Austausch

* Tanzen und Musik machen frei…

Я продираю глаза и тянусь. Мягкий солнечный свет проникает сквозь едва неприкрытые шторы. Перекатываюсь и замечаю, что Кристина уже ушла завтракать. Быстренько топаю в душевую и привожу себя в порядок. Э-эх, завтра Крис уже уезжает. Я выяснила у Бирте, что эта группа девушек была звездной тусой школы, в общем, все как бывает в обычном типичном обществе. Есть стервы, которые контролируют все в школе в плане популярности и вечеринок. Вообще хз, почему они пристали ко мне по поводу Себастьяна. Бирте сказала, что он, пока что, на верхушке популярности среди парней. В душе не знаю, как он может быть самой обсуждаемой особью мужского пола, если закончил школу. Наверное, просто это деревня, где нечем заняться, кроме интриг и строением отношений. С другой стороны не понимаю, чего они ко мне прикопались? Ну подумаешь: подвез пару раз. Все равно он дикий засранец и бабник. Спускаюсь вниз, находясь не в лучшем расположении духа. За столом сидят Кристина, Себастьян и Тобиас. Все в сборе. Отлично. — Доброе утро, — с улыбкой здороваюсь я, садясь на стул. — Привет, котенок, — переводит на меня взгляд Себастьян. Дыхание перехватывает. Карие глаза лукаво изучают меня. Я игнорирую его, не позволяя глазам захватить мое подсознание в плен. — Соня встала… — тянет Кристина на немецком. Я опасливо на нее таращусь, сейчас проколимся перед Себастьяном и будет не очень здорово. Он ненавидит, когда его разводят. Такой весь из себя независимый диктатор, любящий сам разводит мирное население. Прямо вымораживает. — Ну, раз все в сборе, — медленно начинает Тобиас, — звонила Изабелл и сказала, чтобы мы провели весь день вместе на свежем воздухе. В воздухе повисает тишина. Все оторвались от еды. — У меня же занятия, — оторопело говорю я. Тобиас только махает рукой. — Я уже позвонил директору и договорился, что тебя не будет сегодня и завтра. Ну, сказать на это нечего. Вообще идея классная, не считая того, что сейчас прохладно для похода в лес. Я люблю походы и так далее, только когда планируется это заранее, а не так неожиданно. У меня сегодня встреча с Маркусом назначена. Мы погулять собирались, а тут ни с того не с сего надо ехать куда-то с ночевкой. — Я не могу, у меня дела, — холодно и без обиняков заявляет Себастьян. Поднимаю взгляд на него. От прежнего игривого настроения ничего не осталось. Карие глаза излучают арктический холод. — Звони Изабелл и договаривайся сам, — спокойно отвечает ему дворецкий. Вот так оптимистичненько начался мой день. Точнее это все, что я запомнила из сумбурных собираний в лес и диких мини истерик Себастьяна. Да, он не договорился со своей матерью и постоянно бомбил по этому поводу. Как будто, я горю желание провести ночь в лесу с ним. Два часа, которые мы ехали на машине на природу, мы провели молча. Я стою на песке, блаженно разминаю затекшие конечности и греюсь в лучах послеобеденного солнца. — Что-то твоего самца дико бомбит, — ко мне подходит Кристина. — он всегда такая истеричка? — Сегодня особенно, — усмехаюсь я. Кристина лишь хитро ухмыляется. — Ага, не твой... — ответить я не успеваю, потому что она быстро ретируется к машине. Я продолжаю наслаждаться мигом, когда не надо ни с кем общаться. Многие могут не поверить мне, что я люблю одиночество. Так и есть. Я не люблю его, но у каждого человека есть потребность побыть немного времени одному. Подумать о чем-то или просто позалипать на что-нибудь до жути красивое и неприкосновенное. — Котенок, ты чего задумалась? — я оборачиваюсь и попадаю в плен карих глазах. Чего-то я совсем расслабилась. Себастьян стоит прямо за мной. На нем легкая футболка и джинсовых шортах. Взгляд снова привлекают его сильные руки и черная татуировка на плече. — Неважно, — отмахиваюсь я и быстро убегаю обратно к машине. Не хочу с ним общаться. Он такой злой был из-за того, что надо было с нами ехать, а сейчас весь из себя такой няшка. Тоже мне. — Тобиас, а это нормально, что у Себастьяна меняется настроение двадцать четыре часа в сутки? — спрашиваю я у выгружающего из машины палатки дворецкого. — Почему его целый день бомбило, а сейчас отпустило? — Ну, либо он смирился с этим, либо он что-то задумал, либо он собирается как-то использовать эту ситуацию для своих личных целей. — медленно перечисляет Тобиас, загибая пальцы на правой руке. — Ммм, классно, — протягиваю. — чем мне вам помочь? Надо срочно отвлечься от всего этого дерьма. Я склоняюсь больше к третьему варианту, не похоже, чтобы Себастьян мог просто смириться с приказом своей матери. — Да нет, мне Кристина поможет, спасибо, — вежливо отказывается Тобиас. Я глубоко вздыхаю. Чем же себя занять? Может пойти в сторонку потанцевать? У меня же выступление в пятницу, поэтому стоит потренироваться. Ведь пятница послезавтра. Достав наушники из рюкзака, который лежал в машине, я поспешила удалиться, чтобы потанцевать. Наушники в уши, громкость на полную, и я позволяю музыке заполнить меня. Сначала просто разминаю затекшие после долгой поездки мышцы. Потянуться нормально на полу возможности нет, поэтому я ограничиваюсь движениями без партера. Чувствую, как тепло разливается по телу, чувствую бит каждой клеточкой тела и послушно следую ему. У каждой песни свое настроение, стараюсь показать телом эмоции в треки. Это ощущение свободы и счастья. Вот что дарит танец. Это в первую очередь духовное развитие. Потом уже физическое. Погружаюсь с головой в выдуманную историю, которую дал мне трек, и танцую. Танцую до дрожи в коленях. Через пару минут перевожу дух. А сейчас темнеть потихоньку стало. Оглядываю местность. Неожиданно взгляд натыкается на тень, стоящую между деревьями. Выдергиваю наушники из ушей. — И долго ты тут пялишься на меня? — раздраженно спрашиваю я у Себастьяна. Тот пожимает плечами и выходит из тени. — Тебя не было целый час, — скучающе бросает он, — твоя беленая подруга и Тобиас стали волноваться. — Кристина не бешеная, — возмущаюсь я, — это ты грубиян! Вспомнить, хотя бы, как ты меня встретил. Этот самоуверенный индюк только усмехается. Не знаю почему, но меня дико бесит. Особенно в данную минуту. — И вообще ты знаешь, что вчера ко мне подошли какие-то крашеные мымры и сказали, чтобы я к тебе не лезла? — продолжаю беситься я, — да ты вообще ахренел в конец! Никого, кроме себя любимого не видишь... — я в душе не знаю, почему у меня так накипело с него. Я вроде бы утром была адекватной и спокойной, а сейчас как с цепи сорвалась. — И что ты им ответила? — с какой-то хитрой дьявольской улыбкой спрашивает парень. У меня перехватывает дыхание и учащается пульс. Он достаточно близко подошел, чтобы я почувствовала его дурманящий запах одеколона. Твою мать, только этого не хватало. — Забавно, что из всего моего монолога, ты услышал только это, — язвлю я, — сказала что я лучше умру девственницей, чем буду с тобой. Ой, кажется зря я это сказала. Язык мой — враг мой. Мне капец. Карие глаза Себастьяна потемнели от злости или чего-то еще. В общем, мне совсем не нравится, как он на меня сейчас смотрит. — Котенок, не ври хотя бы самой себе, — сказав это угрожающем охрипшем голосом, парень рывком берет меня за руку и притягивает к себе. Я бьюсь о его твердое мускулистое тело и непонимающе пялюсь в его глаза, молча паникуя. От меня же воняет. Я же тренировалась! Только вот Себастьяна похоже нисколько не волнует. — Не смей делать того, что ты задумал, — как-то неуверенно приказываю я. Он только усмехается, запуская руку мне в волосы. У меня потеют ладони, которыми я изо всех сил упираюсь ему в грудь. Разум дурманит его запах, я сопротивляюсь своему телу изо всех сил. — Когда же ты перестанешь сопротивляться и признаешь то, что я нравлюсь тебе? — задает он риторический вопрос прежде чем целует меня. К сожалению, а может и к счастью, но сил противостоять мне не хватает, когда его губы соприкасаются с моими. Я полностью расслабляюсь и отвечаю. Боже мой, как долго я ждала этого поцелуя! Наплевав на всю свою мораль и манеры, я льну всем телом к телу Себастьяна, чувствуя его упругие сильные мышцы. Его рука перебирают мои волосы пальцами, а другая крепко держит за талию. В поцелуи чувствуется сила, нежность и какая-то злость или ярость. Я не знаю как может ярость быть вместе с нежностью, но сильная эмоция, выносящая мозг есть. Когда его губы перемещаются с губ на шею, я издаю беззвучный стон. Внизу живота стало тепло, чему я удивляюсь, потому что раньше никогда не чувствовала подобного. Даже когда меня целовал Маркус в кино, не было такого. Сейчас все как-то правильно и искренне. Я не хочу, чтобы он отрывался от меня. Только не сейчас, я пока не готова отпустить эти теплые сильные руки. — Ммм, яснопонятно, — мы отрываемся друг от друга, в груди что-то больно колется. Я и не заметила, что у меня сердце готово из груди выпрыгнуть. Мы утыкаемся лбами друг другу и тяжело дышим. В карих глазах отражается плавленный шоколад. — Эй голубки, у вас совсем крыша поехала? Наконец, я перевожу взгляд на Кристину стоящую прямо около нас. Как это я могла ее не заметить? — А ты что тут делаешь? — неразборчиво спрашиваю я, наконец-то нормально отстранившись от Себастьяна. Блин, что я только что натворила? — Я вообще то пошла искать вас, — Девушка упирает руки в бока, — кто ж знал, что вы не особо то хотите, чтобы вас нашли? — Идем-идем, — невпопад говорю я. Себастьян все еще держит меня за руку. Меня это чертовски напрягает. Я просто стесняюсь, наверное. Или причина в чем-то другом. — Ооо, Гейден, куда это мы пойдем? — Кристина переходит на немецкий. — Так красавчик из Испании свали от нее быстро! Парень удивленно на нее смотрит, но даже и не думает меня отпускать. Да и я собственно не очень то хочу. — Ты же вроде тупая, — медленно говорит Себастьян своим голосом обольстителя. — Я и есть тупая, — не подает никаких признаков удивления Кристина, — просто заранее фразу эту загуглила. Как знала. Крис берет меня за другую руку и резко тянет, заставляя парня отпустить меня. Она пропускает меня вперед и идет следом. Почему-то мы все молчим. Это дает обдумать все, что случилось. У меня не было отношений, только поцелуи по пьяне. А потом вина и тревога после выпитого спиртного и непонятная боль и сожаление. Все это вкупе с галлюцинациями и разрывной музыкой в ушах. Я отрываюсь только пьяная, я способна переспать с парнем, имени которого не знаю. Я пьяная и обкуренная, мне нравится это, но потом я буду жалеть об этом. Слишком совестная? Хз, но мое тело хочет секса и ласки, а я хочу чтобы все было правильно. С чувствами. С милыми бабочками в животе и трепетом. Я не хочу все анализировать, когда целуюсь. Я хочу теряться в ощущениях. Хочу зарываться пальцами в его волосы и понимать, что так правильно. Хочу чтобы мне было приятно и хочу чтобы ему было приятно. У меня не было отношений. У меня были пьяные вечеринки около машины и поцелуи, которые не волновали меня. Мне 16. И в эту пятницу я снова погружусь в этот мир, где не контролирую себя и где счастлива пока не закончиться действие водки с колой и сигарет. Я противна себе, я считаю себя шлюхой. Но в Москве такого не будет. Однако мне похрен на мнение других людей. Похрен что они будут считать меня шлюхой, важно что я себя считаю ею. Пора стать еще и стервой. P. S. Мои волосы до сих пор воняют сигаретами Так я думала, когда меня поцеловал тот немец, которого я не знала. Только сейчас этот поцелуй что-то поменял в моей философии и принципах. Я никогда не буду стервой. Просто потому что меня воспитали не так. Я не смогу подставить человека ради собственной выгоды. А еще мне понравилось целовать с ним. Это значит, что я должна держаться от него как можно дальше. Я ведь видела всех его баб. И то как он их менял, и не хочу быть одной из них. Но зачем ему это? Я ему не нравлюсь же. Или это типа для собственного удовлетворения. Ну тип еще одна в моем списке альфа-самца? Треш какой. Желание уехать в Москву и не выносить себе мозг этими ненужными вопросами просто дикое сейчас. На самом деле пока мы целовались с Себастьяном, успело изрядно потемнеть и похолодать. Я зябко ежусь. Когда мы приходим на стоянку, Тобиас поставил палатки и сидит около разожженного костра. Или они вместе с Крис поставили палатки. В душе не знаю. — Ооо, а я уже думал за вали всеми идти, — радостно говорит Тобиас, приветствуя нас, — чего вы так долго? Я мнусь с ответом и смущенно отвожу глаза в сторону. Краем глаза замечаю как Себастьян наблюдает за мной. — Да они заблудились, — с сарказмом говорит Кристина, — это я тоже заранее загуглила. — бросает она парню. Мне кажется ему уже посрать на нее. Я сажусь на бревно около костра и грею свои замершие руки. Все следуют моему примеру. — Себастьян, а спой нам что-нибудь? — неожиданно просит Тобиас. — Я даже гитару взял. Себастьян умеет играть на гитаре и петь? Я удивленно смотрю на парня. — Ты прекрасно знаешь, что я не пою, — раздраженно бросает парень, — и тем более не играю. Дворецкий усмехается. — Не выпендривайся, — нагло, даже для меня, заявляю я, — давай играй! Парень переводит взгляд на меня и хитро щурится. — Только если ты для меня станцуешь. — ставит он мне условие. Я стискиваю зубы. Только он может выбесить меня в течение нескольких секунд. — Договорились, — выдавливаю из себя улыбку. Себастьян поднимается и идет к машине за гитарой. — Гейден, будь пожалуйста с ним осторожна, — Крис переходит на русский, — ты прекрасно знаешь, какой он самовлюбленный бабник. — Ага, — тяну я, вспоминая наш поцелуй. Мурашки бегут по коже. — Бабник. Та лишь обреченно вздыхает. — Ты потеряна. Себастьян приходит с гитарой и садится рядом со мной. Напротив нас сидят Тобиас с Кристиной. Второй раз пробегают мурашки. Вот зачем вон сюда сел? Парень начинает медленно играть, разминаясь. Когда он полноценно играет какую-то лирическую песню на немецком, я погружаюсь в сказку. Я вообще питаю слабость к музыке, особенно к такой лиричной и медленной. Его хриплый низкий голос поет чудесную песню о любви. Залипаю на огонь, наслаждаясь каждой минутой. Не замечаю как начинаю тихо дремать, убаюканная его пением. Теперь я смотрю на него по другому. Он просто хочет показаться сильным и независимым бабником. А на деле наверняка совсем другой. Просто его образ это защитная реакция на общество. Может я ошибаюсь. Но почему-то мне кажется, что я права. После того как он спел, мы едим мясо, приготовленное Тобиасом. Оно правда холодное, но это никого не волнует. — В следующий раз надо шашлыки сделать, — деловито говорит дворецкий. — Я что-то не подумал об этом. Я улыбаюсь, дико счастливая, сама не зная почему. Просто с того момента, как Себастьян меня поцеловал так и хочется улыбаться. А давить эту искреннюю улыбку у меня не получается. — Так, давайте спать уже, — Тобиас убирает все контейнеры для еды, — Мы с Кристиной в одной палатке, а вы в другой. Опаньки, вот это поворот. Я молча киваю и иду в палатку. В ней просто адово холодно. Мне не помогает даже утепленная толстовка. Взгляд натыкается на спальники. Я быстро залезая в один из них. Тру друг о друга руки, чтобы согреться. — Забавно, что мы в одной палатке, да? — вижу как в темноте просовывается голова парня. — Не вижу в этом ничего забавного, — бурчу я, ежась от холода. Он проходит в дальний угол палатке к своему спальнику и ложится в него. Я начинаю дрожать. — Ты чего? — спрашивает он. — Отходняк начался? Только сейчас поняла, что я тебя поцеловал? — Очень смешно, — блин, да что со мной такое? Я вся дрожу как в горяке. И еще у меня замерзли ноги. Почему так неистово холодно? — Ты замерзла? — спрашивает он, — у тебя зуб на зуб не попадает. — Ничего я не замерзла, — поспешно отвечаю я. Но новая волна дрожи сотрясает тело. — Ага, конечно. — Слышу какие-то звуки. Себастьян встает, берет свой спальник и идет ко мне. — Что ты делаешь? — возмущенно спрашиваю я, когда он расстегивает мой спальник с левой стороны. — Хочешь, чтобы я сдохла от воспаления легких? — Нет, не хочу, — он расстегивает свой спальник справа и кладет к моему. — Давай двигайся. — говорит он прежде чем залезть в объединенный большой спальник. — Ты ахренел? — спрашиваю я, когда сзади он обхватывает меня за талию и прижимает к себе. — Заткнись. Я не смогу уснуть под это стучание зубов, — беззлобно бросает он, беря мои руки. Я чувствую как тепло от его рук разливается по моим. — У тебя руки ледяные. Его дыхание щекочет кожу на ушах и мурашки бегут в который раз по моему телу. Мне становится в разы теплее. Я перестаю дрожать. — Не смей меня лапать и приставать, — в полусне бормочу я. Слышу надменную усмешку парня. — Котенок, ты сама попросишь меня об этом, — ласково шепчет Себастьян мне на ухо. Я медленно погружаюсь в сон, размаренная теплом и объятиями этого парня. Его сильные руки дарят не только тепло, но и защиту и силу. И уверенность. Похоже, что я уже перешла границу. Когда ответила на поцелуй. Теперь я знаю, что это такое целоваться с Себастьяном Вальверде. И вряд ли я когда-нибудь смогу забыть.

***

*Танцы и музыка делают нас свободными...