Меч, магия, монстры.

      Солнце медленно вставало из-за горизонта, золотя верхушки хвойного леса, добавляя и без того величественной картине совсем уж волшебные нотки. - Михей, чего застыл? – вывел меня из глубин подсознания звонкий голос, раздавшийся за спиной. – Аль опять в облаках витаешь? - А тебе бы, Настька, все людей порядочных отвлекать! – как умел, парировал я, не оборачиваясь. - Это ты что ль порядочный? – звонко засмеялась Настька, дочка охотника. - А ежели и так? – всё-таки обернулся я и, уперев руки в бока, навис над маленькой, лет семи, девочкой.       Вместо ответа Настька показала мне язык и с гиканьем умчалась прочь, крича что-то вроде «не догонишь, дылда, не догонишь!». Что-то внутри меня рванулось было следом, но я одернул себя. Не время для ребячества!       С тихим вздохом я поплелся в лес. Сегодня надо набрать побольше грибов да ягод, скоро праздники, а значит, эти продукты будут пользоваться таким же спросом, как мясо да рыба.       «Еще бы, даже сейчас от засахаренной клюквы никто не отказался бы, да только где ж взять-то её! В последнее время все одна противная Раневка, да Плющевиха» - думал я, бредя в сторону леса. За спиной болтался плетёный туес для грибов, а на пояске, сделанном из каната, небольшие берестяные контейнеры для ягод. Со стороны я смотрелся, конечно, более чем убого, но за один заход я притаскивал столько всего, что люди только диву давались, как десятилетний мальчонка утащить все это на себе могЁт? Но для себя я тут ничего удивительного не замечал. Для десяти лет я был довольно высоким (ну, насколько я мог судить по своим сверстникам) и куда более сильным физически, нежели мои одногодки. Ну тут то все понятно - я, в отличии от них, с шести лет на хозяйстве, в одни руки шуршу. Все дело в том, что родителей у меня нет… ну вернее, они есть… где-то… наверно… в общем, я их не знаю. Нашли меня на пороге местной харчевни девять зим назад. Вот с тех пор и живу в этой богом забытой деревеньке.       До шести лет я жил в семье хозяина таверны. Детей они с женой на то время еще не народили, вот и приютили меня. Кормили хорошо, даже пытались проявлять какую-никакую заботу, а взамен я помогал, чем мог, благо руки, как оказалось, растут из нужного места, да и голова, как говорили все, у меня «светлая», все на лету схватываю. Так и жил, а потом у корчмаря жинка разродилась, да не просто разродилась, а двойню принесла, что редкость несусветная, что милостью богов считается. Ну, тут им уж не до меня стало, и решили они отдать мне в пользование хату на окраине. Сам домишко старенький, маленький, но крепкий да ладный, а большего мне и не надо было.       Лет до восьми меня всей деревней подкармливали: кто хлеба принесет, кто молока. Так и жил-поживал, а потом мне стыдно стало так вот на шее у деревни сидеть, ну и начал я потихоньку в лес по ягоды ходить, а то и по грибы. Через год я уже все окрестные леса как свои пять пальцев знал, все полянки да делянки на зубок запомнил, знай только собирай да в деревню таскай, а там любому разнообразию рады.       Так годы и летели, все в заботах да работе. Дом он ведь ухода требует, так что времени у меня свободного особо и не было. Вот и сейчас, закончив все домашние дела, я отправился в лес.       Уже подходя к опушке, я увидел нашего охотника, возвращающегося с добычей. За спиной у него болталась целая связка из заячьих тушек, а в руках он нес предмет грез всех деревенских мальчишек – настоящий, пусть и охотничий, лук. - Эгей, дядько, удачная охота! – крикнул я. – Чувствую, на празднике будет много дичи. - О, Михась, – обрадовался мне охотник. – Как видишь, удачно сходил, надо будет завтра еще силки проверить да капканы поставить, глядишь, и покрупнее чего словлю. А ты чего, опять по грибы? День назад ходил же! - Ну так, праздник! – развел руками я. – А праздник требует изобилия, вот и ношусь туда-сюда, будто в гузно ужаленный! - Да, праздник это хорошо, – мечтательно закатил глаза он. – Целый год его ждал.       Ага, праздник он ждал! Это настойку он яблочную ждал, что с прошлого года в подвале трактира стоит, как говорил отец мой, приемный, «Вызреваа-ае-е-ет, а как вызреет, так слаще яблок печёных будет, помяните мое слово!». Естественно, что вслух я говорить этого не стал, обидется еще и скидку на дичь отменит, а оно мне надо? - Ну ладно, дядько, пора мне, – не стал затягивать разговор я, – петухи уже, боги знают, когда прокричали, а я еще ничего и не сделал - торопиться надо. - И то верно, Михась, – кивнул охотник, но вдруг, резко посерьезнев лицом, молвил. – Ты в лес далече не ходи, Михась. Следы я видел. Вроде, глянь, человеческие... Да только кто ж по лесу босой ходить? - Да мало ли, забрел пьянчуга какой, с Раскеевки, да в лесу заплутал. Тоже мне странное дело! – отмахнулся я. - А ты, Михась, от совета доброго не отмахивайся, – погрозил мне пальцем охотник. – Я по пустяку не беспокоюсь!       Вот тут уже я призадумался. А ведь и правда, ни разу охотник наш просто так бучу не поднимал, все по делу, все толково. Пару раз стаю волков от деревни отваживал, бывало, мужиков на медведя поднимал, что на пасеку вздумывал напасть, а по пустякам ни разу не тревожил. - Следы те не людские, – уверенно сказал охотник. – Меня дед в свое время четко это понимать научил. По запаху, по глубине следа, по походке, да много по каким признакам судить можно... Так вот, я точно говорю - не человек это. Запах трупный какой-то, да следы такие будто прыжками оно двигалось, да такими, что диву дашься! Так что это точно не человек. Никак не может быть... Сейчас к старосте пойду, пусть деньги по хатам собирает, да заказ ведьмакам шлет. Они наученные разбираться со всяким…       Я молча слушал охотника и думал. Это ж что получается, у нас в лесу нечисть завелась? Вот страсть-то какая! И когда этот ведьмак придет? Через седьмицу? Через две? А ежели тварь на деревню набегать удумает? А ежели убьет кого? Боги, что же делать?!       Видимо прочитав что-то у меня на лице, охотник попытался подбодрить: - Да ты, Михась, не переживай так! Что бы там ни было, днем оно не высунется, а вот ночью… Хату запирай теперь накрепко, а лучше вообще все окна заколоти да дверь на ночь завали чем-нибудь потяжелее.       Я лишь кивнул. В лес идти вдруг резко расхотелось. Усилием воли загнав страхи подальше, я поблагодарил охотника и побрел в лес, прислушиваясь к каждому шороху. Как ни странно, в лесу все было как обычно, ну, это наверно потому, что я довольно близко к деревне, а охотник все больше уходит за дальние овраги, а там уже глухомань редкая, зато дичи навалом. За дальними оврагами и у меня есть пара мест, богатых ягодами, но хожу я туда редко, обычно мне и так хватает добычи… однако сегодня явно не тот случай.       На всех близких полянах ягод не было ВООБЩЕ, будто корова языком слизала. Более-менее порадовал сбор грибов, но тут тоже вышло не густо - всего-то треть заплечного туеса. Подумав некоторое время, я решил, что возвращаться в деревню с таким «уловом» по крайней мере стыдно, и, решившись, направился на свои «дальние» поляны, в надежде по-быстрому набрать всякого и бегом обратно, в деревню.       Поначалу все шло своим чередом. Я дошел до первой делянки и принялся рыскать в поисках добычи. К моему несказанному счастью, я набил один из четырех туесков для ягод и нашел еще немного грибов. На второй полянке все повторилось, а вот на третьей… на третьей меня понесло! Складывалось такое чувство, будто все те ягоды, что отсутствовали на «ближних» делянках, неведомым образом перебрались сюда. В общем, в себя я пришел уже когда, сгибаясь под тяжестью своего груза, почти полз еще к одному кустику сладицы (местный аналог малины - прим. автора). Думаю, я так и полз бы, если б не ужасный смрад, от которого у меня аж глаза заслезились. - Вот холера! – ругнулся я, зажимая нос. – Что за вонь?       В решениях, идти ли проверять источник, я провел минут пять. С одной стороны меня подгоняло любопытство, а с другой удерживало осознание того факта, что пахнет тухлятиной, а в лесу тухлятины обычно не бывает - все подчищают волки. В итоге победило любопытство, которое убедило меня в том, что оно же еще и благоразумие. Я нашел глубокую (дна не видно) яму-пещеру, почти отвесно уходящую вниз. Именно из нее и доносился тошнотворный запах, а вокруг входа лежали какие-то клочки гнилого мяса и куски шкур. К ужасу своему, в траве я обнаружил полуобглоданную человеческую руку. Казалось, вместо мурашек у меня по спине пробежал целый полк тяжелой кавалерии. Пришел в себя я, уже отмотав половину пути до деревни, и, судя по тому, что пот по мне уже не просто катился, а струился нескончаемым потоком - преодолел я это расстояние за кратчайшие сроки.       Усилием воли я убедил себя в том, что за мной никто не гонится, и перешел на быстрый шаг. На ходу проверил, на месте ли мои новоприобретённые запасы. Оказалось, на месте, разве что немного ягод просыпал, но это не страшно, главное - голова на месте, а то без неё было бы трудно, я ведь в туда ем.       Когда из-за деревьев показались смутные очертания домов, я думал, что от счастья без чувств упаду, но взяв себя в руки, поднажал и направил свои стопы прямиком к дому старосты.       Уже на подходе я увидел возбужденно гудящую толпу жителей. - Тихо! – прикрикнул на толпу староста - седой как лунь, но еще крепкий дед. – Ишь, разшумелись, окаянные, аж голова разболелась! - Ты давай не томи, зачем позвал? – выкрикнул из толпы Гришка - хозяин половины ульев на пасеке, что, как вы понимаете, давало ему определенную власть. – А то взбаламутили народ, а чего случилось - молчок! - Ну, коль знать так желаешь, то слушай, – кивнул староста седой головой, – и вы все слушайте! В лесу завелась нечисть!       Народ зашумел, народ заволновался. Слышались выкрики: «Не может быть!», «Это какая-то шутка?», «Откуда могла взяться эта напасть?», «Холера и проказа!», ну, и все в таком духе. - Насколько это точно? – спросил все тот же Гришка. – Есть доказательства? - Мое слово, – это уже вступил охотник.       Все замолкли. Да, Слово – это серьезно.

***

Примечание. Стоит сказать, что «слово» – это не просто слово (простите за тавтологию), а своеобразная клятва, которая ценится очень сильно (правда, не у всех, а у людей определённого вероисповедания, в частности у людей в нашей деревне) так что Слово можно смело писать с большой буквы. - И что же делать? – истерично взвизгнула какая-то баба из толпы. - Собирать деньги, писать контракт и посылать в город, за ведьмаком, – немедленно ответил охотник. - А может, не надо – раздался чей то голос. - А ведь и вправду, – поддержали его из толпы. – Ну их, мутантов проклятых! Неужто ты сам не подстрелишь тварюку? - И как вы себе это представляете? – тут же взбеленился охотник. – Тут нужны зачарованные серебряные стрелы, хороший лук, пара десятков людей на подхвате… да много чего нужно! А ведьмак – универсальное средство. Тут тебе и оружие зачарованное, и мини-отряд, и зелий уйма… да и дешевле выйдет!       Толпа разочаровано загудела. Никто не хотел отдавать свои кровные мутантам. Но я уже понимал - отдадут. Как миленькие отдадут. Я не разбираюсь во всякого рода нечисти, так что точно назвать вид не могу, но я видел человеческую руку, а это значит, что тварь и человечиной подкрепиться не против, что подтверждает один немаловажный факт – оно опасно! Продолжение следует…