Огонёк в глазах

      Мы с Куроко долго играли. Точнее, я пытался не слишком его обыгрывать, а он выкладывался по полной. И я видел радость в его глазах! Такую детскую, неподдельную, совершенно не похожую на тот взгляд, который теперь стал преследовать меня в школе, на редко посещаемых Тецуей тренировках, по дороге домой, во время обеденной перемены. Я видел прежним друга только во время этих уличных тренировок. Как бы я не пытался его разговорить, выпытать, чем парень занимается после уроков и во время тренировок, все было без результатов — голубоволосый отмахивался, переводил темы, отшучивался или просто закуривал, лишь бы не отвечать. Как-то раз, когда Куроко смог уговорить Макото отпустить его потренироваться (я знал об этом, так как старался не пропускать ни одной встречи друга с Ханамией), вся команда накинулась на него с кучей вопросов: — Это твоя первая тренировка за две недели! Как ты мог столько пропустить?! — кричала Рико. — Забыл, кто наша главная надежда? Ты и Кагами! Он один не сможет всех победить! — Хьюга ходил кругами и с силой жестикулировал. Каждый не приберег возможностью напомнить Тецу о его провинностях. Один Тайга стоял в стороне и наблюдал за реакцией фантома на все происходящее: — Или ты решил, что нам не нужна победа на Зимнем Кубке?! Тебе не важна наша команда?! — долгое время голубоглазый молча все выслушивал, но после этих слов он выбежал из зала. Удивлению команды не было предела. Кто-то громко возмущался, кто-то перешептывался, обсуждая поведение фантома: — Кагами? — к тяжелому форварду подошел Киёши, — Ты можешь это объяснить? Вся команда повернулась к парню, в надежде услышать хоть какие-то объяснения: — Я… Мне надо поговорить с ним сейчас же, — после этих слов Тайга последовал примеру Куроко и вышел из-за, быстрыми шагами направляясь в сторону лестниц. Парень взлетел по лестнице на самый высокий этаж школы и выбрался на крышу. Там лежал Куроко и курил. Он явно слышал, что кто-то пришел, но глаза его были закрыты. Прохладный ветерок быстро уносил дым от дешевых, но очень крепких сигарет куда-то в небо: — Опять куришь? — огромная тень заслонила голубоволосому солнце и он открыл глаза. — А.. Это ты, Кагами-кун. Не заслоняй солнце, пожалуйста, а то ветер холодный, — Тецуя снова затянулся и закрыл глаза, ожидая исполнения своей просьбы. Но ответа не последовало, а тень не исчезла. Куроко сильным рывком поставили на ноги, накинули на плечи куртку и потянули в сторону лестницы: — Кагами! Отпусти меня! Куда ты меня ведешь? — Тайге было смешно от этого недовольного тона. — Ага, так я тебе и ответил. Пойдем.       Парни вышли с территории школы и пошли в сторону дома Кагами. Кареглазый все еще держал локоть Тецуи, видимо, боясь, что тот убежит. Правда, если бы даже парень побежал, Тайга быстро бы его нагнал. А там хрен знает, какие последствия это бы повлекло… — Ты голоден? — Нет. — Когда ты ел в последний раз? — настойчиво спрашивал Кагами, когда они уже почти подошли к дому. — Не хочу я есть, отстань. И отпусти уже мой локоть. Выглядит так, будто ты потерявшегося ребенка к маме ведешь, — спокойствие Куроко, как всегда, поражало. — Вот про ребенка ты прав… — усмехнулись в ответ. — Что?! — тонкая рука дернулась, но Кагами хватку не ослабил, и плевать, что останутся синяки. — Чего слышал. Перестань брыкаться. Мы почти пришли, — после этих слов парень резко свернул в магазинчик на углу, — Жаль, что ты не Нигоу и тебя нельзя привязать у входа точная зная, что ты никуда не слиняешь… — Очень смешно, — фантом насупился. — Что бы ты хотел на обед? — в руках домохозяйки мелками разные овощи. — Ничего не хочу, Кагами, пойдем у… — Раз ничего, то я сам решу, — парень перебил друга и, закинув в корзину всего по мелочам, направился к кассе.       Куроко свернулся калачиком у меня на диване, а я тем временем готовил обед. Вот варится рис, скворчит на сковородке свинина с овощами и я бегаю по кухне, как хлопотливая хозяйка.       Где-то минут через 20 голубоглазый поднялся и выскочил на балкон, перед этим выудив из кармана своей куртки пачку и зажигалку. Видимо, я упустил тот момент, когда он начал сам покупать себе сигареты. Или, может, ему их покупает Ханамия? Не желая гадать, я набрал смс Аомине: «Слушай, а откуда у Куроко пачка сигарет?» Ответ пришел почти сразу: «А ты только заметил? Вот дурак. Ему этот мудак приносит. А он с тобой?» «Сука.. Да, кормить собираюсь.» «Я смотрю, в заботливые мамочки выбиваешься? XD » «Да пошел ты! Я хочу заставить его бросить курить, так что не мешай!» «Точно мамочка! Ахаха! Ну, удачи, придурок. Напиши, как все прошло.» Стоп! Почему Аомине знает, откуда у Куроко пачка, а я нет?! То есть, он следит за ним, пока я на тренировках? Ладно, потом. Хотя, я все еще не разобрался, почему бывший свет Куроко следит за ним, но сейчас у меня дома, на балконе, босиком, стоит мой друг и курит вторую сигарету, при этом дрожа от холодного ветра. — Какой же ты дурак, — я накинул на плечи фантома плед. — Спасибо, Кагами-кун, — нотки искренности в его глазах, которые, как мне казалось, проникают прямо в душу всем, кто в них смотрит. — Обед готов, так что идем, — Тецуя затянулся, а я выхватил из тонких пальцев только закуренную сигарету и, потушив ее о перила, выкинул вниз. — Каг… — парень закашлялся от неожиданности. — Ага, идем, — я взял друга за локоть и вывел с балкона. — Зачем ты это сделал? — А мне так захотелось! На самом деле, я начал исполнять свой коварный план по обучению Куроко жить без сигарет. С его первой затяжки прошло уже около недели. Всегда, когда я его видел на улице, он курил одну за одной. При этом он не ест, не спит (так как по ночам следящий за ним Аомине мне это сразу же все рассказывает), на перерывах и даже вместо некоторых уроков он валяется на крыше или скамейке и курит. — Не делай так больше. Иначе я тебя ударю, — голубые глаза снова заглянули куда-то в глубину моей жалкой души. — Ха! Напугал, малыш, — я, тем временем, раскладывал еду по тарелкам. Спустя секунду ко мне пришло осознание только что произнесенной фразы и я в ужасе обернулся к Куроко. Тот испуганно на меня уставился, — Ой, прости… Я… Э… Короче, ты мелкий, как ребенок. Вот. А теперь. ешь давай! Фантом плюхнулся на диван и внимательно посмотрел в тарелку с рисом, мясом и овощами: — Это слишком много, Кагами-кун. Я столько не способен съесть. — Съешь все мясо и овощи, а рис как сможешь, — я уже во всю уплетал свою стряпню, — За это потом я куплю тебе ванильный шейк. — Мне тяжело с тобой спорить. — Вот и не спорь, а ешь. Слово «аппетит» никак не применимо к Куроко, но сейчас он ел довольно быстро, забивал рот всем, что попадалось под палочки. Оставив где-то половину риса в миске, он поднялся и понес тарелку в раковину: — Кагами-кун, давай я помою посуду? — А ты справишься с такой сложной задачей? — в ответ только возмущенно фыркнули. — Давай я тебе помогу хоть… Я следил за тем, как бледные руки, по локоть в пене, смывают с тарелок остатки еды и понял, что забываю, как дышать. Почему?! Ну вот почему он с этим Ханамией?! Он же такой тихий, нежный, волшебный… А этот мудак мало того, что пользуется его беззащитностью, так еще и скуривает! Я должен это остановить. Начну, конечно, с курения, потом разберусь с остальным. Надо скорее все обсудить с Дайки. Каким бы заносчивым придурком он не был, как бы я не хотел у него выиграть, а Куроко важнее… Я помогал Тецу, как мог — вытирал всю посуду полотенцем и складывал их по нужным полкам. Почему-то, мы оба молчали, хотя, меня устраивала эта домашняя обстановка. Но тут Куроко пришло в голову потянуться к, по его мнению, плохо помытой сковороде через меня. Чувствую теплый бок через майку. Вот он делает маленький шаг вперед и задевает меня левой ягодицей. Он специально, блять?! Не понимает, как это странно выглядит?! Идиот… Но голубоволосый вернулся в прежнее положение, с новой силой принялся натирать несчастную кухонную утварь: — Прости, не хотел тебя дергать. Я опомнился спустя минуту: — Да ничего. Кстати, кхм, от тебя табаком пасет, как от самого бычка. Может с душ хотя бы сходишь, чтобы мама не спалила? — Хм, правда. Было бы здорово. Спасибо, Кагами-кун, — парень вытер руки и повернулся ко мне. Видимо, когда его руки были в пене, он попытался смахнуть рукой волосы с глаз. Теперь на голубой челке висели клочок пены и не давал мне покоя. — Стой, — Куроко уже отвернулся, но я развернул его обратно и снял с пряди волос маленькое облачко, — У тебя пена в волосах. Он так удивленно посмотрел на мои пальцы, что я не сдержал смех: — Фух… — покуренный воздух сдул пену прямо мне на майку и Тецу громко засмеялся. — Зараза! Ну вот зачем? — А мне так захотелось… — он отвернулся и двинулся в сторону балкона. — Эй, куда собрался? — Курить, — бросили через плече. — Ага, разбежался! Быстро в душ! — со скоростью, близкой к Аомине, я метнулся к двери и загородил проход. Куроко подошел ко мне на расстояние вытянутой руки и заглянул в глаза: — Пропусти, Кагами-кун. — Неа, даже не подумаю! — я упер руки в бока, после чего тонкие пальцы ткнули мне между ребер, — Ай… Куроко, твою мать… — Я предупреждал, — он все еще стоял рядом, но теперь возвышался надо мной, так как я вынужден был согнуться от удара. — Ну, все… Держись, Хренова тень! — Ааа! Отпусти, Кагами! Ты мой свет, а не хозяин. Дай мне покурить. Я закинул парня себе на плече и понес в ванную. Он мило бил своими ручками мне по спине и ругался холодным, мертвым голосом: — Иди в душ. Я полотенце тебе занесу. — Нет! Я потом не смогу курить. Отпусти… — Куроко притих, когда его босые ноги коснулись дна ванной. — Мойся. — Я в одежде. — Заодно постираем… — я включил воду и направил душ на друга. Тот выставил перед собой руки так, что часть воды облила меня. Я схватил тонкие руки за запястье одной рукой, а другой поднял душ над головой парня. — Перес-буль-буль-тань… Кага-буль-ми! — Куроко мотал головой, разбрызгивая воду вокруг себя. — Не сопротивляйся, идиот! Я весь мокрый уже! — мокрые руки выскользнули из захвата и потянули меня в ванную. — Раз мокрый, то сам и мойся! А я… — А ты никуда не пойдешь! — я снова направил воду ему в лицо. Борясь со струей, он выхватил душ и облил меня целиком: — Нравится, Кагами-кун? Получай! Раскомандовался он тут… — Ты еще не буль-буль победил! — я прижал хрупкое тело к стенке — теперь вода била в лица нам обоим. — Все. Буль. Хватит. Моюсь я, отстань! — Куроко снял с себя мокрую майку, за ней и штаны. Я раньше видел его голым, когда мы ходили на источники. Но в этот раз он не снял боксеры, которые облепили худые ягодицы, четко показывая разделяющую две половинки полоску. — Куда ты смотришь, извращенец? — Сам ты извращенец! — фантом озорно улыбался, а я смутился. — Ты тоже мойся, раз меня заставил. Я послушно стянул футболку и джинсы. Куроко тем временем размазывал по бледной коже гель. Повесив душ на специальное крепление, я потянулся к тюбику: — У меня слишком много геля на руках и это мне не нравится, — размышлял мыльный Тецуя, — На! Тонкие пальцы проскользнули по моей груди и опустились где-то у середины пресса: — Блин, придурок! — Зато у меня теперь руки не мыльные, — довольная улыбка на его лице успокаивала. Я взял его руки в свои и снова намылил, а он повторил свою манипуляцию, но на этот раз с плечами. Спустя пару минут я был намыленным и красным от смеха. — Из-за тебя я долго моюсь, Кагами. — Я ухожу, так что не буду больше тебе мешать, — чуть не упав на скользком полу, я завязал полотенце на бедрах и стянул трусы. Из-за прозрачной занавески за мной следила пара голубых глаз, — Куроко, дай мне мокрую одежду. — Вот, — на куче мокрой одежды царственно свернулись синие боксеры. Парень держал капающие предметы одежды на вытянутых руках, а я невольно зацепился взглядом за короткие, светло-голубые волосы, располагающиеся на паху Куроко, — Кагами? — А? Ага, — я забрал вещи и выжал их в раковине. Одной рукой я развешивал одежду, а другой звонил маме Куроко: — Здравствуйте! Это Вас Кагами Тайга беспокоит. Дело в том, что нас сегодня обещали задержать на тренировке и поэтому мы с Куроко хотели попросить разрешения остаться у меня. Вы не против? Согласие было получено без особых проблем. Мне даже показалось, что Куроко-сама рада отсутствию сына дома. В ванной висел густой пар и я, как ниндзя, на цыпочках, подкрался к полке и положил туда большое мягкое полотенце. Решив чем-нибудь себя занять, я, в одном полотенце на бедрах, плюхнулся на диван и включил спортивный канал. Румяный Куроко прервал мое залипание в ящик: — Ты намочил мои сигареты, — этот ребенок был почти целиком укутан в белоснежное полотенце, которой придавало парню еще более бледный оттенок кожи. — Какая печаль! — Мне не нравится твой сарказм. Купи мне новые. — Я тебя пытаюсь отучить курить, при этом еще и сигареты покупать?! Иди ты знаешь куда?! — Домой? — нотки грусти в голосе. — Нет. Я, кстати, позвонил твоей маме и сказал, что ты у меня сегодня ночуешь. — Правда? Спасибо, Кагами-кун. Мне не очень хотелось сегодня идти домой… — Ты идиот. Давай посмотрим телек. Только в комнате, — я поднялся и потопал в спальню. Было слышно, как за мной шлепают мокрые ноги. Лучше бы мы не ложились вместе сегодня… Если бы я знал, что произойдет на утро, никогда бы на совершил такой ошибки:       Телевизор тихо бурчал что-то про пробки и погоду, когда Кагами продрал глаза. Куроко свернулся калачиком у него под боком абсолютно голый. Полотенце, до этого прикрывающее тело парня, сейчас бесформенный кучей лежало недалеко от ног Тецу. С самого Кагами набедренная повязка сильно сползла вниз. Тяжелый форвард молился всем, кого мог вспомнить, чтобы его тень не проснулась. Но, видимо, Тайга очень много грешил: — Кагами-кун? Мы проспали? — голубоволосый, как ни в чем не бывало, заглянул в карие глаза друга. После судорожного кивка он сполз с кровати, даже ничем не прикрываясь, и выскользнул из комнаты. Усилием воли Тайга успокоил ноющее утреннее приветствие его организма. Правда, худые, даже девчачьи, ягодицы Куроко довольно прилично пошатнули спокойствие света. Когда Кагами вышел из спальни, голубоглазый уже стоял на балконе и курил: — Ты же сказал, что твои сигареты намокли? — снова плед, наброшенный на плечи. — Несколько из них просохли. — Мы опаздываем. Идем.