Hello, Russia

Июль, 2014 год. — Всё началось на Дне Рождения Рейгана. Ничто не предвещало беды, ничто: ни три ящика спиртного, ни два десятка полуголых девиц, ни пьяная физиономия Дилана, пытавшегося меня поцеловать… — Стоп, Син, причем тут моя физиономия? — Подожди, я не рассказал. Слушайте дальше. Так вот. Потом эта бухая усатая рожа оставила меня в покое, шатающейся походочкой утопала куда подальше и уединилась где-то с Кудрявым… Месяц назад. 24 июня. — Где, блять, эти педики? — истерично орёт Джей, вкатив в кухню большой торт и осмотревшись по сторонам. Нервы у парня стали ни к черту, того глядишь на лбу пульсирующие вены проступать начнут. — Ты сам ответил на свой вопрос, — многозначительно улыбнувшись, я встаю из-за стола. — Сейчас приведу. Иду на второй этаж дома Джонни и, хвала богам, в одной из комнат нахожу Дилана и Мэтта — не в постели и далеко не голыми. Эти великовозрастные дебилы, послав внешний мир к чертям собачьим, сидят на полу перед телевизором и рубятся в ГТА. Весьма популярно, при помощи отборной брани, объясняю им, что Джордж уже желает задуть свечи на торте, загадать желание и пойти наконец наебениться по самое не могу. Спустя несколько минут мы, уже полным составом, не считая ещё пары десятков гостей, орём «С Днём Рождения!» А потом — в лучших традициях нашего музыкального стада — ждём, пока Тирс сообразит, чего же ему, падле, ещё нужно от жизни. — А теперь гвоздь программы! — торжественно объявляет Кудрявый, зачерпнув рукой крем с торта и впечатав его имениннику в лицо. — Ааам! Иди скидывай одеяния и приходи обратно. Да, есть у нас один ритуал: спеть № 5 акапелла, да в чём мать родила. Сам Рейган и придумал, кстати, на двадцатипятилетие Дилана. Спустя ещё пять минут Джонни вбегает к нам голый, прикрывая своё хозяйство полотенцем, а затем начинает запевать. Потом, когда под бурные овации он завершает свой концерт, все перемещаются на задний двор к бассейну и, так сказать, пускаются во все тяжкие. Мы с Дэнни валяемся на шезлонге, непонятно как вообще уместившись на нём вдвоём, и распиваем, хер знает какую по счёту, бутылку виски. Я наблюдаю за тем, что за пиздец творится вокруг нас, а Мурильо нудит мне на ухо, что распидорасил себе колено, когда упал со стола. Недалеко от нас Мэтт лапает какую-то телку, а Джей, завопив: «Руки прочь от Ванессы, урод!», подбегает к охеревающему от услышанного барабанщику и принимается размахивать перед его носом кулаками. — Хера, Деккер упоролся, — ржёт солист и валится-таки с шезлонга на землю. — Ванессы же нет, она не смогла прийти. «Да мы все тут в говно». Ухмыльнувшись, я встаю с места и направляюсь к этим двум петухам. — Я тебе, бля, твои тоннели на пятки натяну, съебал от меня! — почти скримом орёт Мэтт, пытаясь отодрать от себя взбесившегося Джорела. — Сначала я сделаю кое-кому новую прическу а-ля колено, — парирует тот, замахнувшись на противника пустой стеклянной бутылкой. — Я вам обоим глобус в жопу засуну, если вы не прекратите! — кричу первое, что приходит мне в голову, пытаясь оттащить Кудрявого в сторону. Но мои слова их не берут, и они продолжают свою бойню. Зато вот Джонни, предлагавший уже было делать на этих двоих ставки, внезапно уматывает в дом. А потом возвращается оттуда — скажите мне, что я просто перепил — с глобусом! Что за херня? Откуда у такого придурка, как Рейган, есть что-то, что даёт знания? — Ставки, бля, удваиваются! — он ставит эту хрень на стол, а затем показывает на меня пальцем. — Террел лично линчует проигравшего символом географии! — Не проигравшего, а обоих, — поправляю я. Наконец два идиота обращают на нас внимание, и Кёрлз, поправляя свои к хуям растрёпанные волосы, произносит: — Пьяный и злой Джордан, это, сука, не пальцем в жопе ковырять… — А глобусом, — заканчивает Джей, а потом, осмотревшись по сторонам, хлопает себя ладонью по лбу. — Ох ебааать, Ванессы же тут нет. Мэтт, прости. После этого они, шатаясь, сваливают в дом, а мы с Рейганом стоим над разрисованным под нашу планету шаром и думаем, чего бы с ним теперь такого сделать. Спустя какое-то время мимо нас, с победным кличем, пробегает Кудрявый — отчего-то в одних трусах — и лезет обниматься к Дилану со словами: «Я щас взял бритву Тирса, эту, как её, жилет фьюжн? Похуй. И набрил себе ноги, прикинь. Мне за это дали двадцатку». Хорошо же его вштырило. И ещё более хорошо, что Джордж этого не слышал. Потом к нам снова подплывает Дог, сетуя на то, что обидел друга и должен что-то для него сделать. Джонни уж было начинает говорить слово на букву М, как я принимаюсь выкрикивать: — Внимание, охуенная викторина! Розыгрыш путешествия за счет Деккера, ибо нехер бить Кучерявого! — закрываю глаза и начинаю крутить глобус. — Куда мой палец попадет, туда нас Джей и повезёт! Наконец я останавливаю эту вращающуюся хуйню и тыкаю мизинцем в некое, пока неизвестное мне, место. — Ёпт, а что это за страна? — с неподдельным удивлением спрашивает именинник. Разлепляю глаза и смотрю на свой выбор. Чёрт, правда — это что ещё такое? Джорел подгребает к нам, нагибается к глобусу так, что чуть не упирается в него носом, и начинает вычитывать название. А потом резко выпрямляется и заявляет: — Не произноси это слово вслух. Я вас туда не повезу. — Так что за слово-то? — вопрошает Дэнни, стоя на месте и раскачиваясь из стороны в сторону. — Из шести букв. Плохое слово, — загадочно улыбается тот. — Син, не смей называть… эти шесть грёбанных букв. Улыбаюсь, как бы дав ему понять, что ебал я его угрозы, и, прочитав название страны, объявляю: — Россия! Мэттью, твоя надранная задница выбила нам путёвки в Россию! В течение следующего часа мы с Кудрявым, радостные и абсолютно невменяемые, слоняемся по участку, выпрашивая нам всем билеты на самолёт до Москвы. Деккер заявляет, что нахер никуда нас не повезёт — ибо далеко, холодно, страшно и он нищий. На последнем слове он делает особенный акцент. — Кстати, долбоёбы, чё я вспомнил, — ржёт Дилан, когда мы подваливаем к нему и начинаем заливать о столь желанной поездке, — мы же и так скоро в Москву летим. Наши глаза округляются, мы переглядываемся. «Что мы пропустили?» — Твою мать, — шокировано говорит Мэтт, схватив меня за плечи. — Джордан! Мечты сбываются! — Какие мечты, эй, — Фанни усмехается, а затем всучивает ему в руку айфон, указывая на экран, — у нас там выступление, работа, кровь и пот. Меньше бухать надо, меньше! Мы втроём находим Джонни и Дэнни, спешим обрадовать их внезапным заявлением мексиканца, и после этого сходимся в едином мнении: Москвы нам мало — нужны регионы! Затем еще около двадцати минут шляемся около бассейна, чересчур громко агитируя всех сдать Джорела в участок, чтобы у нас было время прошарить его дом и найти все деньги и драгоценности. Не сработало. Наконец, после очередного стакана виски, ко мне приходит озарение. — Короче смотрите, щенки, и учитесь, — уже с трудом ворочая языком говорю я, пролистывая список контактов в своём телефоне, — щас Чарли Син покажет вам… магию вне Хогвартса. — Террел, ты нас пугаешь… — Тсс, бля, — я вслушиваюсь в гудки. — Алло, наш любимый и обожаемый лейбл!.. Обзвонили мы всех, включая менеджеров, техников, и даже по кой-то хер жен и родителей. И каждому неизменно вещали о том, как хотим в региональный тур по России. Вот просто до безумия хотим, до дрожи в коленях.

***

— Вот кто та сука, которая испортила мою новую бритву! — восклицает Джордж после того, как я заканчиваю свой рассказ. — Бляяяя, Тирс, заткнись уже, — я окидываю их всех взглядом. — В итоге цепочка тех событий, странным образом связанных между собой, привела к тому, что эти хуесосы восприняли наши пьяные вопли всерьёз. Поэтому в октябре, спешу вас поздравить, у нас начинается региональный тур сами угадайте где. Ну, и, собсна, это всё. Пришлось собрать их всех у себя дома, ибо дозвониться наши менеджеры соизволили только до меня. Так что сегодня, волей не волей, Джордан, то бишь я, стал источником очень интересной новости. Также я был вынужден освежить в памяти моих дружков-алкоголиков события месячной давности, во избежание лишних вопросов, типа: «Какого хуя» или чего-то более информативного, навроде: «Какого хуя, мы об этом даже не говорили». Около минуты в гостиной царит тишина. Все подозрительно радостно скалятся, будто мы не в холодную и неизведанную страну полетим, а на Мальдивы, — с полными чемоданами бухла и травы. Хотя, одно другому не мешает, если уж острова нам не светят. Я, по сути, совсем не против, но вот Деккер — что, впрочем, и вызывает во мне опасения — как-то странно смотрит в стену и не шевелится. — А как ты собирался засунуть глобус в жопу? — наконец задумчиво спрашивает Джей, — там же размеры… — Мы полетим к снегам, волкам и алкоголикам, а ты думаешь о соразмерности глобуса к твоей заднице? — улыбаясь встаю с дивана и беру со стоящего рядом журнального столика банку пива. Он усмехается и заявляет, что теперь этот вопрос будет терзать его долгие годы. Похоже, пронесло. Дилан, сделав подозрительно умное выражение лица, вещает, мол, мы проверим это на тебе же, в России — прямо на сцене. Рейган вызывается быть исполнителем сего эксперимента, Мэтти оператором, а Дэнни же просто ржёт как гиена. С грандиознейшим фейспалмом я отхожу подальше от этих педиков и смею напомнить им об одном нюансе: — Хер его знает, придет ли на наши концерты вообще хоть кто-то. — А мы Кудрявого будем на улицу с листовками выгонять. Пускай зазывает. Должна же быть от него хоть какая-то по… — в затылок Джонни прилетает добротная затрещина. -…льза. — Это всё конечно очень круто, но… думаю, нам стоит начать готовиться к поездке. Почитать что-нибудь, поспрашивать… — Прикупить сани, шубы, ружьё, — перебивает Фанни, — и можно на постоянку там остаться. Красота-а-а, — он откидывается на спинку кресла и убирает руки за голову. Из-за появившегося в голове образа идущего в лес на охоту, в шубе и с ружьём на плече, Дилана, меня прошибает на смех. Потом я, наконец, решаю подытожить наш разговор: — В общем, всё нормально? Живём? Все одобрительно кивают, после чего Джей просит Мэтта повторить фразу, которую тот выкрикивал месяц назад в аэропорту, перед нашим первым визитом в Москву. — Мы в дерьме? — уточняет барабанщик, доставая из пачки сигарет одну штуку и закуривая. — Да, точно. Это было дохуя эпично. Давай ещё раз? Все улыбаясь смотрим на него, будто эти слова должны задать настрой на предстоящий тур и принести группе невиданную удачу. — Мы-ы-ы в дерьм-е-е-е-е! — вопит он, затем встает с дивана, картинно хватается обеими руками за голову и, выронив сигарету изо рта, выбегает из гостиной. — Попытка поджога. Тащите сюда, мать его, глобус! — я поднимаю дымящийся бычок с ковра и пускаюсь догонять этого болвана. Вслед нам раздается хохот, а затем слышится предложение Джорджа: «Ставки! делаем ставки!» Уже на кухне я неудачно вписываюсь в поворот, из-за чего валюсь на пол, схватившись рукой за стол и уронив всё, что на нём стояло. Взревев от смеха, как мамонт в процессе вымирания, Мэтт садится на колени рядом со мной, красиво так лежащим среди осколков, и щелкает перед моим носом пальцами: — Жив, идиот? Жив, спрашиваю? — Ты… убийца. Ебучий маньяк. Ты это продумал. На хрипы скримера и на мои предсмертные слова прибегают остальные парни. Увидев эту дивную картину, которая со стороны, наверное, смахивает на полотно «Иван грозный убивает своего сына», где я есть сын, а Кудрявый — Иван, Дэнни с умным видом заявляет: — Такие события полагается отмечать. Нет, я не о том, что ты, Террел, чуть копыта не отбросил. Я о Российском туре. Он многозначительно улыбается. Ну да, вот этот вот взгляд Рейгана я ни с каким больше не спутаю - мы, блять, опять попрёмся в клуб. — Я вас ненавижу, — протягиваю я, всё еще валяясь на полу, только теперь Мэтт уже успел положить мою голову себе на колени. — Ну и хер ли встали? Кёрлз, поднимай меня. Поехали.

***

Спустя чёрт знает сколько часов. Дом Дэнни, ночь. — Говорят, там медведи… — Враньё. Нет там медведей, — отрицательно мотает головой Даниэль. Джорел недоверчиво хмыкает, поудобнее устраивается на полу рядом с Джорджем и кладёт тому голову на плечо. — Ты бы поосторожнее, сладкий, — басит Джонни и пошло улыбается. — Нахуй тебя, — Джей отползает подальше от него, в сторону Мэтта. Пять нетрезвых тел почти идеально ровным рядком лежат на полу и пытаются прийти в себя. Я же сижу рядом с этими придурками, прислонившись спиной к стене и приложив к голове пустую бутылку от текилы. Хорошо отметили предстоящее путешествие, ничего не скажешь. Вся гостиная, провонявшая спиртом и еще чем-то химическим, освещается одним сраным ночником, потому что лампы из люстры были удачно вывернуты мной же, при поддержке Деккера, оравшего: «Давай, Террел, к хуям свет, нечисть любит темноту!». А потом моё великое деяние было подытожено воплем Кёрлза: «Да будет ночь!» и его ебанутой беготней, в результате которой он, хер пойми обо что споткнувшись, вальнулся прямо на Рейгана. В общем-то, так и закончился наш дохера культурный вечер. Дилан мычит что-то нечленораздельное и, перевернувшись с одного бока на другой, закидывает ногу на Дэнни. — Бля, зря мы пытались диван прокачать, — обречённо произносит солист, не решаясь скидывать с себя ляжку мексиканца. — Его, наверно, придётся выкинуть. Валяющийся рядом со мной Кудрявый бубнит: «Мы всего лишь облили его оливковым маслом. И бензином. Сдадим в химчистку». — Тебя тоже не мешало бы, — добавляю я, вытаскивая из образовавшегося на его голове скворечника маленькую ветку. Цепанул её, наверное, когда мы бежали наперегонки из клуба до дома. Через кусты. А потом, оказавшись в этом самом доме, продолжили алкогольное веселье, полные решимости перекрасить мягкую мебель при помощи гуаши, найденной в детской. Цвет нам не понравился, и Джонни предложил вывести пятна маслом. Нихера не получилось, поэтому Деккер сгонял в гараж за канистрой бензина. Но нас опять постигла неудача. Ещё бы, блять. Поэтому сейчас нам даже не на чем спать, ибо диван с креслами взрывоопасны, а в спальню Даниэль нам идти запретил под угрозой анальной расправы. — М…му…муму…рильо, в рот тебе ноги, — Джорел трясёт хозяина дома за руку. — А нас Тереза по миру не пустит за то, что мы испохабили тут всё? — Они с дочкой приедут через три дня. Я успею всё вычистить и купить новые ди… А вот тут кульминация. Раздаётся звук открывающейся двери, детский смех, а затем голос: — Милый, мы приехали раньше. А почему тут пахнет бе… это что еще за… — Мы пили за… Россию, — оправдывается Дэнни. Однако, здравствуйте.