Крути бутылку, Грейнджер

      Всю ночь Гермиона не находила себе покоя. Было уже довольно поздно, но сон никак не хотел забирать её в свои владения. Она ворочалась в кровати, накрывалась одеялом, когда было прохладно, и раскрывалась, когда становилось невыносимо жарко. Гермиона успела сделать вечерний обход по замку и прочитать учебник по зельеварению, но все её мысли так или иначе неизбежно возвращались к одному слизеринцу. Она понимала всю безрассудность своего поведения, но так или иначе нужно наконец расставить все точки над «и». Или же это будет мучить её еще долгое время, изгрызая внутри монстрами честности. Честности ни перед кем-либо: ни перед Гарри с Роном, когда она будет смотреть им в глаза и отвечать, что с ней «всё хорошо», ни даже перед Малфоем, которого она будет старательно избегать, снова и снова кидая на него взгляды отвращения. Нет. Честности перед самой собой.       Ей это нужно.       Гермиона не рассказывала своим друзьям про встречу с Малфоем. Об этом не могло быть и речи. Можно было представить, как они отреагировали бы на это. Что подумали бы про неё, если бы узнали о том, что произошло на вечеринке? Гарри, может быть, и понял когда-нибудь, а Рон… просто бы отвернулся от неё. И почему-то это для неё было бы больнее всего. Может, потому, что у неё по-прежнему оставались к нему чувства, в которых она боялась признаться не то что ему или Гарри, а даже самой себе. А может, потому, что он был её лучшим другом, и как бы часто они не ссорились — из-за Лаванды, из-за квиддича, из-за вечеринки, из-за всего — он всё равно остаётся им. И, как это ни печально осознавать, Рон всегда будет для неё просто другом.       За мыслями о Роне, о Гарри, об их прошлом, когда всё было по-другому, она не заметила, как её начало клонить в сон. Завтра она встретится с Малфоем, и всё наконец-то закончится. И тогда она больше не будет просыпаться по ночам и терзать себя удручающими силками вины. Всё будет как прежде. И снова, как церковный набат, в голове бьётся вопрос, перед тем, как она окончательно проваливается в сон:       А будет ли?

***

      В назначенное время Гермиона уже стояла возле «Дэрвиш и Бэнгз». Малфоя ещё не было. На девушке была надета лёгкая куртка, но когда нещадный ветер начал со всей силы трепать её и без того лохматые волосы, она пожалела, что не оделась теплее. Холод всё сильнее пробирал её тело, и Гермиона начала ходить из стороны в сторону, чтобы согреться. Она могла бы зайти в магазин, но он, к несчастью, сегодня был закрыт.       Гермиона уже успела несколько раз пожалеть о том, что согласилась, но опять же: отказываться уже поздно. Надо было сделать это раньше. Не стоило кричать Малфою вслед, что она соглашается на встречу в Хогсмиде.       Не стоило вообще с ним разговаривать…       Ветер неприятно холодил щеки и неприкрытую шею.       Малфоя всё ещё нет.       А может, он вовсе и не собирался приходить? Пригласил её, а сам сидит сейчас в Хогвартсе или гуляет по Хогсмиду со своими мерзкими дружками-слизеринцами и рассказывает, как облапошил Гермиону Грейнджер. А может, и вовсе стоит сейчас за углом магазина и с ухмылкой наблюдает за ней. Она бы совсем не удивилась, если бы это было так. Драко уже провернул такое с Гарри на первом курсе, когда вызвал его на ночную дуэль и не пришёл, к тому же сообщив о местонахождении Поттера Снейпу.       Словно угадав её мысли, из-за угла появился Малфой собственной персоной. Он неспешно направлялся прямо к ней, лениво передвигая своими ногами, словно каждый шаг ему давался с большим трудом и неохотой. Руки же его были засунуты в карманы черного пальто, наглухо застегнутого на все пуговицы. Гермиона почувствовала, как внутри неё нарастает злоба. И чёрт его знает, на что больше: на его лицо, которое сейчас было самодовольным, как никогда, или же на то, что он опоздал и сейчас передвигается не быстрее улитки, даже не догадываясь о том, как она замерзла за это время.       Грязнокровка может подождать.       Когда слизеринец приблизился к Гермионе насколько это вообще возможно, она не стала высказывать ему всё, что о нём думает, а лишь криво усмехнулась и произнесла сквозь зубы сухое: «Малфой». Драко улыбнулся в ответ и кивнул: «Грейнджер». Он вытащил одну ладонь из кармана и хотел было протянуть её в знак приветствия, но тут же передумал и, сжав пальцы в кулак, засунул её обратно.       — И куда мы теперь пойдём? — сложив руки на груди, поинтересовалась девушка. Она всё ещё была зла, но старалась этого не показывать и придать своему лицу такое же безразличное, как у Малфоя, выражение.       — А куда ты хочешь? — с усмешкой поинтересовался парень.       — В «Три метлы»? — предложила Гермиона.       — Думаешь, лучше нам пойти туда? Там наверняка полно наших общих знакомых. Мне вовсе не хочется, чтобы меня увидели вместе с тобой.       — Взаимно, Малфой, — поморщилась гриффиндорка. — Что ж, тогда в «Кабанью голову».       — Ты сейчас пошутила, надеюсь? Хочешь, чтобы мы пошли в это убогое заведение братца нашего шизанутого директора? Нет уж, уволь, Грейнджер, но ноги моей там не будет.       — Ладно, — сквозь зубы ответила Гермиона, чувствуя, что в груди снова нарастает злоба. — Твои варианты?       — Кафе мадам Паддифут.       — Что? Ты с ума сошёл! Почему именно туда?       — Потому что это кафе настолько отвратно, что туда нормальные люди не ходят.       — Гарри был там на пятом курсе.       — Я и говорю, нормальный человек туда не сунется.       — Тогда почему мы идем именно туда, раз оно так тебе не нравится? — саркастически спросила девушка.       — Потому что выбора нет. Это единственный вариант. Один раз можно сделать исключение.       — Ну хорошо, — подумав, нехотя согласилась Гермиона.       Когда они подошли к кафе, молодой и чрезвычайно весёлый мужчина, на животе которого виднелась вывеска с названием магазина, улыбнулся им своей широкой улыбкой и воскликнул:       — Влюбленная парочка! Вы так хорошо вместе смотритесь! — Гермиона смутилась. — Молодой человек, вы не пожалеете, что привели свою даму в наше кафе, потому что у нас есть…       Малфой резко повернул к говорящему голову и посмотрел на него таким взглядом, что тот тут же понизил голос.       — ...большой ассортимент блюд и прекрасная атмосфера, подходящая влюбленным...       — Заткнись, — посоветовал ему Драко, что тот не преминул сделать. Слизеринец со спокойным выражением обернулся к стоящей позади него Грейнджер.       — Будь здесь. Я сейчас вернусь.       Гермиона неуверенно кивнула и отошла в сторону, а Драко толкнул дверь и зашёл в кафе. Девушка снова посмотрела на мужчину, который к ним подходил. Тот немного поник, но по-прежнему улыбался всем прохожим. Надо же, он посчитал их влюбленными. Если Гермиона пришла в ужас от этой нелепой мысли, можно представить, как взбесился Малфой. А ведь со стороны они выглядели именно парой, которая пришла в кафе для влюбленных.       Тут снова зазвенели колокольчики на двери, и Гермиона повернула голову, думая, что это Малфой. Но это оказалась Лаванда.       — О нет! — в ужасе прошептала девушка и попыталась отвернуться, чтобы однокурсница её не узнала, но та все же заметила её и активно замахала рукой.        — Гермиона, и ты здесь!       — Лаванда, — промямлила Грейнджер и неловко шагнула навстречу однокурснице. — Что ты здесь делаешь?       — Мы с Парвати заказывали столик, — ответила Лаванда. — Для нас с Роном, — добавила она, многозначительно глянув на Гермиону, следя за её реакцией.       Грейнджер незаметно закатила глаза и скривила губы, пытаясь выдавить хотя бы подобие улыбки, но получилось что-то похожее на оскал.       — А ты что здесь делаешь? — с подозрением спросила блондинка.       — Я… жду кое-кого.       — Ну слава Мерлину, наконец и ты завела себя парня! — широко улыбнулась «Лав-Лав», перед этим, кажется, облегченно вздохнув. — Не всё же тебе в девках ходить, верно? — подмигнула девушка, слегка толкнув её в плечо.       — Я вовсе не…       — Не скромничай, Гермиона.       Дверь заведения открылась, и на улицу вышла Парвати. Она поздоровалась с Гермионой и подошла к Лаванде.       — Ну наконец-то! — воскликнула Браун, повернувшись к подруге. — Пойдем, нам надо ещё успеть зайти в «Шапку-неведимку», чтобы выбрать мне новое платье!       — А во сколько вы встречаетесь здесь с Роном? — спросила Гермиона, вспомнив, зачем, собственно, сюда пришла.       Если Рон и Лаванда сейчас придут сюда и увидят её за одним столиком с Малфоем, это будет конец.       — В три, — ответила Лаванда, но тут же недоверчиво сузила глаза и плотно сомкнула свои хорошо напомаженные ярко-розовым цветом губы. — А тебе зачем?       — Да так… — она усмехнулась. — Удачи вам с Бон-Боном!       Когда девушки наконец скрылись из виду, улыбка с лица Гермионы тут же испарилась.       Значит, у Рона и Лаванды будет здесь свидание через три часа. Что ж, довольно иронично. Гермиона сглотнула комок, подступивший к горлу, и снова повернулась на звон колокольчиков. На этот раз это был Малфой.       — Идём, — сказал он и распахнул дверь.       Гермиона снова кивнула и, быстро оглянувшись назад, зашла в кафе следом за Малфоем.