась помочь ему. Мы попросили друг у друга прощения за прошлое поведение, включая ту историю с похищением. - Он плакал? Артур плакал? – Мерлин удивленно посмотрел на нее. Хунит усмехнулась: - Да, и это было довольно неловко и очень эмоционально. Но мы решили попробовать, по крайней мере, терпеть друг друга. - Но почему? Она взъерошила его влажные и все еще непричесанные волосы и улыбнулась: - Из-за тебя, конечно. Мы оба очень тебя любим. «Как бы я не ненавидела признавать это». - Я… Я тоже люблю вас обоих. Я не хочу, чтобы вы враждовали. - Я знаю. Артур сказал мне, что ты хотел попытаться подружить нас. Я пока не знаю, что думать об этом, но я всегда постараюсь дать тебе то, что ты хочешь, не так ли? Мерлин оживился: - Правда? - Конечно. Больше никакой лжи. И с твоей стороны тоже, - добавила она. – Грязная одежда в стирке? В самом деле? Насколько я глупа, по-твоему? Мерлин рассмеялся, а потом внезапно нахмурился. «О нет, что еще?» - Тогда ты должна знать… Я собираюсь остаться здесь. С Артуром. Сердце Хунит остановилось. Артур ничего не говорил об этом. Она вздохнула, с трудом заговорив: - Хорошо. Ты хочешь, чтобы я принесла твои вещи? Мерлин улыбнулся: - Ты можешь? Было ужасно обходиться без музыки. Я пока не уверен, что смогу вернуться домой, но мы по-прежнему можем завтракать вместе, потому что Артур рано уходит на работу, и… - Хорошо, Мерлин, помедленнее, - усмехнулась она. – Мы поговорим об этом за обедом. Прямо сейчас ты должен спуститься вниз и сказать Артуру, что с тобой все в порядке. Предпочтительно, до того, как он полностью сгрызет свои ногти. В следующее мгновение руки Мерлина обвились вокруг нее, сжимая в крепких объятиях. Она выдохнула и обняла его в ответ. - Спасибо, мам. Ты лучшая. Она потерла его спину: - Знаю дорогой, знаю. *-*-* Хунит не пошла за ним, решив, что им наверняка нужно немного побыть наедине. Она достала iPod Мерлина и положила его на тумбочку, а потом пошла в ванную. Когда, женщина, наконец, решила спуститься вниз, она заметила, как ее сын завернул на кухню. «Думаю, они сейчас разговаривают. Неужели он действительно так долго думал?» Она заглянула за угол и осмотрелась. Артур стоял перед плитой, спиной к ней. Мерлин подошел к нему сзади и обнял за талию, отчего тот дернулся. - Привет, - сказал Мерлин и поцеловал блондина в щеку. - Мерлин! – широко улыбнулся Артур. - Ты выглядишь ужасно. Извини за то, что тебе все это время пришлось спать на диване. - Все в порядке. Тебе уже лучше? - Да. Мама сказала, что вы помирились. Пендрагон пожал плечами: - Да. Ты заставил меня поволноваться, так что я просто не знал, что еще сделать. Вместо ответа Мерлин поцеловал его так яростно, что сначала блондин издал удивленный звук, впрочем, тут же перешедший в тихий стон. Артур уронил посуду, что была у него в руках, когда парень развернул его, прижимая к себе. «Это выглядит знакомо… - Балинор, я готовлю! - Еда может подождать. - Ты скажешь то же самое, когда она сгорит? - Сколько угодно, пока я могу обнимать тебя, Хун.» Голос Артура отвлек ее от воспоминаний: - Ах, Боже, Мерлин! - Просто убедился, что все по-прежнему в рабочем состоянии. Она ударила тебя очень сильно. - Все… Ой-ой, горяче! Мерлин отошел от него на два шага вправо и облокотился на столешницу. Руки Артура оказались у него на бедрах, и он снова поцеловал блондина. - Что насчет твоей матери? – спросил Артур, когда тот принялся за его шею. - Она наверху. - Мы вряд ли можем ожидать, что она пробудет там долго. И ты не забыл, что хранится у нас в спальне? «У нас в спальне» - эти слова причинили Хунит больше боли, чем она могла предположить. Женщина сглотнула, напоминая себе, что она сделает все что угодно для счастья сына. - Конечно же, нет. Не думай, что я не заметил, что ты все это время ходил в ошейнике. «Ошейник? Я видела наручники, но… Боже, я не хочу даже думать…» - Я думал, что это может поднять тебе настроение. Мерлин хмыкнул и погладил его по щеке. Другой рукой он потянул его на себя за шлевку ремня: - Надень его сегодня снова, вечером, когда она уйдет. У меня не было секса в течение двух последних недель. - Не у тебя одного, - рассмеялся в ответ Артур. «Отлично, на этом лучше остановиться». Хунит тихонько отошла обратно к лестнице, а потом с шумом вернулась. Когда она вошла на кухню, они уже не прижимались друг к другу. - Все уладили? – с улыбкой спросила она. Артур вернулся к плите, а Мерлин сидел на столешнице рядом с ним. Его губы были немного опухшими, но в остальном он выглядел нормально. - Да, - так же улыбнувшись, ответил он. – Все хорошо. - Ужин почти готов, Хунит, - сказал Артур и повернулся к Мерлину, держа в руках миску с брокколи. – Вот, поставь это на стол. Мерлин нахмурился и безвольно протянул руки: - Я не знаю, Артур, я так долго лежал в постели. Не думаю, что я достаточно силен. Я только что спустился… - Не драматизируй, Мерлин, - он толкнул миску ему в руки. Эмрис наклонился и прошептал ему на ухо, хотя Хунит все равно расслышала: - Ты себя так ведешь только потому, что я не стану тебе приказывать, пока тут моя мать. Женщина кашлянула, и подошла к ним: - Мне что-нибудь сделать? Артур посмотрел на нее через плечо: - Ох, да, конечно. Разложи вилки и ножи. Мерлин спрыгнул со столешницы: - Я сам, - и протянул Хунит миску с брокколи. Они гораздо легче. Женщина почувствовала резкий укол в сердце. «Он по-прежнему думает, что я собираюсь что-нибудь сделать». Парень достал столовые приборы из ящика, кивнул ей: - Столовая там, мам. Она прошла за ним в соседнюю комнату и поставила миску по центру стола, пока Эмрис включал свет и раскладывал приборы. - Есть определенное место, где я не должна сидеть? – спросила Хунит, глядя на простой квадратный стол с четырьмя стульями вокруг него. - Артур обычно сидит здесь, - ответил Мерлин, положив руку на один из стульев. – Я, как правило, сижу напротив него, но это, в принципе, не имеет никакого значения. - Замечательно, - улыбнулась Хунит, возвращаясь, чтобы посмотреть, не нужно ли Артуру помочь еще что-то принести к столу. Обратно в комнату она пришла с рисом, а вслед за ней вошел Артур, который принес курицу и соус, после чего они втроем сели за стол. Хунит обратила внимание, что если она сейчас же не начнет разговор, чувство неловкости, возникшее между ними, может затянуться, так как никто из парней не собирался начинать говорить первым. - Я оставила твой плеер на тумбочке в спальне. Если тебе нужно что-то еще, то я буду счастлива принести это. - Ой, спасибо! – обрадовался Мерлин. – Мне не нужно ничего такого сильно важного, кроме, разве что, моего ноутбука, - он на мгновение задумался. – Хм, и еще… Мой пояс с шипами, и гель, который я использую для укладки волос. Он посмотрел на Артура, и Хунит заметила, как тот с любопытством смотрит на него, и Мерлин решил уточнить: - Не то чтобы я собирался использовать что-то из этого в ближайшее время. Но, э-э-э… Я не хочу чтобы они затерялись среди всего остального. В общем, это то, что мне нужно больше всего. Артур с усмешкой посмотрел на него: - Ага. - Я серьезно! - Что-нибудь еще? – прервала их Хунит. - Нет, больше ничего пока в голову не приходит. Я напишу тебе, если что-нибудь вспомню, - он повернулся к Артуру. – Куда ты положил мой мобильный? - Он в, э-м-м, твоем ящике. - Ты его теперь так называешь? – рассмеявшись, спросил Мерлин. Хунит услышала звук удара, и ее сын поморщился от боли. – Эй! Не пинай меня, идиот! - Тебе наверняка потребуется зарядка, - вставила она. - О, да, еще и для iPod, - кивнул парень. – Это было бы здорово. Он вернулся к еде, но Хунит видела, что он о чем-то серьезно задумался, судя по залегшей на лбу складке. Взглянув на Артура, она поняла, что они с ним думают об одном и том же. - Что-то еще? – мягко поинтересовалась она. - Это просто… - поколебавшись, ответил он. – Ты уверена, что все в порядке? Мне трудно поверить, что ты так просто смирилась с этим, без каких-либо причин. - Я уже говорила тебе, что моя основная причина - это ты, Мерлин, - сказала она, коснувшись его руки. - Я сделаю все, чтобы ты был счастлив. Если Артур действительно делает тебя счастливым… Я могу, по крайней мере, попытаться быть менее эгоистичной. «А еще он пообещал не забирать тебя у меня». - Ты… Ты сказал это не просто так? - Поверь мне, Мерлин, если бы она не имела это в виду на самом деле, я бы не впустил ее в этот дом, - фыркнул Артур. Хунит закатила глаза и заговорщицки прошептала: - Он, безусловно, идиот, не так ли? Мерлин рассмеялся, откинувшись на спинку стула. - Итак, что насчет того, что ты больше никогда не зайдешь домой? Я передвинула мебель обратно, если это то, что тебя беспокоит. Он перестал смеяться и опустил взгляд: - Это, вроде как… не связано друг с другом. - Артур сказал, что у тебя была паническая атака. - Хм, да. - И… - Он просто был ошеломлен, - перебил ее Артур, и Мерлин вздохнул с облегчением. – Я не думаю, что он на самом деле понимал, как много времени прошло, и внезапное изменение сказалось на нем намного сильнее, чем он ожидал. - Да, именно так, - кивнул парень. - Я имею в виду, если ты всю жизнь прожил в клетке, ты не будешь стремиться вернуться в нее, понимая, что замки снова закроются за тобой. - Хорошо, тебе сейчас лучше заткнуться, - прошипел ему Мерлин. - Не говоря уже об эмоциональной травме… - Артур! – снова послышался звук удара, и Пендрагон дернулся. - Ой! Ты что, пнул меня? Мерлин проигнорировал его, обращаясь к Хунит: - Он не имел это в виду, - Артур что-то пробормотал, и тот негодующе покосился на него. Хунит же просто рассмеялась: - Все хорошо, дорогой. Я понимаю. У тебя есть столько времени, сколько тебе нужно. - Я, наверное, приду… Что ты делаешь? – Мерлин недоверчиво посмотрел на Артура, который накладывал на его тарелку еще риса. - Тебе нужно есть больше. - Я съел уже достаточно! - Ты почти ничего не ел последние недели. Одной тарелки недостаточно. - Боже мой, Артур, прекрати! Это целая гора риса! Блондин неохотно положил ложку обратно в миску: - Съешь столько, сколько сможешь, я доем остальное. - Артур, - застонал парень. - Серьезно, Мерлин, ты просто кожа да кости. Неожиданно для самой себя Хунит рассмеялась. Они были так похожи на них с Балинором. - Я не могу поверить, что ты считаешь это смешным, мам, - Мерлин выглядел так, словно она его предала, но глаза его смеялись. - Он прав, Мерлин. Ты похож на скелет. Это точно, - она подложила ему на тарелку кусок курицы. – Теперь у тебя больше белка. Все-таки, рис- это одни углеводы, и ты, скорее всего, сожжешь эту энергию сразу же, как я уйду. - Мама! - А еще тебе нужно есть побольше овощей, - добавил Артур, подложив ему брокколи. - Артур! - И чуть-чуть соуса… Мерлин уткнулся лицом себе в руки: - Боже мой, я не могу поверить, что это происходит, - простонал он. Хунит и Артур просто рассмеялись. *-*-* - Ты точно не хочешь, чтобы я осталась и помогла помыть посуду? – уже в дверях спросила Хунит. Артур покачал головой: - Все в порядке. Мерлин занимается этим, - он оглянулся и, убедившись, что парень все еще занят, сделал шаг вперед и обнял ее. – Большое спасибо. Я не знаю, чтобы я делал без тебя. Когда Пендрагон отпустил ее, Хунит выглядела удивленной, но Артур ожидал подобной реакции. Он не планировал обнимать ее или даже становиться с ней своего рода друзьями, но сегодня и так творилось много странного. - Я… Да, хорошо, кажется, из нас получилась отличная команда. По крайней мере, когда дело касается Мерлина. - Да, - усмехнулся Пендрагон. – Здорово снова видеть его улыбающимся. - Да, - Хунит и сама улыбнулась. – Позаботься о нем, ладно? - Конечно. - Тогда спокойной ночи. Как только он направился на кухню, чтобы помочь Мерлину с посудой, Артур оказался прижат спиной к двери, и парень грубо впился в его губы поцелуем. - М-мерлин, что… Тот прервал его новым поцелуем, и блондин почувствовал, как в его бедро утыкается возбужденный член. Мерлин скользнул руками под его рубашку и наклонился, посасывая мочку его уха: - Ты купил еще? Артур не сразу понял, что тот имел в виду, но вскоре сообразил что Мерлин говорит о смазке, которую они полностью израсходовали в прошлый раз. - Д-да, - выдохнул блондин, чувствуя, как Эмрис поглаживает его сосок подушечкой большого пальца. Его колени ослабели, и только руки Мерлина удерживали его в вертикальном положении. - Хорошо. Парень ухватил его за воротничок рубашки и втолкнул на кухню, ни на секунду не отстраняясь от блондина. Артур ударился спиной о край столешницы и зашипел от боли, но тут же простил Мерлина, когда тот принялся стаскивать с него рубашку. - О, Боже, Мерлин, это… - Пендрагон не мог вспомнить, чтобы когда-то раньше тот сосал его соски. Он ощущал на них щипки, зажимы, но никогда - влажное тепло языка или нежное покусывание. Когда Эмрис сунул руку ему в штаны и сжал член, Артур почувствовал, что еще немного - и он кончит. - Черт, Артур, ты такой твердый, - усмехнулся Мерлин, надавливая на головку. Блондин всхлипнул, когда тот растер капельку смазки. – И уже весь течешь, - нахально добавил он. - Ах, иди на хуй, Мерлин, ты и так знаешь, что делаешь со мной. И это было… так давно, - он с трудом выговорил это, учитывая, что одновременно пытался контролировать дыхание и дергал бедрами вперед, выгибаясь. - Да. Ты прямо уже не предлагаешь надеть на свой член кольцо, а буквально требуешь, - внезапно Мерлин остановился и посмотрел на него. – Какой сегодня день? Артур распахнул глаза: - Сегодня, хм… Четверг, кажется, - парень приподнял бровь. – Да, точно, четверг. Но почему ты спрашиваешь именно сейчас? – он боролся с желанием притянуть голову Мерлина к своей груди. - Потому что, если бы это был выходной, то я предложил бы пойти и вместе купить его, - он снова вернулся к соскам Артура, вырвав у того новый стон. – Мне хочется побывать в том магазине. Блондина захлестнуло смущение. Несколько раз он замечал на себе любопытные взгляды сотрудников, а иногда и посетителей. Артур предположил, что он просто не вписывался в какой-либо из образов привычных покупателей этого магазина. Иногда он видел там людей, ведущих своих партнеров на поводках, но он старался не слишком смотреть на них. Независимо от того, насколько хотел этого. Мысль о том, что Мерлин приведет его туда на поводке, прикрепленном к ошейнику, оказалась чертовски возбуждающей. - Это просто… Просто магазин, - выдохнул он. Мерлин ничего на это не ответил, просто расстегнул его штаны и одним движением стянул их вниз, вместе с трусами. А потом опустился на колени и облизал головку его члена, прежде чем развернуть блондина спиной к себе и руками развести его ягодицы. «О, Боже, он собирается… снова?» Мерлин действительно собирался. Даже несмотря на то, что Артур ожидал этого, он всхлипнул, когда язык парня погрузился внутрь. Пендрагон изо всех сил вцепился пальцами в столешницу и сильнее выпятил зад, буквально толкая его Мерлину в лицо. Тот же схватил его за бедра, удерживая на месте, и сам глубже зарылся лицом между двух половинок, так что Артур ощутил прикосновение холодного носа к разгоряченной коже ложбинки. «Бля-я-я, я хочу, чтобы он делал это целый день. Я хочу, чтобы он кончил в меня и слизал сперму, а потом делал это снова и снова». Мерлин не разочаровал его, когда вместе с языком внутрь скользнул палец, и сердце Артура забилось, как сумасшедшее, когда он понял, что тот действительно собирается трахнуть его. Наконец-то, две недели спустя. Подготовка была такой же быстрой, как и в прошлый раз в офисе Пендрагона, но на этот раз потому, что Мерлин был возбужден ничуть не меньше чем он. Артур услышал, как тот несколько раз провел по своему члену, а потом почувствовал влажную головку, ткнувшуюся между ягодиц, надавливающую на вход. - Мерлин, пожалуйста, - блондин дернул задницей, пытаясь насадиться на член, прежде чем успел себя остановить. - Просто хочу… Блять… Убедиться, что смазки достаточно, - выдохнул парень. - Достаточно, ее достаточно, пожалуйста. - Да-да, хорошо. Артур уткнулся лбом в столешницу и пытался дышать. Член Мерлина медленно входил в него, и Пендрагон мог лишь сдерживать стоны, пока тот не вошел больше, чем наполовину, растягивая и наполняя его. После чего парень подался назад, чтобы одним толчков вогнать в него сразу весь член. - Артур, - он почувствовал, как парень уткнулся лбом у него между лопаток и обхватил его руками вокруг груди. – Я так скучал по тебе. Ты тоже скучал по мне? Чувствовал ли ты себя пустым без моего члена, заполняющего тебя? «Не говори «пустой», не после того, как ты сам выглядел». - Я… - Артур потянулся назад, касаясь бедра Мерлина, отчего тот вздрогнул. – Да, я скучал по тебе. Не мог бы ты?.. – он многозначительно сжал задницу, и стон парня перешел в смех. - Такой нетерпеливый. Ну, хорошо. Давление между лопаток исчезло, когда Мерлин выпрямился. Его руки сильнее впились в плечи Артура, и он вышел из него почти целиком только для того, чтобы потом с силой толкнуться обратно, сходу устанавливая сумасшедший темп. Блондин оперся о столешницу локтями и с энтузиазмом подмахивал, его дыхание стало коротким и прерывистым от того, с какой силой Мерлин сотрясал его. Слишком рано ладони парня ударили по столешнице,с громким хлопком, и он, сделав еще несколько сильных толчков, со словами: «Да, Артур, ебать», - напрягся всем телом и кончил. Артур почувствовал, как сперма парня вытекает из его задницы, когда тот вышел. - Мерлин, - позвал он, потому что его самого все еще трясло от адреналина. Он практически не двигался, разве что легко толкнул Мерлина у себя за спиной, все еще пытавшегося отдышаться. - Да, я… Я знаю. Хочу чтобы ты… трахнул меня… в спальне. «Ох». - Ты готов? – спросил Мерлин. – Я так измотан, что буду в состоянии только лежать, но… - Да, все хорошо, - Артур повернулся и, взяв его за руку, повел к лестнице. – Идем. Мерлин усмехнулся и позволил ему тащить себя: - Не забудь надеть ошейник. Ведь ты должен помнить о своем месте. Артур посмотрел на него через плечо широко раскрытыми глазами: - Все, что угодно, хозяин. Четыре месяца спустя. Даже с завязанными глазами Артур знал, чем именно Мерлин проводит по его спине. Он испытывал на себе этот кожаный кнут бесчисленное количество раз. Блондин был хорошо знаком с каждой игрушкой в их арсенале. Его член дернулся в предвкушении. За последние месяцы Артур приобрел совершенный контроль над своим телом, но все равно ничего не мог поделать с тем, как сжимался его желудок всякий раз, когда кнут касался нежной кожи нижней части его живота. Однако ему удавалось удерживать себя от рывков вперед для продления этих замечательных ощущений. Он знал, что Мерлин уже скоро займется им всерьез. - Очень хорошо, Артур, - мурлыкнул парень. Его слова наполнили Пендрагона гордостью. Когда он в следующий раз услышал голос Мерлина, тот находился у него за спиной. – Похоже, скоро у меня не будет поводов наказывать тебя. И мне так нравится видеть, как ты напрягаешься и стараешься не шуметь. Единственным предупреждением, которое получил Артур, был свист кнута в воздухе, прежде чем первый удар обрушился на его спину. Он стиснул зубы, но послушно промолчал. Вдруг голая грудь Мерлина прижалась к его спине, руки парня оказались на его бедрах, и он прошептал на ухо Артуру: - Ты это любишь, да? «Да». - Ты любишь эту боль, как ничто другое, потому что знаешь, что это делает со мной. И ты любишь ощущать мои руки на своем теле, успокаивающие тебя после. Пока Мерлин говорил, его руки медленно поднимались верх по спине блондина, все выше, пока они не достигли места удара, где уже наверняка начал формироваться синяк. От его прикосновений жалящая боль начала отступать, и Артур удовлетворенно вздохнул. «Да, да, я хочу, чтобы ты сделал мне больно, а потом облегчил эту боль поцелуями, я хочу все это». Парень скользнул вбок, огибая Артура и прижимаясь к нему спереди. Но тот знал, что не стоит пытаться толкаться вперед, чтобы потереться о него своим возбужденным членом, как бы не хотелось сделать это. - Скажи мне, Артур, как ты думаешь, сколько еще ударов я дам тебе? Это была относительно безвредная ошибка. Мерлин говорил и худшие вещи после слишком большого количества выпивки, хотя он ни разу не проговорился с тех пор, как они начали встречаться. Артур повезло, что его слышали только Ланс и Гвен и всего лишь посмеялись над этим. Тем не менее, ошибка была достаточно серьезной, так что Мерлин посчитал нужным наказать его за это. И Артур не собирался спорить. Он любил все, что тот делал с ним. - Девять, - ответил Пендрагон после минутного раздумья. - И всего десять, - рассмеялся Мерлин. – Я не думаю, что этого достаточно. Должно быть, ты думаешь, что я очень жесток, - он замолчал, проведя кнутом по заднице блондина. – Хорошо. Ты получишь свои десять ударов. И еще один, потому, что мне так хочется. Сердце Артур забилось быстрее от возбуждения в ожидании наказания и той власти, что звучала в словах Эмриса. Тепло тела парня оставило его, и ему пришлось подавить дрожь. Артур едва успел справиться с собой перед следующим ударом кнута. Он все время держал свои мышцы в напряжении, и вскоре удары закончились, Пендрагон услышал звук падения кнута на пол, а после почувствовал, как Мерлин развязывает на его затылке повязку. Он продолжал держать глаза закрытыми до тех пор, пока Эмрис не велел ему открыть их. А потом долго моргал, пока глаза привыкали к яркому свету в комнате. Артур старался смотреть вперед, когда почувствовал, что на него надевают моноперчатку. Из всех их игрушек эта нравилась Мерлину больше всего. Блондин до сих пор помнил его взгляд, когда тот впервые увидел ее в магазине. Парень снова обошел его, взял за поводок и потянул к кровати. Артуру же пришлось приложить множество усилий, чтобы сохранить равновесие с руками, настолько туго стянутыми за спиной, но благодаря Мерлину у него было много практики в этом. Даже когда кровать прогнулась под его весом, ему удалось не упасть. Эмрис лег на спину и велел Артур сесть сверху. Когда он потянулся к члену блондина, чтобы погладить его, улыбка парня была чертовски распутной. - Смотри мне в глаза, Артур, - велел он, и Пендрагон буквально заставил себя смотреть только ему в глаза. Даже когда Мерлин стал быстрее двигать рукой на его члене, приближая его к оргазму, Артур не сводил взгляда с его глаз. Он мог лишь тяжело дышать, когда сперма брызнула на грудь и живот Мерлина. Тот провел пальцем по своему животу, собирая ее, и поднес палец к губам блондина. - Оближи, - велел он. – Все. Артур передвинулся назад так, чтобы иметь возможность наклониться вперед и слизать свою сперму с кожи Мерлина. Он часто моргал, но все так же старательно выполнял его предыдущий приказ, при этом лаская парня языком. Эмрис даже не пытался сдерживать свои стоны и вздохи, изо всех сил выгибая спину. Даже когда Артур закончил слизывать сперму, он продолжил целовать и облизывать живот Мерлина, мечтая уже сдвинуться вниз, чтобы иметь возможность взять в рот его член, но ждал приказа. Наконец Мерлин взялся за свой член и похлопал им по щеке блондина: - Соси. Артур буквально воспарил от счастья, принимая член в рот: «О, Боже, наконец-то». Это было трудно, с моноперчаткой, ограничивающей его. Ему приходилось полагаться только на мышцы пресса, чтобы приподниматься, и он не мог действовать так быстро, как ему хотелось. Он умоляюще посмотрел на Мерлина, надеясь, что тот сжалится и просто трахнет его в рот. Вместо этого парень схватил его за волосы и стал двигать его головой, насаживая на свой член. Артур не закрыл глаза, даже когда от боли на них выступили слезы, он просто позволил Мерлину вытереть их. А потом парень двинул бедрами вверх, заставив его принять член еще глубже, буквально подавиться им. - Вот так, молодец, - пробормотал он, и Артур понял, насколько тому нравится это. В первый раз, когда они занимались сексом, Мерлин кончил от того, что он, заглотив слишком глубоко, подавился. Эмрису явно нравилось, как много тот был рад сделать для него, и Артур нравилось пытаться вобраться в себя весь его член, целиком, неважно, насколько сильно потом будет больно ему самому. Он чувствовал себя великолепно, отдавая и принимая, зная, что это каждый раз приводит Мерлина к разрядке. И этот раз не стал исключением. Они уже разработали основное правило, по которому, после того, как они оба кончат, Артур будет свободен делать то, что захочет. Если он захочет продолжать, то Мерлин разрешит это, но будет действовать мягко и нежно. Поэтому, когда он прижался лицом к его бедру, потираясь о член, Мерлин просто развел ноги чуть шире, чтобы он мог удобнее устроиться между ними, и погладил его по волосам. Если бы только Артур мог жить между ног Мерлина, он бы остался там навсегда. Дело было не только в пьянящем запахе его яиц или члене, сейчас расслабленно покоящемся на бедре. Дело было в том, что ему казалось, что ноги Мерлина как стены, ограждают его от всего остального мира. Пендрагону все меньше и меньше приходилось заботиться о парне вне пределов их игр. Тот научился водить машину и шутить с друзьями Артура (даже с пугавшим его поначалу Персивалем), и посещал мать примерно раз в две недели. Так что Артур даже чувствовал себя неловко, сворачиваясь клубочком между его ног. Это заставляло его чувствовать себя беспомощным, но защищенным и гордым в большинстве случаев. Когда Артур начал чувствовать дискомфорт из-за моноперчатки, Мерлин освободил его, сказав, что не хочет, чтобы у того завтра на работе все болело. Он потянул блондина вверх и поцеловал. - Уже поздно? – спросил Артур. - Около половины десятого. - Думаю, нам пора спать. - Я пока не буду ложиться. Сегодня лунное затмение. Пендрагон вспомнил, что видел недавно отметку в календаре на кухне: - Да? Ты должен будешь рассказать мне о нем завтра. - Конечно. Мерлин пошел к телескопу, а Артур закопался в одеяло. Он не стал сразу закрывать глаза, еще полюбовавшись на голого парня, склонившегося над телескопом. Иногда он любил Мерлина так, что от этого становилось больно. - Мерлин? - Хм? - Ты бы не хотел поступить в университет и изучать астрономию? Парень распрямился и с любопытством посмотрел на него через плечо: - Разве после домашнего обучения туда можно поступить? - Я не думаю, что это может оказаться проблемой. - Я не знаю… Нужно много денег. Артур лишь отмахнулся: - Мы можем взять кредит, если потребуется. Так ты бы хотел? Мерлин закусил губу и кивнул: - Да. - Хорошо, я тогда поищу информацию для тебя. Но поступить в университет трудно. Это не простой процесс. Парень вздохнул и отвернулся: - Ничто не бывает просто. - Хотя я думаю, ты сможешь сделать это. Только посмотри, как далеко ты прошел с вождением. В скором времени ты сможешь уже получить лицензию. Мерлин лишь неразборчиво хмыкнул что-то, и Артур, закрыв глаза, попытался уснуть. Об этом они могли поговорить и завтра. *-*-* - Я знаю, о чем ты думаешь Артур, так что говорю сразу, что ты не уволен. Пендрагон с облегчением вздохнул от слов Леона. В течение всего дня все, кого тот вызывал, были уволены. Артур был рад, что его не увольняют, но, тем не менее, ему было интересно, зачем Леон его вызвал. - Однако тебя переведут. Мы не можем позволить себе держать тебя здесь, но… - мужчина наклонился вперед и понизил голос. – Послушай. Тебе повезло, что ты брат моей жены и, более того, мой старый друг. Это единственная причина, почему я тебя не увольняю. Но мне придется произвести некоторые изменения, поэтому… - Леон виновато пожал плечами. Артур сглотнул. Ему с трудом удалось перебороть страх и спросить: - Куда меня переведут? *-*-* - Ты знаешь, что мама не воспримет это нормально, да? - Да, знаю, - Артур устало провел рукой по лицу. - Ну, это, по крайней мере, не Ирландия, или Франция, или еще что-то, столь же далекое, - добавил Мерлин. Он не особенно стремился покинуть их дом. Дело было не только в маме, живущей через дорогу, но и во всех воспоминаниях, связанных с этим домом. – Уэльс? Точно? - Ты бы предпочел, чтобы у меня вообще не было работы? – возмутился блондин. - Они хотя бы говорят по-английски? - Вроде бы, - усмехнулся Артур. - Отлично. - Когда ты собираешься сказать ей? Мерлин прекратил ходить туда-сюда и уселся на кровать: - Когда нам нужно переезжать? - У меня есть время до конца года. Оставалось чуть больше двух месяцев. По крайней мере, это не должно было произойти до Рождества. Нет, он был уверен, что Хунит отреагирует не слишком хорошо, но если бы они уехали перед Рождеством, ее реакция была бы еще хуже. - Скажем ей на Рождество, - наконец решил Мерлин. – Ты начинай искать квартиру. Я позвоню Килгарре. *-*-* Хунит, что неудивительно, была очень расстроена, когда подошел День подарков, и Мерлин порадовался, что настоял на том, чтобы отметить в закрытом помещении. Хотя чай, похоже, был не слишком хорошей идеей. Чай был горячим. Очень. Как только парень сказал ей, она вскочила, обвиняюще ткнув пальцем в Артура: - Ты обещал! – закричала она. Мерлин спешно подскочил к ней, опуская ее руку. Она вся дрожала от ярости. - Мама, - начал он. – Это всего лишь Кардифф. Между нами не будет океана. Ты сможешь приезжать к нам, а мы к тебе. - Это не… Это… Это будет совсем не так, - прошипела она. Мерлин был вынужден повернуться к Артуру за помощью. - Я не знал, что подобное случится, Хунит, - кашлянув, сказал тот. – Я не нарушаю свое обещание. Я не отбираю его у тебя. Мы будем приезжать. Это не так уж и далеко. Хунит, казалось, успокоилась, но не слишком. Она умоляюще посмотрела на Мерлина: - А ты не мог бы… меняться? Полгода здесь, со мной, а пол года там, с ним? Эмрис боролся с гневом, который обрушился на него после этих слов. Он не был какой-то игрушкой, которую можно передавать друг другу, и он ненавидел, что его мать все еще думает о нем так. Мерлин вздохнул и покачал головой: - Нет, мам. Как, по-твоему, я смогу работать? И, кроме того, я уже поступил в университет, - он пытался успокоить ее, потирая запястье. – Все будет хорошо, вот увидишь. Она выглядела смущенной: - Университет? Парень вдруг спохватился, что не рассказал ей об этом: - Да, я буду посещать курс в университете Южного Уэльса, изучать астрономию. И мы уже выбрали квартиру… Она вдруг схватилась за грудь, и опустилась на диван, задыхаясь: - Это… Это происходит все-таки. Ты оставляешь меня. Так же, как твой отец. Мерлин сел рядом с Хунит и взял ее за плечи: - Нет, мам, между этим есть огромная разница. Он оставил тебя и больше не вернулся. Но я всегда буду у тебя. Я ведь не растворюсь в воздухе. Мы будем приезжать в гости, обещаю. Хунит молчала довольно долго. Мерлин не отпускал ее, давая знать, что он все еще здесь, все еще рядом. Он мог только догадываться, о чем мать думает. - Полагаю, ты не останешься, независимо от того, что я говорю, - наконец, сказала она. Парень кивнул. - Хорошо, если тебе нужно уехать… Уезжай. Если кто-то и может о тебе позаботиться, так это Артур. Я видела, как он нуждается в тебе, - Мерлин опустил взгляд и покраснел, а Хунит поцеловала его в макушку. – И, по крайней мере, ты наконец-то избавишься от влияния этого мальчика, Уилла. Мерлин рассмеялся, но почувствовал острую боль потери. Он будет скучать по Уиллу. Ему будет не хватать всех тех новых друзей, что у него появились. Но у него наверняка появятся новые в университете, и у него всегда будет Артур. *-*-* Больше всего в звездах Мерлину нравилось то, что они никогда не изменялись. Конечно, некоторые гасли, и за городом их было видно больше, чем в городе, но то небо, которое он видел ночью, было тем же самым небом, которое мог видеть кто угодно другой. Оно было постоянным и очень красивым. И телескоп, который Артур подарил ему на день рождения, был невероятным. Мерлин мог теперь видеть намного больше, и увеличивал он гораздо лучше, чем его предыдущий. Он мог увидеть каждый кратер на Луне, мог разобрать нечеткие кольца света вокруг некоторых звезд, которых он раньше не замечал. Парень улыбнулся, почувствовав руки Артура, обнявшего его со спины. - Я не знаю, как ты можешь стоять здесь, холодно ведь, - сказал ему на ухо блондин. - Здесь очень красивый вид, - ответил Мерлин. - С моей стороны вид тоже замечательный. - Лучше бы ты говорил не обо мне. - Нет, я имел в виду звезды, - усмехнулся Артур. – Но ты тоже замечательный, - Мерлин ткнул его локтем в бок, и тот снова рассмеялся. – Я подготовил в нашей комнате все так, как тебе нравится. Эмрис сдвинул объектив немного в сторону от Луны. «Где же?» - Что ты высматриваешь? Там одно и тоже каждую ночь. «Вот!» - Уже нашел. Посмотри, - Мерлин отстранился от телескопа, установив его в нужном положении, в то время как Артур наклонился вперед. - Что именно я должен увидеть? Я вижу звезды, но… - Присмотрись. Разве одна из них не ярче, чем другие? - Да, и что? - Это Венера. - Правда? - Да. - Ох, это… интересно. Мерлин снова пихнул его локтем: - Ладно, хорошо, я скоро приду. Разденься, нагнись над кроватью и расставь ноги пошире. Артур пошел в комнату делать так, как велел Мерлин, а тот снова наклонился к телескопу, чтобы посмотреть еще. Он как раз собирался идти в комнату, когда увидел что-то, что заставило его задохнуться. Он знал, что падающие звезды не редкость. Он знал, что они на самом деле являлись всего лишь метеоритами, сгорающими в атмосфере Земли. Он загадал желание в любом случае. «Я хочу, чтобы мама тоже нашла себе друга».