Younger Dreams

      Наступила осень, а значит, что пришло время школы. Теперь улицы небольшого канадского городка были наполнены детскими голосами с самого утра. Уже не такие ласковые, осенние лучи солнца проникали в каждый уголок этого маленького города.       Наступила пора учёбы и для братьев Мэтта и Брэда. Они учились в школе при церкви, где прибавлялись к стандартной школьной программе различные религиозные занятия. Брэду было 17 лет, поэтому ему оставался один год учёбы в школе, нежели Мэтту, которому было 15.       Честно сказать, Мэтт был очень привязан к брату. Пусть они и одной крови, но характер у них был у каждого свой, уникальный. Мэтт был впечатлительным малым, он не мог дать отпор нависавшим над ним, к примеру, хулиганам. И тогда-то на помощь приходил Брэд. Мэтт ни в коем случае не был трусом или кем вроде того, нет. Просто Мэтта можно было легко завлечь во что-нибудь опасное, сила воли в нём не преобладала, а молодая кровь требовала приключений, несмотря на то, что вёл он себя довольно прилежно. День разлуки братьев приближался, и нужно было за это время воспитать в младшем чувство ответственности за свои поступки, научить действовать согласно разуму, а не юношескому сумасшествию внутри, которое часто приводит не к самым лучшим последствиям. Время ещё было, поэтому беспокоиться особо не о чем.       Братья помахали своей матери, которая всё ещё выглядывала из дверного проёма, когда они уже вышли за пределы двора своего дома. Тихие улочки и перёкрестки кишили детьми, идущих под руку с родителями, и уже более взрослыми подростками. Каждые шли в разных направлениях. Мэтт и Брэд всматривались в людей, идущих впереди, дабы найти кого-нибудь из знакомых прежде, чем они попадут в здание своей школы. Заметив кого-то, их скорость ходьбы чуть увеличилась. Догнав одного из друзей Брэда, подростки уже втроём добирались до школы, до которой оставалась пара кварталов.       Все уроки, разумеется, у братьев проходили в разных аудиториях. Когда подошли к нужной Мэтту, Брэд похлопал того по плечу и указал не дурить, затем скрылся с товарищем за углом. Юноша зашёл в уже знакомый кабинет и сел на свободное место, почти в самый конец кабинета. Еще несколько минут Мэтт безучастно находился в помещении (он не особо общался с кем-то из ровесников, потому что большинство из них вызывали отвращение только своим присутствием где-то поблизости). Затем в кабинет зашёл светловолосый парень. Мэтт сразу понял, что это явно не из самых законопорядочных подростков. У юноши была проколота правая бровь, что Мэтт счёл очень даже интересной частью имиджа, он был довольно высокого роста, но некрупный, а его волосы, кажется, не были расчёсаны утром, но Мэтт предположил, что это может быть всё та же часть имиджа, которая, на самом деле, продумана. Этот парень действительно отличался от остальных присутствующих, несмотря на то, что трудных подростков Мэтт в своём классе считал, не успевая загинать пальцы.       Светловолосый юноша занял место за партой, расположение которой было справа от Мэтта, и которая тоже была свободна. Мэтт без всякого смущения начал изучать его глазами, на что тот кинул один укоризненный взгляд, а потом будто перестал обращать внимание. Как уже упоминалось, Мэтт был крайне впечатлительным, он интересовался всем новым, и остановить его было почти невозможно. И этот самый новичок не стал исключением.       Беспорядочные мысли Мэтта, его теории относительно того, кем может быть тот паренёк, и какова его история, перебил голос учительницы, приветствующей всех своих учеников. Мисс Лэнгтон была молодой женщиной лет 25. Как и все в этой школе, она была верующей, но она не стала сестрой, и, может, это потому что она была довольно привлекательной дамой, и у неё были все шансы найти прекрасного жениха (хотя в этом городишке, скорее всего, это не возможно, и, может, именно поэтому тут так много школ при церкви, где куча учителей – старые девы).       Ученики хором поприветствовали учителя. Мисс Лэнгтон еще готовилась к проведению своего урока, как ей понадобилась помощь. Она повернулась к ученикам, сначала её взгляд остановился на Мэтте, но затем соскользнул на того самого новичка: — Оу, Кристофер*, — с приветливой улыбкой произнесла мисс Лэнгтон, — будь добр, помоги мне перетащить некоторые из этих вещей, — женщина указала рукой на стопки книг, лежавших без разбору то на полу, то в коробках.       Юноша посмотрел с презрением на учителя, а затем лаконично ответил: — Нил.       Улыбка быстро сменилась чертами, характеризующими напряжение. — Кристофер, я прошу тебя помочь мне, — с ноткой раздражения произнесла мисс Лэнгтон. — Меня зовут Нил, — сказал парень все с той же твёрдостью в голосе.       Мэтт увлечённо наблюдал за происходящим, ожидая нового хода одного из героев, но его опять прервал учитель: — Мэттью, могу я тебя попросить? — с надеждой на положительный ответ самого прилежного ученика мисс Лэнгтон вытащила юношу из фантазий. — Да, конечно, — Мэтт мигом встал с места и прошёл к учителю, с любопытством покосившись на крайне дерзкого ученика, но тот взаимным взором не поделился.       После окончания урока Нил (Мэтт решил называть его, — пусть даже пока только в своих мыслях, — именно так) метнулся с места, что подул ничего такой ветерок. Оставшийся день Мэтт всё не мог поймать Нила, и его любопытство всё набирало и набирало обороты.

Кто такой этот Нил?