А любовь ли это?

      На мгновение Рэйчи крепко зажмурила глаза, со всей силы стиснув кулаки и стараясь выбросить голоса из головы, но этого ей сделать никак не удавалось. Наконец в судороге распахнув веки, девушка, не отводя опасливого взгляда с надвигающихся силуэтов тех самых детей из сновидения, вплотную прижалась к сидящему напротив аниматронику в надежде, что он сможет защитить ее.       – Рэйчел, что с тобой? – в легком недоумении поинтересовался СпрингТрап, в полном смятении наблюдая за действиями охранницы, на что та в ответ лишь, сильно прикусив губу и прикрывая рот двумя руками, в ужасе помотала головой из стороны в сторону. Заметив направленный в пространство взгляд девушки, он, схватив ее за плечи повернул к себе лицом. – Скажи, в чем дело?       – СпрингТрап, ты будешь смеяться, но по-моему, я сошла с ума. Мне кажется, будто там, – Девушка распростерла руку в сторону, где находились давно беспокоившие ее существа, – сейчас стоят какие-то дети, причем призраки и... – не успела охранница договорить, как аниматроник, схватив нужный ключ, мгновенно открыл дверь и, сам на себя не похожий, взял за руку Рэйчи и куда-то с невероятной скоростью направился, из-за чего девушке пришлось бежать следом. – Подожди, а как же костюм?       – Не время, – раздраженно бросил короткую фразу СпрингТрап слегка подрагиваемым голосом, помогая спутнице подняться по все той же хлипкой лестнице на чердак. – Ты должна мне сказать, давно у тебя это началось?       – Ты имеешь в виду... эти странности? – дрожащим голосом переспросила охранница, на что он энергично закивал. Впервые за все время их знакомства она увидела в его глазах страх и неуверенность, что еще больше сказалось на ее волнении, но немного подумав, она отчаянно ответила, опустив голову: – Нет.       – Угу, значит, давно... – даже не удосужив ее взглядом, тихо пробормотал мысли вслух аниматроник и, тяжело вздохнув, перевел беспомощный взгляд на дверь. Но тут же резко повернулся к Рэйчи, которая в полном смятении присела на пол в ожидании какого-то чуда. – Почему?.. Почему ты мне ничего не сказала с самого начала? Неужели, это было настолько сложно?       – Я... я думала... – с трудом сдерживая слезы, замялась девушка под пристальным взглядом, но ей не дали договорить.       – Не думать нужно было, а говорить, – тяжело вздохнув, негромко поправил он с нотками раздражения в голосе. – Ты не представляешь, в какой ты сейчас опасности. Даже я толком не имею представления, что они хотят сделать, но могу сказать – ничем хорошим это не кончится...       – Извини, – только и смогла прошептать Рэйчи, виновато понурив голову и на шаг отойдя от СпрингТрапа. При этих словах он то ли горько усмехнулся, то ли с тоской вздохнул, на что охранница подняла глаза в некотором смятении.       – Рэйчел, здесь нет твоей вины! – с заметной болью и со страхом за будущее произнес аниматроник. – Если кто в этом и виноват, то только я... Черт! Не думал, что все так далеко зайдет. – Увидев, что голубоглазка в ужасе сглотнула, не отрывая от него беспомощного взгляда, а по щекам девушки потекли горячие слезы, которые она посталась оставить незамеченными, он быстрыми шагами подошел к ней и, с сомнением взяв за руки, постарался как-то успокоить. – Я обещаю, что все будет хорошо, и с тобой ничего не случится. Доверься мне...       – Как мило, но вынужден вас прервать, – мягко послышался тонкий голос в проходе на чердак, отдаваясь эхом по всему парку.       – МЫ вынуждены вас прервать, – резко перебил второй голос, более звонкий. Рэйчи и СпрингТрап в следующий момент обернулись, им на глаза попались несколько призраков в облике полу-прозрачных силуэтов детей, стремительно подходящих к паре.       – Что вам еще нужно? – изо всех сил сдерживая внезапно надвигающуюся ярость, сквозь зубы процедил аниматроник, закрывая собой охранницу.       Один мальчик с воодушевленной улыбкой на прозрачном лице вышел вперед, а остальные со злобой начали о чем-то перешептываться, прожигая его гневными взглядами. Но, казалось, он этого даже не замечал, а лишь подошел к своему убийце, который на этот счет крепко схватил девушку за руку, будто боясь что они смогут причинить ей вред, хотя в основном старался оставаться невозмутимым.       – Есть предложение, от которого ты не в праве отказываться, так как у тебя совершенно нет выбора, – загадочно протянул мальчик своим потусторонним голосом.       – Выбор всегда есть, – с такой знакомой ехидной ухмылкой прошипел СпрингТрап, заинтересованно прищурившись, – а вот что именно от меня потребуется – это уже другой вопрос.       – Ты так и не изменился, – спустя недолгую паузу без какого-либо желания общаться с аниматроником пробубнил себе под нос он, – каким был при жизни, таким и остался.       – Ближе к делу! – с ярко выраженной угрозой воскликнул СпрингТрап, не намереваясь выслушивать пустую болтавню, тем более когда чувствуется определенный подвох во всем, что говорит собеседник.       – Ох, какие мы злые, – издевался еще один призрак, чуть выше первого ростом, подходя к товарищу на подмогу и кривясь в надменной улыбке на все лицо. – Мы к тебе с выгодным делом пришли, а т...       – По-моему, для него из этого никакой выгоды не будет, – злобно усмехнулся первый в ответ на его неказистую реплику.       – Хватит! – наконец не выдержал аниматроник, окончательно выйдя из себя и собираясь накинуться на призраков в любую секунду. – Мне осточертело слушать ваши переговоры. Или вы сейчас же говорите, что вам от меня нужно, или проваливайте туда, откуда явились!       – Ладно-ладно, остынь, – как ни кстати, задорно проговорил призрак девочки, до этого мирно стоящей с остальными и вовсе не проявляющей признаков присутствия на чердаке, вместе со всеми. – Раньше начнем – раньше закончим.       – Итак... – слегка задумчиво продолжил первый, на зло всем присутствующим наглядно зевнув и никуда не спеша. – Я предлагаю следующее: мы, – Мальчик шустро оглядел своих приятелей с лучизарной улыбкой, – оставляем тебя в покое на веки веков. Обещаю, что ты нас больше никогда не увидишь. Да и мы станем свободны и сможем наконец-то покинуть дом.       – Ну, звучит весьма интересно, – даже не задумываясь, с большой неохотой признал СпрингТрап, едко усмехнувшись, но ни на шаг не отошел от Рэйчи, которая как могло показаться, была белой, как полотно, и в судороге наблюдала за происходящим. Тем временем аниматроник с подозрением продолжил: – Но вы, разумеется, потребуете за это особу плату, не так ли?       – Несомненно, ты прав. Не могу с тобой по этому поводу не согласиться! Но тебе же какое-то там убийство не составит труда, для тебя ведь это обычное дело.       – Хм-м, я, кажется, начинаю догадываться, к чему ты клонишь, – медленно выдавил он, как можно лучше стараясь не подавать признаков паники, которая возрастала с каждой секундой.       Аниматроник лукаво прищурился, наклонив голову набок, словно пытаясь прочитать мысли впереди стоящего призрака. При невольных мыслях и догадках его сердце забилось гораздо быстрее, а костюм чуть было не начал перегорать от сильного давления, но осилив нахлынувшую волну волнения и неуверенности, он все-таки резко обернулся к девушке, заставив ее в ужасе вздрогнуть, окинув охранницу беспокойным взглядом, затем перевел глаза на медленно кивающего с жестокой насмешкой собеседника.       – Да, ты все правильно понял – тебе придется убить ее, – с наигранной печалью осведомил его мальчик-призрак, тяжело вздохнув.       – Нет. Рэйчел тут ни при чем, она просто охранница в ночную смену и... – с необычайной холодностью начал было СпрингТрап, его испепеляя ненавистным взглядом, но второй призрак не дал ему договорить.       – ... и ты как-то умудрился полюбить ее, – нагло оскалившись, не удержался и засмеялся который повыше. – Надо же... никогда бы не подумал, что серийный убийца, мало того став аниматроником из парка аттракционов ужаса смог по уши влюбился в простую охранницу... – продолжал искренне удивляться он, сопровождая каждую фразу жестикуляцией. – Как же так?       – Не твое дело! – в полном негодовании огрызнулся в свою очередь аниматроник, не спуская глаз с ходящего и стороны в сторону призрака.       – Я просто не могу поверить в происходящее... Я-то думал, что ты кусок железа, не знающий боли и не имеющий каких-либо чувств. Но я ошибался.       – Заткнись.       – О, СпрингТрап, так мы что же это получается, задели тебя за живое? А ты знал, что призраки могут с легкостью ощущать чувства любого физического тела и читать мысли, м? – Призрак неожиданно остановился и на его лице опять озарилась безжалостная улыбка. – Помнишь, когда ты нас убивал? – Он подошел к аниматронику и со все той же гримасой с огромнейшим удовольствием и яростью продиктовал ему. – Так вот. Мы в тот день не могли смириться, что наша жизнь закончена, даже боль была ни настолько зверской, насколько обида за смерть, за слезы наших родных. Мы просто смотрели со стороны на собственные похороны, но не могли ничего изменить... Это было невыносимо. Через несколько лет мы решили, чтобы ты понял, каково это, и заставили тебя погибнуть, чтобы и ты страдал от невыносимой боли и тоске по близким. Эх, а ведь мы даже не учли тот факт, что тебе это только на руку: во-первых, ты отделался от близких, которые тебя под конец начали презирать, и во-вторых, у тебя появилась возможность регулярно убивать людей... – На секунду он прервал свой "рассказ", смерив его еще более оживленным взглядом, полным радости от предстоящей мести. – Да, об этом мы даже не подумали. А то и вовсе начали осознавать, что желанная месть никогда не свершится. Но опять же ошибались. Ты впервые понял такое прекрасное и неповторимое чувство, называемое любовью.       – Я повторяю: "Заткнись!" Или ты немного оглох? – презрительно хмыкнув, с угрозой окликнул его СпрингТрап, но призрак лишь самодовольно ухмыльнулся. – Ладно... хорошо, но если я второй раз тебя придушу, то это уже не мои проблемы.       – Да-да, это любовь... Даже смешно, если честно, что тот, кого мы считали непобедимым оказался в плену у такого благородного чувства. – Плавно подойдя к аниматронику, он с забавностью оглядел его, затем снова продолжил: – И знаешь, зачем я все это тебе говорю? Просто наконец ты сможешь почувствовать настоящую боль... И поверь, это будет в несколько тысяч раз тяжелее, чем нам пришлось испытать. А знаешь, почему? Дело в том, что ты не привык к такому, в памяти вечно будет всплывать то или иное воспоминание... и тебе отсюда никак не уйти. День и ночь на пролет ты будешь страдать в адских муках этого парка. И так будет продолжаться долгие и долгие годы. А еще я лично позабочусь, чтобы у тебя в системах были замыкания, и ты будешь все время видеть так называемые "кошмары". И тогда ты, надеюсь, все поймешь, но уже увы будет поздно.       – Я сейчас тебя убью здесь же! – после некоторого открывания и закрывания рта от возмущения и недостатка слов, взахлеб проговорил он, совершенно не контролируя свои действия.       – Тихо, успокойся! – неожиданно вступил в диалог первый более серьезным тоном. – Мы, вроде, уже все обговорили, так чего ты ждешь?       – Я не собираюсь ее убивать.       – Отлично, тогда я сам это сделаю и немедленно. Или ты хочешь сказать, что не знаешь о том, что мы можем еще и вселяться в другие физические тела и с легкостью управлять ими?       – Вы не посмеете и близко к ней подойти, иначе будете иметь дело со мной, – ядовито оскалившись, язвительно бросил СпрингТрап, с явной агрессией и гневом прижав к себе стоящую рядом охранницу.       – Так ты до сих пор не веришь во все происходящее? Думаешь, что сможешь ее защитить? – пуще прежнего заулыбался второй, подходя все ближе и ближе к девушке. Но тут же заметил перегородящего ему дорогу аниматроника. – У тебя есть три варианта. Первый – я вселяюсь в охранницу и убиваю ее ее же руками, и тогда это будет выглядить как самое обычное самоубийство. Второй – я вселяюсь в тебя и убиваю ее, управляя тобой. Ну и третий – ты сам без чьей-либо помощи убиваешь свою охранницу. Выбор не велик, и все же, какой вариант тебе по душе.       – Что?! Это самый настоящий шантаж! – потрясенный таким выбором, возмутился он, громко выдыхая накопившийся воздух.       – Ну так что? – не унимаясь, протянул призрак, таинственно сузив глаза и радостно фыркнув.       – Я... в таком я сам все сделаю. Дайте мне тридцать минут, и я убью ее.       – Тридцать?! – не поверил своим ушам первый, от неожиданности поперхнувшись воздухом. – Ты издеваешься? Как минимум двадцать пять.       – Двадцать восемь.       – Двадцать два, – беззаботно возразил собеседник, скучающе зевнув.       – Что?! Тогда уж лучше двадцать пять...       – Двадцать.       – Ладно! Так и быть, двадцать минут, изверги поганые, гады, убить вас мало, четвертовать, отдать на съедение собакам...       – Время уже пошло, – пропустив его слова мимо ушей, спокойно осведомил призрак мальчика и вместе с остальными покинул чердак.       Наконец СпрингТрап остался наедине с Рэйчи и только сейчас заметил, что девушка вся в слезах опустилась на пол и прикрыла лицо руками, сотрясаясь от неимоверной дрожи по всему телу. Глубоко вздохнув, он присел рядом и взял ее за руки, но голубоглазка отдернула их, незаметно вытерла лицо рукавами кофты и постаралась выдавить улыбку, что оказалось очень непросто.       – Рэйчел, ты не представляешь сколько значишь для меня, – дрожащим от обрушившихся событий голосом с очевидной болью прошептал аниматроник. – Когда ты впервые оказалась в парке я и понятия не имел, что все так сложиться. Как бы смешно это не звучало, но ты стала моей мечтой... – Он осторожно убрал с ее лица упавшую прядь волос, отчего она улыбнулась, не отрывая взгляда с его глаз и немного смущаясь, но продолжала слушать. – И я даже не представляю своей жизни без тебя, без твоей улыбки... Ты дала мне вторую жизнь...       В голове аниматроника вертелись многочисленные мысли, которые он собирался ей высказать, раскрыть свои настоящие чувства, чего раньше попросту не мог сделать из принцепов, но слова так и остались недосказанными, прерванные жарким и в то е время нежным поцелуем девушки. Рэйчи понимала, что только так сможет высказать все, что так и не смогла сказать на словах за все время их знакомства. Последний раз почувствовать каково это "жить" и "любить", ведь каждый, кто испытывал настоящую любовь знает, что первое связано со вторым... Прикрыв глаза, она полностью отдалась чувствам, последний раз призывая в "бой" своего огненно-рыжего феникса любви и удачи, гордо расправляющего свои роскошные крылья и направляющегося в далекое странствие вместе со своей хозяйкой, взмывая на такие высоты, где никто не сможет до нее дотянуться.       СпрингТрап же, когда голубоглазка благополучно отстранилась из-за нехватки воздуха, вздохнув и собравшись с мыслями повторился поцелуй, чего девушка никак не ожидала от него. Ласково обняв Рэйчи, он старался поймать ее взгляд, но и в то же время запомнить все до мельчайших подробностей: ее небесно-голубые глаза с черным ресницами, легкие веснушки на щеках, которые он только сейчас, приглядевшись, заметил, ее аромат, губы, густые локоны русых волос... Все мелочи, каждую черту ее лица, каждый миллиметр.       "Почему так несправедливо? – мысленно воскликнул аниматроник, ощущая будто сердце сжимается в маленький комочек и отдается невыносимой болью повсюду. – Только-только моя жизнь кардинально изменилась, я понял, что не один, что кто-то стал мне дороже всего на свете. Черт! И я даже не могу контролировать себя. Я просто умираю в ее взгляде, а когда обнимаю или держу за руку... Нет, ну почему все так жестоко?! Кто вообще придумал эту чертову любовь, чтобы сперва пытаться убедить себя, что это не так, потом держать в тайне, а когда все начинает начинает налаживаться нужно проститься со всем, чем дорожил. А сколько всего мы пережили вместе? Через сколько прошли? Я просто не смогу... не смогу без Рэйчел. Без нее моя жизнь будет бессмыслена. Если бы я еще тогда знал, чем все закончится."       От такого мысленного размышления его отвлек приход призраков, и как оказалось, время истекло, теперь ему придется убить ту, которая заставила его безжизненное сердце забиться громче, ту, что смогла преодолеть страх и полюбить его, в конце концов ту, чья судьба стала ему далеко не безразличной. В голове все это не укладывалось, а в глазах резко защипало, отчего они сильно увлажнились, отдаваясь жуткой болью в сердце. Прожигая костюм снаружи и отдаваясь небольшими искрами из проводов внутри, глаза обильно наполнялись "ядовитой водой", скатываясь небольшими каплями. Мгновенно отвернувишись, чтобы никто не увидел, аниматроник взял себя в руки. Никогда ему не приходилось представлять такой конец их истории, никогда. Мало того, он не хотел мириться с такой ужасной мыслью.       В конце концов без каких-либо напоминаний, СпрингТрап с сомнением достал нож и в очередной раз подошел к Рэйчи. Она вовсе не пыталась воспротивиться, так как прекрасно понимала, что это все равно должен было рано или поздно поздно случиться. Но страх не отпускал... Как только они оказались совсем рядом, чувствуя дыхание друг друга, слыша, как их сердца быстро бьются в одном ритме, ощущая взгляды друг друга. Неужели, после всего, что было, им суждено так расстаться? Неужели, сама судьба определила им такую мучительную участь? И лишь последняя произнесенная фраза девушки: "Я люблю тебя!" и бесконечно звенящая в ушах реплика аниматроника: "Прости..." останутся в памяти читателя. Один удар столько просьб и одолжений о сохранении ценной жизни пережившим острием ножа... и все закончилось. Кровавое пятно начало быстро разрастаться на кофте, как только лезвие оказалось на холодном полу, окрапив место под собой красными каплями, глаза охранницы уже были закрыты.       Убедившись в том, что месть совершена, призраки освободились и смогли со спокойной душой уйти с этого мира, под метающиеся в них вещи из парка и угрозы СпрингТрапа... И в какой-то момент все затихло, здание опустело, а во все окна уже начинали биться первые лучи солнца. Ни и о чем случившемся не ведающие, спокойно проскальзывающие в аттракцион лучи солнца.