Мужчины не плачут

Я пришел в себя от жуткого холода, который распространялся по всему телу. Затекла правая рука и что-то безумно давило спину. Глаза ничего не разбирали в темноте, уши не могли уловить ни звука. Внезапно вспыхнувший свет не сильно улучшил ситуацию: теперь я ничего не видел из-за того, что был ослеплен. -Ну что, Майский, добро пожаловать в наши гостеприимные палаты! – Раздался откуда-то сбоку противный голос с едва заметным акцентом, который я когда-то где-то слышал. – Ты что же думал, ты у нас бессмертный? Или тебе все прощается? Вряд ли, ты же не такой дурак… В облаке ослепляющего света материализовалась темная фигура, кажется, в плаще с капюшоном. -Что за детский сад и дешевые спецэффекты? – Начал было я, но замолк, пораженный собственным глухим и хриплым голосом. -Ничего, еще немножко - и тебе начнет здесь нравиться, я тебе обещаю… - Хохот, напоминающий воронье карканье, раскатился по комнате и отдался болью в затылке. Судя по холоду и акустике, я был в подвале. Но зачем я был тут, как попал сюда из квартиры друга и к чему эта дешевая игра на публику я не мог понять, как ни старался. Внезапно яркий свет сменился вполне обыкновенным, теплым и уютным, как будто светила маленькая 70-ваттная лампочка. Наконец-то у меня появилась возможность осмотреться. Я не ошибся: какая-то непонятная магия перенесла меня именно в подвал, причем огромных размеров. Со стен почему-то свисали провода, вдоль стены шли какие-то трубы. Лицо моего визави было скрыто от меня складками капюшона, но и это ненадолго. Должен же он эффектно показать, с кем я имею дело. -Не повезло тебе, Майский. Сам друзей предал, а потом и они тебя… - Фигура отошла в сторону и остановилась, опираясь на стену. -Это кого же я когда предал? – Усыпление хлороформом не прошло бесследно: голова болела так, что каждое слово многократно отражалось в черепной коробке и только каким-то чудом все-таки звучало. -Не помнишь? Ну ничего, я напомню… Десять лет назад ты должен был сопровождать колонну с боеприпасами, она шла ребятам в окружении. Прорывались вы хорошо к своим, даже отлично. А потом вдруг что-то случилось - и колонна не дошла. И пацаны полегли там, как мухи, а ты вот живой… - Сильный удар заставил мою грудную клетку хрустнуть, но, слава Богу, удар я выдержал без переломов. -А знаешь ли ты, таинственный незнакомец, что колонна эта попала в окружение? Что из всех нас выжило 15 человек? Что нас эвакуировали оттуда по приказу командования? Что пацанам тем вторую колонну выслали? – Я говорил максимально спокойно, стараясь дышать как можно глубже. -Какие трогательные истории ты тут рассказываешь… Да только правды в них ни на грош. Развернул ты эту колонну самовольно, зная, что у ребят рация не работает. И со своими подельниками ты просто ее разграбил! – Второй удар пришелся чуть ниже первого и заставил закашляться. -Неправда, - проговорил я, кашляя. -Правда, Майский, правда. Только вот не все там полягли, в этом твоя проблема, дружище. – И тут свершилось невероятное: мой любитель дешевых спецэффектов наконец-то сбросил с головы капюшон и заставил меня удивиться еще больше, чем когда я увидел Леху. Человек, столь трогательно рассказывавший мне о предательстве, оказался одним из предводителей боевиков! -Шамиль?.. -Гляди-ка, узнал… Я так долго искал тебя, дорогой ты мой. Искал и нашел. И тебя, и контору твою. -Это ты их убил? – Во мне закипала ненависть к этому мерзавцу. -Я, Сереженька, я. Убить тебя было бы слишком просто и гуманно, а я хотел, чтоб ты страдал, страдал, как я, когда ты и твои уроды убили моего брата и отца! – Удар по лицу был неожиданным, хотя я и понимал, что так закончится наша беседа. – Я сделал все, чтобы ты понял, как это… И у меня получилось! В твоих волосах заблестела седина, а разум стал мягким, как масло. Ты ничего не можешь сделать мне, хотя хочешь растерзать меня на клочки… Какой же ты глупец, Майский. Ведь это из-за тебя погибло четыре человека. Шутка ли – сразу четыре… Я молчал, напряженно вслушиваясь в его слова. Что произойдёт дальше было понятно и мне, и ему. Оставался только один вопрос: быстро или мучительно? -Я убью тебя медленно. Быстрая смерть была бы для тебя слишком легкой, - в руках Шамиля блеснул кривой кинжал, а на моем лице улыбка. Пусть и медленно, зато к своим… Первый удар ножом пришелся в ключицу. Боль была адская, но вызвала не крик и не стон, а только улыбку. Мне казалось, что вместе с кровью, хлынувшей из раны, с меня смываются мои грехи и вина в смерти моих друзей. Медленно проведя ножом по моей груди, он оставил глубокий порез от горла почти до печени. Шамиль ждал мольбы о пощаде или крика, это я знал наверняка. Но еще тверже я знал, что никогда он не дождется этого. Горячая кровь немного согревала озябшую кожу, но легче от этого едва ли могло стать. Еще одно проведение ножом от плеча до кисти – и я потерял сознание. Каким же было мое разочарование, когда я снова пришел в себя. Немилосердно болело все тело, кажется, меня пытались привести в чувство берцами по почкам. -Очнулся, красавчик? Что же ты такой неподготовленный? Чуть что – сразу в обморок?.. – Материализовался надо мной Шамиль. -Нервишки шалят, сам понимаешь, - несмотря на жуткую боль в теле, моей душе впервые было так легко. Раздался звук взводимого курка и громкий хлопок. Их хоронили рядом, как близких родственников. Наверное, потому, что они ими и были, хоть кровного родства между ними никогда не бывало.