Может... Любовь?

Как же давно они такого не видели: белый стол из прочной благородной древесины, украшенный сбоку изящными рельефами, стоял у большого распахнутого окна с кованной светлой решеткой, за которым радостно щебечут соловьи и цветут чудесные растения, распространяющие дивный тонкий аромат по всей округе. Его касаются последние самые яркие лучи садящегося солнца, даря белоснежной накрахмаленной скатерти алые, янтарные и карминовые оттенки. Воздух чист и свеж, из окна дует легкий ветерок, дающий вожделенную прохладу. Закатные блики озарили все помещение, весело отражаясь от стеклянных поверхностей и причудливо переливаясь на потолке и рустованных стенах. В комнате все чисто: белый цвет будто заменяет собой всю грязь и старье, так уж его было много, а всего плохого — мало. Казалось, такую комнату можно увидеть только на холсте убежденного импрессиониста, но никак не в реальной жизни. За этим столом на четырех деревянных стульях сидели ребята и вели оживленную беседу. Им нужно было обсудить многое: как жилось всем в эти годы, кто чем занимался. Как сюда попала Лира, в конце концов. Ответы были предельно просты, но на объяснения и детали требовалась уйма времени. Два стула стояли почти вплотную. Нетрудно было догадаться, что на них сидят давно не видевшиеся Питер и Лира. На других двух стульях расположились Эд и Люси, почти напротив остальных. Их лица выражали совершенно разные эмоции: Люси радовалась всему происходящему и, как солнышко, освещала улыбкой снова встретившихся влюбленных. Лира вела себя предельно спокойно, но в ее глазах горели яркие огни радости и счастья. Эдмунд, как обычно, сидел немного задумчиво, хоть и на его лице мелькала улыбка. А Питер… он весь просто сиял. Кажется, он выглядел радостнее всех присутствующих в комнате. — Так получается, вы помогли Каспиану навести порядок на островах, — в заключение уточнил Питер, — и встретились с ним уже в море? — Верно. Честно говоря, мы сначала немного испугались, хоть это и не в наших правилах, — бойко рапортовала Люси, намекая на свое нарнийское прозвище. — Но потом мы узнали Каспиана. Представляешь, какое было облегчение, когда он сказал «Мы в Нарнии »! — Думаю, да, — вздохнул парень. — Я бы тоже хотел туда вернуться. С этими словами Лира немного покраснела. Каждый раз, когда завязывался разговор о Нарнии, ее сердце будто сжималось, а потом разбивались об острые скалы ребер. Не хотелось думать о том, что буквально через полгода ей придется выбирать, оставаться ли в этом мире, со своей любовью и друзьями или же возвращаться в Нарнию: на родину, к знакомым и приятным видам, к Каспиану… к долгу. Все это, конечно, совсем не радовало, но следующая фраза Питера задела королеву Нарнии еще больше. — Кстати, давно хотел спросить. А в Нарнии появилась королева? Люси с Эдмундом задумчиво уставились на Лиру. Юноша в ожидании поднял одну бровь. Возникла неудобная пауза. — Ребята? Каспиан нашел себе… суженную? — Нет, — тут же ответил Эдмунд, пожимая плечами. — Не думаю. Нам он ничего не говорил, а на корабле девушек, кроме Люси и Лиры, не было. Лира с благодарностью посмотрела на Эда, облегченно вздыхая. Кажется, он спас положение. Девушка даже не знала, что делать: ей нужно было сказать своему парню правду, но ведь она понятия не имела, как. Тем более, он может отреагировать не очень хорошо. Питер после этих слов задумался, но потом тоже кивнул и продолжил расспрашивать брата с сестрой о подробностях их последнего визита в Нарнию. Да, странно. Раньше бы он заметил, что что-то не так, стал бы выпытывать каждую мелочь. Но сейчас он лишь согласился с тем, что ему сказали и продолжил беседу. Может, он и правда так изменился? Нет, вряд ли. У Питера был слишком тяжелый характер. По словам Эда, он держался с самого детства, так что не изменился бы. Значит, все дело в том, что ему это не так важно. — Ну допустим, — удовлетворенно кивнул Пит. — Тогда вы мне вроде уже обо всем рассказали. Черт, а повезло же! Я даже смирился сначала, что не попаду больше в Нарнию. А потом понял, что это совсем не так. — Ну, тебе тоже немного повезло, — лукаво улыбнулась Люси. — Ты не мог вернуться в Нарнию, зато ее частичка вернулась к тебе. Девушка весело подмигнула старшему брату, а Эд не смог сдержать понимающей улыбки. Питер тоже улыбнулся, опустив взгляд на ту самую частичку. Конечно, в этом смысле он был безмерно счастлив. Но все не могло быть так просто. — Слушай, Лу… уже вечер, солнце село. Мы с Лирой, пожалуй, пойдем. Надо кое-что обсудить… Ты ведь не против, Ли? — Конечно, нет, — спустя долгие несколько секунд кивнула задумавшаяся Лира. — Ты иди, я сейчас догоню. Питер, в последний раз сжав руку девушки, отпустил ее, встал и направился в соседнюю комнату, располагающуюся за большими дверьми. Именно там временно они решили поселить новую гостью. И когда парень наконец скрылся, Лира придвинулась к Эду с Люси и тихо заговорила: — Спасибо большое, ребята. Эд, ты меня просто спас! — Ты скажешь ему? — Не знаю. Пока пусть будет, как есть… Для такого решения нужно время, чтобы все хорошенько обдумать. — Если понадобиться помощь, обращайся, — сказал Эдмунд — Так и сделаю. Ладно, мне пора, нужно поговорить с Питером. Еще раз спасибо! С этими словами Лира хлопнула Эда по плечу и пошла в сторону дверей. За ней они закрылись. — Все-таки, странно все, — неожиданно шепнула Люси. — Теперь у Лиры есть тайна от Питера. Нет, я вовсе не осуждаю ее, пойми меня правильно, просто секреты и обман — слишком тяжелые вещи для такого хрупкого предмета, как отношения. И еще между вами, тобой и Ли, я имею в виду, есть странное напряжение. Не знаю почему, но я чувствую его, тебе не скрыть этого от меня. — Да все в порядке, чего тут странного? — ответил Эд, отшатнувшись. Видно, эти слова попали в точку. — Ничего тут такого нет. И вообще, главное ведь, что она теперь счастлива, не так ли, Лу? — А так ли это, Эд?