Не оглядываясь

Сердце, замершее на секунду, вновь сжалось, выплёвывая горячую густую кровь, быстрым потоком разливающеюся по всему телу. Её шум эхом отдавался в висках, перемешиваясь с ударами пульса, которые, казалось, раскалывали черепную коробку. По комнате разнёсся глубокий судорожный вздох и резкий выдох. Саске ошарашенными глазами, с сузившимися от страха зрачками, неотрывно смотрел в одну точку, туда, где раньше было зеркало. Он был будто не здесь, ничего не слышал, не видел, не чувствовал. С порезанной осколком зеркала скулы скатилась капля крови, падая вниз; Учиха вздрогнул пару раз моргнув, пытаясь прояснить затуманенный взгляд. Лицо тянуло от всё ещё медленно скользящих по нему слёз, царапины жгло. Саске перевёл взгляд на дрожащую, вытянутую вперёд руку, крепко сжимающую пистолет, который дулом почти упирался в стену, и понял, что мышцы ужасно затекли. Резко расслабившись, он опустил руку вниз; пистолет выскользнул из ослабевших, немного побаливающих от напряжения пальцев, и упал на усыпанный осколками кафель. Звук падения резко отразился от стен, разносясь по небольшой ванной комнате, вновь заставляя Учиху вздрогнуть, но Саске всё ещё продолжал смотреть на стену напротив него, будто пытаясь понять, что только что случилось. Он был готов. Он хотел нажать на курок. Он уже чувствовал темноту и холод обволакивающие его тело, слышал абсолютную и вечную тишину. Да, он был готов умереть… Но глаза… Посмотрев в своё отражение Саске увидел эти чёрные наполненные сводящим с сума страхом глаза, в них было отчётливо видно нежелание умирать. Ужас, злость, боль – всё это волной накрыло Учиху, он не знал, зачем резко выпрямил руку, направляя дуло пистолета прямо в лоб своему отражению, он уже ничего не понимал, нажимая на курок, слыша его негромкий щелчок, который тут же перебил оглушительный выстрел, ещё некоторое время звеневший в ушах. Словно в замедленной съёмке Учиха наблюдал за тем, как пуля пробила холодную гладь зеркала, которое тут же рассыпалось на множество разлетающихся в разные стороны осколков. Брюнет зажмурил глаза, словно выходя и ступора, и отшатнутся назад, ощущая внезапно навалившуюся слабость, дрожью пробежавшуюся по телу. Покачнувшись, Учиха резко осел на пол, падая на колени и упираясь руками в усыпанный зеркальными кусочками пол. Осколки впились в ладони, разрезая нежную кожу, Саске отстранёно наблюдал за тонкими красными дорожками крови, медленно ползущими из-под его прижатых к полу рук. Боли не было, абсолютно никакой боли. Возможно, это был шок. Учиха чувствовал, как внутри разжигается паника, которая с каждым ударом сердца становилась всё больше, делая вдохи более короткими и судорожными, медленно подняв ладонь, Учиха поднёс её ближе к лицу, разглядывая впившиеся в украшенную кровавыми следами кожу осколки. С каждой секундой дрожь становилась сильнее, горло будто что-то сжало, не давая вздохнуть, а перед глазами всё поплыло от слёз, которые падали на окровавленные ладони, обжигая их солёной влагой. Саске низко опустил голову, сжав кулаки, вгоняя тем самым осколки ещё глубже. Плечи затряслись в беззвучном смехе, прерываемом всхлипами. Было смешно… и одновременно очень больно. Почему всё так нелепо? «Не смог, - билась в голове мысль, - я не смог. Не смог… Даже умереть, даже убить себя не смог…». Учиха запрокинул голову назад, резко успокаиваясь и смотря в потолок пустым потерянным взглядом. Слёзы свободно скользящие по лицу, тянули кожу и жгли оставшиеся от осколков царапины. - А… что дальше? – Учиха испытующим взглядом посмотрел на белый потолок, будто ожидая, что тот даст ему ответ. Медленно переведя взгляд на лежащий поблизости пистолет, Саске криво усмехнулся. – Я даже не смог тупо выстрелить. Жалок… Я жалок… Упираясь руками в пол, не обращая внимания на острые края кусочков зеркала, Саске отполз к стене, откинувшись на неё спиной и прикрывая глаза. Он понял, как сильно ошибался, понял, что просто пытался сбежать от проблем. «Выход есть всегда, просто этот выход – смерть. Он был, есть и будет всегда». Саске никогда бы не подумал, что ему придётся признать – это не так, совсем не так. Вот сейчас, например, у него нет выхода, абсолютно никакого, даже смерти. Он не может умереть, потому, что не хватило сил это сделать, потому что испугался, потому что слаб… И от этого становилось ужасно больно и противно. Теперь, что бы не случилось, как бы плохо не было, придётся терпеть, потому что выход «смерть» закрыт, его больше нет. Да, вот теперь - тупик. Учиха поморщился, шок начитал спадать, и теперь парень явно чувствовал боль от осколков, вонзившихся в ладони и колени. Парень вытянул ноги и положил руки на колени, концентрируя внимание на этой боли, которая отвлекала от всех мыслей, делая голову пустой и лёгкой. -Терпеть…только терпеть, - тихо выдохнул Учиха. Уже не хотелось плакать, не было на это сил, сейчас Саске хотел лишь уснуть. Вдруг вспомнился один фильм, где люди платили деньги за то, чтобы их убили так, как они мечтают: на пляже, на крыше небоскрёба, в гоночном автомобиле на полной скорости. Это избавляло их от необходимости заканчивать жизнь самоубийством, всё сделают за них. И в очередной раз Учиха пожалел, что жизнь не фильм, и никто не согласится пристрелить его в собственной ванной, по крайней мере, он таких людей не знал. Саске закрыл глаза, представляя, что было бы если б он умер. Кровь, было бы много крови, а ещё мозги, наверняка, они попали бы и на зеркало тоже. Вообще его труп выглядел бы не очень опрятно, а учитывая то, что в этот дом в ближайшую неделю никто приходить не собирался: отец в командировке, а друзья не часто заглядывают к нему в гости – в комнате бы явно попахивало. Да, безусловно, такая картина вызывала отвращение, и Учиха даже немного жалел, что его отцу придётся такое увидеть, но… Теперь это уже не важно. Нет никакого трупа, крови и мозгов, есть только он и давящая тишина, от которой закладывает уши. - Блять, мне уже всё равно Дьявол, Бог или кто ещё это будет, просто сделай так, чтобы я умер! – ударяясь затылком об стену и сильно жмуря глаза. Теперь даже не было слёз, вообще ничего не было кроме боли, моральной и физической. Краем сознания Саске понимал, что стоит обработать раны, чтобы не занести какой-нибудь инфекции, но сил на это не было, поэтому он просто сидел на полу, разглядывая испачканные собственной кровью осколки зеркала. *** Наруто вздохнул, зябко передёргивая плечами и попытался сильнее спрятаться за высокий воротник, руками нырнув в карманы. Последний месяц осени, на улице уже лежит снег, да, пожалуй, в этом году зима началась раньше, чем обычно. Не то, чтобы Узумаки это не нравилось, он любил зиму, любил гулять вечером по парку, наблюдая как блестит снег под ногами, но сегодня настроения восхищаться погодой не было. Ещё с утра было, а вот теперь… Казалось бы, он должен быть рад, ведь сегодня у него был первый секс за последнюю неделю, да и девушка, с которой он перепихнулся была не дурна, но… Впечатление портил один момент: почти на середине процесса его прервал звонок Учихи, Наруто как можно быстрее избавился от так не вовремя позвонившего парня, краем сознания замечая, что с его голосом что-то не так, и вернулся к прерванному занятию. Но вот только удовольствия от этого он не получил, ну по крайней мере морального. Саске никак не шёл у него из головы, и всё бы было ничего, но в его голове он почему-то был голый. А ещё он прогибался в спине, кусал губы и стонал, в общем, делал всё то, что делала девушка, с которой Узумаки проводил время. И это жутко напрягало и раздражало, Наруто чувствовал себя самым настоящим извращенцем, который занимался сексом, думая о пятнадцатилетнем парне. «Блять, он же ещё ребёнок! – отчаянно твердил сам себе блондин, ускоряя шаг, - какого хрена я ТАК о нём думал? Спокойно, Наруто, успокойся… это всё из-за звонка. Тебе позвонил Учиха, ты бросил трубку, хотя заметил, что с его голосом что-то не так, и поэтому испытывал угрызения совести, думая о нём. А раз в этот момент ты занимался сексом, то вполне логично, что и мысли приобрели эротический характер. Это вполне нормально, если бы мне позвонила Сакура или Шикамару, я бы тоже так о них думал… Или… или нет? Нет, конечно, нет, я бы не смог о них так думать, потому что они мои друзья, друзья меня не возбуждают. Но Саске-то меня тоже не возбуждает! Он ребёнок! Но всё же стоит признать, что у него хорошая фигура и он вполне в моём вкусе, если не принимать во внимание его возраст. Короче говоря, мне нравится тело Саске отдельно от самого Саске… Нет, не так, то есть он мне нравится, если представить, что ему лет восемнадцать – девятнадцать», - Наруто сам себе кивнул, видимо удовлетворённый таким итогом своей мозговой деятельности, хотя противный внутренний голос продолжал нашёптывать, что всё это бред, но, как и все люди, не желающие принимать очевидного, парень закрыл на это глаза. Узумаки вытащил из кармана мобильный телефон, набирая номер Учихи. Он решил, что раз уж уже освободился, то может зайти к Саске, его всё ещё волновал голос парня во время их разговора. Противные длинные гудки начинали порядком раздражать, Наруто сбросил звонок и набрал номер Учихи ещё раз, но ответа вновь не последовало. Нахмурившись, блондин ускорил шаг, замечая дом Учихи и перебирая в уме варианты, почему брюнет мог не брать трубку. «Стрёмное чувство какое-то», - мысленно поморщился Узумаки, подходя к двери тёмно-вишнёвого цвета. Наруто нажал на звонок, вслушиваясь в раздавшуюся музыку, нервно притопывая при этом ногой. - Чёрт, неужели его нет дома? – раздражённо выдохнул парень, вновь вдавливая кнопку звонка. Послышался какой-то шорох и звяканье ключей, судя по звуку, упавших на пол, затем снова шорох и щелчок замка. «Ну, слава богу, дома», - вздохнул Наруто, - Сас… Узумаки замолчал, уставившись на стоящего перед ним парня. Взгляд Учихи будто проходил сквозь него, он был пустой, совершенно ничего не выражающий, глаза припухли от слёз, а на лице засохли кровавые дорожки из тонких порезов. Белая футболка так же была испачкана кровью. - Что за…? – растерялся блондин, в голове крутились миллион мыслей одной и которых была: «Его избил Кимимару». Взгляд Узумаки скользнул вниз, следуя за упавшей на пол каплей крови и тут же метнулся к лежащей на дверной ручке руке, глаза медленно расширились в шоке, Наруто раскрыл рот, глубоко вдыхая. – Что случилось?! – шокировано спросил он, заходя в дом и захлопывая за собой дверь. Скинув куртку прямо на пол, рядом с упавшими ключами, парень схватил руку Учихи, аккуратно беря её в свою ладонь и рассматривая. – Пиздец, придурок, ты что сделал?! – Наруто перевёл злой взгляд на бледное лицо брюнета, подавляя желание как следует треснуть его по башке. - Ничего, - безразлично пожал плечами тот, отбирая у Узумаки свою руку, при этом болезненно морщась и кривя губы. - Это нужно немедленно обработать, идиот! И вытащить осколки! – кричал на него блондин. Саске посмотрел на него ничего не выражающим взглядом и развернулся, медленно шагая в сторону дивана, Наруто вытянулся в лице, глядя ему в след: он совершенно не понимал, что происходит, но это ему очень не нравилось. Схватив парня за предплечье блондин дёрнул его на себя, вновь разворачивая и заглядывая в глаза, - где аптечка? – металлическим голосом произнёс он, сильнее сжимая руку парня. - Наверху. В ванной, - всё так же спокойно ответил Учиха, а затем вдруг нахмурился и выдернул свою руку из цепких пальцев Узумаки, с ненавистью смотря на него. – Тебе, блять, какое вообще дело? Зачем ты пришёл, тебя кто-то звал или как? Я и без тебя справлюсь, без всех вас справлюсь, понятно?! – Саске сжал кулаки, пытаясь сдержать слёзы, он не хотел плакать перед Узумаки, он вообще не хотел его видеть. - Ты совсем дебил?! Если сейчас же не дашь мне аптечку, я зашибу тебя нахер! – заорал Узумаки, хватая Учиху уже за другую руку и не слушая никаких протестов, потащил в сторону лестницы. Саске морщился от боли и пытался сдержать слёзы злости и обиды. Сейчас он чувствовал себя ещё более раздавленным, чем перед приходом Наруто, было такое ощущение, будто ему плюнули в лицо – мерзко и обидно. Какое имеет право этот Узумаки кричать на него, указывать? Зачем он вообще пришёл? Сейчас он не нужен Учихе, он был нужен полчаса назад, когда тот направлял дуло пистолета себе в висок или когда звонил ему, но не сейчас. Сейчас от его присутствия становилось только ещё хуже, брюнет злился, сам не понимая на что. – Где ванна? – по-прежнему жёстким голосом, требующим немедленного ответа, спросил Узумаки, поднявшись на второй этаж. Саске кивнул в сторону комнаты, в которой горел свет: - Там, - тихо выдохнул он. Наруто подошёл к ванной комнате, полностью раскрывая дверь и застыл на месте, разглядывая открывшуюся перед ни картину: окровавленные осколки зеркала устилали весь пол, а рядом лежал пистолет. - Это… Что за пиздец? Ты что… ты стрелял? – у Наруто просто не было слов, в голове никак не укладывалось происходящее. Узумаки схватил Саске за плечи и встряхнул, заглядывая прямо в глаза, - ты стрелял? Да?! Ты хотел убить себя? - Да отстань ты! – зажмурившись, всхлипнул Саске, пытаясь вырваться. Слёзы вновь потекли по щёкам. – Какое право ты имеешь меня судить?! Ты ничего не знаешь! Ничего! Убирайся, тебя никто не проси… - Успокойся, - Наруто влепил брюнету не слабую пощёчину, тут же прижимая к себе, он знал, что именно так избавляются от истерики. Саске уткнулся в плечо парня, стискивая зубы и сдавленно всхлипывая, он был совершенно разбит, сил продолжать отталкивать блондина или делать ещё что-то не было. – Саске, нужно обработать твои руки, - мягко произнёс Наруто, поглаживая Учиху по спине, глянув на пол ванной, он поморщился, решив, что там это сделать не получится. – Иди в свою комнату, слышишь? Саске кивнул и, освободившись из рук блондина, развернулся в сторону своей спальни. Наруто зашёл в ванную и, стараясь не наступать на осколки, подошёл к небольшому шкафчику, висящему на стене, достал оттуда вату, бинты и перекись водорода, сразу же выходя и направляясь в комнату, в которую до этого зашёл Саске. Учиха сидел на краю кровати, разглядывая свою ладонь, осторожно касаясь осколков кончиками пальцев. Злость прошла, осталась пустота и безразличие, уже было плевать на то, что Наруто увидит его таким, вообще на всё плевать. - Саске, у тебя есть пинцет? – Наруто поставил перекись и всё остальное на прикроватную тумбочку и вопросительно посмотрел на брюнета, тот кивнул и выдвинул один из ящичков. Немного покопавшись в нём, Саске достал маникюрный набор, который когда-то принадлежал его маме, Учиха не знал, зачем его хранил, просто не мог выбросить. Узумаки сел перед Саске на колени, и взял его ладонь в свою руку, пробежавшись взглядом по татуировке на её ребре, Учиха немного поморщился, но молчал. – Не больно? – спросил блондин, осторожно подцепив пинцетом один из осколков, предварительно вылив на ладонь Саске немалое количество перекиси водорода, парень ничего не сказал, лишь отрицательно помотав головой. Аккуратно вытаскивая из ладоней Учихи осколки, Наруто складывал их на тумбочку и промакивал раны смоченной в перекиси ваткой, наблюдая, как прозрачная жидкость краснеет и шипит. Саске шумно выдохнул, жмурясь от боли, но Наруто даже не обратил на это внимание. Как можно более осторожно перебинтовав руку Учиха, парень принялся за вторую, проделывая всё то же самое и с ней. - Ещё колени, - тихо заметил Учиха, смотря на свои ладони. Наруто перевёл взгляд на колени парня и вздохнул, замечая, что ткань джинс пропиталась кровью. - Снимай штаны, - выдохнул он. Саске послушно начал стягивать джинсы, но тут же зашипел, отдёргивая ладонь. Не очень-то было удобно раздеваться с перебинтованными изрезанными руками. Узумаки обречённо закатил глаза, - я помогу, - он быстро стянул с парня штаны, благо ему было не привыкать делать такое. Колени пострадали гораздо меньше, но крови всё равно было порядочно. Закончив с перевязкой, Наруто легко сжал руки парня в своих, поцеловав пахнущий какими-то лекарствами бинт на тыльной стороне ладони, снизу вверх глядя ему в глаза: - Идиот, - выдохнул он после недолгого молчания, - больше никогда не смей такого делать, ты меня понял? С чего вдруг ты решил… сделать такое? – Наруто испытующи смотрел в чёрные глаза; Саске, не выдержав такого взгляда, отвернулся в сторону, хмурясь. Узумаки поднялся с пола и сел рядом с ним на кровать, повернув лицо Учихи к себе, Наруто стёр кровь, мягко проводя большим пальцем по порезанной щеке. – Расскажи. - Нечего рассказывать,- пожал плечами Саске. – Просто он ушёл, вот и всё. - Вы опять поссорились? – нахмурился Наруто. Он так и знал, что всё из-за Кимимару. «Блять, нужно было всё же поговорить с ним в кафе». - Нет, просто он ушёл. Навсегда, - Саске замолчал сжимая кулаки, игнорируя боль. – Наруто, - голос дрогнул, - он ушёл навсегда, он меня бросил. Он сказал, что любит и ушёл… Ненавижу его, ненавижу… - Чёрт, - сквозь зубы выплюнул Наруто, хмуро разглядывая закрывающие лицо брюнета пряди волос. Он осторожно поднёс руку, убирая их и приподнимая его лицо так, чтобы можно было увидеть глаза. Саске не плакал, просто жмурился, словно пытаясь изолироваться от всего, что его окружало. – Почему он ушёл, он что-нибудь сказал? – Наруто не был уверен, что правильно поступает, начиная расспрашивать Учиху, ведь, возможно, ему неприятно об этом вспоминать, и от этого станет только хуже, но что-то внутри подсказывало, что лучше говорить об этом прямо сейчас, пока это лежит на поверхности, а позже парень закроется, вновь запрятав проблемы глубоко в себе. И вот тогда будет действительно плохо, если, конечно, может быть ещё хуже, в чём Узумаки, глядя сейчас на брюнета, очень сомневался. - Потому что так будет лучше для меня – Кими так сказал. Но… но не прав, он не знает, что лучше для меня! – Саске покачал головой. -А может… может быть, всё же прав? – осторожно начал Наруто, положив руку на перебинтованную ладонь Саске, легко сжимая её. – Подумай сам, ведь так ты сможешь начать жить нормально, найдёшь себе какую-нибудь девушку, которую полюбишь… - Ты издеваешься, да? – сквозь зубы прошипел Учиха, поднимая на блондина полные пронизывающего холода глаза. – Хоть ты-то заткнись! Может, я сам решу, с кем мне будет лучше? Меня вообще кто-нибудь спросил, хочу ли я «какую-нибудь девушку»? Ты говоришь так же как он, почему вы не понимаете? – Саске хотел оттолкнуть Наруто, но тот опередил его, обнимая за плечи и прижимая к себе, успокаивающе говоря: - Прости, ты прав, я действительно не знаю, как тебе будет лучше, и никто этого не знает, даже ты сам. Но всё же мне кажется, что твоя жизнь не закончилась… - Наруто… - попытался остановить его речь брюнет, отпихивая от себя. Но парень лишь ещё крепче прижал к себе сопротивляющееся тело, поглаживая Учиху по волосам. Такое с ни было чуть ли не в первые, когда боль, по сути, другого человека воспринимается как своя, он чувствовал, как быстро бьётся его сердце, чувствовал, как его мелко потряхивает. Если тогда, когда он только увидел Учиху на пороге его дома, он был растерян и не знал, что делать, то теперь хотелось просто защитить Саске от всех проблем, как маленького ребёнка, поэтому Узумаки не задумывался о мотивации своих поступков, просто пытаясь сделать так, чтобы этому человеку не было так больно. - Помнишь, я говорил тебе, что жить нужно для себя? А ты сказал, что твоя жизнь как клуб, в который тебя затащили друзья и из которого ты уйдёшь сразу же, как только эти друзья забудут о тебе. Но, подумай, неужели больше ничего не сможет тебя там задержать? Да, если ты просто пойдёшь к выходу, сквозь толпу, не оглядываясь по сторонам, то не найдёшь ничего, что могло бы тебя удержать. Но, может, стоит посмотреть вокруг? И тогда сможешь увидеть что-то, что тебя заинтересует. Просто оглянись. – Наруто говорил тихо, почти шёпотом, пытаясь звучать как можно более убедительным, хотя и понимал, что психолог из него, в общем-то, не ахти какой. - У тебя есть друзья, ты говоришь, что для них ты не самый близкий, поэтому они не считаются. Но это не так, даже если кто-то значит для них больше чем ты, это не означает, что они тебя не любят. Просто ты не хочешь их понять. Твой отец – да, он забылся в работе, не обращая внимания ни на что вокруг, но он в этом не виноват. Просто он очень переживает из-за твоего брата, а ты опять-таки не хочешь его понимать, думая, что ему плевать на тебя. А он любит, я уверен, что он любит тебя, просто немного помоги ему, и всё станет как раньше. Ему же тоже нужна поддержка. В конце концов, подумай о своём брате, сейчас он в коме, но что будет, когда он очнётся? Ты хочешь оставить его одного. Хочешь, чтобы ему было так же плохо, как тебе сейчас? - Он не очнётся… - А ты в этом уверен? - перебил его Наруто, продолжая обнимать и поглаживать по голове, он делал это уже скорее автоматически. – Если не будешь верить ты, никто не будет в это верить. Ты не можешь бросить своего брата, Саске. - Да почему я должен думать о других? Мне хреново, так, как не было ещё ни разу. У меня больше нет сил, я устал! Пойми! А он бросил меня сейчас, что мне, по-твоему, делать? - Ты меня не слушаешь, - покачал головой Узумаки. Он отстранил от себя парня и взял его лицо в ладони. – Не будь таким идиотом. Учиха, я о тебе лучшего мнения. Не веди себя как капризный ребёнок. - Ты опять не понимаешь! Я не хочу оглядываться по сторонам, я не хочу этого! Я слабый, понимаешь? Я ведь даже убить себя не смог, как, по-твоему, я смогу жить? - Саске замолчал, вглядываясь в голубые глаза Наруто. Узумаки хмурился, от чего между его светлыми бровями залегла маленькая морщинка, а губы были плотно поджаты, это ему даже шло. Саске шумно вздохнул и сглотнув, быстро заговорил: - Наруто, у моего отца в сейфе ещё много патронов, я сам не смогу это сделать, но ты… ты же хочешь мне помочь… - Заткнись, или я тебя ударю, - жёстко прервал его парень, крепче сжимая бледное лицо ладонями. – Никогда больше такого не говори, я не хочу этого слышать, понял? – Дождавшись лёгкого кивка, Наруто встал с кровати, ещё раз проведя рукой по волосам брюнета. – Ложись спать, если не сможешь уснуть, я принесу тебе снотворного. И не думай ни о чём, просто спи, - Узумаки ободряюще улыбнулся и подошёл к двери, - я пока что уберусь в ванной, но я никуда не собираюсь уходить, так что без глупостей. Узумаки вышел из комнаты, прислоняясь спиной к двери и закрывая глаза. «Чёрт-чёрт-чёрт, я вообще не понимаю, что только что происходило… я иду убираться в ванной Учихи, в то время, как тот в депрессухе пытается уснуть – бред… Блин, я веду себя как его старший брат, может Шика был прав? Но сегодня мои мысли о нём были далеко не как о брате… Чёрт, я же уже разобрался с этим, не имеет смысла думать об этом вновь», - Наруто помотал головой и немного приоткрыл дверь, заглядывая в комнату. Саске лежал на боку, укрытый одеялом, сжимая одной рукой уголок подушки и, видимо, пытаясь уснуть. Узумаки обречённо вздохнул, взъерошив светлые волосы на затылке.