"Это - наследственность"

Тихие крадущиеся шаги, скрипнувшая кровать, теплая нежная рука, скользнувшая на живот… Скорпиус резко открыл глаза и явственно ощутил, что к спине кто-то прижимается. Рывок, еще один. Но вырваться из хватки не получалось. Рука двинулась ниже по животу, ладонь накрыла пах. Дрожь обожгла тело. Тихое: «Не бойся», – заставило затаить дыхание. Может, все же сон? *** Приветствие вышло каким-то странным и явно затянулось. Оба молча разглядывали друг друга; попутно отмечая каждый для себя, что же изменилось в другом с момента их последней встречи. Гарри заметил темные круги под глазами и осунувшуюся фигуру. Драко же оценил потрепанный вид, который Поттер, видимо, пытался замаскировать чистящими чарами, и, кажется, он даже попытался причесаться. Сей факт, Малфоя почему-то несказанно умилил, и он едва заметно улыбнулся. – Поттер, в общем, я пригласил тебя… – но договорить не удалось – Гарри его перебил: – Малфой, я в курсе, что это снова касается моего сына. Не томи. Драко смерил его странным взглядом, будто прикидывая, сможет ли Поттер воспринять новость адекватно, а затем просто рассказал о совместной отработке их сыновей. Гарри слушал внимательно и даже не перебивал. Хотя, если быть полностью честным, он просто находился в ступоре. Малфой так спокойно рассказывал, как его сын шарил в штанах Альбуса, что приходилось только завидовать его выдержке. – Так, Малфой, стоп! Я все понял, не нужно мне разъяснять простые вещи. Ты хочешь сказать, что мой сын – гей. Так прямо и говори! Меня бесят эти заумно построенные фразы и прочее… – Слушай, Поттер, ну чего ты завелся? – искренне поинтересовался Драко. – Чего? Ты еще спрашиваешь – «чего»?! – Гарри понесло. – Мне говорят, что Альбус – гей, и ты думаешь, я буду прыгать от счастья?! – Нет. Я и сам не прыгал, знаешь ли. – По тебе и не скажешь! У тебя такой вид, будто ты вообще рад, что твой сын подрочил моему… – Та-а-ак, Поттер, ну-ка, заглохни, – прошипел Драко. – Не понял? – Ты от меня-то что хочешь?! Гарри задумался, непроизвольно отодвигая на второй план вопрос об ориентации сына. А что же действительно он хотел от Малфоя сейчас? Казалось бы, все просто: хотелось спросить, почему Драко не отвечал на письма? Но за этим следовал еще один вопрос: почему Поттер так усердно ему писал? Хотел извиниться. Чушь! Вранье! Обман самого себя! Тогда зачем? Зачем? Гарри только сейчас понял, что подумать, как следует и разобраться в себе, он не успел. А Малфой все смотрел. Пристально, выжидающе. И в глубине его глаз таилось еще одно чувство – надежда? Поттер перевел взгляд на губы Драко и тут же покраснел. – Так чего же ты от меня хочешь, Поттер? Вновь спросил Малфой, готовый проклясть сам себя за внезапно замершее сердце. – Я… – голос сорвался. – Я хотел извиниться за то, что сбежал. Тогда, – Гарри неопределенно качнул головой. – Извиниться? – Драко поднял бровь. Ему что, послышалось? – Да. Малфой, я прошу тебя простить меня. Я поступил необдуманно. Нужно было все обсудить. Выяснить. – Поттер, ты совсем идиот, да? Ты что хотел обсудить? Как я отсосал у тебя в лаборатории? Или может, как ты трахнул меня в кабинете? Или в моей собственной спальне? – Драко сам не верил, что сказал это вслух, но вмиг заалевший Поттер убедил его в этом. – Малфой, я… ну мне тоже было хреново… – А, так тебе еще и не понравилось? Еще и хреново было?! – Нет! Я не это имел в виду. – А что тогда, Поттер? Тебе не понравилось, как я целуюсь или как я… – Понравилось!!! – не выдержал Гарри и спрятал пунцовое лицо в ладонях. Драко так и замер с открытым ртом, не договорив и треть своей тирады, которую он готов был, наконец, вывалить на Поттера. Но этот хренов очкарик снова все испортил! Гарри чертыхнулся и вновь посмотрел на Малфоя, буквально за секунду до этого успевшего закрыть рот. В зеленых глазах явственно угадывалась тоска вперемешку с дикой усталостью. – Ну что, Малфой, удивлен? Да, представь себе, мне по-нра-ви-ло-сь! Можешь бежать и продавать эту новость в газеты, мне все равно. – Поттер, я никому ничего продавать не собираюсь, – тихо ответил Драко, в полной мере осознав признание Поттера. – Малфой, вот ответь мне честно хоть раз в жизни. Почему ты не отвечал на письма? – Поттер смотрел так искренне, словно щенок, который боялся, что его отругают за лужу в коридоре. От Драко не укрылись ни пальцы, теребящие ворот мантии, ни нервно постукивающий ботинок. – Ну, если честно, Поттер, то я… – «испугался!» – хотел буквально крикнуть Малфой, но в последнюю секунду передумал и заявил: – Я же не гей. Гарри поднялся, медленно обошел стол и навис над Драко, заставляя его смотреть себе прямо в глаза. Он ожидал, что Малфой просто так не сознается, что попытается вывернуться, словно змея. Но сейчас Драко промахнулся, и от осознания этого, Гарри готов был прыгать до потолка. Поттер наклонялся все ниже к лицу Малфоя, и сердце тихо ёкало, когда Гарри замечал в серых глазах искорки испуга. Вот тонкие губы уже совсем близко и так нестерпимо захотелось их поцеловать, но вместо этого Поттер прошептал: – А что, чтобы просто ответить на письмо, обязательно нужно быть геем? – Нет, – почему-то тоже шепотом ответил Малфой. – Тогда почему? – еще тише. Почти в самые губы. Драко не ответил. Едва почувствовав на лице дыхание Поттера, Малфой перестал дышать и облизал кончиком языка вмиг пересохшие губы. Гарри же расценил это как приглашение и, быстро сократив разделяющие их сантиметры, прижался к губам Малфоя. Драко дернулся, но поцелуй не разорвал. Малфой никогда в жизни бы не мог предположить, что целоваться с Поттером будет так... правильно. То, как он втянул в рот нижнюю губу Драко, то, как широкая ладонь легла на светловолосый затылок, притянула, заставляя еще больше углубить поцелуй. Тело среагировало мгновенно – в брюках стало настолько тесно, что Малфой начал ерзать. Хотелось уже снять всю эту одежду! А еще лучше, чтобы Поттер её снял, а потом… Гарри словно услышал его мысли, и еле оторвавшись от губ Драко, он потянул того в спальню. Малфой не сопротивлялся. Он опомнился лишь тогда, когда Гарри резко толкнул его на кровать и навалился сверху. – По… Поттер! – Ммм, – Гарри был очень увлечен расстегиванием малфоевских штанов. Он прекрасно чувствовал насколько возбужден Драко, и лишние отвлекающие разговоры попросту бесили. – Ты чего творишь? – голос хриплый, дыхание неровное, пальцы несмело пытаются остановить чужие руки. – Разве не понятно? – хмыкнул Поттер, не прекращая свое занятие. – Поттер! По… Ммм… – звуки утонули у Гарри во рту. Но через несколько минут, когда губы уже болели от поцелуев, а штаны Малфоя были наполовину сняты, он уперся ладонями в грудь Гарри и, замирая, спросил: – Поттер, а ты не сбежишь? – вопрос вышел каким-то жалобным, за что Драко мысленно себя как следует пнул. – Нет, – Гарри серьезно посмотрел в серые глаза. – Не сбегу, – качнул он головой и с удивлением увидел, как загорелся взгляд Малфоя. Тонкие пальцы сжали в кулак ворот рубашки Гарри, и Драко дернул Поттера на себя, впиваясь в губы. *** Альбус сам не верил, что способен на такое. Что его рука, гладящая и сжимающая член Скорпиуса, может доставлять такое удовольствие. Малфой скулил, пыхтел и тесно жался ягодицами к вставшему члену Поттера. Розовое ушко уже несколько минут мелькало перед глазами, соблазняя Альбуса его лизнуть. На вкус оно оказалось сладким, или, возможно, ему это показалось? Светлые волосы щекотали нос и пахли чем-то свежим. Запах был настолько приятным, что Альбус глубоко задышал и еще активнее задвигал рукой. Скорпиус пискнул, еще сильнее прижался к бедрам Поттера и кончил. А потом Малфой просто свернулся калачиком, пару раз причмокнул губами и засопел. Альбус же все это время лежал, затаив дыхание, хотя, казалось бы, бояться в этой ситуации глупо. Он же сам пришел к Скорпиусу в кровать, сам его обнял, сам залез к нему в штаны, сам подро… в общем, все сделал сам. Принять решение подергать Малфоя за плечо тоже пришлось принимать самому. – Малфой? Эм… Скорпиус? – Ммм? – Малфой, надо поговорить. – Что? – Я… ну я как бы… – Поттер?! Скорпиус буквально подпрыгнул в кровати и, резко развернувшись, уставился на Альбуса. – Ну да, – кивнул тот. – Ты что тут делаешь?! Кровати перепутал? – По-моему, тебе понравилось то, что я оказался в твоей кровати, – ехидно заметил Поттер. – Так это был не сон?! – ошарашено спросил Скорпиус и покосился вниз. – Эээ… нет. – Тогда я ничего не понимаю, – обреченно сказал Малфой. – Почему? – Понимаешь, я тут думал о том, что ты рассказал про моего отца и… Поттер замялся, закрыл глаза и медленно выдохнул. Скорпиус же удобнее устроился на кровати, попутно отмечая, что мокрые штаны ужасно неприятно липнут к телу. Хотелось немедленно их снять, но уйти сейчас и не дождаться признания Поттера было бы глупо. А снимать штаны при нем – провокация? В тот момент, когда Малфой был готов начать выбивать из Альбуса признание, Поттер решился: – Я подумал, если даже мой отец… ну, это… то почему мне нельзя? – в глаза Альбус не смотрел. Скорпиус внимательно вгляделся в лицо Поттера, прыснул, а затем и вовсе расхохотался. Альбус же с удивлением посмотрел на смеющегося Малфоя. Он хохотал громко, заливисто, откидывая голову назад и обнажая белое горло. – Эй, ты чего? – тихо спросил Поттер и толкнул Скорпиуса в плечо. – Знаешь, – отсмеявшись, выдавил Малфой, – я пришел к такому же выводу. А потом Скорпиус потянулся к губам Альбуса. Всего через несколько минут ненужные штаны с уже подсохшим пятном, полетели в сторону. Вскоре к ним присоединились еще одни. *** – Поттер, ну тише! – прохрипел Драко, когда Гарри резко перевернул его на живот. Поттер промолчал, сильно провел ладонями по узкой спине сверху вниз и подцепил пальцами резинку трусов Малфоя. Гарри и подумать не мог, что снова когда-нибудь увидит этот бледный зад. Воспоминания о прошлом разе, лишь еще больше подстегнули, и Поттер наклонился вперед, больно кусая Драко в шею. Тот зашипел и попытался перевернуться, но ничего не вышло. Гарри крепко прижал Малфоя к кровати, раздвинул светлые ягодицы и замер. «Он что, рассматривает?!» – с ужасом подумал Драко и вновь рванулся из удерживающих его рук. Гарри не пустил, зато вышел из ступора – обильно послюнявил палец и надавил на плотно сжавшиеся мышцы. Вскоре Поттер буквально начал сходить с ума, чувствуя, как сопротивление ослабевает, впуская его палец внутрь. Малфой тихо заскулил, подаваясь назад, и Гарри не выдержал. Даже не задумываясь, что делает, он вытащил палец, нашарил среди вороха вещей свою палочку, произнес очищающее. Наклонился, лизнул и услышал, как громко охнул Малфой. Чтобы Поттер лизал ему зад, Драко даже в самых смелых мечтах представить не мог. А тут Поттер сам. Сам! Но надо признать, что у него на редкость отлично получается. Малфой стонал как-то тихо и приглушенно, явно пытаясь закрыть рот рукой. Но хотелось, чтобы Драко отзывался на ласки активнее, и поэтому Гарри все настойчивее работал языком. Обвести по кругу, кончиком толкнуться внутрь и вырвать, наконец, у тихого Малфоя громкий стон. Гарри удовлетворенно оторвался от своего занятия и стащил с себя давно мешавшие трусы. – Малфой? – позвал он разомлевшего Драко. – Ммм? – Смазка? – У меня на тумбочке крем для рук. Призови, – краснея, мурлыкнул Малфой и удобнее устроился на кровати. Гарри тут же воспользовался полученной информацией. Драко чертыхнулся, почувствовав, как скользкая холодная масса коснулась ануса. Затем был все тот же пресловутый палец, который вошел внутрь несколько раз и исчез, заменяемый поттеровским членом. Без действия зелья это было больнее раза в три, плюс хренов Поттер не потрудился даже как следует его растянуть. Малфой впился зубами в свою руку и засопел. Но терпеть пришлось не долго – Гарри потянул Драко на себя, заставляя встать на четвереньки. Поза оказалась приятнее, особенно когда, Поттер затолкал под живот Малфоя подушку. Драко клял себя, на чем свет стоит из-за такого покорного поведения. Поттер говорил: «Прогнись», и Малфой слушался; Гарри выдыхал: «Громче», и Драко стонал еще сильнее. Наваждение, сон – вот как представлялось это тогда. Реальность и осознание происходящего – вот, что творилось сейчас. Малфой никогда бы не подумал, что в здравом уме будет подмахивать Поттеру и просить «трахнуть его сильнее». Но Драко просил, нет, даже больше – почти умолял, а Гарри только с удовольствием повиновался. Каменный член терся о подушку, наволочка которая сейчас казалась до неприличия грубой и жесткой, и от контакта с ней становилось почти больно. И будто прочитав мысли Драко, Поттер обхватил широкой ладонью член Малфоя. Рука двигалась нежно, ласкающе и ярко контрастировала с ритмом и напором, который Гарри вкладывал, входя в распластанное под ним тело. Драко нагибался все ниже, пока его голова не коснулась простыни, и одной из рук было позволено обхватить поттеровскую руку лежавшую на члене, и показать, как сейчас нужно ею работать. Гарри понял все сразу – резкие, ритмичные движения, но Малфой не желал убирать ладонь. Ему нравилось то, что в данный момент он может держать руку Поттера и чихать на все остальное. Осознание некого единения и подтолкнуло Драко к желаемой разрядке. Белые капли плеснули на руки и пресловутую грубую наволочку, от которой Малфой решил избавиться раз и навсегда. Спустя несколько минут Драко ощутил тепло внутри и охнул, почувствовав, как сверху на него рухнул Поттер. Но Малфой был настолько вымотан и… рад, что даже не попытался столкнуть Гарри с себя. Вместо этого он расплылся в совершенно идиотской улыбке и закрыл глаза. Поттер же, вспомнив о своем весе, скатился на бок и собственническим жестом притянул Драко к себе. И тоже улыбнулся как идиот, будучи безмерно счастливым.