Слепой дракон

Полуденное солнце приятно припекало, обещая прекрасную погоду. Время близилось к обеду , а в Хвосте Феи народ только просыпался под столами с бутылками в обнимку. В приоткрытую дверь настороженно зяглянула женщина, чьи ализариновые волосы блеснули в солнечном свете. Завидев последствия пьянки, что, судя по всему, длилась уже не один день, она зашла, и, презрительно переступая встельку пьяных магов, направилась к кабинету Макарова. Мастер же задумчиво расхаживал по отведенному ему помещению, иногда почесывая затылок, когда услышал легкое покашливание: в дверях стояла Полюшка, деловито скрестив руки на груди. Он, нахмурившись, кивнул ей и задумчиво прошествовал к окну. - Макаров, не делай вид, будто ничего не знаешь. Он вчера украл девчонку. И, скорее всего, понес ее не в гильдию и не к себе домой, ведь так? - Он совсем не тот Гажил Редфокс, которого мы знали раньше. Этот то уж как-нибудь справится, - хмыкнул мастер. - Я не для того шла к тебе через весь город среди омерзительных людей. Что мне сказать, когда те дво очнутся и не застанут свою напарницу? И что ты скажешь, когда ее друзья придут к ней? Об этом ты не думал? - она угрожающе стрельнула глазами в его сторону, от чего он подпрыгнул на месте. - Ясное дело думал, хм. Правду, я полагаю. Ведь ты сказала, что она умрет... - целительница не дала ему договорить. - Я не говорила такого. Я сказала, что надо надеяться на чудо. - Что то же самое, - нахмурил брови старик. - У нее мало шансов, и вряд ли осталась возможность ее спасти. Пусть же они побудут вместе, пока у нее есть еще пара дней. А детишкам скажем, что она умерла. Не стоит давать напрасных надежд - они могут обернуться лишь напрасным горем, - Макаров стойко держался, чтобы не заплакать. Ведь все они были ему, как родные,как свои внучата. Он и себя винил в напрасной смерти маленькой феи. - Что этот мальчишка сможет сделать? Даже если свершится чудо и ее тело перенесет такие изменения сосуда - она в любом случае навсегда останется слепой или парализованной, а может, и все сразу. Макаров лишь промолчал, сдерживая рвущиеся от жестоких, однако правдивых, слов женщины слезы. "Черт бы тебя побрал, Иван..." *** Холодный горный воздух трязвяще заколол щеки, когда Редфокс забрался на ближайшую скалу, чтобы осмотреться. Голая безжизненная каменистая пустошь , обагренная первыми лучами солнца, заставляла множество чувств маленьким вихрем виться в сердце Железного. Его взгляд быстро зацепился за знакомый, хоть и изменившийся за долгое время его отсутствия, пейзаж. Повернув голову в нужном направлении дракон глянул на тяжело дышащую на его руках, укутанную Леви, чьи бледные щечки и губки почти посинели от резкой перемены температуры воздуха и давления. - Продержись еще немного, Леви, - дракон впервые произносил ее имя с таким трепетом и предыханием. Гажил сорвался с места в избранном направлении, внимательно ловя глазами каждую деталь вокруг, надеясь поскорее прибыть в теплое и безопасное для его феи место. Еще около получаса он двигался без остановки, взбираясь все выше и выше по крутым отвесным скалам. Солнце вышло из-за горизонта и теперь, робко светя, будило все живое от продолжительного ночного сна, которого ему, Гажилу, так не хватало. Взбираясь все выше и выше, он начинал выбиваться из сил, начиная подумывать, что залез не туда, куда надо. Склон стал слишком крутым, и гравий с песком стал стремительно уходить из-под ног. Дракон, прижимая к груди единственное дорогое ему существо, соскочил вниз, спасаясь от неизбежного падения. Твердо встав на ноги, Гажил глянул на девушку, желая убедиться в ее целости и сохранности. Та лишь продолжала стремительно сменять свой цвет на синий, что заставило Редфокса не просто с волнением, а уже с паникой крутить головой по сторонам. - Нашел, - победная улыбка сорвалась с губ Стального, когда он, наконец, нашарил взглядом темную ращелину, хитро выглядывающую из-за опавшего еще до его рождения обломка скалы. Медленно и осторожно протиснувшись в нее вместе с МакГарден, Гажил оказался в узком тоннеле, постепенно расширяющемся и выведшем их в просторную влажную и затхлую пещеру, из которой вело еще четыре хода. - Черт, - рыкнул он, хаотично бегая взглядом от одного к другому. - Была не была, если нам суждено сдохнуть, так сделаем это вместе, - сшутил Редфокс, глянув на Леви и наугад шагнул в тоннель, повинуясь зову сердца. Долгий коридор с замшелыми стенами бесконечно петлял, от чего путь по нему казался не просто длинным, а вечным. Стальной начинал выходить из себя, слыша сбивающееся дыхание феи в своих руках. Тихие шаги берцев, эхом разносящиеся по темному тоннелю, сомнительно призывали повернуть назад, однако, вверяя своему шестому чувству их жизни, Гажил продолжал упорно шагать вперед, надеясь на удачу. Такой банальный, но радостный, свет в конце пути показался ему спасением от всех его бед, но, увы, оказался всего лишь выходом, которому он, однако, был несказанно рад. Выйдя на свежий воздух, дракон проморгал ослепленные дневным светом глаза и расплылся в мягкой ухмылке: - Ну здравствуй, - глянув на убогий старый домишко, протянул Гажил. Стоящий посреди необьятной каменной пустоши, этот домик некогда был его кровом, под которым он коротал беспросонные ночи, а с первыми лучами солнца вновь пропадал до темноты, тренеруясь со своим отцом, Металликаной, который научил его многому, но не всему, что знал сам. Толкнув носком сапога подряхлевшую дверь, Редфокс вошел внутрь опустевшего еще четырнадцать лет назад строения, что с тех пор не видело ни единой живой души. Оглядывая посеревшие от времени стены, завитые паутиной и покрытые пылью, он вслепую дошел до старой кровати, на которой сиротливо валялись подушка и одеяло, заметно потрепанные временем. Гажил оставил Леви на ней, аккуратно уложив ее поверх наспех обтряхнутой от пыли простыни и накрыв встряхнутым пару раз одеялом поверх того, что уже было на ней, и подошел к каменной печи. Древняя железная дверца уныло заскрипела от любовного прикосновения руки старого друга. Дракон озябше поежился: - А здесь не помешал бы Саламандр со своим огнем, - он угрюмо протянул руки к все так же лежащими подле печи, заготовленными давным-давно, в глубоком детстве, поленьям и валежнику, что так и не пригодились тогда. Наспех затолкав древесину в топку и выбивши искру из крессал, Редфокс потянулся открытыми ладонями к теплу от огня, что уже суетливо лизал дерево. Кинув беспокойный взгляд алых глаз на Леви, которая уже перестала стонать в бреду, он с облегчением выскочил из дома, направляясь к растущим неподалеку деревьям. Поорудовав пару минут магическим стальным топором, появившимся вместо руки, он притащил к печи еще пару объемных охапок дров, заметив, что в доме потеплело. Краски сменились более теплыми, напоминая давно забытый уют детства, однако картину портили толстые вездесущие сети паутины. - Так, значит, сосуд должен быть наполнен...- он вперил многозначтельный задумчивый взгляд в лежащую без чувств на кровати Леви, а затем уткнул его в пол. "Чтобы она осталась жива - нужно наполнить ее сосуд и второй источник энергией. Но..Если наполнить сосуд до конца - она умрет. И где, мать вашу, выход?" - Гажил обдумывал пути решения. "А что если отдавать ей энергию постепенно? Риск есть, но если выбор стоит между рискнуть или просто сдохнуть, то почему бы не попробовать для начала это?". С этими мыслями он подбросил в печь еще пару поленьев, набив ее до упора, и подошел к тихо лежащей рядом Леви. Сев рядом, Гажил взял ее ладошку в свои сухие руки и сконцентрировался. Поток магии, передаваемый фее, был неровным и тонким, периодически прерывающимся, неконтролируемым, от чего Гажил начинал раздражаться, но все же продолжал передавать ей энергию. Концентрация растворялась буквально на глазах и он решил передохнуть. Глаза дракона изумленно расширились - лицо Леви приобрело более естественный цвет, на щечках даже появился легкий румянец, дыхание выровнялось. Обрадовавшись своей удаче и коря сварливую целительницу, Редфокс продолжил переливать девушке энергию, что показалось ему немного проще, чем минуту назад. Сознание таяло: у измотанного Убийцы драконов, не спавшего и не евшего более суток, слипались глаза, это была его последняя энергия. Сил хватило только для того, чтобы получше укутать девушку в одеяла и пристроиться рядом, согревая все еще холодную фею. Уставшему Гажилу ничего не снилось. Лишь пустота, в которую он с удовольствием провалился. Приятная теплая тьма мягко окутывала его, но вскоре стала рассеиваться. Сонный дракон приоткрыл глаза: за окном была ночь, а печка тихо шипела угольками. Набив топку до предела, Гажил вернулся к заметно посвежевшей Леви. Кожа уже не была мертвенно-мраморной, по щекам блуждал ее обычный легкий румянец, волосы вернули свой синий цвет, однако она все еще была без сознания, о чем говорило еле слышное дыхание. Беспечно хмыкнув и перелив ей еще небольшую часть энергии, он, почувствовав легкую дремоту, вновь провалился в небытие. Ему снились кошмары. Снилась его жизнь в Призрачном Владыке, снился треклятый Жозе, снилась их битва с Нацу. Было жарко. Очень жарко. Так горячо, что казалось, кровь кипит в жилах. От этого он вскочил на кровати, бросив беглый взгляд на Леви и похолодел: ее нещадно жарила лихорадка. Мокрая и красная,фея металась по подушке, ее сердце гремело так, что Редфоксу не надо было прикладывать ухо к ее груди, чтобы слышать его. Метнувшись, было, за водой, Гажил задумался, чем мог быть вызван внезапный недуг. За окном зарождался рассвет, а ведь еще ночью она выглядела вполне здоровой. "Я перелил ей слишком много магии, ее тело не справляется"- он схватил маленькую ручку и, размеренно засопев, стал постепенно вытягивать из нее энергию небольшими порциями: по чуть-чуть каждые полчаса. После трех вытяжек магии жар спал и девушка вновь спокойно засопела. - Пока этого тебе будет достаточно, чтобы жить, - с облегчением выдохнул Редфокс и вышел из дома. Утренняя прохлада стадом мурашек пробежала по телу брюнета, а живот нагло заурчал. Не желая заморачиваться, волшебник подошел к двери: рядом валялся всевозможный хлам, в том числе и старый горшок, набитый гвоздями. Гажил невольно усмехнулся. - Малявка, смотри, чего принес, - громоподобный голос Металликаны прогудел в ушах мальчишки. Горящие интересом глаза ребенка уставились на огромный тюк, чем-то туго набитый и зажатый в драконьих когтях. - Отойди, а то убьет ,- грозно изрек дракон, и малец отпрыгнул в сторону. Приземлившись на землю с глухим грохотом, драконья ноша упала на землю. Застывший в изумлении ребенок не сдвигался с места, завороженно глядя на добычу отца. - Ну, чего уставился ,открывай же, - недовольный взгляд, брошенный на Гажила словно снял с него наваждение. Вскарабкавшись на тюк, он всунул руку внутрь, и, нащупав там нечто, похожее на горшок, извлек наружу. С непониманием оглядев подарок, мальчик обратил изумленный взгляд на дракона: - И зачем мне горшок старых гвоздей и все это?- он пнул тюк, из которого послышался металлический звон. - Железный Драконоборец должен питаться железом, - вздохнул Металликана, глядя на букашку у своих лап, и, заметив недовольство в глазах ученика добавил: - Привыкай,- безапелляционно изрек он и лег, отвернувшись в другую сторону. Гажил ностальгически взял в руки горшок и сел на камень. Завтрак получился не очень большим, да и не вкусным, но он этого не заметил, продолжая поглощать поржавевшие гвозди. - Спасибо, - выдохнул вникуда Редфокс и зашел в дом, оставив пустой горшок на улице. Леви все так же мирно спала и Гажил решил, от греха подальше, больше пока не переливать ей энергию. Устроившись рядом, он вновь отправился в царство Морфея, где не смог пробыть достаточно, так как получил отрезвляющий удар в бок. Приоткрыв один глаз он распахнул оба: Леви вновь металась по подушкам в бреду, беспорядочно ворочаясь и неразборчиво бормоча. Стальной схватился за голову: он не отдавал ей энергию, а фея все равно было ею переполнена. В голове всплыли слова Полюшки: "...Она еще слишком слаба, чтобы самой вбирать энергию из окружающего мира...". - Так значит это ты? - он обратил хмурый взгляд алых глаз на фею. - Ты сама собрала энергию... Вновь забрав у нее нужное количество магии, Редфокс отправился за дровами. Когда несколько охапок древесины были принесены в дом, он задумчиво плюхнулся на пол рядом с кроватью, оглядывая едва заметно побледневшую Леви. - Неужели выхода и впрямь нет? - пальцы зарылись в черных волосах, а глаза закрылись. Гажил пытался отыскать ответы, придумать хоть что-то, но не мог, от чего становилось только паршивее. Решение упрямо не хотело находиться, прячась в недрах неизвестности. Ему оставалось только ждать и пытаться. Глядя в потолок, он ждал. Тягучие минуты текли мучительно медленно, складываясь в часы бездействия. "Ну уж нет, лучше спать" - буркнул про себя Редфокс, и, устроив Леви поудобнее рядом с собой на кровати, медленно, но верно уснул. В подобных муках проходили дни. Он выходил из дома лишь за тем, чтобы нарубить дров, спал, дежуря у ее кровати, ничего не ел, питаясь лишь энергией, забираемой у Леви, что жгла ее изнутри. Девушка на глазах бледнела и сохла, не перенося таких перегрузок, жар все чаще терзал бедную фею, казалось бред и кошмары не оставляли ее теперь ни на секунду. Морально измотанному Редфоксу только и оставалось, что спать, чтобы не выцарапать себе сердце, что разливало боль по телу. Боль, которую нельзя было излечить. Боль от понимания того, что он ее теряет. Кошмары все чаще приходили к нему. Редко когда он мог передохнуть и спокойно пролежать в забытии, не терзаемый жуткими видениями. Металликана поудобнее устроился на лужайке перед домом и кивнул мальцу: - Сегодня ты будешь спать со мной здесь. - На голой земле? - возмутился Гажил.- У меня только недавно спал жар от твоих тренировок, а ты хочешь, чтобы я вконец помер от лихлорадки? - он недовольно топнул ножкой. - Считай это лечением, - процедил дракон, явно начинающий выходить из себя, и второй раз кивнул, приказывая мелкому лечь ему на бок. Нехотя, Редфокс улегся на траве, положив голову на драконью лапу, покрытую металлическими чешуями, и прикрыл глаза. Сон шел медленно, потому что ребенка постоянно отвлекало ощущение, будто он сейчас лежит не на спине, облокотившись о жесткую конечность огромного ящера, а на животе. Казалось, будто у него четыре лапы, которые он очень хорошо чувствовал, как и сложенные за спиной крылья и вычерчивающий затейливые круги в воздухе хвост, слышал скрип чешуй, когда от вздымающихся при дыхании боков терлись друг о друга, чувствовал их вибрацию... Картинка постепенно таяла перед глазами. - Вспомни, вспомни же...- все тише и тише гудел знакомый голос...