Может... Любовь?

Уже несколько месяцев Лира и Певенси жили вместе. Кто бы сомневался: девушка довольно неплохо вписалась в семью. Она хорошо помогала с делами по дому, одновременно с этим и морально подбадривала Люси, Эдмунда и Питера. Особенно последнего: Пит был просто счастлив, когда снова увидел возлюбленную. Что-то в нем изменилось, заставило стать лучше и снова хорошенько вспомнить последнее пребывание в Нарнии. Спустя три года это уже казалось сказочным сном, но с появлением Лиры Нарния будто стала ближе. Ах да, ведь вот она, прямо здесь, рядом! Ли — ее частичка, которой даже можно коснуться. Девушка проводила время довольно однообразно, но с пользой. Лире стала лучше даваться магия: многие вещи уже можно было сделать. Она очень часто ходила тренироваться на поляну, постоянно прихватывая с собой с Люси. Девочки отлично ладили, хоть и были разных возрастов. Возможно, это из-за разницы в характере. Они подходили друг другу, как кусочки пазла: доблестная светлая королева Люси и смелая, дерзкая волшебница Лира. Впрочем, это было не единственным занятием девочек, но наверное, основным. Эдмунд, например, тоже ходил с Лирой на поляну, но гораздо реже. Большую часть времени он проводил за книгой, что было немного странно, ведь требовалось много усидчивости и интереса. Конечно, бывало, что парень по три дня даже не прикасался к ней, но на четвертый снова брал и изучал, снова и снова. И это приносило свои плоды: он нашел там больше данных, которые могли чем-то помочь в будущем. К слову, о книге. Спустя пару недель после того, как Эдмунд узнал о ней, Питер начал интересоваться этой темой, ведь Ли рассказала ему раньше всех. Тогда девушка созвала трех Певенси за стол и начала рассказывать, что это за книга и что удалось из нее узнать. Люси очень удивилась такой находке: примерно, как Лира, когда только нашла ее. Питер же порадовался, что дело движется, и предложил свою помощь. Но Ли отказалась, ведь у него и так было много дел. Правда, днем. Но не вечером: в это время суток, когда все были уже свободны, Питер проводил время с семьей, и частенько отдельно с Лирой. Да, девушка с их первой после разрыва встречи не сомневалась, что Питер ее помнит и еще любит. Так и было. Да, она тоже его вспоминала, вот только наверное, Питер однолюб. А Лиру смущало, что ее к этой группе отнести нельзя… В целом, все шло своим чередом. Все жили в гармонии, занимались своими делами и проводили время вместе. Правда, в кое-какой момент дела стали ухудшаться. Как ни странно, такое должно происходить: маятник качается, за хорошим идет плохое. Возможно, все бы обошлось, но у некоторых в доме было слишком много тайн, с которых все и началось. Трое Певенси и Лира сидели за уже привычным белым столом. Нет, они не завтракали, не обедали и даже не ужинали, а вели беседу. И кажется, тихо назревало что-то нехорошее. Совсем недавно Питера начали посещать странные мысли о том, как Лира сюда попала. Он всячески игнорировал их, ведь Лира все рассказала, но все же это было более, чем странно. После нескольких нечаянных намеков со стороны девушки, пришлось все же задуматься. Именно на эту тему и велась дискуссия. — Ли, подожди. Пожалуйста, только не говори, что я прав… Зачем ты тренируешься дни напролет? Зачем постоянно стараешься повторить и усовершенствовать боевые и магические возможности? Почему ты отрабатываешь те навыки, которые здесь никогда не пригодятся? — Потому что я хочу вернуться в Нарнию. С этими словами все словно покачнулось. Люси ахнула, сложив руки в замок. Эдмунд, изначально знавший обо всем, лишь опустил взгляд и покачал головой. А Питер в непонимании уставился на Лиру: в его глазах промелькнуло что-то странное, то, чего раньше девушка там никогда не замечала. Кажется, это было нечто похожее на смесь сожаления, удивления и… обиды. — Ты не шутишь? — приказным тоном прошептал Питер. — Повтори. — Извини меня, — сказала Лира, стараясь выглядеть как можно спокойнее. Кажется, так и было: минимум эмоций. — Я хочу вернуться в Нарнию. — О чем ты? — с грустным удивлением спросила Люси. — Как? Ты ведь вернулась к нам, навсегда. Зачем опять в Нарнию? И главное, как? — Ребят, извините меня. Я не рассказала раньше. Есть то, чего вы не знаете о моем попадании в этот мир. — Я так и знал, — то ли сурово, то ли просто разочарованно покачал головой Питер. — И что же ты утаила? Эмоции начинали медленно захлестывать. Тихо и неожиданно, также, как в лесу хищник подбирается к своей добыче. А потом прыгает, ловит ее и начинает терзать. Лира чувствовала это, но не могла ничего сделать. Сердце уже начало покалывать. Ей пришлось объясниться. То, о чем она так хотела промолчать и забыть, наконец всплыло. Говорить было больно и неприятно, но это нужно было сделать. Волшебница рассказала Певенси все подробности, о которых промолчала. В частности о, так сказать, «сделке» с Асланом и ее причинах. Надо сказать, реакция Люси и Питера была сильной. Возможно, все было бы иначе, но ведь Лира столько времени скрывала правду! В течение всего рассказа выражение лица Люси постоянно менялось. Сначала она тихо сидела и вникала, но позже начала проявлять эмоции. И отнюдь не положительные. Ее лицо пылало праведным гневом. Ведь ее подруга, любимая ее брата, скрыла такое! Да об этом нужно было рассказать в первую очередь! Питер же лишь вдумчиво слушал. Его выражение лица казалось спокойным, но в то же время, он будто был на взводе. Задумчивый взгляд, если присмотреться, напоминал грустный. — Ли, а скажи, почему ты раньше нас не просветила? На этот вопрос было непросто ответить, к тому же, глядя на такую реакцию Питера. Но нужно держаться и сохранять спокойствие, иначе назреет большой конфликт. Если этого уже не произошло… — Потому что не могла вспоминать об этом. Я хотела вам сказать, но потом. Мне было тяжело думать о таком, к тому же, вы бы тоже переживали. — И как давно ты решила, что вернешься? — продолжал Питер, демонстрируя все то же выражение лица. — Я не решила. — Но ты ведь сказала, что вернешься. — Я не решила. Просто не могу уже здесь оставаться. Мне нужно обратно. Понимаешь, дело не в вас или вашем мире: он замечательный! Просто тут совсем не так, как в Нарнии. Там я выросла, там у меня долг. Там осталась вторая, возможно, большая половина меня, без которой жить просто невозможно. В этот момент встряла Люси, которая до этого лишь слушала, удивляясь каждой новой фразе: — Но Лира, мы ведь могли бы тебе помочь! Могли бы решить все вместе. Зачем же так? — Не только ты так говорила, Лу. Это слишком сложно. Питер тем временем совсем расстроился. Кажется, он понял Лиру, но ведь нужно было сказать раньше! К тому же, это действительно трудное решение. Он бы понял и поддержал любое. Наверное… — Питер, ну пожалуйста, пойми меня! Я хотела сказать, просто все время откладывала. Я… Я тебя люблю, и хочу быть здесь, но там мой дом. Нарния, Каспиан. Я слишком легко все бросила, хотя не имела права. Не спрашивай, почему. Зато теперь ты знаешь! Питер кивнул. Кажется, его обида утихла. С лица его сестры тоже исчезло удивление. Правда, спустя пару мгновений обстановка снова накалилась. Питер прокручивал в голове их разговор, и кажется, заметил странную деталь. — Ты знал? — внезапно спросил он, взглянув на Эдмунда. Тот удивленно уставился на брата, ведь все это время он молчал, а все были заняты разборками. Теперь вдруг всеобщее внимание переключилось на Эда. — Ты знал? — переспросил Питер. Эдмунд вздохнул и медленно, как бы затягивая момент, кивнул. За этим снова последовало удивление Люси и странный взгляд Питера. — Так почему ты нам не сказал? — Да потому что вы бы не поняли. Подумай, почему мы промолчали. Я не сказал, потому что мог представить твою реакцию. Да и вообще, не я должен это делать. Тут Эдмунд вздрогнул и уставился на Лиру. Не стоило этого говорить. — Мы. То есть ты рассказала только ему? — вздохнул Питер — Ли, ну почему ты мне то не сказала? Я ведь могу помочь, я знаю, как! — Питер, не кипятись! — шепнула Люси, которая тоже была не в восторге от ситуации, но не желала громких разборок. — Вам нужно просто спокойно поговорить наедине, чтобы все прояснить! — Но мы уже начали говорить сейчас. Так давайте все обсудим. — Сколько можно? — возмутился Эдмунд. — Кажется, вы уже все обсудили. — Кто бы говорил, — зло усмехнулся старший. — Не я утаил важнейшую часть. — Хватит нас обвинять! — вдруг воскликнул Эдмунд. — Заткнись уже! С его словами Питер и вправду умолк. Он несколько секунд сидел, смотря на всех, а потом быстро подошел к младшему брату, сжал кулак и ударил его по лицу. Девочки сразу вздрогнули, вскочили и подбежали к «месту происшествия». — Пит, ну зачем ты так? — возмущенно воскликнула Лира. — Это только моя вина. — Потому что, кажется, у вас с ним свои счеты. Нет, я не обижаюсь на то, что ты сказала именно ему. Все нормально. Просто я понял кое-что еще. Лира вздрогнула. Этого еще не хватало… Черт, черт, черт! — Ты бы никогда не ударил брата, я знаю. Ты прежний, еще тогда, в Нарнии. — Только не по этой причине. — А я? — Я бы никогда не ударил тебя. С этими словами Питер поспешил удалиться из комнаты. Ему нужно было просто уединиться, переварить все новости. Возможно, он погорячился, но ведь столько всего за раз свалилось! — Я схожу к нему, попробую поговорить, — тихо сказала Люси, обращаясь к Лире. — Нам нужно будет еще обсудить это. По отдельности. Вы зря все скрыли. — Конечно — Лира кивнула. — Я обязательно все объясню. И да, Люси. Спасибо, что поняла. Когда Люси вышла вслед за Питером, Лира наконец подошла к Эдмунду, еще держащемуся за щеку. Он сидел на полу, так как пошатнулся от удара брата, не удержался и упал. Встать было тяжело, да и не хотелось. — Ты как? — спросила Лира, садясь рядом. Ее тон был искренним, но каким-то холодным. — Все нормально, — отмахнулся Эдмунд. — Сам виноват, что начал. Не стоило. — Верно. Не стоило. Они так молча посидели какое-то время. Успокоились, утихли. Нужно было осознать, что только что пережитое уже в прошлом и волноваться не о чем. — Питер и Люси правы, нужно было сразу сказать, — холодно прошептала Лира. — О таком не молчат. — Но ведь все совершают ошибки, Ли. Это была твоя, одна из немногих. — Наверное, ты прав. Девушка снова задумалась, мало обращая внимание на собеседника. Но потом будто опомнилась: Питер только что ударил брата. А рука у него тяжелая. Удар не казался «поддельным». — Тебе ведь неприятно? Это больно. — Неприятно скорее от того, что это был Питер. — Уверена, он не хотел. Но ведь не надо было провоцировать! Это было глупо, тем более, с твоей стороны. — Я… Я не знаю, почему так вышло. Я не хотел. — Ладно, потом разберешься с ним сам. А пока дай, гляну, что там. Так они посидели еще пару минут. Молча, без слов и вздохов. Просто на полу, в тишине. Такая обстановка помогает понять что-то и думать, что кажется и делали находившиеся в комнате. — Ли, как думаешь, он простит нас? — Я не знаю, Эдмунд, — девушка покачала головой. — Возможно. Он понимающий, должен. К тому же, скоро пройдет полгода, нет времени держать друг на друга обиды. — Хотел бы я, чтобы это было так.