Музыка из темноты

— Мама, ты не представляешь себе, что произошло, — разгоняя тишину огромного особняка и попутно раскидывая вещи, прокричал вглубь дома, молодой человек лет девятнадцати, — он сказал: твоя дипломная работа хороша, но не настолько, чтобы ставить за неё отлично, — пародировал преподавателя парень. Дал мне адрес некой Эндрии Блэквуд, — рассматривая визитку, одновременно доставая сок из холодильника говорил парень. — Кто это? — раздался чуть хриплый голос с лестницы, вперемешку с цоканьем каблуков. — Я не знаю, но этот хмырь, сказал - это своего рода гений в музыке, и она сможет помочь мне сделать мою работу достойной той оценки, которую я хочу. Я думал ты её знаешь, так как он сказал, что она очень известна. — Не знаю, сынок. Может быть, она известна где-то в его вселенной, — подмигивая сыну и забирая у него из рук сок сказала женщина. Женщина была среднего роста, шелковистые, светлые волосы достающие до поясницы собранные в косу, серо-зелёные глаза, которые напоминали изумруды, играющие на свету. Она была одета в юбку, карандаш, которая открывала красивые колени и строго покроя блузку. Несколько верхних пуговиц были расстёгнутыми, немного показывая ложбинку между грудей. Шарм этой женщины обескураживал. Умная, начитанная, талантливая. Большая часть мужчин хотели бы иметь такую жену. Но она была неприступна. Многие её называли "Снежной Королевой", так как после смерти мужа отношений у неё не было. В свои тридцать семь лет женщина многого добилась. Она получила множество кинопремий, являлась одной из самых высокооплачиваемых актрис и была в списке самых сексуальной женщиной на планете по версии разных журналов. — А, мам, тут ещё такое дело. Фишер сказал, что лучше будет если я пойду с тобой. — Это ещё зачем? — приподнимая бровь спросила блондинка. — Он сказал, что даже не смотря на рекомендацию и визитку меня могут не пустить и лучше, чтобы со мной был известный человек. — Золотце моё, ты же отлично знаешь, что я очень не люблю «гениев». Я просто не могу терпеть этих зазнавшихся снобов средних лет. А что если это вообще какая-нибудь старая бабка? — Мамочка, ну, пожалуйста, это очень важно для меня, — жалобно смотря на мать умолял подросток. — Хорошо, но ты постараешься как можно лучше слушать чтобы быстрее закончить. Договорились? — Так точно, о бриллиант моего сердца. — Тогда в путь, — хватая со стола сумку и ключи от машины, женщина направилась к выходу. Парень беспрекословно последовал за матерью. Они ехали примерно два часа, то и дело попадая в пробки, устраивали перепалки из-за маршрута параллельно смеясь. Так они и подъехали к огромному особняку. — Вау! — восторженно выдохнул парень. — Выскочка, что и требовалось доказать. Он больше нашего в два раза. Просто отлично. Коротышка с манией величества. Подъехав в плотную к воротам, женщина нажала на кнопку связи и из громкоговорителя сразу послышался голос. — Вам назначено? — Да, мы от мистера Фишера. — А-а-а, да припоминаю. Хозяйка говорила, что вы приедете. Проезжайте, — раздался звуковой сигнал и ворота медленно начали открываться. Когда семейство подъехала к большим, дубовым дверям они увидели, что на пороге их уже ждал дворецкий. Мужчина был высокого роста, голова его была седа, а костюм был идеально вычищен. — Прошу Вас, следуйте за мной, — учтиво произнёс мужчина, показывая жестом куда нужно следовать. С каждым шагом они всё отчётливее слышали музыку, которая завораживала с каждой секундой больше. Она струилась по всему дому, лаская слух. Но было в ней что-то такое, что заставляло чувствовать боль в груди. — Проходите — открывая дверь в помещение сказал дворецкий, — мы Вас сегодня не ждали, так, что придётся подождать пока она закончит свои «весёлые» импровизации, но Вы можете понаблюдать за этим действием, — показывая на окно сказал дворецкий. — А мы ей не будем мешать? — задала резонный вопрос женщина. — Не думаю, что она Вас заметит. Я зайду к Вам чуть позже. Подожду пока она закончит и сообщу о том, что Вы приехали. Дворецкий вышел, оставив их наблюдать за происходящим через стекло. Мужчина привёл их в звукозаписывающею студию. За большим стеклом была девушка, водрузившись на высокий стул она играла на каком-то инструменте. Глаза её были закрыты и на них спадали густые тёмно-каштановые волосы, а красивые, длинные пальцы, аккуратно передвигались по отверстиям на деревянной основе. — О! Это дудук! Нам Фишер совсем недавно рассказывал про него. Но я не думал, что музыка на нём настолько волшебна. — Да, музыка действительно волшебная. Только я не пойму чем тебе дудочница поможет… — Ну она же музыкант в конце концов. Ма, ты посмотри сколько тут разных текстов, — перебирая бумаги на столе говорил парень. Женщина взяла первую попавшуюся бумагу и начала читать. Текст был написан на немецком, но для Джорджины это нисколько не стало затруднением, так как она знала этот язык. Она вчитывалась в каждую строчку, что была написана корявым почерком, а сам лист был исписан чёрте как. Буквы были под разными наклонами, а слова наезжали друг на друга. Прочитав весь текст, женщина нахмурилась, текст был очень грустным, а отсутствие нот говорило о том, что это просто наброски. Прочитав слова, блондинка поняла, что человек, который написал это, очень одинок. И действительно, пока они дошли до звукозаписывающей студии, которая была в самом дальнем углу дома, они никого не встретили. Да и никаких знаков пребывания кого-то кроме прислуги тоже не было. — Человек, который счастлив не будет вот так сидеть в студии целый день и наигрывать грустные мотивы, не будет исписывать бумагу словами, от которых сердце сжимается. Наверное она в глубокой депрессии, так как ей всё равно, что происходит вокруг неё. Она даже одета не опрятно, — думала блондинка. Ещё раз смерив девушку взглядом, она ещё лучше подметила детали. Девушка была одета в чёрную водолазку, причём одета она была не аккуратно, ворот не был до конца выправлен. Джинсовые шорты были мятые, ремень был не заправлен, болтался. За то кроссовки были идеально былые, но это значило только, то, что из дома она не выходит. После последнего выводы блондинка фыркнула, чем привлекла внимание сына. — Мам, ты что опять делаешь выводы о человеке оценивая, как он выглядит? — прищурился парень. — Да, и я делаю вывод, что это богатая, избалованная, одинокая и неряшливая особа, — строго посмотрев на сына, шикнула женщина. — Ну сколько можно это делать. Не суди людей по обложке, ты же её даже не знаешь. — Мне достаточно того, что я увидела. И давай не будем об этом, — вернув свой взгляд на виновницу этого разговора. Несколько минут спустя музыка прекратилась и в комнату где сидела девушка вошёл дворецкий. Девушка даже не повернулась к мужчине, а только немного повернула голову подставляя ухо чтобы лучше слышать. — К Вам пришли. — Кто? — стальным голосом задала свой вопрос хозяйка дома. — С вами договаривался о встрече мистер Фишер. — А-а-а-а, понятно, — чуть улыбнувшись, — моя пластинка Queen — «Bohemian Rhapsody». Где мне искать наших гостей? — Они в звукозаписывающей. — Другого места в доме не нашлось? Там же полный бардак. — Я посчитал это разумным, так как Вы же будите заниматься как раз звукозаписью. — Хех, и то верно. Ладно я сейчас подойду. Девушка встала со стула, взяла солнечные очки, что висели на микрофоне рядом и медленно пошла к двери входа в студию надевая аксессуар. Как только она смахнула волосы чтобы одеть очки парень заметно оживился. — Ни фига себе, полный улёт. Я представить себе не мог, что когда-нибудь увижу её в живую. Она же легенда в мире музыки, — возбуждённо лепетал пацан, — мама, это… Но договорить он не успел, так как в помещение вошла виновница этих возгласов. — Зря я согласилась на эту авантюру, не люблю я с людьми общаться. Но оно того стоит. Как представлю звук винила, скрежет иглы по поверхности, а мягкость звука. Мммм, аж передёргивает от восторга, — открывая дверь думала Эндрия, — хмм, Фишер говорил что-то про мальчика, а запах явно женский. Духи дорогие, явно не подросток, — девушка прикрыла глаза под очками и втянула побольше прекрасного запаха, — о да, определённо женщина. Страсть и загадочность. — Здравствуйте, надеюсь Вы не слишком долго ждали и это ожидание Вас не утомило. Меня зовут Эндрия, если хотите называйте меня Энди. — Очень приятно познакомиться! Я Мартин Морено, а это моя мама Джорджина, — указывая рукой на мать, а следом ударяя себя этой же рукой по лбу, — чёрт вот я тупица, она же не видит, что я показываю. — Мне тоже очень приятно, — чуть улыбнувшись и направляясь к пульту звукозаписи сказала девушка. — Как много времени это займёт? — чуть грубо спросила Джорджина. — О! Актрисы не любят ждать? — усмехнулась девушка, — если сейчас по каким-то причинам не закончим, то всегда можно продолжить в следующий раз, — последовал серьёзный ответ. Женщина только скривила недовольное лицо и хмыкнула, чем вызвала довольное лицо Эндрии. — Ну, что парень, давай посмотрим, что у тебя там, — протягивая ладонь сказала девушка и тут же в ладони оказалась флешка. Девушка провела рукой по всему периметру пульта двумя пальцами, ища отверстие для флешки и как только нашла его, подключила носитель. Этот жест не ускользнул от карих глаз. — Если Вы плохо видите, могли бы снять солнечные очки. Сомневаюсь, что в помещении может появится солнце. — Думаете я от этого начну видеть? — резко поворачивая голову на звуки голоса и снимая очки вкрадчиво спросила девушка. Два неподвижных глаза смотрели прямо в душу женщины. Серо-зелёные глаза смотрели в карие, безжизненные, в голове тут же заиграла мелодия, которую недавно играла эта девушка тем самым разжигая чувство вины. Спустя минуту «гляделок» Эндрия медленно начала отворачивается так же медленно, одевая очки оставляя за собой шлейф отчаянья, боли и одиночества…