Приключения Йа и ее Сьюши в ином мире

POV Василий

      Наконец-то мы приехали. По дороге успели обсудить все, что могли и сыграть около сорока партий в шахматы и шашки, дабы не умереть со скуки. Автобусы остановились около ворот в маленький частный коттеджный городок. Ну, как коттеджный, с десяток или побольше двухэтажных деревянных домиков с черепичной крышей. Всем нам и ученикам вполне хватит. Сразу узнаю это место по надписи «Собственность пляжа „Arena blanca“ посторонним вход воспрещен!» на блестящей табличке, прикрученной болтами к воротам.       Встаю со своего места и потягиваюсь. Неспешно выхожу из автобуса, попросив коллег оставаться на своих местах. Захожу в автобус девочек и громко откашливаюсь, дабы на меня обратили внимание. Добившись желаемого эффекта, начинаю говорить:  — Итак, дорогие ученицы. Хоть мы уже и приехали, но мне надо сходить договориться с директором пляжа, потому прошу вас остаться на своих местах. Спасибо за понимание. Те конечно же поднимают шум:  — Почему? Мы без того долго ехали, так не честно! Спешу их успокоить:  — Тихо, тихо, так надо. Это не займет много времени.       Довольный результатом, покидаю их автобус и иду в автобус персонажей. Те, в отличие от своих создательниц, сразу уставились на меня. У них есть хоть капля воспитания, похвально. Окидываю их беглым взглядом:  — Дамы, прошу пока что оставаться в автобусе. Мне нужно договориться с директором пляжа, что не займет много времени. И реакция на сказанное у них была лучше, чем у девочек. Улыбаюсь тому, что они отнеслись к этому с пониманием и выхожу из их автобуса.        Подхожу к воротам и громко стучу в них. Дверь приоткрывается и из щели меня холодно разглядывают голубые глаза старой знакомой, Нильсин, которая работает тут охранником. Снова улыбаюсь:  — Да я это, впусти. Вхожу, и ворота за мной захлопываются, и есть возможность рассмотреть Нильсин подробнее. Хоть я и давно ее не видел, но она все такая же, как и была. Очки в черной оправе, голубые глаза, имеющие европейский разрез и пшеничные волосы где-то немного ниже плеч.  — А ты не изменилась, Нильсин. Мне к Исмаилу срочно, проведешь?  — Да не вопрос, — она весело скалится, хватает меня за рукав футболки и ведет почти бегом.       Оставив меня у дверей самого видного домика в три этажа, Нильс, как иногда сокращают ее имя, кричит что-то вроде „Удачи, Вась!“ и бежит назад к воротам. Блюдет свой пост, ответственный человек. Провожаю ее взглядом до первого поворота и вхожу в дом. Его хозяин имеет дурацкую привычку не запирать входную дверь. Разуваюсь и захожу внутрь, в гостиную. Свет приглушен, на окнах полупрозрачные шторы из темной ткани, около камина два кресла. Еще одна странность хозяина дома, камин горит даже когда на улице жарко. Также два кресла стоят у небольшого стеклянного столика. Подхожу к столику и даже не удивляюсь, когда слышу за спиной:  — Давно не виделись, друг мой. Здравствуй, Василий.  — Тебе тоже не болеть, Исмаил, — не гляжу на него и сразу сажусь в кресло.  — Так о чем ты хотел поговорить? — он садится в кресло напротив, поставив локти на столик и сложив руки в замок. Голос у него тягучий и слащавый, для не привыкших слушать его - пытка. Но я привык.  — Насчет пребывания на территории твоего пляжа и городка моих коллег и учениц. — Ах, это, — он улыбается, обнажая ряд белых зубов. Пока есть возможность, успеваю его разглядеть. Он, как и Нильсин, не изменился. Последний раз я видел его пять лет назад, мы почти не пересекаемся и общаемся в основном по телефону и то только по важным делам. Исмаил — тот же противный и нервный аристократишка-нелюдь с имиджем вежливого парня, каким и был пять лет назад. Те же черные рога на голове, те же каштановые волосы до плеч, собранные в хвост и немного косо остриженная челка, те же зеленые глаза и вторая пара не менее зеленых глаз на щеках, бледная кожа, ровные черты лица, деловой черный костюм и хвост с острым кончиком, болтающийся туда-сюда. — Да, это. Что тебе нужно взамен?  — Я позволю вам всем остаться, если… — он лезет в карман и там шуршит чем-то. Вроде как бумага, — …ты передашь нашей общей знакомой, Альде, вот это, — он протягивает мне конверт. Зеленый, прямо оттенка его глаз, — Тут все, что я сам не могу сказать ей. По рукам? — кладет конверт на столик и протягивает мне правую руку. Руки у него ухоженные, как и он весь, пальцы длинные, с узкими ногтями.  — По рукам, — пожимаю его руку, серьезно глядя в обе пары его глаз.  — Замечательно, — он ухмыляется, немного щуря глаза на щеках, — Можешь идти.  — Спасибо тебе, Исмаил, — беру конверт, складываю пополам и, убрав его в карман брюк, удаляюсь.       Теперь мне нужно найти Альду. Найти ее оказалось несложно. Крутилась около ворот, разговаривая с Нильсин. В Альде изменились только волосы, немного отросли. Я предполагал, о чем именно письмо Исмаила к Альде и не представлял, как в нее можно влюбиться. Альда — известная личность. Славится драчливостью и кличкой. Все зовут ее Псиной. А ведь есть за что. У нее дома живут две больших дворняги, Белла и Грета. Сама Альда вся в синяках и царапинах, которыми ну очень гордится, в гневе лает и рычит, переняла эту привычку от питомцев. Точно Псина. Дергаю ее за плечо. Она недоуменно встряхивает волнистой шевелюрой до лопаток с бритым левым виском и удивленно смотрит на меня серо-голубыми глазами: — О, Вась, здорова, что-то хотел?  — Хотел, хотел. Письмо тебе, от Исмаила, — достаю из кармана конверт и протягиваю ей. — Мне? Интересненько, — Альда радостно гавкнула, разрывая конверт и начав читать письмо. Любопытная Нильсин заглянула через ее плечо и зачитала шепотом:  — Приходи завтра. Ты мне нужна. Как воздух нужна. Исмаил.       Слышу это и усмехаюсь. Наш демон постеснялся написать целую поэму о любви к Альде. Не любит много писать и говорить, но тут даже меньше одной строки, это не в его стиле. Значит застеснялся. Все влюбленные — кретины, которым ради чувств море по колено, но лужа по уши. Оставляю радостную Альду и не менее радостную из-за счастья подруги Нильсин и удаляюсь. Я сделал все, что от меня потребовалось, пора было бы и отдохнуть.

Конец POV Василий