Слепой дракон

Гажила не отпускали мысли о странном сне. Все чаще воспоминания из детства заполняли голову, хаотичным роем из металлических осколков полосуя душу. Те кошмарные дни, что он проводил в бреду, в изнуряющих тренировках, лишь изредка разбавлялись спокойными вечерами, когда он с отцом сидел у костра и слушал его увлекательные рассказы. Металликана тоже умел быть добрым. Сталь не всегда ледяная и смертоносная: если знать, каким пламенем ее обогреть - она станет теплой и податливой. И этим пламенем был Гажил. Дракон горячо любил свое дитя, несмотря на то, что зачастую был груб. - Зачем ты заставляешь меня это делать? - надрывно выдавил мальчик, держащий на плечах увесистый камень. - Чтобы стать сталью, железо должно закалиться и стать сильнее, - обыденным суровым тоном отвечал дракон. Камень оказался сброшен с хрупких и еще совсем детских плеч, с глухим грохотом приземлившись на траву. - Я не хочу ничем становиться! Я не выдержу, - тон немного притих под испепеляющим взглядом ящера. - Лучше убей меня. Убей прямо сейчас, - решительность на лице ребенка заставила что-то в сердце дракона дернуться. Он вздохнул: - Кому нужна твоя смерть, дурак? Я тренирую тебя для того, чтобы ты стал сильным и смог жить, - Редфокс впал в ступор от внезапно смягчившегося голоса отца. Металликана медленно лег, поудобнее устроившись на земле, и кивнул застывшему ребенку: - Чего стоишь? Принеси пару поленьев, - вконец раздобревший дракон стал выжидательно смотреть на то, как мальчишка радостно метнулся к дому, возле которого лежала кучка древесины. Мелькая черной шевелюрой, малыш натаскал к драконьим лапам добротную кучку поленьев, и, получив удовлетворенный взгляд хитрых глаз, плюхнулся на траву рядом с отцом, в готовности вытягивая ручки с крессалом. - А слабо обойтись без этих жалких камешков? - Металликана вызывающе сощурился, и, уловив замешательство на лице ребенка, пояснил: - Высеки искру сам, - огромные стальные когти щелкнули, взметнув целый фейерверк ярких огоньков. - Вот так, -довольный собой, дракон обратил взгляд на Гажила. Прикрыв глаза в напряженной концентрации, мальчик-таки покрыл свою ладонь стальными чешуйками. Вперив помутнившийся взгляд в собственные пальцы, он щелкнул ими, но искры не получил. Тщетные попытки мальца раз за разом все сильнее омрачняли дракона, пока волшебство измотанного ребенка не развеялось окончательно. Мальчик зажмурился, ожидая получить обыденную оплеуху и длинную грубую нотацию о том, что он безнадежный слабак и никогда не станет истинным Убийцей Драконов. Но вместо этого он услышал знакомый громоподобный щелчок и треск уже занявшегося, согревающего замерзшие руки, пламени. Изумленно распахнув глаза он узрел отца, как ни в чем не бывало растянувшегося около костра и беззаботно положившего голову на когтистую лапу. Облокотившись о теплый бок Металликаны, он уставше задремал, вновь ощущая фантомный хвост и лапы. На душе вдруг взметнулся целый водопад заставляющих дрожать чувств, что бешеным необузданным потоком обрушились на хрупкое детское сознание. Мальчик испуганно подскочил, пытаясь избавиться от страшного сна, так быстро нагрянувшего. "Чего вскакиваешь, как ошпаренный, мелочь?" - недовольный голос Металликаны прогудел в голове. - Как ты...- ребенок ошарашенно и испуганно смотрел на дремлющего дракона. "Расслабься, так мне будет легче" Мальчик ничего не понимал, но все же послушно опустился на прежнее место. "Твое тело пока еще слишком слабо, и не может принять магию драконоборцев, поэтому, когда в твоем теле находится слишком много моей волшебной силы - у тебя появляется жар. Тело борется с чуждой магической энергией. Я иногда буду сливаться с тобой, чтобы снизить это сопротивление и приноровить твое тело к силе. И, со временем, оно само начнет вырабатывать такую же магию, как у меня". - Сливаться? "Да, переплетать наши магические потоки в одно целое" - Так поэтому я чувствую, будто у меня есть хвост? "Да, ты ощущаешь то, что чувствую я, и наоборот" - А что чувствуешь сейчас ты? - пытливо покосился на дракона Гажил. На этот раз дракон изрёк вслух: - Чувствую себя жалкой беспомощной букашкой, трусливо спрятавшейся под листом, - лишь презрительно фыркнул, заставив малыша поникше скрутиться калачиком. Смиловавшись, дракон сказал уже более мягко, с какой-то отеческой любовью: "Я чувствую то, что почувствовал впервые, как увидел тебя: твою несломимую волю и силу духа. Они так же крепки, как моя сталь, поэтому-то я и выбрал тебя, Гажил" Дракон впервые назвал его по имени. Не "мелким", не "букашкой" и даже не "слабаком", а по имени! Редфокс благодарно обнял когтистый палец дракона и мирно засопел, пригревшись, чем вызвал у Металликаны недоуменную, но счастливую усмешку, впервые в жизни появившуюся в грозном оскале. "Вспомни... Вспомни же, Гажил..." - Спасибо...- во сне прошептал в тишину Редфокс, и, сонливо сощурившись, открыл глаза. Взгляд, брошенный на, с каждым днем все сильнее увядающую, Леви заставил орду болезненно-колких мурашек пробежать по телу Редфокса, ядовитыми иголками входя глубоко под кожу. Насилу отвернувшись, он вышел из теплой комнатки на прохладный свежий воздух, что окончательно прогнал сон из мутного сознания. Обреченно глядя в небо, он спозл по стене на землю. - Что же ты хочешь сказать мне, отец? - озадаченный взгляд обратился на лужайку, где некогда перед костром лежали дракон и мальчик. Услышав грохот в доме, Гажил подскочил. Влетев внутрь, он увидел, что в бреду Леви упала с кровати. - Ну что же тебя так жарит? - он в бессильной злобе сжал зубы до скрипа, любовно укладывая девушку обратно. - Что же твое тело не справляется само с собой и своей магией? - Гажил застыл на полуслове, будто оглушенный. - Тело не справляется... Жар... Энергия..- бессвязно бормотал Стальной, уставившись в пол. "Это может сработать..." Схватив усохшую и бледную, будто высушенный лепесток розы, ручку Леви, Редфокс закрыл глаза, пытаясь достигнуть нужной концентрации. "Почувствовать то же, что и она... Слиться... Сплести потоки воедино..." - Легче сказать, чем сделать, - беззлобно прошипел Гажил, хватаясь за свою идею, как за спасательную нить. "Черт, да как же он это делал?" Он раздраженно чертыхнулся и, обойдя постель, улегся рядом с Леви. Сделав пару размеренных вдохов, он вновь прикрыл глаза, сплетя свои пальцы с ее, усохшими и теперь больше походящими на сухие ветки. Гажил почувствовал незнакомое ощущение полета, будто он слегка приподнялся над простынями и теперь парил, лежа в воздухе. Все сильнее погружаясь в это ощущение, он дернулся, и чуть не свалился с кровати, когда кошмар острой иголкой кольнул в голову. Тихо выругавшись и успокоившись, он вновь стал погружаться в неизвестное чувство. И вновь уже знакомая боль пронзила голову. Редфокс натужно сощурился и продолжил следовать за незнакомым ощущением. Боль все росла и теперь буквально разрывала на части все тело. "Если для твоего спасения нужно выдержать это - я готов". Не зная, что он творит и в правильном ли направлении двигается, Гажил продолжал терпеть адские мучения и жар, будто его положили в горн и засыпали раскаленными углями, выгибаясь дугой и надрывно хрипя, но не разрывая связи. Когда муки достигли своего апогея - он безвольно провалился в черную мглу... *** Тьма, беспросветная тьма, жар, который уже приелся, боль, которая больше не ощущается, будто все нервы перегорели от передозы перекачиваемых по ним мучений. "Такова, значит, смерть? Это и есть загробный мир? Или я попала в ад? Впрочем, уже не важно, мне отсюда не выбраться..." "Если для твоего спасения нужно выдержать это - я готов". Голос, такой знакомый голос... Гажил... Даже прекраснее, чем в ее воспоминаниях. Теперь она может любоваться им только перелистывая страницы собственной памяти. Незнакомая тревога, заливающая вены и вытесняющая боль, отвлекающее незнакомое чувство заботы, желание защитить... Откуда они взялись? Впрочем, и это уже не важно... Ей отсюда не выбраться... Теплые чувства исчезли так же внезапно, как и появились, оставив ее вновь гореть... *** - Леви? - первое, что вскрикнул только что проснувшийся Гажил. За окном светало. "Я вырубился?" Дракон стал вспоминать, что было прошлой ночью. Жуткая боль, жар и тьма - это все, что вихрем взнялось в душе Гажила. Кинув беглый взгляд на девушку, все такую же бледную и истощенную, он потерял всякую надежду, начиная подумывать, что все ему просто приснилось. Очередной кошмар, коих было много. Но все сомнения быстро развеялись, когда взор алых глаз остановился на руке МакГарден. В отличии от всего тела она была пухленькой, розовой и дышащей жизнью. Он в надежде принюхался и почуял такой знакомый запах. Запах, что преследовал его повсюду. Запах его волшебной силы. Еле ощутимый, почти неслышимый, и, возможно, Редфокс бы его даже не заметил при других обстоятельствах, но теперь... Теперь у Леви появился шанс выжить. А у него появился шанс не быть приговоренным медленно чахнуть от горя потери. "Ты чувствуешь то, что чувствую я, и наоборот..." Вновь зажав ручку девушки в своей сухой ладони, Стальной прикрыл глаза. И вновь знакомая мука пронзила все тело. "Победи ее... Ради Леви... "- сам себе, мысленно приказал Редфокс, повторяя раз за разом, будто спасительную мантру. Терзаемый жаром и болью, будто его резали тысячами раскаленных добела ножей, он попытался отгородиться от ощущений и внести в свою душу умиротворение, вытесняя муки на задворки сознания. Медленно, но верно, боль отступала и Гажил смог вздохнуть спокойно, надеясь на то, что и ей стало немного проще. Он представлял, как он обнимет свою прекрасную здоровую фею, и мирно сопел, пытаясь создать для нее идеальный маленький мирок, в котором Леви смогла бы укрыться от того ужаса, что терзал ее все это долгое время... *** Тьма, все та же тьма, которая не менялась со временем... Хотя, понятие времени сейчас было неуместно... Оно испарилось, оставив Леви в небытии навсегда... Вновь знакомое тепло и хриплый бархатистый голос: "Победи ее... Ради Леви..." - Гажил? Боль стала незаметно исчезать, и вовсе пропав через некоторое время. Все тело обьяла приятная теплая истома и чьи-то заботливые и до боли знакомые руки легли на ее плечи. Мгла вокруг стала рассеиваться, раскрашиваясь самыми яркими и сочными красками, какие ошарашенная девушка только видела., рисуя вокруг заснеженные горы с белыми пушистыми шапками, мохнатые ели на их склонах, также припорошенные белым пухом и убогий домик, показавшийся маленькой Леви спасительным островком счастья. Вбежав внутрь, она застала там серые и обшарпанные, но уютные стены, ласково потрескивающую в углу печку и кровать, на которой мирно спал... - Гажил... Фея несмело подошла к кровати. На широком лбу дракона выступили крупные капли пота, глаза напряженно закрыты, брови были хмуро сдвинуты, на лице застыла маска мучения. Он весь горел, терзаемый бредом, от чего руки девушки задрожали. В панике оглядевшись по сторонам она не нашла ничего, что могло бы ему помочь, и не придумала ничего лучше, чем лечь рядом с ним, робко обхватив ручками и ласково шептать ему слова утешения, будто маленькому ребенку. Гажила перестала бить дрожь, хмуринка между бровей разгладилась... Леви, наконец обретя такое желанное спокойствие, счастливо уснула в обьятиях дракона.