Your Best Line Ever

Отступление: Я конкретно ступила во второй главе и не написала в примечании про этот пылесосик Гетти, про который они там болтали. Думала, что пылесос как пылесос, ну и чёрт с ним, но я всё-таки решила загуглить, и, оказывается, этот пылесос выглядит так – http://www.iwantoneofthose.com/gift-gadgets/hetty-the-hoover/30002964.html, и, мне кажется, я обязана вам сказать, потому что да, это значительный нюанс! (нет, это нельзя было написать в примечании, потому что нельзя, а еще потому, что он встречается в этой главе)

***

Луи знал, что Зейн будет молчать недолго. Прошло три недели с того момента, как он съехал с квартиры Гарри, и пока у него успешно получалось избегать встреч с ним. Каждый четверг Луи придумывал историю для Зейна про то, почему он не мог пойти с ним на ланч. Для другого любого повода, он притворялся, что находится где-то ещё, у него много бумажной работы, нужно сделать домашнюю работу на следующий день, или же он ушёл с другими друзьями. На этот раз он, однако, не смог отвертеться. Зейн сидел рядом с ним со строгим и в то же время обеспокоенным выражением на лице, скрестив руки. — Я правда не знаю, понимаешь ли ты концепцию дружбы, но то, что ты делаешь, полностью с ней не сходится. Луи закатил глаза. — Мы были на ланче в понедельник, не так ли? Мне жаль, что я не могу видеться с вами каждый день, ребята. — Не в этом смысл. Я не прошу тебя встречаться с нами каждый день, – ответил Зейн. – Я не глупый, Луи. Ты всё отменяешь каждый раз, когда приходит Гарри. — Это совпадение, – заверил он. — Луи. — Что? – он встал на ноги и взял сумку. – У меня просто уже есть планы на вечер пятницы. — Нет у тебя никаких планов. Ты просто не хочешь приходить, потому что Гарри там тоже будет, – Зейн встал, преграждая Луи выход из кабинета. Они остались после урока, когда все ушли, и были абсолютно одни в маленьком лекционном кабинете сейчас. Пока не начнётся другой урок, и не зайдут студенты. Что было весьма близко, к счастью Луи. Он правда не хочет продолжать разговор, который начался. — Я же не понимаю, почему ты хочешь провести вечер с друзьями, в любом случае, – поспорил Луи, чтобы отвлечь Зейна от настоящей темы. – Это твоя годовщина, Зейн. Не стоит ли тебе, не знаю, отвести Лиама в какой-нибудь шикарный ресторан, быть милым-пушистым, целовать его во время романтического ужина в освещении свечи и трахаться всю ночь? Зейн ухмыльнулся: — Это будет в четверг; на нашу настоящую годовщину. А в пятницу мы бы хотели отпраздновать с нашими ближайшими друзьями. — Когда именно Найл и я попали в круг "ближайших друзей"? — Я правда не могу сказать, как Найлу удалось это сделать, – ответил Зейн, пожав плечами. – Но ты определённо сделал это в ту ночь, когда у нас Лиамом был секс в твоей кровати. Луи съёжился на это и издал стон. — Нет, пожалуйста, я честно никогда не хотел подтверждения этого. — В любом случае, ты никогда не спал в этой кровати, – Зейн поднял бровь. – Насколько я знаю, ты проводил ночи у Гарри. Хмурясь, Луи посмотрел на дверь, пытаясь придумать, как бы ускользнуть от Зейна и выбраться оттуда. — Он тоже часто спал в моей кровати. — Смысл в том, – напомнил ему Зейн, – что вы, ребята, делили кровать. — Не твоё дело, Зейн. — Луи, – снова сказал он, и его тон стал очень серьёзным. – Ты знаешь, что нравишься ему, да? — Разумеется, – ответил Луи, и ему правда не нравилось, куда заводит этот разговор. – Мы друзья. — Не в этом смысле. Ты ему нравишься. Злость поднялась в груди Луи. — Ты осёл, Зейн. Зейн надул губы: — Что? — Если бы я сам не додумался, это было бы очень грубо с твоей стороны – выдавать такие новости, – скрестив руки на груди, пялился на него Луи. – Не ты должен мне это говорить. Виноватое выражение распространилось по лицу Зейна. — Да. Наверное, ты прав. Извини. Но, – добавил он и с надеждой посмотрел на Луи, – ты сказал, что уже сам догадался. — Я не тупой, Зейн, – ответил Луи. – Я могу сказать, что он привлечён. Дело в том, что он не хочет этого. — Он, вероятно, просто ещё не понял, – пожал плечами Зейн. – Он тебе сильно нравится, не так ли? Луи искренне ненавидел то, что это звучало так, будто им было по семнадцать, и Гарри был лишь простой влюблённостью. Это было намного более значимым, а также намного сложнее. — Нравится, – ответил он. – И он мне нравился с самого начала. Чёрт, кажется, ты единственный человек, который знал, что я хотел трахнуть его с того момента как увидел в первый раз. Зейн улыбнулся на это. — Это правда. Что ж, так почему вы, ребята, просто трахнулись и разделили свои пути таким образом, когда, очевидно, нравитесь друг другу? — Я правда не хочу об этом разговаривать, – ответил Луи и попытался снова пройти мимо Зейна, но тот остановил его, обвив рукой бицепс. — Я не спущу тебя с крючка, Лу. — Иди к чёрту, – возразил Луи и освободился от хватки, но больше не попытался уйти. Это правда не касалось Зейна, и Луи вообще не понимал, почему унизительная правда была так для него важна. – У меня честно нет ни малейшего понятия, почему ты думаешь, что у нас с Гарри был секс. Зейн нахмурился: — Подожди, что? – его лицо приобрело странное выражение, а рот приоткрылся. – Не было? — Был однажды, – заметил Луи. – Это было всего лишь один раз. Зейн до сих пор пялился на него в неверии. — Это, на самом деле, тебя не касается, но если тебе нужно знать, – сказал ему Луи и освободился от вздоха, – он меня отшил. — Он тебя что? – Зейн сделал шаг навстречу к Луи. – Когда? Почему? — Ты можешь быть ещё более любопытным? – серьёзно фыркнул Луи. – Я понимаю, что нравлюсь ему в каком-то смысле, и он определённо привлечён. Сейчас я с небольшой отдалённостью даже могу сказать, что у него есть собственнические чувства по отношению ко мне, – признавать это действительно причиняет боль, и Луи ненавидел это. Ни у кого не было достаточно сил, чтобы причинить ему боль. Особенно не у Гарри Стайлса, которому удавалось владеть сердцем Луи, даже не отдавая взамен своё. И это то, как обычно всё работает, не так ли? Ты влюбился, вы сошлись, провели замечательное время, включая все клише, а потом твоё сердце разбилось, когда один из вас решил, что достаточно. Это нечестно, что у Луи было разбитое сердце без какого-либо предшествующего замечательного времени. — Я уверен, что он этого не хотел, и он милый парень, всё такое, но он играл со мной то горячо, то холодно, и с меня достаточно, – пожал плечами Луи. – Я не собираюсь больше терпеть это дерьмо. Зейн просто пялился на него какое-то время. — И ничего между вами не было? – видимо, он не мог в это поверить. Луи потряс головой. — Смотри, я никогда не останавливал его, когда он пересекал дружескую линию. Но каждый раз после он говорил мне одну и ту же чёртову вещь – что мы друзья, и что я не его тип. Он определённо был привлечён, и его занесло. Но у него было три месяца, чтобы решить, хотел ли он по-настоящему быть со мной. Три месяца, в течение которых мы были вместе каждый день, – Луи снова пожал плечами, и сейчас, когда он высказался, пришло чувство реальности этого. Не осталось никакой надежды на него и Гарри. Что бы там ни происходило, это уже не сработает, оно ушло слишком далеко, чтобы развить что-то большее на этом этапе. – Он не изменил своё мнение за это время, так что я сомневаюсь, что сейчас есть что-то, чего можно ожидать. Он ненавидел эту жалость и сострадание на лице Зейна. — Не смотри на меня так, Малик, – простонал Луи и закатил глаза. – Не то чтобы он любовь всей моей жизни, и я весь такой с разбитым сердцем из-за этого, что каждый раз плачу перед сном в подушку, – о боже, почему он чувствовал, будто лжёт? Луи не плакал из-за Гарри – не до сегодняшнего дня. Он, вероятно, просто сделает это, когда доберётся домой. — Что ж, это просто... – Зейн пожал плечами. – Мне жаль? Я могу только представить, какого это иметь Лиама, который ведёт себя так со мной, без настоящих... ну, отношений со мной? Я полагаю? — Гарри и я абсолютно не похожи на вас с Лиамом, – ответил Луи, оставляя свой тон равнодушным. – Вы, ребята, на самом деле любите друг друга. Для меня и Гарри там не было ничего, включающего любовь. Ложь, ложь, ложь. Он настолько влюблён в Гарри, Луи даже не думал, что когда-нибудь так влюбится в него. Он просто должен был поработать над этим, пережить и отвлечь себя от воспоминаний. Воспоминаний, которые были даже не о счастливых отношениях. Это были воспоминания о мучающей неразделённой любви. — Тогда, – сказал Зейн, и его голос снова стал легче, а выражение на лице нахальным, – пятница не должна быть проблемой. Что ж, это было наиболее лучшим отвлечением, чем пойти в клуб, напиться и трахнуться? Он мог бы просто игнорировать тот факт, что Гарри тоже там будет. Луи, потерпевший поражение, кивнул и поднял руки, когда первые студенты начали заходить в кабинет. — Да, хорошо. Не хочу расстраивать тебя и Лиама. Зейн ухмыльнулся и положил свою руку на плечо Луи и вывел его из кабинета. — Рад, что смог убедить тебя.

***

Это была не самая лучшая идея, в конце концов. Они встретились в квартире Лиама и Зейна, чтобы выпить, прежде чем пойти в «Suicide Note», и Луи уже сожалел о своём решении прийти, когда Гарри, сопровождаемый Найлом, вошёл в квартиру. Его волосы слегка отросли, и он уложил их по-другому. Его чёлка больше не спадала на лоб, ему как-то удалось её убрать. В любом случае, Луи нужен был всего лишь один взгляд на его лицо, эти зелёные глаза и розовые губы заставляли его жалеть о своём решении. Он хотел снова поцеловать Гарри. Луи отчаянно хотел толкнуть его на диван, снять с него эту странно узкую одежду и получить следующую партию поцелуев. Дерьмо, он не забыл Гарри даже совсем чуть-чуть. Это просто стало хуже. — Хей, Лу, – поприветствовал его Гарри, странно тихий, и Луи подумал, что ему правда не следовало называть его прозвищем. Это сделало забавные вещи с органами Луи. Его печень, сопровождаемая чувством в животе, вероятно, просто горела. — Привет, – ответил он с натянутой улыбкой и попытался избежать какого-либо контакта глазами. Найл, перекидывая свой взгляд с Луи на Гарри и обратно, поставил пиво на стол и исчез в кухне, где были Лиам и Зейн. Луи определённо отплатит Найлу сполна за это. Ему лучше подготовиться. — Как дела? – спросил Гарри, когда сел на диван. Луи пожал плечами и плюхнулся на кресло, пытаясь вести себя настолько обыденно, насколько возможно. — Как обычно. У тебя? Гарри улыбнулся: — То же самое. Они оба замолчали, и Луи плутал, что ничего ещё не ощущалось таким неловким, как это. Ему приходилось думать о поцелуях и объятиях с Гарри каждый раз, когда он на него пялился, а это вообще не помогало. Переводя свой взгляд на руки, он понял, что ему, вообще-то, не нужно было смотреть на него, чтобы думать об обжиманиях. Его простое присутствие заставляло каждую клетку Луи сосредотачиваться только на нём. — Как новая квартира? – спросил Гарри, определённо заинтересованный в продолжении этого разговора. — Она милая. У меня теперь есть достаточно места, что довольно-таки круто. И балкон тоже крутой. Я всегда его хотел. Зейн мне завидует насчёт него, – он сделал паузу, зная, что тараторит, но он правда не мог остановиться. – Ну, знаешь, потому что он курит. — А Лиам не разрешает мне курить в квартире, – добавил Зейн, когда зашёл в гостиную с бутылкой пива в руке. – Он сноб. Лиам, идущий позади него, иронично фыркнул. — Я помню, ты выходил на улицу, чтобы покурить, когда ещё жил один, – он сел рядом с Гарри и закинул руку за спинку дивана, давая ему пиво. Найл пришёл последний с двумя бутылками в одной руке, другой держа Вудстока у своей груди. Он дал одну Луи и упал на диван рядом с Лиамом. — Я вспоминаю это каждый раз, когда Зейн у меня даже не открывает окно, чтобы покурить. Гарри поёрзал, когда Зейн сел вниз перед ним на полу. — И Лиам никогда ничего не говорит. — Это не моя квартира, не так ли? – пожал плечами Лиам и толкнул задницу Зейна ногой. Тот посмотрел на него с ухмылкой. — За Зейна и Лиама, – сказал Найл и поднял бутылку. — За Зейна и Лиама, – повторил Гарри. — За Зейна и Лиама, – добавил Луи, – которым не нужна бумажка, чтобы вести себя, как замужняя парочка. Они все засмеялись на это, и на следующие несколько часов Луи потерял счёт времени и напитков. Он выпил несколько бутылок пива, прежде чем Найл достал бутылку виски. Гарри и Зейн пили какую-то странную водку, а Луи пару раз утаскивал рюмку последнего. Это помогло ему разговориться и расслабиться возле Гарри. Неловкость, которая была между ними вначале, медленно исчезла, и их обычные взаимодействия типа саркастичных шуток и остроумных подкалываний вернулись. Но это также заставило его перестать беспокоиться обо всём. Это не заняло слишком много времени для того, чтобы он вдруг оказался рядом с Гарри, а рука того спокойно покоилась на бедре Луи. Он нахмурился на это и удивился, почему именно это случилось. Он не мог заставить себя убрать руку Гарри, в любом случае. Он правда был уверен, что Гарри не сделал это с каким-то намерением, но Луи боялся, что игра «горячо и холодно», в которую, как он сказал Зейну, он больше не будет играть, просто обернулась в следующий раунд. Гарри, видимо, сделал это, даже не заметив. Когда Найл пощекотал его, он повернулся к Луи и обнял его, посмеиваясь и мямля на его груди, впридачу обвив руками талию. Луи хотел запустить его собственные под рубашку Гарри. Поймав взгляд Зейна, Луи переместил свои руки на плечи Гарри и мягко оттолкнул его, наклоняясь вперёд, чтобы взять стакан со стола и допить то, что осталось. Он мог чувствовать глаза Зейна на нём, но отказывался смотреть в ответ.

***

Поезд был особенно заполнен, когда они зашли. Он, однако, был последним и там было больше людей, чем должно было быть посреди ночи; многие останавливали последний. Гарри облокотился на дверь, когда она закрывалась, а Найл стоял рядом. Лиам и Зейн стояли в том же месте, рука последнего обвивала талию другого парня, а Луи стоял на стороне Гарри, держась за один из поручней. Найл рассказывал что-то, и его голос был уже странно невнятным и слегка громким, но внимание Гарри было сконцентрировано на Луи. Он выглядел хрупким, по меньшей мере. Это было первой вещью, которая поразила Гарри, когда он снова увидел Луи в квартире Лиама и Зейна этим вечером после трёх недель. Что-то в нём было таким нежным и мягким, что Гарри хотел закутать его, впиться пальцами в его кожу и зарыться лицом в изгибе его шеи. Он бы тоже почувствовал эту мягкость. Гарри знал. Он знал, что Луи почувствовал бы нежность и мягкость в его руках, податливость и уступчивость, так, как это ощущалось каждый раз, когда Гарри обнимал его во сне. На следующей остановке зашли ещё люди, и Гарри отодвинулся от двери, они все сдвинулись, и он поднял руку над головой, чтобы взяться за поручень. Там уже было не так людно, но Гарри не побеспокоился о том, чтобы сделать шаг назад и встать ближе к Луи, слегка зевая. Ему, вероятно, следовало бы, но волосы другого парня пахли очень даже мило, всё ещё тем шампунем, который он оставил в квартире. И даже несмотря на то что их тела не соприкасались, он мог чувствовать жар. Луи стоял спиной к Гарри и разговаривал с Зейном, видимо, даже не обращая внимания на парня сзади него. Он продолжать болтать, дразнил Найла и смеялся над чем-то, что сказал Лиам. Тогда он повернул шею, чтобы посмотреть на Гарри. — Ты в порядке, приятель? – спросил Найл. – Ты довольно-таки тихий. Гарри улыбнулся ему и кивнул, пока Луи поворачивал своё тело, чтобы пустить его в некий круг. Он правда не хотел двигаться, но понял, что у него не было-то и особого выбора. Поезд резко повернул в тот момент, и Гарри потерял баланс. Его поймала сильная рука, обвившая его бицепс и заставляющая устоять на ногах. Смотря вверх, Гарри увидел Луи, который стоял близко к нему, удерживая и пристально разглядывая. Это было странно; Луи был таким маленьким, казался хрупким и мягким, но тем не менее, легко показывал настоящую мужскую силу. Как эту, использовать только одну руку, чтобы поднять Гарри. — Спасибо, – промямлил Гарри и ухватился за поручень. Луи кивнул и выглядел нерешительно, прежде чем убрал руку. Гарри нахмурился и наблюдал за ним немного дольше. Это могло бы иметь совершенно другой поворот событий. Он мог бы закутаться в руки Луи, а потом просто там остаться, будто бы он был слишком пьяным, чтобы сохранять баланс в движущемся поезде. Или он мог врезаться в Луи, нечаянно соединяя их губы и прогибаясь для подножки. Это было бы идеальным оправданием для того чтобы начать целоваться. Гарри сморщил лоб и посмотрел вниз на свои ботинки. Почему эта мысль пришла в его голову сейчас? Ему нравилось находиться рядом с Луи, и чувство близости, нежные прикосновения и физическая благодарность были частью их дружбы. Это всегда было так. Поцелуи и всё такое, однако, были исключены из этого списка. Они разобрались с этим в ту ночь, когда у них был секс. Поцелуй... Гарри потерял мысль, когда тяжело сглотнул и снова подошёл ближе к Луи, слушая его смех, его скрипучий голос, смягчённый алкоголем. Поцелуй был промахом. Гарри просто был переполнен эмоциями. Он был расстроен из-за того, что Луи покидает квартиру. Конечно, он был расстроен. Луи был его другом, а также хорошим соседом. Отпускать что-то вот так было просто грустно и не оставило бы никого в прекрасном состоянии. Поцелуй был промахом. Он избавился от своих мыслей, когда они вышли из поезда, и странное чувство поселилось в его животе, когда он ступил в «Suicide Note» несколькими минутами позже. Он приходил сюда только работать в течение такого большого времени. Ощущалось странным приходить сюда в качестве посетителя. — Гарри может заказать для нас несколько бесплатных напитков? – спросил Найл и толкнул своих друзей. Гарри пожал плечами, в то время как доставал руки из карманов. — Я могу попробовать Он пошёл к бару, и Зейн последовал за ним, пока другие три парня проскользнули в кабинку. — Эй, Гарри! – поприветствовал его Мартин. Он работал тут намного дольше, чем Гарри, и у них обычно были общие смены. – Всё хорошо, друг? Гарри кивнул. — Да, отлично. У тебя? — Не так плохо. Всё то же самое, – ответил он и подмигнул. – Как новая работа? — Довольно неплохо. Это весело. Я никогда не работаю после восьми и мне можно забирать домой оставшиеся пирожные со всякими сладкими штуками каждый день. — Звучит лучше, чем это, — вздохнул Мартин и пожал плечами. Он посмотрел на Зейна. – В любом случае. Ты мальчик Лиама, да? Зейн улыбнулся и кивнул. — Он там с несколькими друзьями. — Тогда хорошо. Этот раунд на мне. Что вы пьёте, ребята? — Спасибо, парень, – Гарри заказал им напитки и кинул взгляд за своё плечо, в то время как Мартин готовил им напитки, и увидел разговаривающих Луи и Найла. — Хаз, – сказал Зейн из-за его спины, и он повернулся. – Ты в порядке? Гарри нахмурился. — Я выпил не так много, Зейн. — Не насчёт алкоголя, – сказал Зейн. – Насчёт Луи. Моргая, Гарри повернул свою голову. — Насчёт Луи? А что может быть не так? Зейн пожал плечами. — Я не знаю. Но с того времени, как он съехал, вы, ребята, не выглядите так, будто поддерживаете контакт. Это была правда. Но съезд Луи закончился тем поцелуем, и Гарри не знал, как вести себя или что говорить, и, видимо, Луи тоже нужно было какое-то время. Вот и всё. Начиная с этого момента, между ними всё будет нормально. — Я полагаю, мы вдвоём просто слишком заняты, – ответил он вместо этого. Зейн кивнул со слегка напряжённым выражением на лице и повернулся к Марку, когда он поставил пять стаканов перед ними. — Спасибо, приятель, – сказал Гарри и взял три стакана, чтобы донести их до стола. Он зашёл в кабинку за Найлом, и когда он посмотрел на него и Луи на другой стороне, слегка улыбнувшись, он решил, что был прав. Всё будет нормально между ними, начиная с этого момента.

***

Ничего не стало нормально. С того выхода ночью в честь годовщины Зейна и Лиама две недели назад Гарри не слышал о Луи ни разу. Луи не писал, не звонил и не появлялся, когда Гарри встречался с другими парнями. Зейн обычно знал, что Луи собирался делать из-за их встреч на занятиях, и говорил им, что он извиняется перед ними, потому что у него запланирована другая встреча, домашнее задание, друзья или работа (и с какого это момента у него появилась работа?). В ту ночь они впятером зависали вместе, и это не закончилось тем, что кто-то из них нашёл кого-то на ночь, и Гарри был благодарен, что всё прошло таким образом. К нему подкатывала девушка, но он быстро её отшил. И более того, не было никаких незваных гостей, которые могли бы подпортить их времяпровождение вместе той ночью. Ночь была для Лиама и Зейна, в конце концов, и Найлу, Луи и Гарри не нужно было договариваться о том, что это не превратится во что-то другое. Гарри открыл дверь своей квартиры, и его поприветствовали темнота и холодная тишина, после чего он подумал, насколько же всё-таки ненавидит жить один. Он не понимал этого раньше, но сейчас, когда Луи съехал и ему приходиться жить в одиночку снова, до него дошло, что ему не очень-то это и нравится. Дело было в том, что, если быть честным с собой, проблема не заключалась в таком образе жизни. Он мог легко выдать на аренду кому-то свободную комнату и пережить это. Но проблема была в том, что Гарри не нравилось жить без Луи. Он скучал по нему. Его запах и некоторые его вещи всё ещё остались в квартире, крошки от печенья, его смех и его забота касательно Гарри, когда он приходил домой, и Луи освобождал для него место на диване, чтобы пообниматься. К Гарри приходили люди, чтобы посмотреть на комнату. Было достаточно тех, кому она была нужна, и Гарри на самом деле нужны были деньги, но в итоге он решал всё за них. Лиам и Зейн частенько поднимались, чтобы поддержать Гарри в его решении, когда поступали заявки на его нового потенциального соседа. Они не возражали, когда Гарри находил смехотворные причины, по которым он не мог разрешить кому-то из этих людей въехать. И Гарри разрешит кому-то въехать только, если Зейн и Лиам тоже его одобрят. Больше одного месяца прошло в мгновение, а Гарри видел Луи только один раз после того, как он съехал. Его квартира была всего лишь за углом от того места, где работает Гарри, но Луи ни разу не объявлялся. Он также не приходил на ланчи по четвергам, Найл был там каждую неделю, а Зейн снова и снова говорил, что Луи сказал, что занят и не может. Гарри не следовало целовать его. Это была ошибка, ужасная глупая ошибка, и он знал это в ту секунду, когда это случилось. Но Гарри не мог оказывать сопротивление; он правда хотел сделать это. К сожалению, это оттолкнуло Луи ещё дальше от него. Было так много вещей, которые могли делать друзья, и Луи отлично с этим справлялся, в то время как Гарри потерял рассудок в ту ночь... Луи никогда не возмущался из-за того, что случилось. Но поцелуй с ним, вероятно, – это слишком. В дружбе есть границы, и Гарри перешёл за них больше одного раза. Конечно, Луи отдалился. Луи хотел быть его другом, а Гарри напугал его, заводя всё слишком далеко. Вздыхая, Гарри зашёл в душ. Он только пришёл домой после работы, было почти девять. Он собирался поужинать и просто завалиться в кровать; попробовать отоспаться. Он потянулся за шампунем и перевернул его, чтобы выдавать на ладонь. Флакон издал забавный звук, но ничего не вышло. Гарри потряс его, но все ещё ничего. В течение нескольких сердцебиений он просто стоял там, вода капала на его волосы, горячий пар распространялся по его коже, а его глаза были сосредоточены на флаконе шампуня. Тогда он медленно выключил душ и взял полотенце. Он обернул его вокруг своих бедёр и не позаботился о том, чтобы нормально себя вытереть, флакон шампуня всё ещё оставался в его руках. Гарри оставил свою квартиру вот так и спустился вниз, начав быстро звонить в дверь снова и снова. Лиам открыл, и его глаза оглядели Гарри. — Гарри? — Шампунь пустой, – сказал Гарри трясущимся и не имеющим какого-то выражения голосом. Лиам нахмурился и сделал шаг в сторону, чтобы Гарри мог зайти. — Что ж. Да. Это проблема. — Он пустой, – повторил Гарри. — Я уверен, что у нас есть лишний шампунь, я могу дать тебе, – сказал Лиам. Он выглядел запутанным, когда закрыл дверь. – Это не конец света, Гарри. Гарри смотрел то на флакон в его руке, то на Лиама и обратно, который вышел с их ванной с шампунем в руке. — Ну вот, – весело сказал Лиам и протянул Гарри флакон. — Лиам, – Гарри практически задыхался, и вдруг в его горле стало туго, руки похолодели, а вода на его коже заставляла его мёрзнуть. – Лиам, Луи ушёл. На какой-то момент между ними повисла тишина, а Лиам просто пялился на Гарри, пока тот смотрел в ответ тупым взглядом. Плечи Лиама упали, и он испустил вздох, прежде чем обнял Гарри. — Ох, Гарри, – прошептал он. – Ты правда только сейчас понял? Гарри спрятал своё лицо в плечо Лиама. Вода капала с его волос на футболку последнего. — От него ничего осталось. Шампунь пустой. Лиам нежно засмеялся и погладил спину Гарри, и слегка оттолкнул его на диван, на котором они сидели. Вудсток пришёл с другого конца комнаты, где лежал в корзине для собак, и потянул за пальцы Гарри на ногах своими зубами. Тот наклонился, чтобы погладить его голову, а Лиам исчез, прежде чем вернулся со штанами и футболкой, которые он бросил другому парню. — Лучше бы одеться, – сказал он и снова вышел из комнаты. Гарри послушался и надел одежду, пока Лиам снова где-то был. Это было очень милым, что он мог приходить сюда в любое время, и кто-то всегда будет здесь для него. Теперь Вудсток покусывал пальцы Гарри, но ему, в общем-то, было всё равно. Лиам вернулся с двумя чашками чая и поставил их на стол, прежде чем сел рядом с Гарри. — Вуди, в корзину, – сказал Лиам собаке, и та повиновалась, убегая обратно к своей корзине. Гарри наблюдал за тем, как собака ложится на подушку, прежде чем благодарно посмотрел на Лиама. Лиам застенчиво улыбнулся. — Мы тренировали его. Зейн сказал, что если мы оставляем его в квартире, он должен слушаться каждого приказа. Улыбаясь, Гарри обвил ладонями свою чашку чая. — Ты можешь дать команду, чтобы он притворился мёртвым? На момент повисла тишина. Потом Лиам опять позвал собаку и направил свою руку на него, делая ружьё из пальцев. — Бам! – громко он сказал, и собака сразу же упала на спину. Гарри засмеялся, почти проливая чай. — Это первая вещь, которой я его научил, – приметил Лиам. – Это самое крутое. — Определённо, – согласился Гарри и снова нагнулся вниз, чтобы потрепать живот Вудстока. – Ага, ты хороший мальчик, правда? — Гарри, – осторожно позвал его Лиам, когда Гарри поднялся, а Вудсток подбежал к ногам первого. – Что происходит между тобой и Луи? Зейн и я беспокоимся о вас двоих. Но Луи ни в какую не говорит, что происходит на самом деле. — Подожди, – сказал Гарри и нахмурился. – Ты видел Луи? Лиам пожал плечами: — Зейн видит его на занятиях и... Да, но соглашается прийти, когда знает, что тебя там не будет. Гарри пытался игнорировать острую боль в груди. Луи специально его избегает. Это факт, который несколько ранит, знаете ли. — Ты понимаешь, насколько по-детски это звучит? — Я понимаю, – согласился Лиам, – насколько это вообще по-детски. Но должна быть причина для того, чтобы он вёл себя, как ребёнок, и для тебя, чтобы ты начинал истерику из-за пустой бутылки шампуня, Гарри. — У меня не было истерики, – поспорил Гарри. — Ты только что постучал в мою дверь, мокрый и только в полотенце, Гарри. Я бы сказал, что это довольно-таки похоже на истерику. Гарри не ответил на это и продолжал пялиться в чашку с чаем. Пар растворился в воздухе, а хрустальная чашка всё ещё слегка грела его ладони. — Помнишь, как я сказал тебе, что Луи не мой тип, прежде чем он въехал? Лиам кивнул: — Что ж, ты поменял своё мнение очень быстро после этого. Ладно, это было неожиданно. Гарри повернул свою голову к Лиаму, и у него правда не было ни малейшего понятия, что ответить. Он серьёзно был настолько очевидным? Все, кроме него, заметили, что он влюбился в Луи? Выражение на лице Лиама изменилось, и его лицо наполнилось беспокойством. — Окей, ты только сейчас понял это? Гарри пожал плечами. — Я... – он прочистил горло, ставя чашку обратно на стол слегка трясущимися руками. – Я полагаю, я облажался, Лиам. Лиам подвинулся ближе и положил руку на плечо Гарри. — Нет, ты что. Что бы ни случилось, ты можешь с этим разобраться. Я уверен. — Я поцеловал его, – выпалил Гарри и пристальнее посмотрел на Лиама, чтобы уловить его реакцию. Лиам не реагировал секунду, а потом он... улыбнулся. Он улыбнулся. — Что ж, я так и думал. Вы, ребята, были настолько увлечены друг другом с самого начала. — Но... – почему это не было неожиданностью для Лиама? Почему он знал об этом? Что Гарри пропустил, пока Луи ещё был рядом? – Это произошло не так, как ты думаешь. Я, может быть, всё испортил. — Как? – Лиам посмотрел на него непонимающим взглядом. – Гарри, Луи настолько же был влюблён в тебя. Я не понимаю, как всё могло пойти не так. — Я поцеловал его только в тот день, когда он съезжал, – объяснил Гарри, и его голос становился всё тише с каждым словом. Лиам поднял бровь. — Я не то чтобы очень любопытный, но... Я полагал, что вы начали спать вместе задолго до этого. Гарри почувствовал, как краснеет, и вспомнил, что Зейн сказал в парке. Почему все думали, что он и Луи были чем-то большим, чем на самом деле являлись? — Мы не спали. Я... – он тяжело сглотнул и начал пялиться на свои руки. – У нас был секс один раз. Но я был пьян, и он тоже. Может быть, чуть-чуть. И мы решили, что это была ошибка. Лиам смотрел на Гарри секунду. — Но, – сказал он наконец, – вы вели себя так... Я не знаю. Гарри, на твой день рождения он пошёл с тобой спать, будто бы это было нормально. Я думал- Я имею в виду, ты не делаешь это с кем-то, с кем ещё не- или делаешь? Я просто предположил... Лиам остановился, и они снова сидели в неловкой тишине. Гарри прочистил горло: — Мы просто сблизились, я полагаю? Как друзья? — Ты был на его коленях каждый раз, когда мы смотрели фильм, и каждый раз, когда у нас был ланч, – Лиам был невозмутим. – У меня не было сомнений насчёт того, что между вами что-то происходит. Гарри пожал плечами. — Я не думаю, что вёл себя как-то по-особенному с ним. — Я думал, ты вёл себя, как по уши влюблённый щеночек с ним, но... да, что ж, – Лиам прикусил губу, в то время как кинул взгляд на Гарри снова. — Наверное, я допустил несколько ошибок в этом. А было ли это правдой? Гарри действительно вёл себя так с Луи? — Ты... – он сглотнул. – Ты думаешь, я мог бы... ну, мог бы... быть влюблён в Луи? Лиам спрятал лицо в ладони на момент, прежде чем посмотрел обратно на Гарри, у которого на лице было не самое лучшее выражение. — Откуда я могу знать? Ты думаешь, что мог бы быть влюблён в Луи? — Нет, – сразу ответил Гарри. Он нахмурился и повернул свою голову. Или он бы мог? Он скучал по Луи и, очевидно, сделал несколько вещей, которые заставляли его выглядеть так, будто он правда был влюблён. – Ну, я думаю, что он мне нравится больше как друг? – ответил он, превращая это в вопрос. — Ну-ну, – промямлил Лиам. – А я не догадывался. — Лиам, – сказал Гарри и повернулся обратно к нему. – Я серьёзно. — Я понимаю это, – Лиам глубоко вздохнул. – Я просто не понимаю, почему ты настолько настойчив насчёт того, что не влюблён в него. — Я не настойчив. Это реальность. — Что ж, очевидно, реальность в том, что ты по уши в него влюблён, Гарри, — вздохнул Лиам. – И ты просто не хочешь принять это. — Мы друзья, – выдавил Гарри и вдруг почувствовал себя таким придурком, говоря это, когда, очевидно, всё было совсем не так. Луи, вероятно, всегда был больше, чем другом. Прилив паники промчался по его венам, и Гарри почувствовал своё обрывистое дыхание, почувствовал, как перевернулось его сердце, и как он буквально онемел. Он делил кровать с Луи более двух месяцев, обнимал его во сне, он всегда хотел всё внимание Луи, везде его искал, всегда хотел быть близок к нему, когда они были вместе. Гарри вёл себя, как ревнивый бойфренд каждый раз, когда Луи смотрел на другого парня. Он хотел Луи в ту ночь, когда у них был секс. Он думал о поцелуе с ним с самого начала, и если Луи был бы только другом, Гарри бы его не поцеловал. Но он это сделал, и он этого хотел, хотел поцелуя так сильно. Он хотел поцеловать Луи снова. — Блять, – сказал он, и в его глазах защипало, когда он посмотрел на Лиама, который одарил его сочувственным взглядом. — Я не могу поверить, что ты только сейчас это понял, – ответил Лиам и сжал бедро Гарри. – Вы были такими очевидными. Спрятав лицо в ладони, Гарри издал мученический стон. — Лиам, я облажался. Я полностью облажался. — Нет, ну. Ты слегка медленный, но я уверен, ещё ничего не потеряно. — Я переспал с ним, а потом сказал, что он полная противоположность того, что я ищу, – запротестовал Гарри. – Я не знаю, каким образом это не потеряно. Лиам съёжился на это, очевидно, ища правильный ответ. Он отвлёкся, когда дверь гостиной открылась, и вошёл Зейн. Гарри кинул взгляд на него и увидел уставшие глаза и бледную кожу. Зейн нахмурился. — Что случилось с Гарри? — Его шампунь пустой, – сухо ответил Лиам. Гарри удалось выдавить смешок и потереть лицо руками. — Шампунь Луи пустой. — Оу, – ответил Зейн и подошёл, чтобы сесть рядом с Гарри с другой стороны. – Так ты наконец-то сделал выводы. Отлично, и Зейн тоже понял, что происходит, прежде чем он сам. — Вы все знали? – нахмурился Гарри. – Могли бы и сказать что-то. — Что ж, мы думали, что вы сами знаете, – сказал Лиам. – Откуда мы должны были знать, что вы такие рассеянные? — Ты должен сказать ему, знаешь, – сказал Зейн, и Гарри посмотрел на него в неуверенности, так что Зейн добавил: – Обо всём этом. Вы должны разобраться. — С чем тут разбираться? Мы друзья, и я в него влюбился, – Гарри пожал плечами, теребя шнурок штанов, которые определённо принадлежали Лиаму. – Я взбешу его. — Гарри... – начал Зейн, но Гарри остановил его, поднимая руку. — Нет, серьёзно. Он правда был хорошим другом. А я делал какую-то странную фигню, но он тогда не начал меня избегать. Ну, пока я не поцеловал его, откуда ни возьмись, – добавил он и прошёлся рукой по волосам. – Но я правда не могу оставить его с этим, а потом просто появиться. Мне не следует делать ситуацию хуже, чем она есть. Зейн пялился на него секунду, и снова повисло напряжение, но потом он посмотрел на Лиама, и его взгляд оторвался. Он кивнул. — Да. Если ты думаешь, что так лучше. — Я просто хочу его обратно, – тихо сказал Гарри и посмотрел на руки, играющие со шнурками. – Я снова хочу быть его другом. Зейн вздохнул и прижал Гарри, кладя его голову на своё плечо. — Ты всё ещё его друг. — Я никогда от него ничего больше не услышу, – возразил Гарри. Лиам прошёлся рукой по его спине. — С ним можно не только лежать, есть ещё кое-что, Гарри. Ты можешь ему позвонить. Кивая, Гарри подвинулся ближе к Зейну, а Лиам взял одеяло с подлокотника и накрыл их всех. Он и в прямь мог бы позвонить Луи, но он не мог представить, как будет набираться уверенности для этого. Что он должен сказать? Что, если Луи сразу сбросит, даже не выслушивав Гарри? Он не мог позвонить. Не после всего, что он сделал, заставив Луи отдалиться от него. Было легко утонуть в тепле и комфорте двух его лучших друзей. Они всегда будут рядом и поддержат Гарри даже тогда, когда его мир перевёрнут с ног на голову, и когда он ведёт себя, как дурак. Зейн и Лиам всегда ему помогут и сделают вещи лучше. Все ещё, думал Гарри, когда закрыл глаза, и рука Лиама обвила его талию; прямо сейчас есть кто-то, с кем он хочет быть больше, чем с ними. Было и тепло, и комфортно, и привычно, и всё, что вообще нужно было Гарри. Но хотел этого от Луи.

***

Было почти восемь, и Луи только что надел чистую чёрную футболку, когда позвонили в дверь. Он посмотрелся в зеркало, пробегая пальцами по идеально уложенной чёлке, и потом направился к двери. Лиам и Зейн засияли, когда увидели Луи, а Найл всё ещё был на ступеньках, поднимаясь. Он нёс коробку, обёрнутую в светло-розовую бумагу, а Лиам держал бутылку вина. Луи поднял бровь: — Я думал, моя секретная вечеринка для принцесс только завтра, и что я не приглашал никого, кроме своих сестёр, – сказал он. Зейн улыбнулся: — Мы знаем, что у тебя бывают вечеринки для принцесс каждый день. — Заходите, – ответил Луи и отступил, чтобы впустить их. – Вы, ребята, первые. — Ты сказал, в восемь, – слегка нахмурился Лиам. Луи пошёл с свою гостиную комнату – свою гостиную комнату. У него была гостиная и спальная комнаты. Отдельные. Это ему нравилось в его новой квартире. — Когда я приглашён в восемь, я никогда не появляюсь раньше девяти. Так с каждым в мире. Кроме тебя, Лиам. Зейн, Лиам и Найл уже здесь были, так что Луи не нужно было всё им показывать. Они втолковали ему идею насчёт вечеринки в честь новоселья, и он пригласил огромное количество людей. Луи надеялся, что не все решат прийти. Квартира может легко заполниться. — Окей, так что в розовой коробке? — Твой подарок на новоселье, – ответил Найл, когда сел на диван Луи. Он поставил коробку на стол и движением руки предложил Луи открыть её. — Как я мог думать, что вечеринка на новоселье – плохая идея? Я не знал, что получу подарки. Все их принесут? – если так и было, то он, вообще-то, хотел, чтобы все те люди пришли. — Большинство из них принесут подарки в форме алкоголя, – ответил Зейн и постучал пальцами по бутылке, которую Лиам поставил рядом с коробкой. – Но мы подумали, так как мы лучшие друзья и всё такое, мы должны принести ещё что-нибудь. Что-нибудь полезное. — Что-нибудь полезное? – Луи подвинул коробку поближе и пристально её рассмотрел. – Если это что-то для моей кухни, то у вас, ребята, есть шанс забрать это и заменить на что-то по-настоящему полезное. Типа роскошного Фейсбуковского зеркала или подбитой птицы на мой балкон. Найл засмеялся. — Очень полезно. И слишком дорого. Мы не настолько хорошие друзья. Луи нахмурился: — Минуту назад вы были лучшими друзьями. — Вот почему мы точно знали, что тебе понадобится, и чего у тебя ещё не будет, – заверил Зейн. Луи аккуратно открыл коробку и бросил один взгляд внутрь, прежде чем снова закрыл её и поднял бровь. — Что-нибудь полезное, – повторил Лиам. — Вещи для уборки? – захныкал Луи. – Серьёзно? — Так что ты не сможешь оправдать себя, говоря, что у тебя не было нужных принадлежностей, чтобы убраться, – Найл выглядел самодовольно, и Луи толкнул его в голень. — Я хотел вместо этого побитую птицу! — Кто-то другой, вероятно, принесёт её тебе, – заверил его Лиам и пошёл на кухню, чтобы принести напитки. Луи улыбнулся сам себе, когда поставил розовую коробку на другой стол рядом с телевизором и убедился, что никто из парней не увидел его доброго выражения на лице. Как им вообще в голову пришла эта идея? Будто бы кто-то должен был напоминать ему об уборке. Он потратил на неё сегодня несколько часов, и если кто-то будет жаловаться насчёт того, что его квартира недостаточно чистая, они могут тихонько уйти и отъебаться. Всего лишь двумя часами позже Луи удивился, почему он позаботился о том чтобы убраться в первую очередь. Его квартира была заполнена людьми, которые разливали напитки на пол, вытирали свои грязные пальцы об диван и были в грязной обуви. Он потратит годы на то, чтобы снова убраться. Во время последнего часа он заметил несколько новых людей, которых даже не знал, и решил, что это из-за того, что он сказал приводить своих друзей, если они захотят. Найл вытащил свой ноутбук и включил музыку, заглушающую разговоры. Луи скользнул в гостиную с кухни, где люди поставили еду, которую принесли, и собрали разные напитки на столе. Эйден и Мэтт только что пришли вместе с Грегом, рассказывающим забавную историю с работы на радиостанции в кампусе. В неясности Луи пошёл открывать дверь под громкие звуки и оправдался тем, что идёт открывать дверь кому бы то ни было. Он всё ещё посмеивался над Грегом, который сказал что-то о Тейлор Свфит, когда увидел Гарри в дверях и замер, в то время как смешки умирали в его горле. — Привет, – поприветствовал его Гарри с застенчивой улыбкой. Луи пялился на него. — Привет, – ответил он. Он не приглашал Гарри – не приглашал его специально. Теперь Гарри тут, стоит перед дверью Луи, выглядит очаровательно и держит розовую коробку, точно такую же, как и ту, которую принёс Найл. Найл. Настоящий засранец. Луи был уверен, что на нём лежала ответственность за приглашение Гарри. — Я... – начал Гарри, но снова замолчал. Он пожал плечами. – Найл сказал, я могу прийти. — Да, круто, – сказал Луи и напомнил себе, что всё-таки должен был впустить Гарри. Он отошёл, и другой парень, запах которого сразу атаковал Луи, зашёл за ним. Он пах шампунем, мылом и моющим средством, а также сладким тортом. Он пах, как Гарри, только, насколько помнил Луи, чуточку слаще. — Мне нужно было работать до восьми, а потом я пошёл домой, чтобы переодеться и взять твой подарок, – объяснил Гарри, будто у него была способность читать мысли Луи. – Извини за опоздание. — Ничего страшного, – ответил Луи. – Я рад, что ты смог прийти. Гарри одарил его коротким взглядом, когда снял с себя своё маленькое пальто и положил его на всю остальную кучу одежды, что там громоздилась. Какое-то время он смотрел в глаза Луи, прежде чем снова их оторвал. Да, хорошо, это было ложью, и Гарри понимал это точно так же, как и Луи. В конце концов, он не был приглашён. Почему он всё ещё был тут? У этого мальчика нет достоинства? Луи хотел поклясться. — Это подарок на новоселье, – сказал Гарри и протянул коробку. Она была почти такая же большая, как и та, что принесли другие парни. — Спасибо, – взял её Луи и ему удалось улыбнуться. Он любил получать подарки, но, что было довольно-таки странным, он не мог порадоваться этому. Он даже боялся его открывать. — Тебе не нужно открывать это прямо сейчас, – заверил его Гарри, который будто бы заметил нерешительность Луи. – Я имею в виду, там ничего особенного, и ты, вероятно, даже не сможешь это использовать. Но я сразу подумал о тебе, когда увидел это, и подумал, что это может быть милым подарком на новоселье. Но, просто... Если тебе не понравится, то всё в порядке. Луи кинул взгляд на Гарри и коротко кивнул. — Я открою это позже, когда уже не будет так много людей. На какой-то момент повисла тишина, что было странным, потому что в квартире было так много шума. — Луи, – сказал Гарри отчаянным тоном. — Когда будет меньше людей, – повторил Луи. – Давай не будем разговаривать сейчас, – у него не было ни малейшего понятия, что это было, но Гарри выглядел так серьёзно, сморщив брови и образовав губами тонкую линию. Луи правда не думал, что мог бы сейчас объяснять, почему отдалился от Гарри. Гарри опустил взгляд, очевидно, в замешательстве, но кивнул. — Гарри! – появился Найл в коридоре и положил руки на талию Гарри сзади. – Я рад, что ты смог прийти, приятель. Гарри улыбнулся и повернулся к нему, чтобы обнять. — Пойдём возьмём тебе напиток, – предложил Найл и затащил Гарри на кухню. Луи глубоко вздохнул и пошёл в гостиную, чтобы поставить коробку. Он увидел Зейна на балконе с открытой дверью, позволяющей свежему воздуху просочиться в переполненную гостиную комнату. Зейн заметил его взгляд и поднял бровь. Может, и он тоже мог читать выражение лица Луи. Луи поставил вниз подарок и вышел, чтобы присоединиться к Зейну. Девочка из класса драмы была там тоже, но она была слишком занята своим телефонным звонком, чтобы обратить на них внимание. На улице уже давно было темно, и Луи почувствовал себя холодно в своей чёрной футболке. — Вы, ребята, сказали Гарри прийти, – сказал Луи и перегнулся через перила. — Мы не были уверены, придёт ли он вообще. — Что ж, он только что прибыл, – проинформировал его Луи. Зейн сделал ещё одну затяжку. — Ты сказал, мы можем звать своих друзей, если хотим. А мы захотели позвать Гарри. — Вы знаете, что, если бы я хотел его присутствия, я мог пригласить его сам, не так ли? – Луи скрестил руки. — Ты мудак, Луи, – сказал ему Зейн и выкинул свою сигарету. – Ты знаешь, каково ему приходится; он выглядит, как раненый щеночек. Ему было больно, когда он узнал, что ты не позаботился о том чтобы пригласить его. — Ему не пять, – противостоял Луи. — Нет, не пять. И тебе тоже. Просто напоминаю, – Зейн посмотрел в комнату, и Луи последовал его примеру, увидев Лиама, рука которого была на плече Гарри, а лицо возле уха. – Ты отвратительно ведёшь себя с ним. — Прошу прощения? – Луи оторвал свои глаза от затруднённого выражения на лице Гарри. — Он заботится о тебе, Луи, и не понимает, почему ты так его отталкиваешь. Разберись с этим и будь честным с ним. Это правда не может больше продолжаться, – Зейн оторвался от перил и пошёл внутрь. Луи наблюдал за тем, как он приветствует Гарри и обнимает его. Отлично. Теперь это вина Луи. Это Гарри игрался с ним, разве нет? Почему это теперь вина Луи? Почему он теперь плохой? Чёрт, да это даже несправедливо. Он просто хотел провести хорошую ночь с друзьями, а вместо этого ему нужно беспокоиться о Гарри. Будто бы ему нравилось видеть его в таком ужасном настроении, зная, что это его вина. Это было чертовски несправедливо. У него не было ни малейшего понятия, что делать или как сойти с мёртвой точки. Луи определённо нужно было ещё выпить.

***

Ничего, однако, не помогло на самом деле, как понял Луи несколькими часами позже. Он выпил в течение ночи практически с каждым человеком, который пришёл, но всё ещё чувствовал себя, к несчастью, трезвым. Было сложно оставаться полностью свободным, пока Гарри был рядом. У Луи было чувство, что ему лучше не выпускать всё из-под контроля. Гарри не мог держать себя в руках, когда был пьян, и Луи не хотел рисковать, следуя его примеру. Это приведёт его к тому, что он потеряет своё спокойствие и силу воли и, вероятно, закончит затаскиванием Гарри в свою спальню, пользуясь преимуществами его опьяневшего состояния. Хмурясь, Луи отвернулся от двери, которую закрыл, после того как несколько его друзей ушли. Он был, по крайней мере, подвыпивший, потому что в трезвом состоянии такие мысли не пришли бы к нему в голову прямо сейчас. Это было разочарованием. Гарри был разочарованием. Луи вернулся в свою гостиную, где к нынешнему времени осталась маленькая группка людей. Найл распластался на ковре с чупа-чупсом во рту, Эйден и Мэтт оккупировали кресло Луи, которое он купил на блошином рынке прошлой осенью, и пили пиво. Зейн сидел на краю дивана, что было самым близким к двери, с Лиамом, сидящим на полу между его ногами. Рука Зейна рассеяно проводила по коротким волосам своего парня, которые успели отрасти за предыдущие несколько месяцев, пока он сам разговаривал с Эйденом. Гарри сидел рядом с Зейном, и его глаза уже были сфокусированы на Луи, несмотря на то что никто ещё не обратил на него внимания. А рядом с Гарри был Грег, который занял остальную часть дивана, вероятно, будучи увлечённым разговором с Лиамом и Найлом. У Луи было несколько вариантов. Он мог присоединиться к Лиаму и Найлу на полу, что было бы самым лёгким. Он также мог попробовать впихнуть себя на диван, но быть впихнутым где-то рядом с Гарри, было не самой лучшей идеей. Вместо этого Луи тихонько прошёл через комнату, игнорируя глаза Гарри, следящие за каждым его движением, и остановился рядом с Грегом. — Ты не против? – спросил он – вежливый ребёнок – и сел на колени Грега. Найл замолчал, и Луи поймал глубоко нахмуренный взгляд Лиама и решил проигнорировать его. Грег слегка покраснел, но его руки автоматически обвили талию Луи, чтобы удержать его. — Я просто не хочу сидеть на полу, – объяснил Луи и взял свой стакан со стола. Гарри оторвал свой взгляд и выглядел очень занятым, разглядывая свои ногти. — Нет, всё хорошо, – застенчиво сказал Грег и слегка потряс головой. Его взор упал на Гарри, просто несколько коротких взглядов, но Луи уловил их. И почему все – даже Грег, который не имел какого-либо отношения к нему – были так сконцентрированы на нём? Они, вообще-то, должны быть сконцентрированы на Луи. Это он делал из себя дурака сейчас, в конце концов. Это было жалким и даже больше, потому что Луи знал, что так и было. Гарри поднял свою голову снова и смотрел на них секунду, и Луи в первый раз увидел чистую злость в его глазах. Раздражение и взгляд, который видел в его глазах Луи несколько раз, всё ещё доминировали, но помимо этого там была злость, что-то, что заставляло его губы крепко сжиматься, а зелень его глаз становиться темнее, чем обычно. Не говоря ни слова, Гарри соскользнул с дивана, разваливаясь рядом с Лиамом и предлагая Луи свободное пространство. — Мне всё равно, сидеть на полу или нет, – сказал он, и в его голосе не было оттенка злости, которую Луи только что видел в его глазах. А Гарри-то – умный засранец, подумал Луи, в то время как слезал с коленей Грега и садился на место между ним и Зейном. Он никогда не мирился с дерьмом, которое подсовывал ему Луи. Даже если он и выглядел невинным и глупеньким, он не был таким ни на процент. Он всегда знал, как сделать вещи удобными для себя. Это одна из причин, по которой Луи влюбился в него, в конце концов. Ему следовало знать, что он не сможет заставить Гарри изменить своё мнение таким дешёвым трюком. Гарри несколько раз доказал, что он был собственником, и даже если он не среагировал так, как надеялся Луи, его реакция всё ещё подтверждала его ревнивость. Он убедился, что Луи слез с Грега и стал ближе к нему самому – и всё сработало, так как Гарри теперь сидел между ног Луи, повторяя позу Лиама и Зейна. Луи хотел поцеловать его. Это бы пошло определённо не по плану. Будто бы Луи вообще что-то из этого планировал. В течение следующего часа он старался не обращать внимание на Гарри и разговаривал с кем угодно в комнате, кроме него. Мэтт втянул его в беседу о предстоящей игре Манчестер Юнайтед в Лиге Чемпионов, и Луи пытался сфокусироваться на этом, когда руки Гарри почёсывали его лодыжки, костлявый подбородок отдыхал на его колене, а кудряшки располагались на его бедре. Это чертовски отвлекало, и Луи был почти уверен, что Гарри точно знал, что сделал с ним. Некоторым временем позже голова Гарри всё ещё находилась на колене Луи, и Лиам посмотрел на него, пытаясь получить его внимание и указывая рукой на парня, который сидел между его ног, с тёплым выражением на лице. — Он заснул, – тихо заметил Найл. Грег с нежной улыбкой наклонился, чтобы посмотреть. — Он зевал, не прекращая. — Какой прекрасный способ дать мне знать, что моя вечеринка была скучной, – сухо прокомментировал Луи. Зейн захихикал. — Ничего подобного, приятель. Я думаю, она всем понравилась. Но, полагаю, в четыре утра время заканчивать. — Я тоже довольно-таки устал, – сказал Эйден. – Наверное, мы тогда пойдём. — Я могу тебя подбросить, – сказал Мэтт. – Мне по пути. Зейн и Лиам тоже решили уходить, и даже Найл поднялся с пола. Луи поймал руку Зейна, которой он потянулся к Гарри. Он почувствовал все взгляды на себе, и обычно у него не было проблем нахождением в центре внимания, но это было другое. Это ощущалось как принятие без принятия чего-либо на самом деле. — Оставьте его, – тихо сказал Луи. Он посмотрел на Грега, который всё ещё по-доброму улыбался. Мэтт и Эйден обменялись взглядами, а Найл самодовольно ухмылялся. Зейн медленно освободил свою руку от хватки Луи, а Лиам выглядел серьёзно, как обычно. – Лучше его не будить. — Он продержался дольше, чем я ожидал, – сказал Лиам. – Работал с утра, а потом ещё поздняя смена, так что он проснулся посреди ночи. — Ты позаботишься о нём? – спросил Зейн, когда отступил назад. — Да, – ответил Луи и снова посмотрел на мирно лежащего Гарри. К чёрту его и этот ангельский вид, подумал Луи. Он не был уверен, что у кого-то на это есть иммунитет. – Не беспокойтесь. Он осторожно встал, кладя голову Гарри на диванную подушку и последовал за друзьями к двери, чтобы проводить их. Найл обнимал его несколько дольше, чем обычно, и Луи просто ответил на движение, никак не комментируя. После того как за ними закрылась дверь, он остался в коридоре, перекатывать с ноги на ногу, неуверенный, что делать. В итоге он решил, что вещи не могут больше меняться, и он просто посмотрит, как всё пойдёт своим чередом. Он вернулся в гостиную и увидел Гарри в той же позиции, в которой он его оставил. Его губы были слегка открыты, а щёки прижаты к подушке, пока верхняя часть тела содрогалась медленным постоянным дыханием. На какой-то момент Луи задумался, стоит ли ему разбудить Гарри и покончить с этим. Но потом он вспомнил, что сказал Лиам и решил просто оставить Гарри и отложить ужасный разговор, который им предстоит, до утра. Он наблюдал за Гарри какое-то время, его пальцы чесались в желании дотронуться до него, убрать эти кудряшки с его лица и уложить их на линию шеи. Вместо этого Луи продолжил стоять в дверном проёме со скрещенными руками и просто позволил своим глазам блуждать по телу Гарри. В конечном счёте он оторвал взгляд от Гарри и отвернулся. Он выключил свет и пошёл в ванную, чтобы надеть пижамные штаны, прежде чем почистил свои зубы и сполоснул лицо. На вычёсывание липкого геля для укладки понадобилось больше времени, чем терпения Луи, и он просто забросил это дело после того как убрал всё с чёлки. Он просто пойдёт спать и позаботится обо всём завтра. Может быть, он проснётся, а Гарри уже уйдёт к тому времени. Был вариант, что Гарри вообще не захочет разговаривать утром. Луи пялился на свою кровать, стоявшую перед ним, и приподнял бровь на свои собственные мысли. Этот вариант, скорее, исключается. Он продолжал стоять в спальне, разглядывая свою кровать, и он знал это чувство. Он чувствовал такое раньше; в ту ночь, когда он съезжал от Гарри. Это было то же самое чувство – что-то было просто неправильно в том чтобы идти спать одному, пока Гарри был там на полу. Луи вздохнул и решил это сделать, сорвав одеяло с кровати. Он слишком устал, чтобы ввязываться в моральный спор с самим собой сейчас. Поворачиваясь на пятках, он вышёл из спальни и оказался в гостиной. Позиция Гарри сменилась. Теперь он лежал на полу, свернувшись, но всё ещё с подушкой под щекой. Луи накрыл его одеялом и позволил себе нежно пройтись рукой по его кудрям после. Он залез на диван над Гарри и накрыл уже сам себя шерстяным одеялом, которое лежало на кресле. Он услышал сонный вздох Гарри, который пошуршал одеялом, когда подвинулся под него, и Луи подумал, что он становился неразумным и слабым, когда дело касалось Гарри. Видимо, это что-то, с чем он не мог ничего поделать; вообще. Насколько бы Луи этого не хотел, он всё равно был влюблён в Гарри. Это было последней вещью, о которой он подумал, прежде чем заснул.

***

Гарри почувствовал ужасный жар, когда проснулся. Его конечности болели, а спина чувствовала что-то твёрдое, в то время как к нему вернулась память, так что он решил не двигаться. Но жар был невыносимым, поэтому у него не было особого выбора. Он убрал тяжёлое одеяло со своего тела и присел со стоном. Его бедро издало хрустящий звук, когда он двинулся. На какой-то момент он потерял какую-либо ориентацию, не поняв, в какой комнате он находится; потом он повернул свою голову и увидел свернувшегося под шерстяным одеялом, спящего Луи на диване. Гарри наблюдал за ним сонными глазами и снова поднял одеяло, прижав его к своему лицу и спрятав нос в мягкой ткани. Оно пахло как Луи, и Гарри ещё раз понял, как сильно по нему скучал. Скучал он или нет, вопрос заключался в том, почему Гарри спал на полу, в то время как Луи расположился на диване. Это нечестно. Он мог просто взять одеяло и присоединиться к Луи, обнять его и закутать их обоих в тёплую ткань. Или он мог стащить его вниз с дивана к себе на пол. Оба варианта, однако, разбудили бы Луи, и Гарри подумал, что вот это бы было теперь нечестно. Он тихо поднялся и вышел из гостиной на носочках, пока его конечности всё ещё болели. Когда он закрыл за собой дверь, он потянулся и услышал хруст каждой кости в своём теле. Но Луи не разбудил Гарри, чтобы выбросить его, так что боль в его теле уже стоила того. Он пошёл на кухню, чтобы проверить там этот хаос, и узнал, что Луи, видимо, коллекционирует грязные тарелки и стаканы в своей раковине. Гарри зашёл в ванную и умылся, прошедшись рукой по своим волосам, чтобы хоть чуть-чуть привести их в порядок. Он пялился на своё собственное отражение какое-то время; усталые глаза, бледное лицо, волосы в беспорядке, а его рубашка помялась. Да ну всё к чёрту, решил он и снял с себя одежду, прежде чем зашёл в душ. Горячая вода бежала по телу и заставляла его чувствовать себя хоть на чуточку лучше, более живым, чем ранее. Когда он потянулся за шампунем и выдавил его себе на руку, он узнал знакомый запах, и улыбка распространилась по его лицу. Чувствуя себя намного лучше и будучи только в полотенце, обернутом на бёдрах, он вышел из ванной, заглядывая в гостиную, чтобы проверить Луи, который всё ещё спал. В спальне Луи был беспорядок. Вещи были разбросаны по полу, простыни на кровати помяты и ещё, к тому же, вылезли, одна подушка на середине кровати, другая тоже на полу. Книги громоздились на столике возле постели. Гарри слегка потряс головой и нежно улыбнулся, когда открыл шкаф и достал футболку со штанами. Он надел это на себя, и штаны оказались слишком короткими, но Гарри, в общем-то, было всё равно. Он открыл пару ящиков в поисках носков, но ничего не нашёл. Также, открывать каждый ящик в комнате Луи – это, вероятно, слишком. Гарри был уверен, что ему не жалко одежды, которую надел Гарри, но разглядывать вещи Луи таким способом ощущалось как-то по-шпионски. Тихонько и босыми ногами Гарри вышел из спальни, чтобы сделать завтрак. Однако, он не нашёл ничего, из чего можно было бы что-нибудь приготовить, в холодильнике Луи. Ни яиц, ни тостов, так что он забросил эту идею. Вместо этого он включил чайник и начал искать чайные чашки. Так как Луи еще спал, у Гарри не было другого полезного занятия, так что он решил помочь ему и сделать уборку. Если бы он оставил это на Луи, он бы не сделал её, вероятно, и к следующему году, поэтому это было неплохой идеей. Что-либо ещё, что Гарри мог сделать, включало в себя чувственное пробуждение Луи с помощью него самого, и последнему лучше бы не думать об этом. Тридцатью минутами позже он вымыл тарелки и стаканы, вытерев их все, и не оставил Луи какой-либо работы. Он налил чай в чашки и посмотрел на часы, решив, что полдвенадцатого – человеческое время, чтобы пойти будить Луи. Луи не двинулся, когда Гарри зашёл в гостиную. Он лежал на одной стороне, рукой поджав щёку. Его волосы были в беспорядке, но убраны с лица, а длинные ресницы лежали на щеках. Он выглядел как ребёнок в каком-то смысле, и Гарри почувствовал, как сильно ускорилось его сердцебиение. Как он раньше не замечал, что Луи был таким красивым? Конечно, он всегда знал, что Луи не был непривлекательным и неприятным для глаз. Но Гарри никогда не понимал до конца, насколько красивым он всё-таки был. Его скулы были идеально обозначены, высокие и острые. Его кожа была золотой, того оттенка, который напоминал Гарри о вкусной карамельной помадке, а эти ресницы были, вероятно, его лучшей особенностью. Они были густыми и глубоко-чёрными. Гарри поставил чашки на стол и сел на край дивана, проводя руками по волосам Луи. Они были такими мягкими и пушистыми, и Гарри нравилось, когда чёлка спадала на его глаза, отражая тенью яркую голубизну его глаз. Нежными движениями Гарри определил её на лоб Луи и наблюдал за тем, как его брови хмурились во сне. Последний начал медленно просыпаться, издавая слабый стон, в то время как его рука убрала чёлку, которую Гарри расположил на его глазах. — Что за чёрт, – выдавил Луи, ещё не открывая своих глаз. Гарри продолжил наблюдать за ним, ожидая, пока Луи проснётся полностью. Он отхлебнул от своего собственного чая и, когда Луи наконец моргнул одним глазом, тепло ему улыбнулся. Луи, вероятно, не хотел слышать этого, но он был таким очаровательным. Гарри хотел закутать его в объятия и держать, пока он снова не провалится в сон, расположившись на груди кудрявого. — Доброе утро, – поприветствовал его Гарри. Луи перевернулся на спину и просто пялился на Гарри какой-то момент. Он осмотрел его с ног до головы и слегка нахмурился. — Что ж, – сказал он ещё грубым ото сна голосом. – Чувствуй себя как дома. Улыбка Гарри стала шире, и он протянул вторую чашку Луи. — Я подумал, что ты не будешь против. Присаживаясь, Луи прошёл рукой по своим волосам, прежде чем взял чашку и отхлебнул с закрытыми глазами. — Я уже не могу с тебя их сорвать, не так ли? Между ними повисла неловкая тишина, и Гарри заметил, что Луи напряжён. С какого это момента они начали замолкать после двусмысленного комментария? — Я хотел сделать завтрак, – сказал Гарри, чтобы отвлечь их обоих от неловкости. – Но у тебя нет ничего, что можно было бы приготовить. Луи пожал плечами, все ещё сфокусированный на чае. — Я обычно ем хлопья на завтрак. Угощайся, если ты голоден. — Нет, всё в порядке, – неуверенный в том, как продолжить, Гарри тоже начал пялиться в свою чашку. Он чувствовал себя так тепло и воодушевлённо, но теперь это всё снова прошло. Луи всё ещё был холоден с ним – у Гарри не было ни малейшего понятия, как справляться в этим. Он оглядел комнату и его взгляд упал на розовую коробку, которую он отдал Луи. — Ты ещё не открыл свой подарок. Луи тоже поднял взгляд и посмотрел на Гарри, прежде чем встал, чтобы взять коробку с маленького стола. Он лениво плюхнулся обратно на диван и придвинул коробку к рукам. — Та же бумага, что и использовал Найл, – заявил он. — Я помогал им упаковывать и их подарок тоже, – сказал Гарри. – Найл использовал километры упаковочной бумаги, но это всё равно выглядело довольно паршиво. Луи нежно засмеялся, и Гарри наблюдал за тем, как смягчаются его черты лица, в то время как его собственное сердце перевернулось, когда у глаз Луи появились морщинки. Его улыбка была бесценна, и Гарри понял это слишком поздно. Когда Луи сорвал бумагу, его мягкий смех превратился довольно громкий хохот, даже несмотря на то что он распаковал подарок не до конца. — Ты же не серьёзно, Гарри, – воскликнул он и повернулся к нему с довольным выражением на лице. – Ты купил мне миниатюрную версию пылесоса Гетти? Улыбка распространилась по лицу Гарри, и он кивнул. — Это серия для детей. Ты не можешь убирать свою квартиру с ним, но он достаточно хорош для крошек от печенья на диване. — Я понял эту штуку с тем, что вы, ребята, думаете, я не способен содержать свою квартиру в порядке. — Мы просто облегчаем это для тебя, – объяснил Гарри и приуныл, потому что Лиам, Зейн, и Найл были невежественны с этим подарком для Луи. Они как-то подхватили идею Гарри, когда он показал им игрушку-пылесос, которую он купил. Луи достал розовое устройство из коробки, и его выражение было сконцентрировано на нём, в то время как он засовывал батарейки. Он включил его и снова начал смеяться, когда пропылесосил пустое пространство перед ним. — Я рад, что тебе нравится, – по-доброму сказал Гарри. — Ты знаешь, что Гетти – мой тайный любовный интерес, – ответил Луи и выключил его. Он поставил пылесос на стол, и его счастливое нарисованное лицо улыбалось им. – Спасибо. В тот момент Гарри хотел сказать так много. Он хотел сказать Луи, что его смех делал его самым счастливым, и что он любил то, как Луи его обнимал, что его волосы всегда так приятно пахли, и что его глаза были самыми голубыми из тех, что Гарри когда-либо видел. Он хотел сказать Луи, что был влюблён в его мышление, саркастичный юмор и нежное сердце. Он хотел сказать Луи, что находил очень милым его неумение справляться с чем-либо на кухне, что Гарри любил класть руку на его мягкий животик, что он выглядел так тепло и хрупко по утрам, и что он был таким, таким хорошим в футболе. Гарри хотел сказать ему всё это тогда, но он начал с самого неотложного. — Я скучаю по тебе, Лу. Луи затих и начал пялиться на свои колени, прежде чем поднял свою голову и посмотрел на Гарри с маленькой улыбкой, появляющейся на его губах. Почему он выглядел таким разбитым, когда улыбался? Гарри не мог этого понять. Луи без слов потянулся к Гарри и прижал его к себе, и последний вздохнул, сильнее утыкаясь носом. — Я тоже скучаю по тебе, ты, дурак. Это успокоило его, чуть-чуть. По крайней мере, Луи не ненавидел его, и сейчас будет легче разложить всё по полочкам между ними. И даже если Луи хотел, чтобы они были друзьями, Гарри примет это. Он лучше будет другом Луи, чем проведёт ещё больше времени без него. — Мне жаль, – сказал Гарри и вцепился пальцами в футболку Луи. Луи ничего не говорил какой-то момент, всё ещё держа свою руку на плече Гарри, а другую лениво на его бедре. Его лицо было повёрнуто к волосам Гарри, и голос был приглушён, когда он спросил: — За что тебе жаль? — За поцелуй, – немедленно ответил Гарри. – Я не должен был, – он тяжело сглотнул и положил свой лоб на плечо Луи. – Это отдалило тебя от меня. Я знаю, что вёл себя не как друг довольно часто. Но я не знаю, что на меня тогда нашло, – это было ложью, конечно, было. Но Гарри знал, что лучше обойтись ею на этом этапе. Это, правда, было маленькой ложью тоже, и это спасало их обоих от очередной боли. И снова Луи не ответил. Он вдруг напрягся и нежно оттолкнул Гарри. Он встал и начал расхаживать по комнате, очевидно, в затруднении и в поисках слов. Боясь сказать что-то не то, Гарри просто наблюдал за ним и закусил свою губу до боли. Луи просто выставит его, в конце концов. — Слушай, Гарри, – наконец сказал Луи, когда остановился. – Не то чтобы я не хотел этого поцелуя. Правда в том, – он сделал паузу и потёр пальцами морщинки на лбу, – что я на самом деле хотел его. Гарри пялился на него, пытаясь понять, что только что сказал Луи. — Я хотел его с того момента как увидел тебя в клубе. И я сказал, что незаинтересован только потому, что Зейн был так настойчив на том, что я сталкер, – Луи всё ещё не смотрел на Гарри. Его волосы были в беспорядке, кожа выглядела такой мягкой, а глаза сейчас были мутно-серыми. Гарри пытался сказать что-то, что заставит Луи понять происходящее в его мыслях, но всё, что он смог, – это: — О, чёрт, – потому что да, о, чёрт, Гарри ступил ещё хуже, чем думал. — Я знаю, – выдавил Луи. – И тебе действительно должно быть жаль, потому что ты сделал это таким тяжёлым для меня. Я пытался, Гарри, я правда пытался просто игнорировать это, но я не мог. Не когда ты так вёл себя со мной. Ты даже никогда мне не оставлял шанса сказать нет. Это было правдой – Гарри никогда не оставлял. Что бы ни случалось между ними, Гарри был инициатором и никогда не давал шанса Луи сказать то, что он думает, или просто решить. Это должно прекратиться. Луи думал, что был неправ, а Гарри должен был дать ему знать, что он хотел этого всего, что он был в него влюблён. Он поднялся на ноги и почувствовал слабость в коленях. Гарри никогда не чувствовал слабость в своих ногах – ничего в его жизни ещё не ощущалось таким важным. Он тихо прочистил своё горло, пытаясь заставить его звучать, по крайней мере, не оборвано. — Луи, я сказал тебе, что ты не мой тип-- — Иди нахуй, Гарри, – прервал его Луи и наконец поднял голову, чтобы посмотреть на Гарри. Мутно-серый превратился в неистово голубой. – Если я услышу это ещё раз, я выброшусь с окна. Я понял, ясно? Я не живу в иллюзии того, что я вдруг достаточно хорош для тебя, и ты изменил своё мнение. Гарри смотрел на него, не зная, что сказать, и понял, что не мог бы начать ещё хуже. Он закусил свою губу и решил, что слова, вероятно, не помогут. Он сделал два шага и оказался в пространстве Луи, притягивая его, чтобы втянуть в грубый поцелуй. Он был горьким на вкус из-за чая и сонным и всё ещё именно таким же, как запомнил Гарри. Его губы были сухими, но мягкими, и он по инерции ответил на поцелуй, издавая удивлённый звук. — Нет, – оторвался Луи и оттолкнул Гарри с достаточной силой. – Не подходи. Гарри отступил назад, слегка задыхаясь, и облизнул губы, всё ещё чувствуя Луи на них. — Иди нахуй, – простонал Луи, когда повернулся и прошелся рукой по своему лицу. – Я не позволю сделать тебе это снова. — Луи, – начал Гарри, но снова был перебит другим парнем. — Я не буду этого делать, Гарри. Я не позволю сделать тебе это снова; разжечь мои надежды просто чтобы после сказать, что я не подхожу тебе. Мне жаль, что я не являюсь тем, что ты ищешь, – он повернулся, и это был первый раз, когда Гарри видел его таким взбешённым. На его щеках был румянец, глаза были тёмными, а губы всё ещё красными и блестящими от поцелуя. Он был красивым даже в таком состоянии. – Мне жаль, что не у всех нас может быть самый ушлый ум, милые ямочки и чертовски ангельские кудри, которые могут своим очарованием выбить дерьмо из целого мира. Гарри хотел дотронуться до него. Это было так неправильно, Луи был так неправ, и Гарри чувствовал себя несчастно из-за того, что у него было такое представление. Это всё вина Гарри, потому что он был просто слепым так долго. — Я не знаю насчёт мира, – ответил Гарри, и он не был уверен, что именно собирается тут ответить. – Но ты своим очарованием выбиваешь дерьмо из меня, по крайней мере. Выражение его лица сменилось, и он даже стал слегка бледным. — О, иди нахуй, – пробормотал он. Гарри удалось слегка улыбнуться, и он понял, что теперь подходить к Луи – безопасно. Он нежно провёл пальцами по его голым рукам. — Ты продолжаешь говорить мне это, – прошептал он, когда наклонился, чтобы столкнуть их обоих лбами, и начал смотреть в глаза Луи. – Но я лучше бы трахнул тебя*. Луи смотрел на него в ответ со слегка обрывистым дыханием и сглотнул, прежде чем ответил. — Я убью тебя, если ты ещё раз поменяешь своё мнение. — У меня было достаточно времени, чтобы наконец разобраться со своим мнением, – ответил Гарри, сплетая свои пальцы с пальцами Луи. – Я не думаю, что изменю его скоро. Будто бы загипнотизированный, Луи продолжал смотреть в глаза Гарри, и видеть его таким заставляло последнего чувствовать себя намного легче. Он не потерял Луи. Но ему нужно приложить немного сил, чтобы удержать его. И чтобы заставить его поверить ему. Он медленно облизнул свои губы и прижал Луи ближе, так, что их талии были теперь прижаты друг к другу. — Я могу тебя поцеловать? – спросил Гарри голосом, почти похожим на шёпот. — Да, – ответил Луи и слегка повернул свою голову. – Да, ты можешь. Гарри улыбнулся, счастливый и перерождённый, прежде чем он окончательно сократил маленькое расстояние между их губами и поймал губу Луи своими. Он медленно покусывал и оттягивал, прежде чем впустил свой язык и лёгким движением открыл рот Луи. Последний не был против, наоборот, отвечая вылизыванием рта Гарри с таким же энтузиазмом. Поцелуй превратился в горячий, беспорядочный и мокрый, и Гарри опустил голову вниз, чтобы укусить подборок Луи, оставляя на его челюсти мокрый след. Руки Луи теперь сильно сжимали руки Гарри, и тот делал тоже самое, прежде чем освободил свои пальцы и поместил их на бёдра Луи. Он оторвался от его рта, тяжело дыша, и другой парень смотрел на него в ответ с полуоткрытыми глазами и розовыми припухлыми губами. Он выглядел настолько прекрасно в таком состоянии. — У тебя самое красивое лицо, – сказал ему Гарри, решив не сдерживать ничего. Луи просто потряс головой, а его глаза были сосредоточены на губах Гарри, и тот начал произносить слова настолько медленно, насколько возможно. – Такое, такое красивое. Луи поднял руки, чтобы обвить их вокруг шеи Гарри. — Ты, придурок, использовал мою зубную пасту, не так ли? Гарри знал, что он пытался сменить тему разговора, и на один момент он позволит Луи сделать это. — Что ж, я думаю, мы собираемся обмениваться телесными флюидами намного чаще, начиная с этого момента. Так что это не должно быть проблемой. — Лучше начать вот прямо сейчас, – промямлил Луи и наклонился, чтобы ещё раз поцеловать Гарри. Он всё ещё был мягок в этом, податлив в руках Гарри, но в то же время требователен. Руки Гарри были на бёдрах Луи, и он долго ломался, прежде чем спросить: — Я могу дотронуться до тебя? До твоей кожи? Луи издал лёгкий смешок в губы Гарри, прежде чем кивнул, и другой парень запустил свою руки под его футболку, пробегая ими по обоим сторонам его талии. Луи вздрогнул, и Гарри сразу это почувствовал. Он продолжал пристально смотреть на лицо Луи, пока его пальцы исследовали кожу, дотрагивались до каждого дюйма, которого могли достичь, и глаза Луи затуманились. — Я могу снять с тебя футболку? Луи тяжело вздохнул и отступил назад чтобы снять её через голову, прежде чем снова притянул Гарри, бросая его футболку на пол. — Я думаю, мы можем согласиться, что я не буду отклонять ничего из этого. Гарри улыбнулся и опустил подбородок, чтобы поцеловать голое плечо Луи. Его руки легли на талию последнего, и его охватило маленькое благоговение от осознания того, насколько крошечным был Луи. Ему понадобился момент, чтобы вспомнить, что он хотел сказать. — В этот раз ты можешь сказать мне остановиться в любое время. Очерчивая лицо Гарри, Луи снова поднял свою голову и улыбнулся. И это была настоящая улыбка, нежная и вызванная любовью. Гарри хотелось утонуть в ней. — Я думаю, что мужчина, который выгонит тебя из постели, ещё не родился. — Пока ты не выгонишь меня из постели, – сказал Гарри и закусил нижнюю губу Луи. — Я определённо этого не сделаю, – Луи углубил поцелуй и потянул Гарри за футболку, чтобы они направились к дивану. Гарри улыбнулся на губах другого парня и позволил поцелую прекратиться, прежде чем он сильнее ухватил Луи за талию и поднял его. Луи тихо взвизгнул, издавая протестующий звук и кладя свои руки на плечи Гарри. — Позволь мне отнести тебя в постель, Лу, – Гарри смотрел вверх на Луи, потому что его лицо теперь находилось выше его собственного, и это была довольно милая смена угла. Ему нравилось нежное выражение на лице Луи. — Разве мы не договорились, что тебе не нужно спрашивать о каждом движении, которое делаешь? — Луи, – повторил Гарри серьёзным тоном. Он хотел сделать это правильно. – Позволь мне отнести тебя в постель. Луи слегка поднял свои руки, играясь с кончиками волос Гарри. Вопреки ожиданиям Гарри, он тоже приобрёл серьёзное выражение и не посмеялся над ним. — Да, хорошо. Отнеси меня в постель, Гарри. Гарри улыбнулся, держа Луи в своих руках, и вынес его из гостиной. Он не поднял его слишком высоко от пола, и пока это ощущалось довольно хорошо. У Луи был как раз тот размер, чтобы Гарри мог взять его на руки. — Твоя спальня – сплошной беспорядок, – прокомментировал Гарри, когда посадил Луи на кровать, поставив колено между его бёдер. Это было чистое блаженство. Гарри наконец мог сделать все те вещи, о которых фантазировал; пройтись губами под подбородком Луи, вырисовывать пальцами круги на его груди, проводить большим пальцем по его соску, вытягивая из парня мягкий стон. Это заняло мысли Гарри, заставило его потерять фокусирование на чём-либо, кроме Луи. — Хаз, – вздохнул Луи с закрытыми глазами и зарыл руки в волосы Гарри. Желудок Гарри сделал сальто, и парень перенёс свои губы на шею Луи, целуя кожу на его пульсирующих венах. — Я чувствую себя немного странно, – прошептал он. Без ответа Луи прошёлся рукой по спине Гарри и запустил обе под его футболку, прижимая промежность парня к своей. У него, вероятно, не было ни малейшего понятия, о чём говорил Гарри, и, видимо, ему слегка было плевать. Гарри может рассказать ему всё из этого позже, всё, что Луи действительно должен знать. Но прямо сейчас он хотел наслаждаться видом не сфокусированного ни на чём Луи, точным беспорядком чистой страсти под ним. Он нежно прошёлся зубами по мягкой коже прямо над ключицами Луи и подул на неё, прежде чем поднял взгляд на Луи. — Я могу поставить засос? Глаза Луи распахнулась, а его тёмные ресницы совершенно отражали голубизну его глаз. Его губы приоткрылись, и он кивнул, облизывая их, в то время как взгляд Гарри был прикован к этому движению. Проводя пальцем по пульсирующему месту под ухом Луи, Гарри поёрзал, создавая трение между их промежностями, прежде чем засосал кожу на шее Луи. Тот высвободился от стона, выгибаясь, в то время как Гарри потянул зубами и снова засосал кожу уже сильнее. Его руки оказались на бёдрах Луи, и он нежно схватил их, притягивая ближе к своим и начиная медленно двигаться маленькими кругами. Луи закинул ногу на Гарри, пытаясь влиться в ритм, со стонами, слетающими с его губ. Гарри облизнул языком темнеющую отметку, и его горячее дыхание обожгло то место, пока внизу он тёрся об Луи, наслаждаясь этим и ответными действиями тела другого парня. Он подумывал о том чтобы заставить их обоих кончить вот так, но это было бы несправедливо по отношению к Луи. Гарри остановился через какое-то время, наблюдая за тем, как кожа становится красной вперемешку с фиолетовым, и нежно на неё подул, оставляя там последний лёгкий поцелуй. Он заметил, что Луи наблюдает за ним, и улыбнулся. К нынешнему моменту он мог чувствовать твёрдый член Луи рядом со своим бедром и слегка поёрзал, чтобы дать ему чуть-чуть больше трения, наблюдая за тем, как его глаза наполняются похотью и страстью. — Что мне сделать, малыш? – спросил Гарри и запустил свои пальцы в волосы Луи. – Что тебе нравится? — Ты, – ответил Луи, и Гарри был более чем удовлетворён тем, что видел его таким выбитым из своего образа, очевидно, со слишком потрясённым сознанием, чтобы мыслить правильно. Улыбаясь, Гарри наклонился и снова поцеловал Луи. После он завис над губами последнего, держа его за талию и нежно процарапывая кожу пальцами. — Полагаю, ты тоже мне нравишься, – ответил он и улыбнулся, в то время как Луи просто кивнул. Это было забавно, и Гарри почувствовал быстрое взволнованное пульсирование на своём члене, когда представил, насколько дальше он мог бы завести Луи в этом состоянии. Они даже ещё не совсем начали, а он уже был не в своём уме. Гарри сел и поёрзал на коленях Луи, пока не раздвинул их и не снял свою собственную футболку, бросая её на пол, не задумываясь. Луи пялился на сие действие, и его руки инстинктивно двинулись, чтобы дотронуться до пресса Гарри и пройтись по его груди, выводя контуры татуировок. — Might as well**, – прочитал он и вопросительно посмотрел на Гарри. Тот просто пожал плечами, будучи неготовым объяснять значения всех его татуировок. Луи, вероятно, понял это, и, положив руки на затылок Гарри, притянул его снова к себе. Последний был просто рад угождать ему и ответил на поцелуй. Они отстранились друг от друга лишь когда уже не могли дышать, и Гарри почувствовал лёгкое трение о своё бедро, в то время как Луи бессознательно улыбался. Держа руку на его бёдрах, Гарри начал прокладывать дорожки поцелуев от груди вниз, оставляя мокрые следы. Его палец подцепил резинку пижамных штанов Луи, и он поднял на него взгляд. — Могу я? Луи тяжело сглотнул и отпустил волосы Гарри, чтобы погладить его щеку. Его палец потёр нижнюю губу парня, и Луи нежно на неё нажал, чтобы Гарри открыл свой рот. Последний поддался и взял палец в рот, нежно проводя по нему языком, в то время как Луи наблюдал за ним, пальцами вырисовывая линии на челюсти Гарри, пока большой непристойно двигался между губ кудрявого. — Я хочу твой рот, – ответил Луи, будто бы только сейчас вспомнил вопрос Гарри, который прозвучал ранее. – Я хочу, чтобы ты мне отсосал. — Да, Лу, – пробормотал Гарри, всё ещё держа палец во рту и нежно прикусывая его зубами. – Всё, что хочешь. Луи убрал палец изо рта Гарри с мокрым звуком, и последний оставил еще один поцелуй под пупком Луи, прежде чем он стянул штаны до колен, освобождая его член. Он был твёрдым и толстым и лежал на животе Луи, так что Гарри решил больше не тянуть и наклонил голову, проводя языком по нижней части органа. Луи выгнулся, запуская пальцы в волосы Гарри, и естественная смазка появилась на головке. Гарри продолжил смотреть на старшего парня, когда провёл губами по члену и взял глубоко в рот. С широко распахнутыми глазами и непристойно мокрыми покусанными губами Луи смотрел на кудрявого в ответ, пока его дыхание становилось прерывистым, в то время как Гарри начал медленные движения головой вверх и вниз, беря член Луи в рот на всю длину. Луи шептал разные слова, имя Гарри, стонал, практически задыхаясь, но его глаза никогда не отрывались от взгляда Гарри, и тот обнаружил, что становится нереально возбуждённым из-за этого факта. Луи убрал руку из волос Гарри и провёл по углублению в его щеке, посасывая свою нижнюю губу и наблюдая за тем, как его собственный член исчезает снова и снова между губ Гарри, прежде чем его взгляд снова упал на парня. Гарри чувствовал слезинки, выступающие в уголках его глаз, когда член Луи несколько раз доходил до его горла, и ему пришлось оторваться на секунду, чтобы восстановить дыхание и подавить рвотный рефлекс. Луи утешительно проводил пальцами по его затылку, чуть царапая, дотрагиваясь до волос трясущимися пальцами. Они продолжали смотреть друг на друга, в то время как Гарри снова опустился вниз и взял головку в рот, горячо и грубо проводя языком по точке прямо под ней. Гарри пришлось прижать бёдра Луи к матрасу, чтобы удержать его от толчков. — Гарри, – бормотал Луи снова и снова сломанным голосом, и Гарри чувствовал, как это отражается на его собственной эрекции. Повернув голову, Гарри изменил угол и издал одобряющий стон, в то время как Луи, задыхаясь, кончил в рот другого парня,отчаянно смотря прямо ему в глаза. Его бёдра в первый раз слабо толкнулись вверх, но очевидно, что это было из-за того, что Луи сдерживал сам себя. Вместо этого он опустил голову Гарри, сжимая кудри. Гарри слегка отдёрнулся, чтобы не задохнуться и взял в рот всё, что смог. Немного спермы капало из уголка его рта, попадая на бедро Луи. Гарри продолжил быстро двигать головой и во время оргазма Луи и даже после, пока последний не издал протестующий звук, и Гарри выпустил член из своего рта. Он тяжело дышал и положил голову на бедро Луи. Рука в его волосах расслабилась, перестав сжимать кудри, и Луи начал играться с прядями. — Гарри, – повторил он, и его голос всё ещё звучал грубо и сломлено. Стайлс хотел слышать его снова и снова. – Гарри, иди сюда. Гарри медленно поднялся и упал рядом с Луи, инстинктивно обнимая его. Последний поцеловал его в губы, издавая лёгкий звук, вероятно, чувствуя свой вкус на языке Гарри. Его рука опустилась вниз и остановилась у живота последнего. — Позволь мне помочь тебе, – прошептал Луи, и дыхание Гарри слегка подводило его; он мог чувствовать, как его щеки становятся даже более красными. Он хотел, чтобы Луи дотронулся до него, хотел кончить на его руки. Но это было не для него сегодня. Это было для Луи и только. — Ты не должен, – тихо сказал он. — Я хочу дотронуться до тебя, малыш, – Луи потянул за ткань его штанов, пристально смотря в глаза Гарри, и тот почувствовал, как его сердце пропускает ещё один удар. – Ты был так хорош. Гарри знал, что не был, и почувствовал прилив адреналина в его венах, тёплое удовлетворение, поселяющееся в его животе, при этих словах. Луи засуживал больше, чем просто хорошо, – он заслуживал лучшего, после того как Гарри облажался со всем этим еще в самом начале. Луи снял штаны с Гарри, и на мгновение навис над ним, глядя вниз, а потом наклонился и провёл языком по одной из птиц под ключицами Гарри. — Я хотел сделать это так давно, – подметил Луи, тепло дыша на кожу Гарри. Последний закрыл глаза и издал лёгкий стон, толкаясь бёдрами вверх и окончательно избавляясь от штанов, чтобы напомнить Луи о его настоящей поставленной задаче. Он не мог сдержать ухмылку, появляющуюся на его губах при этой мысли. Поставленная задача. Именно так и было. Руке Луи было достаточно сделать просто несколько движений. Ему действительно нужно было небольшое трение, совсем чуть-чуть стимуляции, чтобы почувствовать удовлетворение. Дыхание Луи было тёплым на челюсти Гарри, а его рука нежно массировала талию последнего, перемещаясь на бедро. Гарри закусил губу, пытаясь подстроиться под ритм Луи, позволяя его установить. Это было невозможно трудно – конечно, невозможно трудно***, подумал Гарри и низко застонал, шире ухмыляясь, когда открыл глаза. — Тебя так легко читать, – улыбнулся Луи и захватил мочку Гарри между зубов. – Ты снова думаешь о чём-то непристойном, – прошептал он, и наконец его рука взяла член Гарри. — Я думаю о тебе, – возразил Гарри тонким голосом, тяжело дыша. Он никогда не упустит шанс ответить Луи. Рука последнего была сухой, и это почти причиняло боль, но Гарри не хотел, чтобы он останавливался. Большим пальцем Луи размазал немного естественной смазки по всей длине, и его движения стали плавнее и легче. — Я близко, Лу, – выдавил он, бёдрами попадая в ритм с рукой Луи, и тот вывернул запястье, задевая нужное место. Гарри застыл и почувствовал, как оргазм проходит по всему его телу. Луи сделал последний толчок и поймал губы Гарри, проглатывая каждый звук. Он продолжил целовать его после, не давая ему ни секунды, чтобы восстановить дыхание, и Гарри думал, что мог бы задохнуться прямо в этот момент. Наконец Луи оторвался от его губ, и Гарри смог вдохнуть в себя воздух, всё ещё тяжело дыша и пристально глядя в глаза Луи. Он выглядел мягко и в совершенстве удовлетворённым собой с невозможно красными губами. Когда он поднял руку, Гарри последовал за движением глазами и наблюдал за тем, как Луи облизывает свои пальцы, глядя на него в ответ. Гарри наклонился и поймал один из пальцев Луи между губами, нежно посасывая. Луи улыбнулся и сплёл их ноги. — Гарри Стайлс, – сказал он низким голосом, и его глаза были наполнены нежностью. – Я должен сказать, что Вы слегка шлюшка. Гарри засмеялся, в то время как его сердцебиение вернулось к нормальному. — Ранее ты назвал меня ангельским. — Я почти уверен, что я упомянул "ушлый" перед этим, – ответил Луи и накрутил одну из кудряшек Гарри на свой палец, нежно играя с ней. Гарри смотрел прямо на него, положив руку на его талию. — Ты идеальный, Лу. — Сентиментальная шлюшка, – прокомментировал Луи. — Я серьёзно, знаешь ли, – нахмурился Гарри. – Я был просто придурком, не понимая этого раньше. — Ты не ожидаешь каких-то клише-фразочек, ведь так? Гарри приблизился к нему, а его нахмуренное лицо так и не поменяло своего выражения. Он и не ожидал, что Луи воспримет его всерьёз. Это не тот тип разговора, который Луи мог себе представить. Но Гарри вытянет это из него. — Я не ожидаю, что ты будешь убеждать меня в моей неправоте, – ответил он, – если это то, что ты имеешь в виду. Луи отвёл в глаза, и Гарри знал, что он расстроился. Но несмотря на это, Луи не отдалился от него; его тело всё ещё было прижато к нему, а рука находилась на шее Гарри. — Луи, – сказал Гарри и подождал, пока тот снова повернёт свое лицо. Это заняло какой-то момент, и Луи, наконец, посмотрел на него. Его глаза снова были цвета морской голубизны, и Гарри заметил веснушки. – Я имел это в виду; ранее, когда сказал, что ты очаровал меня. Я полностью очарован каждой частичкой тебя. Луи смотрел на него в ответ и выглядел неверующе, охваченный благоговением. Гарри решил, что ему нравился этот его вид. У него было чувство, что он не очень-то и часто будет его заставать. — Это так сопливо, – пробормотал он, и это не звучало так саркастично, как Луи, вероятно, задумывал. — Да, в этом весь я, – ответил Гарри с улыбкой, появляющейся в уголке его рта. – И мне следовало сказать тебе об этом ещё давно. Глаза Луи загорелись огоньками, и на лице появилась ухмылка. — Не беспокойся, малыш. Я понял это сразу после того, как мы встретились. Наклоняясь, Гарри прикусил кончик носа Луи, поглаживая его спину. — Ты идеальный, – повторил он, ища губы Луи своими. Луи поцеловал его в ответ, прежде чем опустил свой лоб на плечо Гарри. — Я не зол или в ярости на тебя, Гарри. Я не обижен, если это тебя беспокоит. И как Луи мог не знать, насколько идеальным он был? Гарри усилил свою хватку вокруг него, нежно сжал и прижал свои губы к мягким волосам Луи, прежде чем поднял руку, чтобы положить её на руку Луи. Тот немедленно подвинул свою, поворачивая ладонь к ладони Гарри, и последний сплёл их пальцы. Он никогда не понимал этого раньше, но их руки идеально подходили друг другу. — Я думаю, – сказал он низким голосом, – что могу сказать, что я влюблён в тебя. Его удивило, что он мог чувствовать, как ускоряется сердцебиение Луи, на тыльной стороне своей ладони. Он не напрягся и не двинулся, и если это было не из-за того, что его сердце билось так быстро, а Гарри лежал достаточно близко, чтобы почувствовать это, его, должно быть, одурачили. Как это, он знал, что Луи был, по крайней, мере польщён заявлением Гарри. Луи тяжело вздохнул и поёрзал, высвобождая свою ладонь, чтобы дотронуться до щеки Гарри. Последний спокойно смотрел на него, пытаясь найти реакцию, ответ, что-то в выражении Луи. — Я буду до конца жизни припоминать тебе то, что ты осознал это так чертовски поздно, – сказал Луи, но его тон был нежным, а глаза наполнены добротой. Гарри нахмурился, сжимая губы. — Ты сказал, что не обижен на меня. — Это не значит, что я добровольно не награжу тебя возмездием, – Луи прикусил свою щёку и саркастично улыбнулся. Потом его выражение стало слегка серьёзным. – За все те разы, когда я чувствовал надежду, но не мог быть с тобой, – тихо добавил он. Гарри почувствовал, как его дыхание становится прерывистым и задрожал, вдруг почувствовав себя холодно. Лёгкая дымка секса исчезла, оставляя их тела остывать на помятых простынях. — Лу, – сказал Гарри скрипучим голосом, прежде чем он ещё раз поцеловал его, пытаясь получить от него немного тепла. — Хорошо, хорошо, – успокоил Луи и провёл большим пальцем по скуле Гарри. – Я просто пошутил, – объяснял он между короткими поцелуями. – Просто пошутил. Ты будешь делать для меня это намного менее смешным, если собираешься смотреть на меня так каждый раз. Гарри знал, что Луи пошутил, конечно, он знал. Это, однако, ничего не поменяло в его чувствах. Он был расстроен сам собой, и мысль о причинении боли Луи, о том, что он делал это так долго, разрушала его. — Теперь ты тут, малыш, – пробормотал Луи возле его губ. – Все хорошо. Ты есть у меня. Гарри открыл свои глаза и снова задрожал, обнимая Луи за талию. — Да, – выдохнул он. – Ты тоже есть у меня. Луи заверяюще улыбнулся. — Я весь твой. Было легко принимать комфорт, который предлагал Луи, и позволять ему подавить переживания Гарри. Это достоинство, понял Гарри, одним из самых больших достоинств Луи. Он был чертовски прекрасным, и Гарри знал это с самого начала, но он также не мог понять, как он мог не полюбить его с этого самого начала. Он аккуратно присел, и Луи перевернулся на спину, вопросительно посмотрев на Гарри. Тёплый солнечный свет заполнял комнату и заставлял кожу Луи отдавать бронзой. У Гарри не было ни малейшего понятия, как он заслуживал его, и почему Луи до сих пор хотел его, но он не будет ставить под вопрос свою удачу. Вместо этого он будет лелеять её как следует. — Хэй, тебе холодно? – спросил Луи и провёл рукой по бедру Гарри. Тот понял, что всё ещё дрожал, и слегка кивнул. Луи тоже присел и быстро поцеловал Гарри в губы, скатываясь с кровати и хватая свои штаны с пола. Надев их, он вышел из комнаты. Гарри наблюдал за ним и продолжил сидеть на кровати. Он взял подушки с пола и аккуратно положил их возле изголовья кровати. Луи вернулся моментом позже с одеялом в руках и накрыл им Гарри, прежде чем забрался обратно на постель. Он прижал спину Гарри к матрасу и забрался на него, соединяя их губы. — Я согрею тебя, любимый, – сказал он и очертил лицо Гарри. Гарри ухмыльнулся и обвил руками талию Луи. Он уже чувствовал себя теплее только оттого, как Луи смотрел на него. — Я надеялся, что ты поймёшь намёк. Смеясь, Луи зарыл своё лицо в шею Гарри и поцеловал его кожу там. Гарри легонько его сжал, и когда Луи перестал смеяться и начал облизывать, кусать и посасывать, тепло превратилось в жар. Он же после превратился в огонь, и Гарри думал, что всё его тело горит – каждый дюйм, до которого дотрагивался или который целовал Луи. Он чувствовал жжение под ладонями Луи; жжение и полыхание. Луи излучал теплоту, думал Гарри позже, – намного, намного позже – когда Луи взял его в свои руки, и его волосы пришлись на лоб другого парня, и Гарри чувствовал себя грязно и потно, но слишком лениво, чтобы двигаться. И Луи был частью этого. Вся его теплота – его заразительная улыбка, его яркие голубые глаза, его нежные прикосновения, его любящее сердце – он был частью всего этого. В каком-то смысле, подумал Гарри, когда начал засыпать, это делало Луи самим собой. Он, вероятно, не был типом Гарри на первый взгляд, но это действительно неважно; это даже не было правдой, к тому же. Потому что каждой своей частичкой Луи делил себя с Гарри, и он понял, что даже если Луи не был его типом, то он, вообще-то был, всё то же самое. Луи был типом Гарри, чтобы любить. Он определённо был.

***

Звонок прозвенел раздражающе громко. Луи моргнул глазами просто чтобы снова их закрыть из-за ослепляющего весеннего солнца. Гарри наполовину лежал на нём, его голова была на плече Луи, а рука на заднице. Видимо, Гарри распускал руки и во сне тоже. Не то чтобы Луи был против. В дверь снова позвонили несколько раз, и Луи застонал. Гарри тоже проснулся и вздохнул, прежде чем поцеловал его затылок. — Кто-то жаждет твоего внимания, – сказал Гарри мягким и скрипучим после сна голосом. — Я чувствую это, – Луи подвинулся ближе к Гарри. – Ты ненасытный. Гарри сжал бедро Луи в ответ, оставляя следы из мягких поцелуев на его плече. — Какие люди вообще звонят в двери к другим людям в полдевятого утра в воскресенье? – хотел знать Гарри, двигая руку на бедре Луи и притягивая его ближе. Повернувшись, Луи встал на локти, смотря вниз на рядом лежащего Гарри. — Мы можем просто проигнорировать это и принять душ. — Я отчаянно нуждаюсь в душе, – согласился Гарри. – И еде. Нормальной еде, – добавил он, прежде чем Луи напомнил себе о хлопьях, которые они ели вчера вечером. Звонок прозвенел ещё раз, и Луи закинул голову с раздражённым вздохом. — Держи эту мысль, – сказал он и вылез из кроватки. Гарри потянулся, чтобы слегка шлёпнуть его зад, и Луи подмигнул ему через плечо. Он надел футболку, натягивая на свои бёдра штаны. – Я просто быстренько убью кого бы то ни было. Он босиком поспешил в коридор к двери и не был слишком удивлён, когда увидел Лиама и Зейна перед ней. Они даже притащили Вудстока, который взволнованно поприветствовал Луи, потягивая поводок. — Хотя бы у тебя, по крайней мере, – поприветствовал их Луи и указал на Зейна, – должна быть причина находиться не в постели в воскресенье. Зейн пожал плечами, когда зашёл внутрь с Лиамом сзади. — У меня не было особого выбора. — Гарри не приходил домой вчера целый день, – добавил Лиам и выжидательно посмотрел на Луи. — Когда-нибудь слышали о мобильных телефонах? – спросил Луи. — Именно это я и хотел спросить у тебя, так как ты не поднимал свой вообще. Луи нахмурился, вспоминая, что его телефон просто остался лежать на том месте, где и лежал в ночь вечеринки. Вероятно, у него снова села зарядка. Зейн пошёл прямо по коридору к спальне Луи. — Он там? — Вы, ребята, просто худшие. Надеюсь, у вас никогда не будет детей, – повернулся Луи и проскользнул на кухню, оставляя им выбор, следовать за ним или нет. — Мы просто беспокоились, – сказал Лиам. – Вдруг ты снова облажался, а он убежал сделать что-нибудь глупое. Луи включил чайник и открыл шкаф с чашками, чтобы достать несколько. Потом он повернулся, облокачиваясь на раковину и скрещивая руки. — Я полагаю, мы все знаем, что если бы это и случилось, – и я хочу добавить, что у меня нет ни малейшего понятия, почему вы думаете, что это я, в первую очередь, облажался бы – первой вещью, которую он сделал бы – это появился у вашей двери — Так вы, ребята, поговорили? – Зейн почти светился этой мыслью и Луи усмехнулся на этот вид. — И вы ещё всегда смеётесь над ним из-за романтических комедий, – Луи говорил сухо. – Видимо, вы двое просто отстойны в романтических комедиях в реальной жизни. Лиам улыбнулся, и вдруг он вошёл в пространство Луи, заключая его в объятия. — Я рад, что вы смогли разобраться. Вы оба выглядели так жалко, – сказал он, потирая спину Луи. Звонок снова прозвенел, и Луи закатил глаза. — Я открою, – предложил Зейн и покинул кухню с Вудстоком, который взволнованно последовал за ним. Лиам повернулся к Луи, когда Зейн ушёл. — Это действительно съедало его, Луи, – тихо сказал он. – Я надеюсь, что ты знаешь, как сильно он тебя любит. Луи пялился на него какой-то момент и подумал о том, чтобы сделать из этого шутку. Это было его естественной реакцией, но Лиам выглядел так серьёзно и обеспокоено, что у Луи, вероятно, не было ни малейшего понятия, насколько плохо это воспринял Гарри. — Я полагаю, что да, – ответил он и слегка сжал руку Лиама. – Я не в обиде на него. Нам просто нужно было немного времени, чтобы понять, как заставить это работать. Но сейчас всё хорошо. Я не собираюсь его отпускать ещё долго. Лиам выглядел счастливо и снова обнял Луи, прежде чем отодвинулся назад и сморщил нос, корча рожицу. — Тебе действительно нужен душ, друг. Луи засмеялся, щипая его за живот. — Я только хотел сделать это, когда вы сами себя пригласили. Зейн снова вернулся с Найлом на хвосте, в руках которого была собака. Луи поднял бровь. — Вы договорились встретиться здесь? Найл потряс головой. — Нет, я пытался звонить несколько раз, а ты не поднимал, так что я решил, что лучше тебя проверить. Если вдруг всё с Гарри обернулось не лучшим образом, – добавил он и улыбнулся. – Но исходя из того, насколько оттраханным ты выглядишь, я полагаю, нет надобности об этом беспокоиться. Лиам подавился, видимо, собственной слюной, а Зейн засмеялся. Луи просто улыбнулся, выглаживая свою помятую футболку. — Вы такие громкие, – сказал Гарри из дверного проёма и потёр пальцем один глаз. Он шагнул и не побеспокоился о том чтобы надеть на себя что-то, кроме боксеров. Глаза Луи немедленно упали на его живот, но он не показывал никаких следов их вчерашней ночной активности. Гарри каким-то образом удалось вытереть его, прежде чем прийти на кухню, потому что Луи помнит его липким и грязным, когда они засыпали. Несколько тёмно-фиолетовых засосов красовались на его теле и разоблачали Луи. Это был несравнимый вид, который послал волну удовлетворения по венам Луи. Гарри зашёл на кухню и пошёл прямо к Луи, прижимаясь к нему и кладя голову ему на плечо. Луи не мог не сдержать улыбку и не обвить рукой его талию, прижимая его сильнее. Он поймал взгляд Зейна и почувствовал лёгкий румянец, ползающий по его шее, когда он быстро поцеловал волосы Гарри. — Извините, что побеспокоили спящую красавицу, – сухо сказал Найл, но там была очевидная нежность, которую Луи не мог упустить. — Вы прощены, если скажете, что принесли еду, – ответил Гарри. – Я голоден. — Мы принесли еду, – сказал Зейн, и Гарри пошевелился в руках Луи. Он в полной мере убедил Гарри полностью проснуться в тот момент, и он пялился на Зейна широко распахнутыми глазами, прежде чем оглядел кухню. — Где? – спросил он. – Я не вижу её. — Ты просто попросил, чтобы мы сказали, что принесли еду, – отметил Зейн. Гарри освободился от Луи и накинулся на Зейна, схватив его, и Луи наблюдал за тем, как Гарри вытягивал свои невозможно длинные конечности, стараясь заставить Зейна упасть. — Это отвратительно, – выдавил Зейн между смехом. – От тебя несёт сексом, уйди от меня! Гарри сделал шаг назад и нахмурился, когда поднял руку, чтобы понюхать пространство под локтем. Он вернулся к Луи и пожал плечами. — Полагаю, это правда. Луи поднял бровь. — Это удивляет тебя? Ухмыляясь, Гарри сделал шаг ближе, и Луи почувствовал, как его рука автоматически приходится на его бедро. Это было мило – тянуться к нему достраиваться до него без чувства ограничения. Ему не нужно было сдерживаться или думать о том, как посмотреть на Гарри и как долго, и сможет ли последний увидеть его чувства по глазам. Гарри мог видеть их сейчас, и Луи хотел, чтобы он видел каждую их частичку. Гарри положил свою руку на руку Луи, которая находилась на его бедре и подвигал пальцами, пока не смог заставить их проскользнуть между пальцев Луи, сплетая их вместе. Он продолжал смотреть на Луи с этой ухмылочкой, очевидно будучи оккупированным воспоминаниями прошлого дня. — Окей, влюблённые, – сказал Лиам и нарушил тишину, лопая пузырь Луи, в котором ему удалось как-то ограничить себя ото всех в комнате, кроме Гарри. – Как насчёт того, чтобы вы позаботились о принятии душа, а мы позаботились о завтраке? Луи улыбнулся, сжимая руку Гарри. — Звучит хорошо. — Даже не думайте об этом, – вставил Найл. – Вы пойдёте туда по отдельности. Гарри оторвал взгляд от Луи и глубоко нахмурился. — Прошу прощения? Почему это? И как Луи вообще нашёл его? То, как он звучал искренне обиженным из-за Найла, который просто хотел разлучить их на десять минут, было просто очаровательным. Найл закатил глаза и повернулся к Лиаму. — Я добровольно иду в Tesco, чтобы купить то, что надо. — Полагаю, мы пойдём вместе, – добавил Зейн и снова привязал Вудстока к поводку. — У вас есть двадцать минут, – проинформировал их Лиам, когда они вышли из кухни. Он схватил ключи Луи с маленького обувного шкафа и подмигнул через плечо. Луи поднял бровь, когда они быстро покинули квартиру, и тогда повернулся к Гарри, который стоял сзади него и всё ещё не убрал эту энергичную ухмылку с лица. Луи до сих пор слегка не верилось, что Гарри был тут, в его квартире, выглядящий сонным и пахнущий сексом, только в своём чёртовом нижнем белье, собираясь пойти в душ с ним. Подходя к нему, Луи протянул руки, и Гарри упал в них. Его кожа была слегка липкой на его щеке, но всё ещё мягкой и тёплой. — Я понял разрешение твоей мамы, – промямлил Луи в изгибе шеи Гарри. Гарри отодвинулся с удивлённым и смущённым видом, прежде чем понимание поселилось на его лице. — Когда ты перестанешь делать из Лиама мою маму? — Как только он перестанет строить из себя её, – ответил Луи, улыбаясь. Тряся головой, Гарри потянул Луи в ванную. — Так что он сказал? — Что ты дал клятву быть моим слугой, стоит мне тебя простить. Гарри повернулся к нему и поднял бровь, отпуская руку Луи, чтобы стянуть с него футболку через голову. — Что ж, боюсь, он мог упомянуть шампунь. Луи нахмурился, когда Гарри зацепил пальцами резинку его пижамных штанов. — Какой шампунь? Гарри ухмыльнулся и быстро поцеловал Луи в щёку, прежде чем стянул штаны с его бедёр. — Ты никогда не узнаешь об этом. Ты будешь припоминать мне это до конца своих дней. — Итак, – поинтересовался Луи, ступая в душевую кабинку за Гарри. Он узнает. Вероятно, не от Лиама, но он мог бы выдавить информацию из Зейна. И что бы это ни было, он будет доставать Гарри бесконечно. – Ты не возражаешь быть моим слугой? — Я полагаю, что ничего не могу поделать, если ты решил сделать меня своим слугой, – он потянулся, чтобы включить воду и наклонился к Луи, на которого капала первоначально холодная вода. Она попала на кончики его волос, заставляя их прилипнуть к коже шеи, и он задрожал от холода на секунду. Чёрт, Гарри правда был идеальным бойфрендом. Луи наклонился вперёд и втянул Гарри в поцелуй. Утреннее дыхание и всё такое, ему действительно было всё равно; ему нужны были губы Гарри на своих. Гарри улыбнулся, в то время как вода нагрелась, и притянул Луи ближе. Вода капала с его кудрей на лицо последнего, капли попали на его ресницы и на нижнюю губу, когда он отодвинулся и ещё раз улыбнулся. — Я люблю тебя, Лу, – тихо сказал он, и Луи не мог представить, что когда-то перестанет восхищаться этими словами. Он слышал это так часто за прошедший день, так много раз, и это всё еще переворачивало его мир с ног на голову. — Я тоже тебя люблю, – ответил Луи так же тихо. То, как засветилось лицо Гарри, говорило ему о том, что он, вероятно, чувствовал то же самое, что и Луи. Он не мог поверить, что мог действовать так на кого-то, особенно на Гарри Стайлса. Это было пазлом для него, и он не знал, как его закончить. Но пазл был закончен – и Гарри был каждой недостающей частью. У Луи не было ни малейшего понятия, как он мог заслуживать его, и почему Гарри вообще хотел его, но он не будет ставить свою удачу под вопрос. Вместо этого он будет лелеять её как следует. Он соединил их губы снова и поцеловал улыбку на губах Гарри, пока горячая вода не перестала ощущаться такой горячей на их телах. Гарри был податливым и уступчивым и позволял Луи думать, как ему захочется. И Луи думал, что ничего не сдерживало его от первоначального плана лениво заняться сексом в душе утром. Ни звук, исходящий от входной двери, когда Найл, Лиам и Зейн вернулись, ни постепенно охлаждающаяся вода, ни Гарри, прижатый к стеклу и испускающий усталый стон, шепча: — Я не могу. Луи доказал Гарри, что мог; очень даже хорошо, так что. Позже, когда он накинул полотенце на Гарри и завязал его на голове, чтобы его кудри высохли, последний одарил его молящим взглядом, ударяющим по Луи. — Мне правда нужна еда, – заскулил он. – Я слишком измотан, чтобы даже стоять. Луи кивнул и дал ему полотенце, чтобы он прикрылся, прежде чем они вышли в ванной, выпуская облако пара при открытии двери. Зейн указал на них из гостиной, поднимая бровь. — Это были долгие двадцать минут. Луи ухмыльнулся и поспешил в свою спальню с Гарри на хвосте. Он достал для него свежие спортивные штаны и футболку, и тот возмущённо на него посмотрел. — Ты не будешь сидеть голым на моей кухне, – поспорил Луи. Эта перспектива была очень даже заманчивой, но это, вероятно, будет тем, что они попробуют, когда будут наедине. — Не голым, – сказал Гарри, оглядывая свои вещи. – В нижнем белье. Луи бросил ему вещи, и Гарри вздохнул, но согласился и натянул их, пока Луи делал то же самое. На кухне у Лиама и Найла была кипящая красная фасоль, бекон и яйца, жарившися на сковородке. Гарри взял кусочек тоста со стола и жадно засунул его в рот. — Эй! – заметил Найл и показал на него пальцем. – Положи это обратно! Мне не было разрешено трогать что-либо из этого, пока вы два часа были в ванной. Гари улыбнулся и начал жевать белый хлеб. — Ты также не занимался сексом весь день, голодая при этом. Найл зарычал, но не продолжил спорить. Вместо этого он он разложил бекон, фасоль и жаренные яйца на тарелки и сказал им хотя бы донести чай. Они понесли всё это в гостиную и уселись на диван, стулья и пол. Это был ленивый день. Они провели его, играя в ФИФА и смотря дурацкие телевизионные шоу, и Луи подумал, что это было ужасно по-домашнему. Воскресенье, проведённое на диване с четырьмя лучшим друзьями. Зейн заснул около полудня, а Найл рисовал на его лице не смывающимся маркером. Зейн оторвёт ему голову, когда проснётся, у Луи не было никаких сомнений насчёт этого. Просто нужно было подождать. Лиам лежал, устроив голову на груди Зейна и смотрел какую-то программу, положив руку на спину Вудстока. И Гарри; Гарри был рядом с Луи весь день, будто бы этого не было вчера; игрался с его пальцами, когда ему становилось скучно от того, что показывали в телевизоре, шептал в ухо Луи, когда тот проигрывал матч с Зейном. Он, вероятно, сегодня пойдёт домой, подумал Луи, когда Гарри прижался к нему, обнимая за талию и целуя его в шею. Он пойдёт домой, чтобы переодеться и быть вовремя на завтрашних занятиях. Но Луи встретится с ним в университете, чтобы провести время, отведённое на ланч, вместе, или остановится у пекарни, чтобы отвезти его домой. У Луи больше нет ключа от квартиры Гарри, но он, вероятно, останется там завтра ночью. Гарри становился тяжелее на груди Луи, даже его дыхание, и последний улыбнулся сам себе, нежно прижимая губы к его виску. Он, вероятно, не пойдёт домой, в конце концов. Не то чтобы Луи возражал. Вообще нет. Если Гарри хотел, то он был более чем приглашён остаться навсегда.