Austausch

* Ich kann nicht auf dich verzichten...

Поспешным движением руки смахиваю слезу и ухожу. Ухожу к машине Элиаса. Нет, не хочу тут сидеть. Иду дальше навстречу тьме и подальше от огней. Не понимаю, откуда такая реакция, и не хочу ничего анализировать. Как же хорошо быть глупой и руководиться только эмоциями. Отличие умного человека от глупого только в осознание происходящего и анализа. Иногда я очень жалею, что не совсем глупая. Внутри какая-то пустота и щемящая боль. Я раздавлена. Сажусь на бордюр дороги и достаю сигарету. Закуриваю. В ушах уже давно наушники, которые дарят оглушительную музыку. Отвлекаюсь с первой затяжкой. Почему так больно? Он мне ничего не обещал. Я сама себя обманываю каждый раз, когда позволяю подумать, что между нами есть что-то большее, чем стеб. Еще одна затяжка. Что-то жжет в горле. Подкатывает прямо к гландам. Кто-то поселился внутри и разрывает все органы. Дым сигареты пропитывает своим запахом. Кончики пальцев онемели. Я больше не могу сдерживать слезы. Вынимаю наушники из ушей, шум слишком громкий. Тянет насладиться тишиной. Логики в моих действиях нет никакой. Есть только эмоции и секундные порывы. Пожалуй стоит пойти к машине. Медленно поднимаюсь, докуривая сигарету. Накатило безразличие и усталость. Теперь сажусь около машины и достаю еще одну сигарету. В метрах десяти играет громкая музыка. И типичные блатные парни громко смеются и что-то обсуждают, изредка поглядывая в мою сторону. Частенько я начала курить. Вдыхаю еще больше никотина в легкие. Краем глаза замечаю, что один из блатных идет в мою сторону. Это настораживает, но я все равно продолжаю спокойно курить. - Да, я ищу ее, - слышу голос Элиаса прежде чем, вижу его. - О, Себ, отбой, я нашел ее. Встречаюсь взглядом с его зелеными лукавыми глазами. Задорный блеск тут же исчезает, когда он замечает мое состояние. - Ты чего ушла одна? - голос взволнованный и немного отдает упреком. - Решила не мешать развлекаться этому засранцу, - отрешенно хмыкаю я. Снова затягиваюсь, чувствуя как дышать стало чуточку сложнее. Последствие курения тяжелых сигарет. - А он знает, что ты куришь? - спрашивает парень, все еще стоя надо мной. - Он между прочим волнуется за тебя. - Он волнуется по жизни только за себя, - безапелляционно отвечаю я. Не хочу говорить о нем. - И только за то, как он будет смотреться в глазах других. А вовсе не из-за меня. Элиас пытается поймать мой взгляд, но я нарочно смотрю в одну точку. Если я сейчас куда-нибудь посмотрю, то расплачусь. - Ты очень ошибаешься, Дина, - дрожь пробегает от его уверенного голоса. Глаза увлажняются против моей воли. - Отвези меня домой, пожалуйста, - тихо прошу я и поспешно выкидываю сигарету на влажную траву. Обхожу машину и сажусь на переднее пассажирское сидение. Поворачиваюсь и окну и быстро-быстро моргаю. Дышать тяжело, только в этом уже не виноват никотин, осевший на легких. Парень садится рядом со мной и заводит машину, набирая на телефоне номер. Негромкая музыка доносится из колонок, как только Через пару гудков слышится до боли прекрасный голос, который я узнаю из тысячи. - Она что-то снова начудила? - первый его вопрос. Действительно, я же приношу ему одни проблемы. - Нет, Себ, я отвожу ее домой, - голос Элиаса серьезный и сосредоточенный. Мы выезжаем со стоянки, если ее так можно назвать. В телефоне слышится громкий заливистый женский смех. Меня что-то ударяет по лицу второй раз за сегодняшний день. Боль подобно змее расползается и гнездиться где-то внутри, отравляя своим ядом воздух. Так вот почему так тяжко дышать. Яд пропитывает не только воздух и кожу. Она горит от этого смеха. Тупо смотрю в окно, стараясь никак не подавать вида, насколько мне больно. - Хорошо, спасибо, - его голос почему-то теплый. Почему он со мной обошелся так холодно, а сейчас говорит так искренне и тепло? Почему он с этой стервой? - Только проследи, чтобы они не вздумала никуда уходить. Как только Себастьян отключается я врубаю музыку на полную и даю волю слезам. Медленно они скатываются по щекам, охлаждая разгоряченную кожу. Тихонько всхлипываю благо музыка орет слишком громко. Смотрю в окно: деревья мрачно стоят, погруженные в тьму ночи. Я всегда боялась ходить ночью в лес. Что-то пугающее и таинственное в нем есть даже днем. Не замечаю как мы паркуемся во дворе дома. Смахиваю рукой мокрые дорожки от слез. - Спасибо, что отвез, - бросаю я, поспешно выбираясь из машины. Холодный воздух пробивает. Я блаженно вздыхаю его, чувствуя что на душе становится чуточку легче. Иду к дому. С удивлением, замечаю, что парень следует за мной. - Чего это ты за мной прешься? - максимально нагло спрашиваю я, чтобы как-то сгладить свое уныние. - Себ сказал за тобой проследить. - спокойно отвечает парень. Я только пожимаю плечами. Захожу и бросаю потрепанную сумку на пол. Разуваюсь. - Не забудь из багажника велосипед убрать и поставить в гараж. - бросаю я, поднимаясь на второй этаж. Сразу же бегу в душ и быстро принимаю его. Есть совсем не хочется. Да, хорошо я так приложилась щекой об асфальт. Немного содрала. Руки тоже содраны в кровь, но в целом жить можно. А на боках два огромных синяка. Треш какой. Видок, будто меня бьют тут. Надеваю пижаму и спускаюсь вниз посмотреть как там Элиас. Нахожу его в гостиной. - Ты будешь есть? - из вежливости спрашиваю я. Он отрицательно кивает головой. - Чай? Снова нет. Ну ладно. Проблем меньше. - Давай фильм посмотрим, - предлагает он мне. Сам парень развалился на диване. - Я поставил "Обитель зла". И действительно, на экране загораются начальные титры первой части фильма. Я выключаю свет, создавая атмосферу кино. - Почему бы тебе не поехать домой? - придирчиво спрашиваю я. - Почему ты так слушаешься Себастьяна? Парень только хмыкает и освобождает мне место на диване, садясь. Глубоко вздыхаю и сажусь. На самом деле я дико хочу спать. Просто очень устала. - Может быть мне нравится общаться с русской? - отвечает Элиас. - Знаешь, что? - начинаю я очень выпендрежной интонацией, включив в себе армянку. - Я хочу лечь. - и не дожидаясь ответа, ложусь головой на его колени. - У тебя волосы мокрые, - капризно замечает парень. - Не мешай мне смотреть фильм, - усмехаюсь я. Все хорошо, если бы на десятой минуте фильма, меня бы не вырубило. Сон накрывает такой гостеприимной волной, что сладкая дрема продолжается пока я не слышу голоса. И то я нахожусь в каком-то промежуточной стадии сна, когда вроде все слышишь, чувствуешь и запоминаешь, но находишься без сознания. - Что вы тут делаете? - этот голос, Себастьян. - Тихо ты, - шепотом говорит Элиас, - она вырубилась в самом начале фильма. - Это она любит, - мне показалось или он сказал это с нежностью? Нет, определенно это все сон. - Почему ты решил остаться? - Я не решил, - сейчас промелькнула ревность? Точно сон. - Ты же сказал проследить, вот я и слежу за ней. Какое-то время тишина. Похоже Себастьян сел на кресло. - Как Лиза? - спрашивает через пару минут Элиас. - Не интересовался, - отмахивается парень. - Тогда зачем ты ее обидел? - кого? Лизу? Эта та шлюха что ли? - Она же тебе нравится. Снова пауза. У меня горит щека, которую я содрала. - С чего ты взял, что я ее обидел? - голос Себастьяна потерял теплоту. Снова холод. - Ну, Себ, я думаю, что если девушка плачет всю дорогу в машине - значит есть повод для обиды, - с сарказмом выдает Элиас. - Что? - слишком поспешно спрашивает парень, - она плакала? - Да, Себ, - снова усмехается Элиас, - и курила как паровоз. В общем, у тебя есть пища для размышлений, а сейчас пожалуй ее стоит отнести в спальню. Ты надеюсь один? - Да, я Лизу отправил домой. Она бесит вешаться. Пойдем покурим потом, - судя по звукам, Себастьян поднимается. - Давай я ее отнесу. Это стало уже привычным. Меня аккуратно поднимают сильные руки. Знакомый запах табака и его одеколона ударяет в нос. Я бессознательно трусь головой о его плечо. Чувствую как Себастьян уверенно поднимается на второй этаж и идет в мою комнату. Бережно кладет на кровать и как пятилетнему ребенку заправляет уголки одеяла. А потом целует в собранную щеку. Так нежно и трепетно, что я мечтаю проснуться, но не могу вырваться из тисков сна. - Спи, котенок. Будильник противно пищит, заставляя проснуться. Блин, сегодня же фестиваль. Я рывком встаю с постели и тут же болезненно морщусь. А синяки на боках то очень чувствительные. С улыбкой вспоминаю о вчерашнем сне и рукой трогаю щеку, куда поцеловал меня Себастьян. Ну точнее, куда во сне он меня поцеловал. Эээх, жалко, что это не наяву. Наяву он сосался вчера с какой-то шлюхой, которая назвала меня ребенком. А перенес меня в кровать наверное Элиас. Бегу быстро чистить зубы и в душ. Сегодня будет только одна пара, потом концерт, на котором я выступаю. Особо выбирать одежду не приходится. Надеваю хоперские штаны и большую футболку. Быстро крашусь, пытаясь замазать ссадину на щеке, и расчесываюсь. Спускаюсь вниз. Нахожу там Элиаса с кружкой кофе и Себастьяна, который готовит завтрак. Непроизвольно вздрагиваю, видя его могучую спину. Нет, это все был сон. - Доброе утро, - здороваюсь я и сажусь за стол. Надо же, он даже на меня накрыл столовые приборы и тарелку. Какая забота. - Доброе, - в ответ улыбается парень, - Ну как выспалась? - Да, - язвительно отвечаю я, - фильм был очень интересным. Себастьян поворачивается к нам и разносит яичницу. Этакая домохозяйка блин. Снова вздрагиваю, сталкиваясь с взглядом его шоколадных глаз. Они впитывают каждую эмоцию, отразившуюся на моем лице. - Почему ты одета как гопник? - поддевает он. Замечательно просто, ни тебе доброе утро, ничего. - И щеку замазала хреновенько. - Я сегодня танцую на концерте, как бы, - с сарказмом говорю я. - а танцую я хип-хип, чтобы ты знал. Элиас смеется с нас. Интересно, почему он ночевал сегодня у нас. Спокойно ем яичницу пока они переговариваются между собой. Не понимаю их тем. Или они просто говорят быстро. Доев все дочиста, я встаю и кладу посуду в раковину. Быстро все мою. - Я ушла. - Котенок, подожди, - оторвавшись от диалога с Элиасом командно говорит Себастьян. - Ты пешком пойдешь? - Нет, - хмыкаю я, - на велосипеде поеду. - Оооо, я бы не стал этого делать. - Элиас, смеясь, советует мне. - Все автомобили будут в опасности. - Я тебя отвезу. - Он даже из-за стола встает, не доев завтрак. - Нет, спасибо, - непреклонно отказываюсь я, - вози свою бабу, а я сама как-нибудь доберусь. За мной сейчас может заехать Маркус. Себастьян меняется в лице. Желваки на его скулах заходили ходуном, а кулаки непроизвольно сжались. Карие глаза почернели. Я буквально чувствую холод, исходящий волнами от него. Чувствую вибрацию телефона в кармане. Надо же, вспомнишь солнце, вот и лучик. На дисплее высвечивается Маркус. И тут я решаюсь на игру. Пусть ему будет также больно, как и мне вчера. - Привет, - тепло здороваюсь, фальшиво широко улыбаясь. - Я только говорила о тебе. - С вызовом смотрю на парня. Взгляд из холодного превращается в презрительный. Поворачиваюсь спиной к ним. - Пока, Элиас, - напоследок кидаю я, старательно не замечая надменности Себастьяна. - Россия, тебя подвезти? - а его голос как всегда бодр и весел. Но это не то, что мне нужно. - Да, я была бы рада, - дружелюбие приходится выдавливать из себя. Как глупо себя веду. Я хочу, чтобы меня подвозил не он. И почему только вчера это был сон? Тогда все было бы легче. Беру сумку с курткой и выхожу на улицу. Погода преотвратно пасмурная. Дождь барабанит по асфальту, образуя лужи. Под стать моему настроению. Издалека вижу красное вольво Маркуса. - Привеет! - снова здороваюсь я, целуя его щеку. - Как дела? - Отлично! - отвечает он, ведя машину, - Ты где пропадала все эти дни? - Да так, - мнусь я, - с гостевой семьей ездила в поход. Какая же я шлюха. Мечтаю о Себастьяне, тогда как поехала с Маркусом. И мы же сейчас с ним поцелуемся. И я отвечу. Ненавижу, когда все так. Просто ненавижу. Всю пятиминутную дорогу мы разговариваем о какой-то чепухе. Потом парень отводит меня на мою пару. Мы все-таки не целуемся и я этому безумно рада. Меньше фальши и лицемерия. Пару я сижу как на иголках, повторяя в голове все движения из хореографии. Очень сложно настроиться. А я еще и открываю концерт. Треш какой. Вроде бы не волнуюсь. Пока не выхожу на сцену. Десятки подростков смотрят на меня. Упираю взгляд в пол, ожидая начала трека. Тяжелые биты раздаются на весь актовый зал, шокируя некоторых. Я настраиваюсь и вступаю. Отрывки фраз, которые слышу в песни, заставляют вжиться в образ. Тело ломает, как я хочу. Каждая точка получается эмоциональной и четкой. В песни поется про девочку, которую знали как веселую и беззаботную. Ханна Монтана на велосипеде. Но сейчас она другая. Больше нет косичек и того ребенка. Сейчас наркотики и мужчины. Больше и больше. Она приходит домой, ее спрашивают родители, где она была вчера, сегодня, завтра. Они беспокоятся за нее. Но ее волнует лишь доза. Это я. Меня волнует лишь доза. Меня замечают в клубе, когда я его посещаю. Кокаин позволяет мне расслабится. Я убиваюсь им и забываюсь. Слезы на глазах. Я деру себе волосы на голове, чувствую боль. Я вжилась в образ. Просто танцую. А слова продолжают ударять по ушам, заставляя обнажить эмоции на сцене. Сплю в чужих кроватях. Я считаю снотворные таблетки и пью их перед сном. Ему, моему знакомому, больно меня видеть такой. Путь, по которому я иду ведет лишь в один конец. И эта небольшая мелочь, которую он хочет мне сказать. Таких как я называют шлюхами. Истерика накатывает прямо на сцене. Это хорошо. Я раскрываю всю душу. Меня снова ломает. Последняя фраза самая эмоциональная. Я правда плачу и ползу на полу. Обессиленно падаю на пол, заканчивая танец. Громко дышу, не до конца понимая, что песня уже закончилась. Зал взрывается воплями и аплодисментами. Я медленно встаю, клонюсь и убегаю со сцены. Хууф, нихрена себе как я однако. Вытираю слезы и бегу в туалет, чтобы привести себя в порядок. По дороге встречаю Бирте. - Ничего себе!! - первое, что говорит она мне, - ну ты дала! Я тебе поверила, черт возьми. Как круто! - Спасибо, - счастливо улыбаюсь я ей. Мы вместе идем в туалет. - От тебя Себастьян глаз не мог оторвать! - настораживаюсь. Его здесь просто быть не может. - Мне показалось или ты только что сказала Себастьян? - умываясь, переспрашиваю я. - Да, директора зачем-то искал. Ты что не в курсе? Вся школа гудит по этому поводу. Треш. А он только зашел к директору. Вот им заняться нечем. - Дина, мы сегодня идет тусить! - как бы между делом говорит Бирте. - Я за тобой заеду в восемь! В клуб поедим! - Ммм, ага, - веселюсь я, брызгая в нее водой. Та пищит и окатывает меня ею в ответ. После того как я вроде как пришла в более менее нормальный вид. А глаза стали менее красными, мы вернулись в актовый зал. - Ты такая красивая была, - на уху мне шепчет Маркус, как только мы сели на места, занятые Бирте. Не могла что ли подальше от него отсесть? - От тебя энергетика просто бешеная исходила. - Спасибо, - благодарю я и целую его в щеку. Он берет меня за руку. Противоречивые чувства борются в душе. Остаток концерта, да и прощание с ребятами проходит как в тумане. Захожу в дом. Маркус меня подвез обратно. И все-таки поцеловал. Это было не то, чтобы ужасно, но очень неприятно. На кухне нахожу Себастьяна одного. - Элиас уехал? - прохожу я на кухню, чтобы налить себе стакан воды. Он пьет кофе, изредка поглядывая в мою сторону. - Как видишь, - надо же. Холода нет в его голосе. - За мной в восемь заедет Бирте. - Ляпаю я. В конце-концом может его бомбить не будет, если предупрежу, - вернусь утром. - Нет, - безапелляционно говорит Себастьян. - Я тебе запрещаю куда-либо уходить без моего сопровождения. - Да кто ты такой, чтобы мне что-то запрещать? - вспыляю я, - ты совсем ахренел? Сосешься там со своими бабами. Заставляешь своего друга следить за мной. Ты вообще адекватный? Я не спрашивала тебя, а поставила в известность! Он даже откладывает чашку с кофе. Медленно встает и вплотную подходит ко мне. Я замираю, стакан с водой в руке начинает дрожать. Жар, вспыхнувший с моей тирады, уходит куда-то вниз. Почему-то появляется страх перед парнем. Карие глаза берут в плен меня, заставляя оцепенеть на месте. Себастьян проводит рукой по моей больной щеке, едва ее касаясь кончиками пальцев. А костяшки у него снова сбиты в кровь, но меня это сейчас не волнует. Запах дурманит меня. Черт, сон кажется реальным. Он приближает свое лицо ко мне и выдыхает в губы. - Если я сказал нет, значит нет, - я судорожно вздыхаю. Бум. И картинка в голове меняется, а наваждение уходит. Он точно также играет со своей бабой. Только она его девушка, а я секундное увлечение. Игра в перевоспитать девушку, которая не слушается его беспрекословно, вот что это для него сейчас такое. - Ты меня бесишь, - со злостью говорю я, сбрасывая остатки его колдовства. - Для тебя все это лишь игра. - Смахиваю его руку и отстраняюсь в попытке уйти. Он дергает меня за руку и я бьюсь о его мускулистое тело. Его пальцы сжимают мои запястья. - Куда собралась? - угрожающе спрашивает парень. Карие глаза почернели от моих опрометчивых слов. - Мне больно, - я его сейчас боюсь. Вот какой он в ярости. - Я ухожу обратно к Маркусу. Себастьян непонимающе сначала смотри на мои запястья, сжатые в его руках, а потом, осознав последние слова, сжимает еще сильнее. - Нет, ты не пойдешь к нему, - слезы наворачиваются на глазах от боли. Я влюбилась в вспыльчивого эгоистичного монстра, играющего на чужих чувствах. - Отпусти меня, - через силу жалобно прошу я. Белая пелена ярости уходит из его глазах, оставляя раскаяние. Но я этого уже не вижу, потому что слишком погружена в свои переживания. Себастьян все-таки меня отпускает. И я ухожу. Ухожу вон из этого дома. Последнее, что я слышу, захлопнув дверь, это громкий стук чего-то об стол.

***

* - Я не могу отказаться от тебя...