Trouble

Субботний вечер располагал к тому, чтобы напиться в стельку. Впервые без Сехуна или Чанёля, что позволяло набухаться сразу за троих. Я бы и позвал Чана, но тот сослался на какие-то важные дела, а телефон вообще отключил. И вот, в одиннадцать вечера я сидел в клубе, где мой друг работал барменом, а фейс-контроль, по счастливой случайности, мог пройти каждый, кто выглядел старше, чем хотя бы на пятнадцать. За последнюю неделю (или две — я уже не помню) я заметил, что алкоголь очень хорошо помогает справиться с чувством одиночества. Вот он я — Ву Ифань, популярный, но всеми брошенный старшеклассник. И некоторые части этого предложения в моей голове совершенно не могут сойтись, словно это части совершенно разных пазлов. Я думал об этом достаточно долго, и решил, что пазлы действительно разные: первый — «Я — Крис, красивый и популярный старшеклассник», а второй — «Я — Ву Ифань, и мне очень одиноко, потому что друзья меня бросили». И именно сегодня я впервые задумался, как мне удавалось всё это время перетасовывать все части этих пазлов и совмещать их друг с другом так, что они все складывались в один большой кусок непонятного чего-то, что и на картинку не было похоже, потому что всё было не так. Это был не Крис и не Ифань — это была какая-то чёртова смесь красок, которая каждый вечер смешивалась в моей голове, плескалась и волнами ударялась о черепную коробку. А потом я выблёвывал её наружу такой же разноцветной смесью, тут же чувствуя облегчение, потому что думать больше было не о чем. А на следующий день мысли опять возвращались, фаршируя мозг внутри, казалось бы пустой, головы. Я думал, что Крис и Ифань — это синонимы одного и того же человека — меня, но теперь казалось, что два этих имени принадлежат двум вариантам одного и того же меня. Словно производные двух разных галактик. И чем больше я думал об этом, тем больше мне хотелось остаться простым Ву Ифанем, который уже так долго хотел просто подойти и попросить помириться, отбрасывая в сторону Криса, который кричал о гордости и самоуважении.. Но слишком сложно бывает отказаться от образа, который с годами словно стал второй кожей. — Привет, — от раздумий отвлёк мужской голос, попытавшийся перекричать музыку, что, в общем-то, почти вышло, учитывая то, что я откликнулся. Я повернул голову вбок и наткнулся на взгляд больших улыбчивых глаз. — Я Лухан, одноклассник Сехуна и Чанёля. — Привет, — пробубнил я, заранее зная, что меня не услышат. Однако, парень, видимо, прочитав всё по губам, улыбнулся. — Ты ведь больше не общаешься с Сехуном, да? — спросил тот, и, дождавшись моего угрюмого кивка, продолжил: — Вот и правильно. Видимо, пидорство всё же заразно. — Ага, — отрешённо ответил я, хотя всё же немного скривился, догадываясь о причине, по которой эти двое теперь ходят с побоями. — Я где-то около недели назад видел, как эти два гомика целуются. И ведь прямо посреди улицы, блять! — возмущению шатена не было предела. Он скривился, словно почувствовав что-то неприятное. А я удивлённо расширил глаза, даже как-то дёрнувшись сразу. - Да, я сам такого не ожидал. Знаешь, на самом деле реально противно видеть, как один парень засовывает язык в рот другому парню, осо… — парень резко запнулся, переведя взгляд куда-то в сторону, после чего хлопнул меня по плечу в знак прощания и ушёл. Я же остался сидеть на своём месте, хмурясь в недоумении. И, если секретом было то, что Сехун - гей, то я вполне понимал причину, по которой он мне об этом не говорил. Потому что в средней школе я старался казаться гомофобом, а Сехун уже тогда был моим лучшим другом, и, я думаю, он до сих пор помнил об этом. Я тихо рассмеялся — то ли от облегчения, то ли от осознания того, что я полный дебил — и совершенно не заметил, что ко мне кто-то снова подсел. — Привет, красавчик, — произнёс мне в самое ухо женский голос. «Обычно так начинают знакомство парни», — подумал я и хотел уже отшить пока что незнакомку, но, повернув голову и взглянув на неё, передумал. Мне улыбалась высокая темноволосая девушка с большими светло-карими глазами и весьма впечатляющим размером груди. Я немного вскинул брови и с трудом перевёл взгляд на её лицо, соображая, что смотрю не туда, куда нужно бы. Девушка рассмеялась. — Не хочешь отсюда уйти? Я, даже не задумываясь, кивнул, заплатил бармену за выпивку и пошёл следом за брюнеткой, лишь на мгновение обернувшись и увидев Лухана, прижимающего к себе какую-то девушку одного роста с ним. Брюнетка шла впереди, и у меня была возможность рассмотреть её получше: рост около 175 сантиметров, стройная, в чёрных джинсах, кедах и в цветной майке-алкоголичке. По всем параметрам она была как раз в моём вкусе, что уже немного странно. Мы вышли из клуба, и девушка остановилась. — Наконец-то относительная тишина и свежий воздух, — выдохнула она. — Так как тебя зовут, красавчик? — Крис, — прохрипел я. — Забавно, меня тоже. — заметив мой вопросительный взгляд, она добавила: — Кристи. Приятно познакомиться. — Приятно, — кивнул я, а она схватила меня за руку и повела, как позже оказалось, в парк. Она уселась прямо на траву у озера, а я, вздохнув и мысленно попросив прощения у белых джинсов, уселся рядом. — Знаешь, в этом месте и в такое время нас запросто могут изнасиловать и зарезать, — первое, что сказала она. Я в ответ только усмехнулся, потому что рядом с ней был только я, и я бы точно вполне мог сделать с ней... что-то. Но, во всяком случае, желания делать ей больно или неприятно не было — Так сколько, говоришь, тебе лет? — Я не говорю. — Я заметила. Но надеюсь, что скажешь. — Восемнадцать, — ответил я, смущённо переводя взгляд на озеро, потому что девушка была явно старше. — Вау, неожиданно. А мне двадцать, и я бородат. — Боковым зрением я увидел, что Кристи снова улыбнулась. — Надеюсь, ты знаешь про эту шутку. Она рассказывала мне о многом: о том, что её мать - кореянка, а отец - француз, о том, что она учится на журналиста, пишет стихи, играет на фортепиано; рассказывала о The Rolling Stones и долго спорила со мной о том, что "вовсе не факт, что Курт Кобейн на самом деле покончил жизнь самоубийством". Я рассматривал её детально, подмечая, что у неё совсем небольшая горбинка на носу, а если смотреть в профиль, то заметно, что верхняя губы выдвинута вперёд чуть сильнее, чем нижняя (я где-то слышал, что так бывает обычно у не эгоистичных людей). У Кристи красивые скулы и длинная шея. Она вела себя не как обычные девушки, и это немного настораживало. - Ты ведь не лесбиянка? - с надеждой спросил я. - Я бисексуалка. Мне без разницы, если честно. - Брюнетка улыбнулась и выдохнула густое облако дыма каких-то ментоловых сигарет - я не заострял на этом внимание. С возрастом, наверное, начинаешь учиться ждать - ждать "у моря погоды", ждать, пока закипает чайник, ждать выходных, каникул, отпуск или окончания учёбы - не суть важна. Дождаться нужного момента. Я впервые в жизни действительно ждал, и ближе к рассвету, когда Кристи уже предложила разойтись по домам, я губами коснулся её гладкой бледноватой кожи на щеке и предложил встретиться вечером на этом же месте. Она согласилась. А я по дороге домой думал, что с Кристи я совершенно не думал о Сора, а ещё о том, что нужно срочно мириться с Сехуном.