California Dreaming

— Мик, не хочешь поговорить? — я не сразу ответила, продолжая смотреть немигающим взглядом на синюю гладь. — Мика? — в его голосе послышались нотки беспокойства. — Мм? — повернула голову в сторону водителя, переваривая суть вопроса. — О чем? — Утром ты порядком понервничала. — Да, понервничала… — я спокойнее бездушных дубовых дверей. Уже выплеснула, что хотела, и не желаю начинать все с начала. Итачи долго молчит, неотрывно глядя на дорогу. Свернув с трассы и проехав еще немного, глушит мотор, остановившись не далеко обрыва, и выходит из машины. Молча следую за ним. — Потрясающе, правда? — Учиха стал на самом краю, засунул руки в карманы и зажмурился, наслаждаясь легким порывом ветра. Его собранные в слабый низкий хвост волосы беспорядочно разметались по спине и плечам. — Да… — место вправду очень уединенное и живописное. Позади небольшой лесок, отделяющий от шумной дороги. Зеленая поляна с одиноким высоким ветвистым дубом, под ним старая скамейка, покрытая желтой облупившейся под натиском времени краской. Перед нами бескрайние просторы океана. — Место, куда убегаешь от проблем? — Здесь спокойно, словно в девственном мире. Тут я ощущаю себя частью именно природы, а не всего того, что сделано человеческими руками… да и вообще, всего связанного с людьми, — некоторое время мы стоим неподвижно, не роняя ни звука. В душе наступает полное ощутимое умиротворение, именно то, о чем говорил мне Итачи. Внизу шумит океан, разбиваясь волнами о скалы. Над нами пролетают чайки, разрезая воздух своим грустным криком. — Я подумал, что сейчас ты нуждаешься во всем этом, — Учиха повернул голову в мою сторону. — Ты оказался прав, — легкая улыбка тронула мои губы, отражаясь, словно в зеркале, на лице мужчины. — Спасибо. Мы постояли молча еще какое-то время, наслаждаясь мимолетной безмятежностью. — Ты необыкновенна, — вдруг произнес Итачи, почти что шепотом, словно сам себе, но все же этого было достаточно, чтобы я смогла услышать. — Все люди разные, каждый индивидуальность, — села на край, свесив ноги с обрыва. Учиха усмехнулся, опускаясь рядом. — А я хотел сделать комплимент, — немного разочаровано. — Ну, спасибо. — Ты точно решила уехать? — этот вопрос нарушил созданную ранее атмосферу. — Было похоже, что я шучу? — вопросительно вскинула бровь, прямо смотря в темные глаза. — Нет, не было. — Иногда мне очень некомфортно находиться в окружении вашего семейства. Я не понимаю, почему вы ведете себя так… — Итачи тяжело вздохнул, но ничего не ответил. Я согласна, что порою задача обосновать свои поступки может оказаться не посильной. Ты поступаешь так, как поступаешь, не задумываясь. Но всему есть предел, и должна существовать хоть какая-то мораль в поступках. Не знаю, что мною двигало, но я устало облокотилась о плечо рядом сидящего, прикрывая глаза, словно прячась от проблем и всей сопровождающей их головной боли. Учиха сначала пару раз провел по моим волосам, потом чуть приобнял, поглаживая предплечье. Почувствовала легкий поцелуй в макушку. — Нам, наверное, уже пора, — немного отодвинулась и встала. — Ты ведь привезешь меня еще раз сюда? — Итачи поднялся с земли. — Конечно, здесь невероятно красивые закаты, — он повернулся ко мне, заглядывая в глаза, провел тыльной стороной руки по щеке, чуть приподнял за подбородок голову мою вверх и наклонился. Не навязчивый, без толики страсти, но переполненный нежностью поцелуй. Такие моменты оставляют след в памяти, приятный отпечаток. — Великолепно, — Мадара расплылся в удовлетворенной улыбке, когда полностью готовая к предстоящему вечеру спустилась к ожидающим Учиха. — То же могу сказать и о всех вас, особенно Обито, — хихикнула, — ты и вовсе неподражаем, — мужчина лишь хмыкнул и закатил глаза. Желание было исполнено, и он стоял в черном костюме, заячьими ушками на голове, бабочкой на шее, расстёгнутым пиджаком, из-под которого прекрасно видно шикарный рельефный торс, и маленьким беленьким хвостиком. Это безумно мило и… сексуально. Думаю, барышни его точно просто так домой не отпустят. Каждый поехал на своей машине, я же села к Итачи. — Нару! — завидев моего дорогого братишку, поспешила в его сторону, стараясь держать ровно спину и ступать как можно увереннее, не обращая внимания на каблуки. Мне так хотелось выкрикнуть его имя, да так, чтобы ясно различался упрек в моей интонации, кинуть пару ласковых. Сдержалась. — О, Тэмико, дорогая, как дела? — словно и не было между нами никаких моментиков и никаких причин для обиды. Со стола берет бокал вина и протягивает мне, после отпивая из своего. — Тебя действительно интересуют мои дела? — перед этим я глубоко вдохнула, решив не выходить из себя, просто поговорить. — Конечно, я волнуюсь за тебя. — Я просила приехать за мной, однако ты проигнорировал, — отпиваю глоточек слегка терпкого красного. — И знаешь, события того вечера складывались совершенно не в моих интересах, — делает вид, что он весь во внимании, а глазами уже который раз оббегает лица гостей, видимо, ища Учиха. Пока они обменивались любезностями с Хьюга, я поспешила к брату, и мой уход остался не замеченным. Думаю, Нару не терпится пообщаться с семейством брюнетов. — Учиха явно тебе не сделали бы ничего плохого, — поправил светло голубой галстук — мой подарок на новый год, — наверное, ты просто серьезно отнеслась к какой-нибудь их веселой выходке, — он пожал плечами. — Я хочу вернуться домой, — почему-то Нару это совершенно не удивило, он даже бровью не повел, как обычно делает, похоже, он это предполагал. Скорее всего, он знает о «хороших» качествах своих друзей и их родственников. И тут меня осенила догадка, я вскинула ошарашенно брови вверх. Начинаю понимать, суть всего происходящего. Абсурдность того, что задумал мой старший брат. Я уже почти уверенна, что это именно он все продумал. — Это было очень глупо. — Что именно? — не понимающее выражение и легкое волнение. — Отправлять меня к ним. Сегодня я еду домой вместе с тобой, а завтра мы заберем мои вещи. Он хотел было возразить, но, устремив взгляд поверх моей головы, выпрямился, сомкнул губы и приветливо улыбнулся. Я обернулась. Хината. Она прекрасна сегодня. Волосы собраны в замысловатую прическу, черное платье, выгодно подчеркивающее все прелести изящной фигурки, и не менее высокие нежели у меня каблуки. Подруга искренне обрадовалась моему появлению на сегодняшнем вечере. Мы крепко обнялись, одарив друг друга комплиментами. Наруто же приобнял девушку за талию и легко поцеловал в губы. При этом Хината лишь немного смутилась, и то, скорее не от самого поцелуя, а от того, что это произошло на виду у приличного количества людей. Видимо, уже привыкла. Хьюга просто светится рядом с моим братом. Впрочем, как и он сам. Они явно счастливы. Ну что ж, это великолепно, я правда рада. Только вот мне тоже хотелось бы быть, а не просто выглядеть счастливой. — Поздравляю, — искренне, от души. — С чем? — удивилась подруга. — С тем, что вы вместе, вы правда хорошая пара. — Спасибо, — смущенная улыбка. — Ты домой скоро вернешься? — Да вот собираюсь… — договориться я не успела. Сзади подошёл Мадара и положил мне руку на плечо. Нару заметно расслабиться при появлении Учиха. — Собираешься ещё у нас погостить? Это замечательно. Твоё общество приятно каждому члену моей семьи, — он смотрит прямо в глаза улыбаясь по-доброму, но при этом чувствуется давление, пытается просто заткнуть меня. — Я думала… — чуть сжал моё плечо и тут же убрал руку, не обращая внимания, словно мои слова лишь писк мошки. — Хината, как поживаешь? Вижу, Узумаки посчастливилось поймать золотую рыбку. — Хорошо, спасибо. — Девушки, вы бы не могли. Оставить нас наедине? — наивежливейшим тоном попросил брюнет. Я бы может и возразила, да вот Хита, естественно, не смогла отказать просьбе гостя. — Тебе не очень с ними? — мы вышли на террасу. Сумерки окутали сад за домом. Воздух стал прохладнее, свежее. Глубоко вдыхают и будто просыпаюсь. — Да как сказать, — пожимают плечами, — и хорошо, и не очень. Ты лучше расскажи, как у вас с Нару? Что-то быстро уж вы спелись. Надеюсь, он хоть руки не распускает? — Ну, иногда бывает, но я не против. Вообще мы много времени за эту неделю провели вместе. Он бывает немного неуклюж, но очень романтичен. Вечер пролетел для меня почти незаметно. Наслаждалась обществом подруги и некоторых старых товарищей. Итачи с Мадарой пару раз приглашали по танцевать. Зайка Обито куда-то исчез. Как и ожидалось, к Саске девушки липли, как мухи к торту. С братом разговор у меня не клеился совершенно. Однако я осталась непоколебима в своем решении оказаться сегодня дома. Когда гости начали постепенно покидать особняк, я разыскала своего старшего и не отходила от него ни на метр, дабы не дать брату ускользнуть без меня. Стою возле машины, кутаясь в тонкую накидку. Ночная прохлада касается своими ледяными пальцами, и от того временами передергиваю плечами. Нервно оборачиваюсь по сторонам, выглядывая Нару. Он сказал, что попрощается с Хинатой и мы поедим, а сам пропал на целую четверть часа, даже не открыв мне машину. Такое ощущение, словно я боюсь опоздать на самолет, останусь в чужой стране и уверена в подобном исходе на девяносто процентов. — Ты едешь домой или собираешься и дальше мерзнуть, охраняя машину, еще и не понятно чью? — выйдя из особняка, подошел ко мне Мадара. — Я жду брата. Это его, — я кивнула назад. Учиха посмотрел с непонятной мне жалостью. — Что-то не так? — Склерозом я пока, слава богу, не страдаю. У твоего брата другой номер, — не доверчивый взгляд. Не ужели точно такая же, как у Нару. Подхожу к переду, и да, брюнет прав. Разница лишь в одной цифре. Мне хочется тут же расплакаться от досады. Не зря переживала. Мадара подошел и погладил по плечу. — Наруто сказал, что у него какие-то там планы нарисовались на ночь и попросил забрать тебя, — вот как, значит? Удрученная сложившейся ситуацией я пошла за Учиха. Мадаа открыл передо мной дверь автомобиля. Я замялась. — А Итачи разве уже уехал? — Часа пол назад. Он тебя искал, чтобы попрощаться. Остальные тоже уехали. Никто не рассчитывал, что ты вернешься к нам, — я все еще стояла, глядя на ярко освещенный особняк, подобный большой звезде на темном небе. И лишь вдалеке справа виднелся круглосуточно бурлящий жизнью центр города, не считая фонарей вдоль дороги, которые, будто мост, соединяют этот и тот мир. — Тэмико, садись в машину уже. — О-о, какие люди! Мы уже и не надеялись на возможность созерцать вашу личность в стенах нашего дома, — Саске оторвался от завтрака, когда сонная я вошла в столовую, потирая глаз. Вечером, когда мы с Мадарой приехали, все уже спали, так что никто не в курсе, что осуществление моего, так называемого, плана побега перенеслось на день. — И тебе доброе утро, — умастилась на чье-то место, где уже стояла тарелка с теплым завтраком. Кто не успел, тот опоздал, как говорится. А место-то самого старшего Учиха оказалось. Он последним явился к столу. Обнаружив беспардонного гостя в моем лице на неположенном месте, мужчина глянул на меня сверху вниз с почти не заметным раздражением, после моей оправдывающейся улыбки в 32, сменившимся на пофигизм. Он просто пошел на кухню и сам себе принес порцию. А ожидалась по меньшей мере какая-нибудь колкость. — Все же собираешься? — Итачи зашел ко мне в комнату, когда я пыталась пихнуть не впихиваемое в чемодан и закрыть его. Я утвердительно кивнула. — Помоги, пожалуйста, — сдалась в борьбе с молнией. Учиха без особых усилий придавил крышку и застегну, после чего наклонился немного и, выжидающе глядя на меня, чуть улыбнулся. Не сразу поняла, но уловила его взгляд относительно моих губ, и намек стал для меря явным. — Ах да, конечно, — приподнялась на носочках и мимолетно коснулась его губ своими. Итачи рассмеялся не понятно почему, умиленно глядя на меня. - Что?! — сложила руки на груди и выпрямилась. — Так по-детски. — Глупо ожидать от ребенка по-взрослому, — чуть насупилась. Учиха потрепал меня по голове и обнял. — А может у тебя ко мне какие-то отцовские чувства? — мужчина посмотрел недоверчиво и еще раз поцеловал, как тогда, впервые, жадно так. — Я поняла. — Хочу на следующих выходных в Сан-Франциско съездить развеяться. Надеюсь на твою компанию. — Спасибо, я подумаю, — вылезла из объятий и задумчиво обвела взглядом комнату, вспоминая, все ли упаковала. — Буду заезжать после работы, — Учиха открыл на распашку окно, хотя я бы не сказала, что в комнате сильно душно. — Ага, а я у вас по средам и пятницам, — Мадара все ж замечательный репетитор, и я решила, что два дня в неделю часик другой смог потерпеть его общество ради качественных знаний. С улицы послышался шум мотора и несколько нетерпеливых гудков. Я потянулась за чемоданом, но Итачи опередил меня. Со всеми Учиха попрощалась поцелуем в щеку, Саске выделился, дерзко ущипнув за зад. Конечно же, все дружно выразили свое сожеление по поводу моего отъезда. Эх, но вот только какое-то седьмое чувство неугомонно твердит, что это место я еще посещу не раз и не проездом, и не только по учебе. Три недели довольно спокойненько так проплыли. С Мадарой, как и договаривались, я виделась два раза в неделю. Иногда он бывал совершенно не в настроении, казалось бы, это никак не должно было отражаться на мне, да и Учиха не проявлял свой настрой в действиях, но эта его хмурость, молчаливость и какая-то темная аура так и давят, заставляют самой быть тише воды, ниже травы, помалкивать и лишь утвердительно кивать головой. «Его величество в печали» — в общем, про себя я назвала это состояние именно так. А бывало и совсем иначе, вроде и весело с ним, пошутит, подкольнет, но и излишнее внимание со стороны Мадары не всегда приятно, а часто смущающее: небезызвестные своей шаловливостью ручки то вдоль бедра, то шеи, плеча или спины проходятся двусмысленными движениями. Один раз, когда сидели в его кабинете за столом, повернулась, чтобы спросить по заданию, а Мадара пристально посмотрел в глаза чему-то улыбаясь, неожиданно взял за подбородок и поцеловал, дерзко так, напористо, за что получил приличный толчок в грудь. Я попросила его больше так не делать, на что Учиха лишь усмехнулся, но подобного не повторялось. Итачи, как и обещал, заезжал очень часто после работы. Водил меня везде, где только можно, рассказывал истории, поучал, давал советы и просто болтал со мной не о чем, при этом всегда оставаясь спокойным-преспокойным. Конечно же, было и место поцелуям, нескольким закатам на желтой скамейке у обрыва. Я согласилась на предложение съездить в Сан-Франциско, и ни капли не пожалела: эмоций было много и столько же теплых воспоминаний на долгие годы всего за один день. О, а сладкое, это отдельная история. Я же вообще из тех ведьм, что едят и не толстеют. Мы с Учиха уже успели перепробовать все вкусы мороженка «For Dears», которое нам так полюбилось, испекли вместе два торта, покрыв при этом полкухни мукой и шоколадной глазурью, ну и себя любимых, естественно, не забыли, зато угостили всех Учиха и Нару с Хинтй. Но не бывает же все идеально, разница в возрасте сказывается. Итачи часто пытается меня учить, как младшую непутевую сестренку. Он заботится, я знаю, но почему-то меня это жутко раздражает. Пару мимолетных ссор, и то с моей вспыльчивой стороны, всегда заканчивающихся в крепких мужских объятиях. Уверенность, спокойствие, стабильность, любовь, нежность, внимание и эмоции — этот черноокий брюнет может дать мне все, свяжи я с ним свою жизнь. Обито прекрасно справляется с бутиком. А еще после приема он себе кого-то нашел и теперь часто, как я поняла, проводит вечера со своей пассией. Саске, даже не смотря на Итачи, намекал мне пару раз о продолжении «извинения», на что получил два веселых отказа и просьбу забыть о случившемся. Нару почти все время проводит с Хинатой. Он просто к ней прилепился и таскается повсюду, да и сам водит ее везде. Бо-о-ольшая любоф-ф намечается у них. Ну и молодцы ребята, я уже давно говорила брату, что ему девушка нужна нормальная. Сижу, слушаю музыку, крашу ногти и напеваю любимую песню. Боковым зрением улавливаю движение в своей комнате. Вытаскиваю наушник и выжидающе гляжу на ерошащего свои волосы братика. — Мик, у меня для тебя новости, не знаю, хорошие или плохие, но все же, — улыбнулся, засунув руки в карманы шорт. Я закатила глаза. Начинается…