Trouble

Я снял с руки электронные часы, у которых, судя по времени, показываемому застывшими на циферблате стрелками, буквально пару минут назад села батарейка. Дерьмо. Я вытянул шею на максимум и в очередной раз выглянул из-за кустов, за которыми прятался. Я ушёл с последних двух уроков - информатики и математики. Предметы, которые я знал лучше всего и лучше всех (даже Крис, который имеет высшие баллы по всем школьным предметам, мне в этом уступал). И, в принципе, если бы сейчас меня поймали и доложили обо всём учителям, вряд ли кому-либо удалось бы понизить мне четвертные отметки по точным наукам, но всё же не хотелось бы палиться, с учётом того, что тогда меня отведут обратно в класс, а мне всё же хотелось бы увидеть того, кого я здесь жду уже минут пятнадцать. Я боковым зрением заметил чью-то высокую фигуру, которая уже несколько секунд стоит не шевелясь, смотря куда-то в моём направлении, и я повернул голову, тут же встречаясь с внимательным и оценивающим взглядом чёрных глаз напротив. Несмотря на то, что на нём была форма моей школы, его внешность была мне совсем незнакома, а это редкость. - О! Извини, ты не подскажешь, который час? - встрепенулся я, понимая, что мне нужно срочно узнать время. Брюнет с небольшой горбинкой на носу удивлённо вскинул брови, всем своим видом показывая, что он растерян и удивлён, но потом, видимо, взяв себя в руки, он посмотрел на наручные часы и ответил, словно с акцентом, слишком мягко: - 12:12. - Ох... Спасибо. - Я сразу же выкинул незнакомца из головы и снова повернулся к школе, начиная подозревать, что мог просто не заметить выхода того, кого я ждал. Или тот мог выйти через другие двери (было четыре способа покинуть нашу школу: главные двери и три чёрных выхода, одним из которых регулярно пользовались спортсмены). Я простоял так ещё минут пятнадцать, и уже собрался было вернуться хотя бы к последнему уроку, когда из главных дверей школы всё же вышел шатен среднего роста в спортивной форме. Мокрая от пота чёлка была откинута назад и регулярно поправлялась длинными изящными пальцами. Парень заливисто смеялся над шутками друзей, идущих рядом, и периодически вставлял в разговор что-то, над чем смеялись они. Я убедился в том, что спрятан надёжно и они меня не заметят, и продолжил наблюдать. - А ты что думаешь, Лу? - урвал я часть их разговора, когда компания проходила мимо. - Да он просто в лоскуты ебанулся уже! - смеясь, ответил Лухан. Я сглотнул, мысленно уже сотню раз избив себя за подобную слабость. Я отношусь к тем людям, которые считают недопустимым проявление своих чувств и эмоций - это всегда мешает непредвзято анализировать ситуацию и возможности, логично сопоставлять факты и делать правильный выбор. Единственные чувства, которые я позволял себе всю свою сознательную жизнь - это недовольство и привязанность (и то это относится только к некоторым членам семьи, Крису, Чанёлю и моей собаке). Однако когда я поступил в старшую школу, моё внимание почти сразу же привлёк парень, который ещё с самого начала года начал систематически пропускать занятия из-за тренировок по футболу. Из-за этого он действительно фигово учился по всем серьёзным предметам, кроме математики и физики. Те, как ни странно, ему давалась на ура. А потом мне достаточно было лишь один раз сходить на футбольный матч команды нашей школы с командой старшей школы из другого района, увидеть его радостную улыбку, когда его команда победила, и я не смог отрицать свою симпатию. Отрицание собственных эмоций - всё же одна из самых сильных слабостей, ведь "с врагами лучше бороться, когда знаешь их в лицо". Но именно так я впервые в своей жизни влюбился. И сразу же в парня. Я следовал за Луханом и его друзьями из команды до тех пор, пока не понял, что прятаться больше никак не получится. Я впервые за кем-то следил, да и не собирался больше такого делать, и чувствовал себя жутко неловко, поэтому, решив не рисковать, просто развернулся и пошёл обратно в сторону школы, ибо обещал Чану и Крису вернуться к окончанию занятий. О моих чувствах знал только Чанёль. Крис меня знает дольше, и он как никто другой привык к тому, что главный принцип моего поведения - сохранять нейтралитет. И я действительно почти ко всем до этого относился одинаково - никак, и реагировал на всё происходящее также, за что был щедро награждён милым прозвищем "Кирпич" со стороны Криса. Естественно, вскоре меня так называла вся школа. Крис, в принципе, тоже по жизни всегда шёл с бичфейсом и никогда по-настоящему не влюблялся, но он всегда был зациклен на мнении окружающих людей, из-за чего никогда не мог дружить с теми, кто по статусу ниже его, даже если хотел, а со временем у него ещё и развилась зависимость от половой жизни. И всё это всё же иногда мешает ему действовать так, как он поступил бы, если бы немного трезво поразмыслил. Однако я, как ни странно, не смотря на возраст, особой тяги к половой жизни не испытывал, за что часто слышал в свой адрес от Фаня достаточно обидное "ах ты импотент". Но Крис - это Крис, и пусть он самый умный в школе, но иногда кажется, что уровень его психологического развития с четырнадцати лет так и не изменился. И всё это является причиной того, почему я до последнего буду стараться, чтобы Крис не узнал о том, что мне вообще кто-то нравится. Однако этот дурак мой лучший друг, и я почти уверен, что со временем он сам что-то заподозрит. Ну и будь что будет.