Не оглядываясь

- Блять! – Наруто ударил рукой по мягкой обивке дивана. Он лежал напротив телевизора, играя в приставку, и уже два часа подряд проигрывал. Сейчас его вновь убили. – Пятый, сука, раз! – возмущённо закричал Наруто. Такого раньше с ним не было – приставки его страсть, любимое время препровождение, ну, пожалуй, после секса, а теперь он пропускает все удары, неужто стареет? Но Узумаки не привык проигрывать, поэтому упорно начинает игру заново. Человечек на экране снова двинулся, ловко уходя от ударов противника. «Сосредоточься, сосредоточься…- твердил себе Наруто, стараясь вовремя нажимать на нужные кнопки. Но в сознании, словно фоном для всех остальных мыслей мельтешила одна единственная – Учиха. Узумаки никак не мог перестать думать об этом парне, он и ночью-то с трудом уснул, занимаясь самораспятием – ему почему-то казалось, что он был не прав и поступил как моральный урод, позволив брюнету уйти. «Я же видел, в каком состоянии он находится, блин, да только раз взглянув на него в тот момент, можно понять, что пацан готов с крыши прыгнуть, а я взял и так просто позволил ему уйти, - уже наверно в тысячный раз повторял себе блондин, сам не замечая, что мысли вновь вернулись к Саске. – Что если он действительно что-нибудь с собой сделает? Хрен знает, что у этих детей на уме! Я же себе этого не прощу…». Узумаки уже перестал удивляться, с чего это он вдруг решил, что в случае смерти парня, виноват будет он, ведь они, по сути дела, абсолютно чужие и незнакомые люди. Но какую-то тяжесть из-за того, что не остановил парня, не попытался его успокоить или хотя бы просто не поговорил о чём-нибудь, чтобы отвлечь его, Наруто всё же чувствовал. И, конечно же, его это волновало. Наруто не был бессердечным ублюдком, и желание помочь не являлось для него чем-то сверхъестественным, но дело в том, что такие угрызения совести, что всё даже валилось из рук, он чувствовал только относительно близких людей, а Учиха… «И когда же я успел записать его в свои друзья?» – Узумаки сокрушённо покачал головой, пропуская очередной удар, надпись на экране оповестила парня о проигрыше. - Сука! Чтоб тебя!.. – Наруто ударил джойстиком по дивану и, застонав, откинул голову на подушку. Пора бросать это гиблое дело – совершенно очевидно, что сегодня над Узумаки светится неоновая надпись «лузер». Прикрыв глаза, парень наконец-то немного расслабился, позволив-таки себе думать о вчерашнем знакомом. «Интересно, что же у них там произошло такого, что этот парень даже послал Учихе такое видео? Хотя, по мне, так, какая бы ситуация у них там ни была, он не имел права так поступать. Саске ещё ребёнок! Я вообще не понимаю, как этот Кимимару может с ним встречаться, педофил грёбаный...», - Узумаки больше всего возмущал этот факт, он просто не понимал, как можно добровольно взять на себя такую ответственность, ввязавшись в отношения с подростком, а потом поступить подобным образом. Это казалось ему крайне безответственным и безрассудным. «А может Саске сам спит с кем попало, и поэтому его парень решил его, так сказать, проучить? Но тогда какого хрена у Учихи была такая реакция? Если бы это было так, такое было бы для него вполне ожидаемо, и он бы не стал плакать», - как только Узумаки вспомнил о слезах парня, сердце кольнуло, а чувство вины усилилось. Теперь у него не было никаких сомнений – нужно было попробовать успокоить Учиху, – «Да что же за пиздец такой? У меня такое ощущение, что это я ему то видео отправил! Всё, я точно старею… Секса не охота, жалею маленьких бедненьких детишек, - взгляд наткнулся на приставку, - вон, даже в видео игры проигрываю! Ну что же, деда Наруто, успокоить свою совесть что ли?» Наруто, кряхтя, поднялся с дивана – мышцы от долгого нахождения в одной и той же позе затекли; размяв их, парень направился в сторону лестницы на второй этаж. Он собирался зайти к своему отцу, который сейчас перебирает какие-то бумаги в своём кабинете перед отъездом. Причина, по которой Узумаки хотел поговорить с Минато, очень проста – всё тот же Учиха Саске… - Пап, я зайду? – спросил Наруто чисто ради приличия, так как уже зашёл. Он плюхнулся в кресло напротив отцовского стола и откинулся на мягкую спинку. - Ты что-то хотел? – отрешённо поинтересовался Минато, даже не отрывая глаз от бумаг, которые рассматривал. Наруто это нисколько не задело – он уже привык к такому поведению вечно занятого отца, удача, что он вообще сейчас дома, а не в офисе. – Говори быстрее, мне сейчас некогда. Через час самолёт. - Ну, я хотел поговорить с тобой об Учихе, - перешёл сразу к делу парень, упуская формальности типа «как дела на работе». Не то чтобы в их семье всем друг на друга наплевать, нет, они заботились друг о друге и были готовы поддержать в любой ситуации, просто подобная ерунда отнимала время, которое, как было верно подмечено народом, на вес золота. Тем более, как сказал Минато, через час самолёт – сегодня Нимикадзе улетает в очередную командировку, которая неизвестно на сколько затянется. - Учиха? – Намикадзе поднял голову и слегка удивлённо посмотрел на сына, - чего это тебя вдруг заинтересовали дела компании? - А причём тут дела компании? – Наруто нахмурился, пытаясь сообразить о чём идёт речь. - Ну, Фугаку – мой партнёр и… - Да нет же! – перебил парень. – Я не про Фугаку узнать хотел, а про его сына – Саске. - Наруто, - взгляд Минато в миг стал серьёзным и тяжёлым, - я, конечно, всё понимаю, но он вообще-то ещё несовершеннолетний. Я и так тебе слишком многое позволяю, но это я терпеть не буду, так что удовлетворяй своё либидо с кем-нибудь постарше… И не с Учихой, - подумав, добавил мужчина, справедливо рассудив, что в любовных делах с Учихами лучше не связываться – они как-никак партнёры по бизнесу, и это будет мешать. - Блин, папа, я вообще не об этом. Я может и похотливое животное, но не извращенец, - Наруто недовольно посмотрел на отца, мол, и как он мог такое подумать? – Просто… ну мы там, на приёме пообщались немного, вроде нормальный парень. Интересный, вот я и решил узнать о нём побольше, вдруг подружимся, - отчасти это была правда, они хоть и не общались, но Саске парню явно понравился. И они вполне бы могли подружиться. *** Саске лежал на расстеленном на полу одеяле, обложившись нескончаемым количеством подушек, и без интереса разглядывал зеркальный потолок зала. По правую руку от него стоял ноутбук, с уже как полчаса потухшим экраном. Зачем Учиха вообще его сюда принёс? Делать что-либо всё равно не было никакого настроения, он не мог даже подняться и дойти до кухни, чтобы сделать себе элементарный бутерброд, хотя желудок и сосало – уже три часа, а Саске не ел со вчерашнего дня. Не то, чтобы ему было лень… просто он не мог этого сделать, руки и ноги не слушались, упорно отказываясь шевелиться. Когда в последний раз Учиха чувствовал себя таким разбитым? Никогда… После аварии, он хоть и не выходил из комнаты, запирая дверь и не отвечая на звонки, но играл на гитаре, рисовал, писал какие-то стихи, а теперь настроения делать всё это вообще не было. Говорят, что вдохновение приходит вместе с болью, ну и где же оно? Хотелось спать – всю ночь Саске не мог сомкнуть глаз, ему казалось, что как только он это сделает – он умрёт. Глупый и ничем не обоснованный страх. Всю ночь Учиха думал о Кимимару, отце, Итачи. Если отцу он не нужен, Кимимару тоже, а брату просто похрен – он лежит в коме, так что ему хоть трава не расти… Это что же тогда получается – он не нужен вообще никому? - Можно подумать, что я раньше этого не знал, - усмехнулся Саске. Что за дурная привычка у людей? Почему когда плохо и больно, охота самому себе сделать ещё больнее, сказать, что сам дурак и, по сути, во всём виноват сам? Вот и Саске сейчас хотелось биться головой об стену, крича о собственной глупости и… возможно слепоте? Хотя нет, он прекрасно всё видел и понимал: видел, что всё медленно и верно движется в тупик; знал, что пора прекращать, ведь чем дальше, тем больнее будет. Даже сейчас, когда, казалось бы, всё ясно как белый день, не хотелось отпускать. Учиха не хотел это заканчивать, да, он понимал, что с Кимимару ему будет больно, но без него ещё хуже и ещё больнее. Сейчас хотелось с кем-нибудь поговорить, хоть с кем… «Почему мне никто не звонит, меня ведь не было в школе? Неужели всем настолько пофиг?» – не сказать, чтобы Учихе от этой мысли стало больнее, потому что больнее попросту уже быть не может, ну или так думал парень. Но, несомненно, факт того, что никому не интересно, что с ним произошло, настроение не поднимал. - Дурак, - Саске засмеялся хриплым усталым голосом, накрыв рукой лицо. Неожиданно, его уставший думать мозг, вспомнил, что позвонить ему никто не может – телефон он оставил возле ресторана, возможно, он до сих пор валяется там, а домашнего у него попросту нет – зачем он нужен, если им никто не будет пользоваться? Конечно же, у Учихи есть электронная почта, но никто на неё никогда не пишет, прекрасно зная, что он её даже не проверяет. «И как же человек, жаждущий общения, может быть настолько отгорожен от общества?» – продолжал издеваться над собой брюнет. Взгляд скользнул на настенные часы, висящие над телевизором. 14:46. Вздохнув, Саске прикрыл глаза, думая, почему отец не пришёл вчера домой, неужели, нашёл себе какую-то пассию? Не то, чтобы Саске это сильно волновало, но если бы в доме присутствовал хоть кто-то, даже отец, ему было бы легче. А так, лёжа в ворохе подушек в пустом огромном доме… примерно также Учиха чувствовал себя в этом мире – один, абсолютно… Был бы он маленьким ребёнком, он бы схватил игрушечного зайца, и укутавшись в одеяло, плакал в мягкую плюшевую шерсть… Ну, а почему, собственно говоря, он не может сделать этого сейчас? Никто всё равно не видит, а плюшевые игрушки у него есть – подарки поклонников, да и вообще нравятся они ему. Одеяло тоже есть, в чём же тогда проблема? Учиха тихо рассмеялся, представив, как это будет выглядеть: «Хотя, не думаю, что вчера, захлёбываясь в истерике и крича о том, как мне плохо, я выглядел менее жалко. Возможно, тихо плакать, уткнувшись носом в плюшевую игрушку даже лучше… Блять, думаю как девочка. Хотя почему как? Я же, как сказал один музыкальный критик, «пассивный пидорас», даже хуже чем девочка», - Саске опять усмехнулся. Тихий щелчок, раздавшийся из прихожей, заставил Саске вздрогнуть о неожиданности. -Ну, надо же, пришёл… - тихо, так, чтобы услышал только он сам, пробормотал парень. Из прихожей в сторону зала послышались шаги, Учиха подтянулся на локтях, приподнимаю голову, чтобы посмотреть в каком состоянии явился отец – всё-таки это редкость, чтобы Фугаку не возвращался домой после приёма, неужто напился? – Чт… Похоже, что это становиться доброй традицией – Саске услышав звук щелчка дверного замка, думает, что это пришёл отец, но видит совсем не его… - Привет, - Кимимару выглядел каким-то уставшим. Он тоже не спал всю ночь, тоже думал, что же будет дальше, но главной мыслью было «Я – идиот». Да, Кими прекрасно понимал, что во всём виноват только он, Саске ничего не сделал, не дал ему повода для ревности, но почему-то в такие моменты здравый смысл забивался в самый дальний уголок сознания, давая злости полную волю. И только потом, немного поостыв и успокоившись, смотря на ситуацию трезвым взглядом, Кимимару понимал, что в очередной раз натворил кучу глупостей, причинив боль любимому человеку. Прекрасно это знал и понимал, но поделать ничего не мог. Даже так, постоянно убиваясь ненавистью к самому себе, он не мог отпустить Саске… «Со мной ему плохо, я это знаю… Я делаю ему больно и физически и морально, но самое страшное, что даже прекрасно это осознавая, я не могу ничего с этим поделать. Просто не могу… Отпустить его? Нет, однозначно – нет, этого я сделать точно не могу, я не хочу его отпускать». Учиха устало вздохнул и сел на одеяле, подобрав под себя ноги, из-под чёлки наблюдая за неуверенно мнущимся парнем. Для него не было в новинку видеть Кимимару таким – всегда, он ведёт себя так всякий раз, когда приходит просить прощения. - Саске, я хотел поговорить, - Кимимару сел на пол рядом с Учихой, отодвигая в сторону неизвестно почему, но жутко мешающую ему подушку. Брюнет молча кивнул, показывая, что согласен на разговор. – Ты… Ну, думаю, что ты знаешь, зачем я пришёл… Я дурак, прости, я знаю, что виноват, но ты тоже меня пойми… - Я понимаю, - тихим безжизненным голосом ответил Саске, разглядывая вышитые шёлковыми нитями цветы на одной из подушек. – Я всё прекрасно понимаю. - Малыш, - Кимимару пододвинулся ближе к брюнету, положив свою ладонь на сжавшуюся в кулак руку парня, - прости меня. Пожалуйста, ты же знаешь, что я абсолютно не умею себя контролировать… - Да дело-то не в этом, - Учиха не скинул руку Кимимару и даже не поднял на него глаз – было безумно больно и обидно слушать его слова, почему-то было чувство, что на него сейчас пытаются сбросить всё вину… Хотя и не так это было… - Просто, мы не понимаем друг друга… Ты… ты мне не доверяешь… - Не правда! – Кимимару сжал руку парня, пододвигаясь к нему ещё ближе. – Просто я очень боюсь тебя потерять, я не хочу, чтобы ты от меня к кому-то ушёл, я просто этого не вынесу – сойду с ума. Саске, я тебя люблю… - Кимимару, не надо, - Саске отодвинулся от парня. Почему так больно слышать эти слова? Почему это «люблю», произнесённое таким нежным и ласковым голосом так режет по сердцу, будто это и не слова вовсе, а пропитанный ядом нож? Ведь он хотел именно этого: чтобы Кимимару пришёл и извинился, сказал, что любит… тогда почему?.. - Нет, выслушай до конца, - Кими схватил Учиху за локоть и потянул на себя, чуть ли не опрокинув парня, - я тебя всё равно не отпущу, и ты это знаешь. Так что просто выслушай. - Хорошо, я тебя слушаю, - Саске поднял голову и посмотрел в глаза парню. Зелёные, такой нежный приятный оттенок, глаза – это то, что Саске любил в Кимимару больше всего. А сейчас, когда парень смотрит на него так нежно, любяще и виновато… Очень хотелось его обнять и сказать, что всё простил и забыл, но, к сожалению, это не так… Не забыл и не простил… - Малыш, я тебя люблю, я не хочу тебя потерять, я не позволю тебе уйти, - руки парня переместились на плечи брюнета, притягивая его к себе. Кимимару обнял Учиху, зарываясь носом в чёрные взлохмаченные волосы. Саске упёрся ладонями в плечи блондина, пытаясь отстранится, но то лишь сильнее прижал парня к себе. - Кимимару, не надо меня сейчас трогать, - брюнет вновь надавил на плечи парня, но безуспешно. – Я серьёзно, я не хочу, чтобы ты меня сейчас трогал. - Почему? – как будто не замечая попыток вырваться, Кимимару нюхал волосы Учихи, прикрыв при этом глаза. Ему нравилось вот так вот прижимать его к себе, чувствовать его тепло, ведь тогда он мог ощущать, что Саске полностью его. - Просто отпусти, - не смотря на свои слова, Учиха перестал отталкивать парня и упёрся лбом в его плечо, глубоко вздохнув и закрыв глаза. Странное чувство… вроде всё хорошо, ему нравятся эти крепкие объятия, ему нравится чувствовать, как Кагуя щекочет его кожу своим дыханием, нравится ощущать приятный запах любимого… Но вместе с этим хотелось оттолкнуть, убежать куда-нибудь и спрятаться от этого человека. И Саске не знал, чего хочет больше – остатся в этих объятьях или убежать?.. - Нет, не отпущу. Пока ты меня не простишь, не отпущу… - Ага, - Саске усмехнулся. – Я тебя никогда не смогу простить, и ты это понимаешь… Собрался держать всю жизнь? - Да, ты всё правильно понял, - Кимимару приподнял лицо Саске за подбородок и провёл пальцами по покрасневшей и немного припухшей после вчерашнего «разговора» щеке. – Я знаю, что ты не можешь просто так взять и простить меня, но, я прошу, постарайся. Я люблю тебя. – Парень наклонился к лицу брюнета и поцеловал в уголок губ, Учиха дёрнулся и немного отстранился, упираясь руками в грудь Кимимару. - Кими, не надо так делать… не сейчас, - Саске отвернулся в сторону, разглядывая стену. Нет-нет, он ещё не простил, он не может сейчас это допустить, даже если и очень хочется. Хотя… нельзя сказать, что прям очень, просто, хотелось побыстрее всё забыть, закрыть глаза и сделать вид, что ничего не произошло, чтобы не мучиться… Так легче. Легче сделать вид, что ничего не было, чем решать какие-то проблемы, выяснять отношения. Вот только одно "но" – Учиха не мог так, просто не получалось. - Да, конечно, прости… - Кимимару притянул парня обратно и обнял. – Прости. Вот вроде бы всё так, как хотел Саске – Кими извинился, но на языке остался какой-то слабый привкус разочарования. Он не сказал самого главного – не сказал, что такого не повторится, давая понять Учихе, что такое ещё будет, и ещё ни раз он придёт просить у него прошения, говоря о любви… - Кими, - Саске всё же решился, - пообещай, что такого не повторится. Глупо. Оба знают, что это не так. Кагуя на секунду закрывает глаза, слушая внутренний голос, который тихо шепчет, чтобы он не врал, сказал правду. - Малыш, неужели ты думаешь, что если бы я мог это контролировать, я бы так делал? Ты же знаешь, что это не так… Я.. Я не могу тебе пообещать, прости, - Кимимару провёл рукой по волосам парня и мягко улыбнулся. Саске тоже хотел бы улыбнуться в ответ, но что-то подсказывало, что получится не улыбка, а какое-то кислое подобие. Обидно, что ничего не меняется. Как глупая белка, которая бегает в колесе, пытаясь добраться до какой-то призрачной цели. Абсолютно нереальной цели. Кимимару поцеловал брюнета в висок, и прежде чем тот начал возмущаться, встал на ноги и, попросив подождать секунду, чуть ли не бегом отправился в коридор. Саске остался сидеть на полу, тупо глядя ему в след, не совсем понимая, что происходит, да он вообще сейчас ничего не понимал. Вот он совсем ещё недавно в ужасной апатии валяется на куче подушек, а сейчас уже обнимается с Кими, как-то быстро всё происходит… - Малыш, я знаю, что ты это любишь, - Кимимару появился из прихожей, что-то держа за спиной. Он подошёл ближе к Учихе и присел рядом с ним на колени, стараясь не показать подарок. - Что это? - Ну, я понимаю, что это не поможет тебе быстрее простить меня, но я так давно не дарил ничего подобного, - Кимимару улыбнулся и вытащил из-за спины зайца. Небольшой мягкий заяц с длинными ушами и цветком в лапах. «Вот и тот самый заяц, в мягкую шерсть которого можно плакать», - промелькнула глупая мысль. - Эм… - Саске пару раз моргнул, разглядывая игрушку, а потом на его лице помимо воли нарисовалась улыбка. – Это мне? Ты даришь мне плюшевого зайца? - Да, я знаю, что ты любишь игрушки, можешь не отпираться, - Кимимару сунул зайца в руки брюнету и вновь притянул парня к себе. Саске обнял зайца, прикрывая глаза. Чёрт, он только сейчас понял как хочет спать… - Саске, у меня для тебя есть ещё подарок, - Кимимару обнимал парня, поглаживая его по спине. - Какой? - Нет, малыш, это сюрприз. Одевайся и поедем. - Куда? – Учиха проследил, как Кимимару поднялся на ноги и протянул ему руку, чтобы помочь встать. На лице парня заиграла какая-то загадочная улыбка, брюнет удивлённо приподнял бровь. – Кими, скажи, куда мы едем? - Узнаешь всё потом… *** Наруто сидел в кафешке и задумчиво вертел в руке телефон. «Ну, не то, чтобы отец многое мне рассказал, но зато теперь я знаю адрес Учихи. Блять, Наруто, ну зачем тебе это надо, а? Иди трахни кого-нибудь и успокойся, зачем тебе этот парень? Ну что вы! Какой «успокойся», когда жопа жаждет приключений?! - Наруто тяжело вздохнул, переводя взгляд на мельтешащего за окном парня с флаерами в руках, - вот этот вполне себе ничего, может, познакомишься с ним? Что будет с этим Учихой? Он взрослый парень – голова на плечах должна быть, ничего он с собой не сделает. А даже если и соберётся сделать, я не смогу его остановить. У него есть семья, отец, мать, брат, вот пусть они и заботятся о парне… Блять, я опять начинаю рассуждать на эту тему… Точно старею». Взгляд упал на телефон, который Узумаки продолжал вертеть в руке. Телефон Учихи – тот самый, который парень выронил из рук у ресторана. «Чёрт с ним! Хочешь сунуть нос не в своё дело? Валяй, мне плевать!», - может, Наруто стоит прекратить разговаривать с самим собой, а то его и самого это уже начинало напрягать…