Мы будем вместе

У Григория проблемы начинались с детства: отец его был конченым человеком, а преподаватель физкультуры извращенцем, который постоянно лапал маленьких мальчиков в раздевалке. Отец регулярно избивал мать, частенько доставалось и сыну. А учителю из всей массы мальчиков больше всех полюбился маленький Гриша. И ему приходилось терпеть все это дерьмо. Но на этом его мучения не закончились. В средних классах учитель физкультуры совратил юного Григория, а отец избил мать до смерти. В восемнадцать лет он смог убежать из всего этого хаоса — парень ушел в армию. А после уехал в другой город, где надеялся начать новую жизнь. Но прошлое просто так не отпускает… Вот такое описание висело в Интернете. Это было предисловие к манге, которую рисовал Станислав. С первой страницы читатель видит главного героя, который, сидит на лавочке и курит сигарету. У его ног лужа рвоты. Ворот рубашки помят, левая штанина была подкатана, а на ноге красовалась черная татуировка. В первой главе читатель понимает, что главный герой конченый ублюдок. Весь смысл его жизнь состоит только в поиске удовольствия. В начале истории Григорий встречает тринадцатилетнего мальчика по прозвищу Бэнг, который спасает его и вытягивает из омута страстей. И мужчина дает клятву своему новому другу, что изменится. Однако перемены так и не удались главному герою. Через некоторое время он снова возвращается к наркотикам, алкоголю и незащищенному сексу. Мальчик пытается снова ему помочь. За что поплатился — Григорий решает надругаться над тем, кто лишает его смысла жизни. Станислав закончил предпоследнюю главу истории совсем недавно, но понимал, что придется писать еще несколько глав, потому что чувствовал, как в истории закручивается новый водоворот событий. И заканчивать повествование на половине — мужчина терпеть не мог. Это была его первая большая история, состоявшая более чем из пяти глав по двадцать страниц. Последняя манга, над которой Станислав так усердно трудился, перевалила уже за двадцать глав. Постоянные читатели за что-то полюбили эту историю, хотя сам мужчина ненавидел всех ее персонажей, кроме Бэнга. Этого невинного мальчика, который просто оказался в ненужном месте в ненужное время. К нему Станислав относился с особой заботой. Когда нужно было прорисовывать Бэнга, мужчина сильно нервничал, переживая, что у него не получится. Бывало, что он несколько раз перерисовывал страницу, прежде, чем был удовлетворен рисовкой маленького мальчика. Но когда страница выходила так, как он хотел, то запала хватало еще на несколько страниц, даже если Стас ужасно устал. Иногда ему казалось, что между ним и Бэнгом невидимая связь, которая бывает у тех творческих людей, которые вкладывают в свою работу всю душу. Мужчина не был уверен, что он вложил все силы во всю мангу. Но именно Бэнг был для него единственным стимулом продолжать историю. Не зря в честь этого мальчика он и назвал всю мангу… Кем для него был Бэнг? Милый и добрый мальчик, у которого столько надежды и любви! Он верил, что люди могут измениться. И поэтому решает помочь Григорию. Возможно, самому конченому человеку на всей планете… В десятой главе Станислав впервые сделал цветную картинку, где изображал всех своих персонажей. Когда нужно было раскрашивать Бэнга, мужчина без любых раздумий нарисовал мальчику черные волнистые волосы, большие карие глаза. А одел его в белую майку и черные шорты… Он смотрел на читателей таким добрым и спокойным взглядом. Мягкая и теплая улыбка могла растопить сердце даже самого противного читателя. Фукаэри прочитала историю Станислава первой. В тот момент мужчина нарисовал две черновые главы. И девушка выразила свой восторг, настояв на том, чтобы он продолжил рисовать. Когда Стас завершил седьмую главу, то Фукаэри сказала ему, что Бэнга он рисует иначе, чем других персонажей. — Чем его рисовка отличается от других? — Поинтересовался Станислав. — Ты его очень любишь. — Ответила Фукаэри. — Я это чувствую. И уверена, что это понимают и читатели. — Но многим нравится Григорий. Фукаэри пожала плечами и закрыла черновик, где были наброски восьмой главы. — В первую очередь меня волнуют твои чувства. Не увлекайся. Если твое теплое отношение к персонажу перерастет во что-то больше, то ты никогда не сможешь закончить эту историю. (это были самые длинные предложения, которые она сказала лично Стасу, а не написала в интернете) И Фукаэри в каком-то смысле была права. Сначала Стас хотел написать пять глав по двадцать страниц. Но уже на четвертой он понял, что нужно продолжать. Когда мужчина опубликовал одиннадцатую и принялся рисовать двенадцатую, то уже было ясно, что и на тринадцатой он не сможет остановиться. И вот, пару дней назад Станислав завершил двадцатую главу, нарисовав в ней сорок пять страниц. Но все еще не мог отпустить своих персонажей. И в частности — Бэнга. Он не был в силах закрыть свой скечбук для черновиков и навеки забыть историю ублюдка и доброго мальчика. И обидно, что Фукаэри так и не рассказала своего мнения о последней главе… Из соседней комнаты раздавалась музыка. Джаз. Он мягко стелился и ласкал слух. И нежными прикосновениями будил сознание Станислава. И мужчина не сопротивлялся. Он медленно открыл глаза и первым, что увидел — знакомый белый потолок. Конечно, везде белые потолки одинаковые. Но когда ты каждое утро просыпаешься и видишь один и тот же, то сможешь узнать его среди других таких же белых. Стас глубоко вздохнул. В воздухе пахло свежестью и непривычно сладким ароматом. Мужчина повернул голову на бок и увидел на прикроватной тумбе прозрачную вазу, в которой красовались какие-то цветы. Стас сначала испугался, посчитав, что находится в чужом доме. Но, поднявшись на локтях, обнаружил, что вокруг знакомые белые стены, украшенные картинами. Кремовая мебель: высокая постель, лакированный туалетный столик и широкий комод, забитый вещами до самых краев. У постели большой круглый ковер. А на окне белоснежные шторы. Мужчина медленно поднялся. Тело ужасно болело, как будто Стаса всю ночь пинали. Во рту, казалось, поселилось семейство скунсов. Кое-как мужчина смог подняться с постели и подошел к окну, открыл его. На улице никого еще не было. Стас повернулся и посмотрел на часы, висящие над постелью. Сейчас было половина восьмого. Интересно, во сколько мужчина оказался дома? И кто вообще донес его? Стас ощутил, как от лица отхлынула кровь. Ему стало страшно выходить из комнаты и встречаться с Алиной Семеновной. Неужели она была дома, когда вернулся супруг? Как она отреагировала на состояние мужчины? Хотя, судя по тому, что Стас не очнулся на улице, и супруга даже переодела его в свежую одежду, то все-таки решила смириться с тем, что он пришел в таком состоянии. Слава Богу, что малышки не увидели его в таком состоянии! Стас бы умер от стыда, если дочери застали мужчину пьяным. — Ты уже проснулся? — Голос Алины Семеновны заставил вздрогнуть. Стас обернулся, и увидел супругу, одетую в легкое шелковое платье до колен. — Как ты? — Спросила она. — Эм… Я… Слушай, прости. Слегка переборщил… Жена махнула рукой, мол, все в порядке, и подошла к мужу. Она ласково улыбнулась и погладила его по груди. — Не переживай, котик, все в полном порядке. — Как я оказался дома? — Леденцова тебя притащила. Стас нахмурился. Последнее, что он помнил — это как сидел на лавочке вместе с Фукаэри и Камилой. Неужели они еще куда-то направились? Мужчина никак не мог вспомнить кто такая Леденцова. Фамилия ему была совершенно незнакома. — Леденцова? — Спросил мужчина. — Да. Она самая. — Кивнула Алина Семеновна. Она мягко погладила супруга по волосам, убирая с его глаз непослушные локоны. — Она притащила тебя примерно часа в три ночи. Когда я увидела на своем пороге тебя с девчонкой, то сначала озверела и уже собиралась устроить скандал. Но потом заметила, что это Леденцова Мария, и даже сначала не знала, что сказать. Все-таки увидеть Леденцову вживую… — Стой. Какая Леденцова? Я был в клубе. С двумя девчонками. Камилой и Фукаэри. Вернее… Сначала я должен был пойти только с Фукаэри. Это она пригласила меня выпить. Это одна из моих постоянных читательниц… А вот с Камилой я познакомился уже в клубе… Вернее у клуба, когда она зажигалку попросила… Мужчина запустил левую ладонь в волосы и вздохнул. Голова гудела, и думать было совершенно невозможно. Память подводила: прошлый вечер был как в тумане, и лишь некоторые сцены всплывали на поверхности, а когда Стас хотел углубиться дальше, то в висках начинало пульсировать. — Не знаю, с кем ты пошел в клуб, но привела тебя Леденцова. Она оставалась у нас дома примерно до семи утра. Говорила, что не хочет тебя оставлять в таком состоянии. И когда утром она начинала клевать носом, то я предложила ей поспать у нас в зале. Но она отказалась, извинилась и ушла. — Прости меня, пожалуйста. — Стас обнял супругу и уткнулся носом ей в шею. — Я ужасно себя повел. Прости меня дурака… не надо было мне напиваться. Ты, наверное, меня ненавидишь? — Нет. — Алина Семеновна обняла мужчину. — Все в порядке, любимый. Я так за тебя испугалась. Ты был в таком ужасном состоянии. Стас закрыл глаза и вдохнул аромат кожи супруги. Такой родной и любимый. Как давно они вот так обнимались? Просто так… без повода? Как же давно они не были наедине. Мужчина ощутил, как внизу живота растеклось тепло. Несмотря на долгий брак, он все еще чувствовал влечение к своей супруге, что редко бывает у тех, кто больше пяти лет в браке. Алина Семеновна никогда не позволяла себе расслабляться и следила за своей внешностью. И Стас гордился тем, что жена, родившая двух милых дочек, все еще так хорошо выглядела. Ведь многие женщины даже после первого ребенка поправляются так сильно, что отчаиваются вернуть свои былые формы. — Алиночка, может мы… ну… это? Женщина отстранилась от мужчины и посмотрела ему в глаза. — Что? — Удивилась она. Стас крепко обнял супругу за талию и прижал к себе. — Проведем этот день в постели? Она аккуратно отстранила руки мужчины и отошла от него, сложив руки на груди. — Нет, солнышко, тебе стоит отдохнуть. И тратить силы в постели ты должен только с чаем. Так что никакого секса! У Стаса отвисла челюсть. Конечно, супруга и раньше отшивала его, отговариваясь головной болью или что устала на работе, но чтобы вот так, то это впервые. Откуда в ней такая забота и нежность? Если бы она не хотела интима с супругом, то сослалась на свои обычные отговорки. Это означает, что жена решила проявить милосердие и пожалеть его? Мол, дать отдохнуть после бурной ночи? Что вообще тут происходит? Перед ним точно стояла его супруга? — Ладно, пойдем завтракать. Женщина улыбнулась Стасу и позвала его в столовую. В животе резко начало все бушевать, как только мужчина подумал о еде, которую готовила Алина Семеновна. Но как всегда Станислав боялся отказаться, потому что знал — супруга устроит скандал. А после вчерашнего скандала мужчине не хотелось, чтобы произошло подобное, что было ночью. Однако, к его великому удивлению, оказавшись на кухне, Стас обнаружил, что супруга приготовила на завтрак манную кашу с ягодами и испекла мягкие булочки с творогом. У мужчины отвисла челюсть, когда сел за стол и супруга поставила перед ним блюдо. — Это ты приготовила? — Спросил он. — Да. — Алина Семеновна села напротив Стаса. — Я решила, что если ты вчера напился, то желудок твой не сможет переварить тяжелую пищу. И выбрала для тебя самый лучший вариант. Манную кашу на обезжиренном молоке. Это полезно и вкусно. Попробуй. — А булочки? — Мужчина с недоверием посмотрел на тарелку с выпечкой. — Это мне вчера рецепт дали. Решила попробовать. Я одну уже съела, и оказалось, что очень вкусно! И не верится, что здесь только отруби, яйцо и творог! Ты кушай-кушай! Стас был поражен резкой переменой. Супругу, как будто подменили. Он не ожидал, что после вчерашнего скандала Алина Семеновна вообще будет с ним разговаривать. Что заставило ее так резко поменять свое отношение? Неужели у нее был какой-то план? Попробовать добиться желаемого лаской? К такому грязному приему женщина обращалась редко. И, как она сама уверяла, это ущемляет ее достоинство. Однако, что задумала супруга, Станислав не знал. Может, она просто сжалилась над ним? Мужчина и представить не мог, в каком состоянии его приволокли. И кто его вообще довел его до квартиры? Кто такая Леденцова? Стас решил, что стоит для начала позавтракать, а потом уже напрягать мозги. Как раз в животе начало урчать от голода. Манная каша оказалась ужасно сладкой, но Стас не обратил на это внимание. Он съел все до единой крошки и не постеснялся попросить добавки. Для него сегодняшний завтрак это настоящий пир богов! Прежде Алина Семеновна не готовила по утрам ничего, кроме тошнотворных яиц! Станислава передернуло, когда он подумал о яйцах. И переживая, что завтра все будет как раньше, он решил наесться так, чтобы желудок запомнил это пиршество надолго. Однако Алина Семеновна настояла на том, чтобы супруг много не ел. Все-таки вчера он переборщил с выпивкой, и желудок просто может не выдержать. Съев тарелку манной каши и три булочки с творогом, Стас запил все это невероятно вкусным травяным чаем. После супруга отправила его обратно в комнату. — Теперь отдыхай. А мне надо по делам. — Сказала она, стоя в дверях. Стас лег в кровать и посмотрел на Алину Семеновну. — Куда ты? — Спросил он. — По магазинам. У нас в холодильнике покати шаром! Яиц почти не осталось. И молока надо купить. Думаю еще в парикмахерскую заехать, слегка подстричь концы и сделать новый маникюр. А ты отдыхай. Алина Семеновна подошла к туалетному столику и посмотрела на себя в отражении, поправила волосы и улыбнулась. — Все-таки, ты у нас так редко напиваешься, что я могу посчитать это парадом звезд. Стас вздохнул и уткнулся в подушку. Слова супруги вроде и порадовали его, но все равно на душе стало тоскливо. Стас часто проводил время в компании Василия Петровича. Но и там он редко пил. А если и выпивал, то это либо бокал вина, либо одна рюмка водки. Стас не был любителем алкоголя. Он больше любил поесть. — Кстати, знаешь, кого я вчера встретила? — Спросила супруга. Стас поднял голову и посмотрел на Алину Семеновну. Та повернулась к супругу и сложила руки на груди. — Евгения. — Сына Василия Петровича? — Разумеется его! Не Онегина ведь! — Женщина нахмурилась. — И? Он был с кем-то или один? — Он был в компании какого-то парня. И знаешь, что мне показалось? У меня такое ощущение, что Евгений гей. Внутри все сжалось. Стасу очень не понравилось выражения лица Алины Семеновны: она нахмурилась и прикусила нижнюю губу. Она так делала, когда о чем-то думала и составляла план. И разговор о том, что Евгений гей, мужчину тоже не понравился. — Почему ты так думаешь? — Спросил Стас после короткой паузы. — Ну… Мне кажется, что мужик натурал не будет лапать своего друга за задницу. — Л-л-апать? Станислав представил, как Евгений начинает трогать Николая за мягкие места прямо в ресторане. Тут мужчина вспомнил, что встречал его любовника в клубе. — А что за парень был с ним? Алина Семеновна удивленно уставилась на Станислава. — Какая в жопу разница? Тебя волнует, что за парня он лапал… А тот факт, что он вообще представителя сильного пола трогал за пятую точку — тебя совершенно не волнует? — Да нет! То есть… — Стас вздохнул. — Просто… Понимаешь… — Что ты там мямлишь? Ты что, знаешь, что Евгений гей? Стас ощутил, как его бросило в жар. Вопрос Алины Семеновны вновь застал его врасплох. И если он сейчас соврет, то супруга устроит очередной скандал. — Да, знаю — Мужчина поднял глаза и посмотрел на супругу. Алина Семеновна усмехнулась. — Вот так дела! Наш начальник гей… — И, видимо, его не сильно волнует мнение окружающих людей по поводу его ориентации. — Произнес Стас. — Откуда ты знаешь? — От Евгения и узнал. — Серьезно? — Удивилась супруга. — Он тебе, что ли сам сказал? — Да. А что в этом плохого? — Так взял и сказал? Стас кивнул. Алина Семеновна уставилась на мужчину. И от ее взгляда становилось не по себе. Станислав завернулся в одеяло и вздохнул. Вот теперь ему точно жить спокойно не дадут. Будут вопросы, от которых захочется умереть. Но женщина не стала допрашивать супруга. Она подошла к постели, наклонилась к нему, и, поцеловав его в губы, ушла к выходу. — Я пойду. Вернусь после обеда. — Она остановилась в дверях. — А ты отдыхай. И из дома не выходи. Сегодня обещали ужасную жару. Не хватало, чтобы тебе еще плохо стало. И вечером приедут дочки. Стас улыбнулся. Новость о том, что сегодня приедут его малютки, очень обрадовала. Алина Семеновна улыбнулась мужчине и пропала из виду. Еще примерно полчаса Стас слышал шаги женщины по дому. Но после хлопнула дверь, и все стихло, только тихий джаз все еще играл. Мужчина все это время лежал в постели и пытался подремать. Однако, заснуть ему так не удавалось. Большую часть ночи Стас не помнил. И картины, которые все-таки остались в воспоминаниях, имели размытые образы. Вот Камила на лавочке, Фукаэри с рюмкой водки. Сергей с папиросой. Он смеялся и что-то говорил о шелке внутри. Яркие вспышки, танцующие люди. Таблетки горького вкуса. Все эти воспоминания больше напоминали сюрреалистические картины Дали. Все было вытянутым и расплывчатым. Казалось, что в ту ночь даже время как-то иначе текло. Сначала шло спокойно, после легкими обрывками, а в конце оставались только маленькие клочья. И последнее, что помнил Стас, как Сергей был на нем. Мужчина этого не забыл. И пытался до последнего, чтобы не закричать от ужаса. — Я переспал с мужиком. — Произнес вслух мужчина, когда убедился, что в доме никого нет. Как ты мог! Переспать с парнем… Позорище… Стас повернулся на бок и глубоко вздохнул. Теперь он противен сам себе. Но успокаивал себя тем, что он оказался активом. Что не его драли в зад, а он делал это. Переспал с парнем, который на двенадцать лет был младше его. Хотя при чем тут возраст? А при чем тут пол? Стас вздохнул и закрыл ладонями лицо. Из размышлений его вырвал звонок сотового телефона. Мужчина опомнился и стал искать свой смартфон. Тот лежал в прикроватной тумбе, где Станислав оставлял его постоянно. Видимо, Алина Семеновна позаботилась об этом. Когда Стас достал телефон, то обнаружил, что ему звонили уже трижды. Но номер был ему неизвестен. Мужчина подождал, когда звонящий бросит попытки. Когда телефон стих, Стас отложил его в сторону и посмотрел в потолок. Однако, через пару минут ему снова стали названивать. И опять тот же неизвестный. Поняв, что звонящий от него не отстанет, Стас решил ответить. — Привет, Стасик! — Раздался голос в трубке. — Как твои дела? По телу снова пробежался неприятный жар. — Откуда ты знаешь мой номер телефона? — Ну, Стасик! Ты чего? Ты ведь сам мне вчера дал номер телефона! Ты что, забыл? Мы с тобой так классно потанцевали, ты рассказал как в детстве с Женечкой проводил время. Классный же ты мужик! Жаль, что у меня в детстве такого друга не было! Я бы вырос таким успешным, как Женя! — Стой, стой! Николай, что я тебе рассказывал? В трубке раздался веселый смех. — Расслабься. Ничего ты мне постыдного не рассказывал. Просто как вы играли в теннис, пели в караоке и учил его рисовать. Кстати, о рисунках! Ты вчера еще рассказал о своей рисованной истории… Комикс… Манго, кажется… — Манга. — Только и смог ответить Станислав. — А, да точно! Манга! Вот же кучерявое название. Ну да ладно! Слушай, мне очень понравилась история. Я прочитал сегодня утром уже четыре главы. И знаешь, что я хочу тебе сказать? Станислав покачал головой, забыв, что Николай не видит его. — Может, встретимся где-нибудь? Я хочу побольше узнать о твоем манго. Мужчина удивился. Зачем еще Николаю понадобилось встречаться с ним? — Я не уверен, что смогу… После вчерашнего плохо себя чувствую… Я немного переборщил вчера… Николай снова рассмеялся. — Тогда я знаю, куда нам сходить, чтобы тебя привести в божеский вид! Давай, я через полчаса к тебе заеду. Успеешь собраться? — Откуда ты знаешь, где я живу? — Ах, да… Ты ж совсем был в говно… Короче, давай без вопросов? Я скоро приеду и мы поговорим. Окей? И не успел Стас что-либо сказать, Николай положил трубку, оставив мужчину с вопросами наедине.