Accustomed to die.

Здравствуйте, меня зовут Кристиан и я умираю в пятидесятый раз. История моей жизни длинна, запутана и, если честно, мало похожа на правду, но, если найдутся слушатели, я с радостью ее поведаю. Одна лишь просьба, друзья мои - отнеситесь к вечно юному старику так же, как отнеслись бы к себе, ведь все мы люди, и никто не без греха. Да... Помню одну жизнь, когда я был женщиной, ух... Но все по порядку. Логичнее всего, как мне кажется, начать с того, как я родился и умер в первый раз. Его я плохо помню, да и вообще, "мой первый, не судите строго", но, что было, то было, а было много чего, и, черт, я снова отвлекаюсь. Так вот, на дворе, впрочем, как и всегда, шел снег и 1980 год, засыпая сугробами и новостями мой родной город Эрствилль (округ Мемфиса, Теннеси, США). В тот год много чего случилось - прошла олимпиада в Москве, умерли Высоцкий и Леннон, родился я... Слушайте, это мой рассказ, могу я хотя бы здесь вознестись до уровня Владимира, Джона и Олимпийского Мишки?! Я родился двадцать четвертого декабря, поэтому вместо дня рождения я праздновал Рождество. Так было даже лучше для моей матери, воспитывавшей двух сыновей в одиночку - не нужно было устраивать дополнительный праздник, покупать лишний подарок и тратиться на прочую бесполезную псевдорадостную мишуру. Да, мишуру. Абсолютно не нужную мишуру. Черт возьми, как я завидовал детям, чьи Дни Рождения праздновались! "...-Дорогой, смотри, какой чудесный у нас мальчик! -И как же ты хочешь его назвать? -Кристиан Уиллис-младший. -Эдит, ты лучшая жена на свете!..." С уходом отца приставку "-младший" из моего имени убрали, но неприятный осадок на сердце остался. Ну конечно, кому понравится, если твой "любящий родитель" сбежит в Канаду с вашей соседкой и оставит твою беременную мать с трехлетним ребенком на шее? Разве что какому-нибудь очень изощренному мазохисту. Но, так или иначе, отец ушел, а маме пришлось вкалывать по две смены в больнице, чтобы прокормить меня, себя и Доминика - моего младшего брата.Теперь, позвольте же мне сказать пару слов о школе. Мы жили в небольшом городке - у нас было всего лишь две школы, три больницы, дом престарелых и два небольших торговых центра. Ну, и такое, всякое, маленькое. Условно город делился на восточную "американскую" (развивающуюся) и западную "немецкую" (отстающую) часть. Наша семья жила в западной, поэтому почти все мои школьные знакомые имели немецкие корни (на самом деле, мой отец тоже был немцем, но это совсем большой секрет и я никому об этом не рассказываю). В школе я учился... Ну, как вам сказать... Не то, что бы плохо, но я часто отвлекался. Слишком часто, чтобы это не сказалось на моей успеваемости. А знаете, на что я зачастую отвлекался? На Елену Гровен... О, это была любовь с первого взгляда! Худощавая зеленоглазая блондинка, с длинными пушистыми ресницами и милыми веснушками... Ее образ не давал мне покоя с шестого класса... "-...нашего города уходит корнями в далекое прошлое. В 1820 году его основали немцы, бежавшие от революционных репрессий в недавно колонизированные... - какая же она красивая. От ее улыбки у меня мурашки по коже. Остренький аккуратный носик, точеные светлые губки... -...памятник, посвященный основателю города Джереми Оверстоуну... - она прелестна в любых позах. Когда сидит, забросив ногу на ногу, когда наклоняет голову немного набок, прислушиваясь к чему-то, когда задумчиво накручивает локон на палец... -...и в этом был его подвиг... - как же я хотел бы быть ее крестиком на груди... Мм... Представляю, какой там обзор... -...опрос по лекции. Уиллис, какое событие предшествовало основанию Эрствилля? -Елена Гровен в душе... -Неверно, мистер Уиллис, но это событие предшествует вашему визиту к директору. Прошу вас немедленно покинуть класс и..." Вот так Елена Прекрасная узнала о моих чувствах, а вместе с ней и вся школа. Но больше всего я сожалею, что об этом узнал Алан Штольц - ее тогдашний парень, местный хулиган, а по совместительству - сынок владельца торгового центра западной части города. Неудивительно, что все его издевательства над плинтусом школьной иерархической пирамиды сходили ему с рук. Хотел бы я, друзья, с гордостью заявить, что не входил в число этих неудачников, но я почти уверен, что где-то сохранилась надпись "Кристиан Уиллис - король унитазов" и мне трудно будет вам ее объяснить без жестокой правды. Я до сих пор помню самодовольное ехидное выражение на лице у Алана в те моменты, когда ему надоедало топить меня в туалете и я мог насладиться созерцанием своей жалкой, красной, опухшей физиономии в грязном зеркале. А Штольц стоял в окружении своих безвольных прихвостней, взмахивал светло-русой шевелюрой, бросал что-то вроде "Еще увидимся, лузер" и шел за очередной жертвой. Обычно ей оказывался мой лучший друг Фридрих Лейс - тихий рыжий паренек, весь в веснушках, с выдающимся (во всех областях) носом и, вдобавок ко всему, в очках с толстенными стеклами. Сколько мы вместе с ним выдумали хитроумных способов креативно оторвать голову Штольцу и остаться безнаказанными... Да ладно вам, друзья мои, а сколько из вас не представляли, как засовываете обидчику в ноздри зажженные петарды и привязываете его ноги к баллистическим ракетам? Сомневаюсь, что руку подняла большая половина. Но, как ни странно, мою школьную жизнь омрачало еще одно обстоятельство, помимо хулиганов - Доминик. Да, мой мерзкий младший братец вечно путался у меня под ногами. Как-то получилось, что мы были совсем не похожи друг на друга. Я - рыжеватый шатен, среднего роста, с не то серыми, не то карими глазами, с аккуратным римским профилем, крепкого телосложения - в общем, симпатичный, но ничем не выделяющийся. Доминик же - высокий тощий кареглазый блондин, с пухлыми губами, носом с легкой горбинкой и ямочками на щеках. Черт возьми, я даже высокому росту не столько завидовал, сколько этим ямочкам! Но наши различия не заканчивались на внешности - характерами мы тоже совершенно отличались. Моя самооценка меняется со скоростью света умноженную на скорость звука, я тяжело схожусь с незнакомыми людьми и у меня странное чувство юмора. Доминик же, напротив - душа компании, пестрит глупыми шутками и ни намека на нашу фирменную уиллисовскую стеснительность! Зато он никогда не умел рассказывать истории. Да. В этом я молодец. Но, вернемся к повествованию о моей школьной жизни. Как я уже сказал, Доминик был еще той занозой, а именно - он всегда знал, чего хочу я и всегда старался добиться этого первым. Первым пробился на региональный этап олимпиады по истории, первый вступил в писательский клуб, даже первым надрал задницу Штольцу! Но, все бы ничего, если бы не один случай, после которого моя ненависть к нему стала поистине безграничной... "-...обнимаю за талию, и ей, короче, говорю: "Детка, как насчет уединиться где-нибудь?" -У твоей правой руки нет талии, Доминик! -О, дорогой братец, уж лучше это была рука, потому что Гровен в постели - бревно бревном. Ах, ну да, у тебя же на нее планы были, не обессудь, так получилось..." Впоследствии мне пришлось писать объяснительную "зачем я, во время учебно-воспитательного процесса, сломал нос ученику девятого класса Доминику Уиллису". Ну и пусть, а я считаю, что был прав, и в следующий раз поступил точно так же. Тем более сломанный нос хорошо разбавил его чересчур слащавое личико. Но, вы же меня понимаете? Любимая девушка, как никак. Время шло. Я поступил в колледж. Поскольку мне некуда было идти, я решил стать бухгалтером. Поступив на заочное отделение, я имел возможность подрабатывать консультантом в местном торговом центре. Знаете, кто такой продавец-консультант? Это человек, который пристает к тем, кто не хочет ничего покупать с вопросом: "Вы что-то хотели?", тем самым ставя их в неловкое положение и заставляя уйти. И все меня в моей должности устраивало, если бы не тот прискорбный факт, что супермаркет назывался "Штольц и сыновья". Вроде я уже упоминал, что отец Алана владел торговым центром в нашей части города, и меня угораздило устроиться на работу именно в этом магазине, что автоматически выносило мне смертный приговор в виде почти ежедневного наслаждения хамской рожей Штольца-младшего. "-...её на свое место, а потом протрешь здесь полы. -Хорошо, мистер Алан. -И поживее! -Да, мистер Алан. -Лентяй, бездарность, тряпка! -Разумеется, мистер Алан, - изверг понимает, что от меня ничего не добьется и уходит. А я отношу консервную банку на свое место, иду за шваброй, мою..." Кое-как закончив колледж, я устроился работать бухгалтером в небольшую страховую компанию. Работа была несложной, но требовала апатичной усидчивости и внимания к деталям. Компания была действительно небольшая: кроме меня здесь трудились еще четверо или пятеро бедняг, не считая моей начальницы - Елизаветы Шварц, дочери какого-то депутата, которой, судя по отчетам, которые я для нее готовил, эта фирма нужна была только для прикрытия доходов от левого бизнеса (я так и не понял, что это было - наркотики или оружие). "-...ан, ну Кристиан, ну долго мне еще придется тебя звать? - первым, что я увидел, было не очень скромное декольте Элизы, которая, судя по всему, наклонилась меня будить. -Извините, задумался. Что вы хотели? - надо лечить бессонницу, уже ни в какие ворота. -Во первых, перестань называть меня на "Вы", я чувствую себя сорокалетней... - четвертый размер исчез из моего поля зрения, и я мог снова думать и не краснеть, -...а во вторых, ты свободен сегодня вечером? Я хотела к тебе на дом завезти пару документов которые надо переоформить... - я не знаю, что со мной, но меня абсолютно не заводили приставания пышногрудой симпатичной рыженькой девушки. Наверное я импотент, хотя черт его знает, я же девственник. -Извините, но я занят, - соврал я. -Блииин, а я так хотела посмотреть как ты живешь... - надула губки Эльза, - И как же ее зовут? -Кого ее? -Твою девушку. Чем же еще можно заниматься вечером пятницы? - Шварц игриво подмигнула мне. -У меня нет девушки, - мне стало даже немного стыдно и я опустил глаза. -Ты гей?! Печалькааа... - шеф явно расстроилась и ушла. И мне оставалось лишь бросить вдогонку: -Но я не гей!..." Платили мне не очень много, но стабильно. Ни кризис, ни прочие события ни разу серьезно не потревожили меня, и мне, продолжавшему довольно неприхотливо жить с мамой, хватало. Я знаю, что вы сейчас думаете: "Э, брат, да ты лузер", и, честно вам могу сказать, так оно и было. Серьезно, взрослый мужик, живущий у своей матери, без перспектив, планов и даже амбиций, никогда не имевший девушки... Смотрится невероятно печально. Но, не торопитесь доставать платки - начинается самое интересное... Я до сих пор помню этот день. Тридцать первое ноября 2010. Шел легкий первый снег, и мой двадцать девятый год. Я возвращался домой с работы и обдумывал бесцельность и бессмысленность своей жизни. В принципе, неудивительно, что я размышлял в таком печальном русле - вот уже пять лет я, по пути с работы, обдумываю именно это. "Что же дальше? Что ждет меня?" - так я думал тогда. Я осознавал, что ничего особенного меня не ждет, кроме уставшей матери, приготовляющую все для еженедельного пятничного ужина, который устраивался только для того, чтобы Доминик мог привести к нам свою очередную девушку и похвастаться, "как же круто работать представительным вице-президентом иностранной компании. Крис, передай картошку...". Да... Мать всегда его больше любила, но я не удивлен. Кому нужна такая бесхарактерная и бесперспективная тряпка как я? До моего дома было пять кварталов, которые я проходил отчасти, чтобы сэкономить, отчасти, чтобы подольше остаться наедине - со своими мыслями, с музыкой в наушниках... Только в одиночестве я был самым лучшим, поэтому я любил его. В ежедневный ритуал также входило однодолларовое пожертвование Феликсу - сумасшедшему бездомному, который побирался в переулке, через который я проходил. Как всегда я протянул ему смятую купюру, он понюхал ее, свернул в трубочку и засунул за ухо. Судя по всему у него был сегодня удачный день - трубочек в его сальной шевелюре было около семи. Мне нравился Феликс - он был очень обаятельным сумасшедшим, и, по традиции, всегда после пожертвования он высказывал какое-то безумное и бессмысленное пожелание, вроде "Да пожелтеет твой яблочный самокат" или "Прославь же свой род рыбных палочек-балерин!", и знаете что - в какой-то период жизни эта смешная ерунда стала единственным ярким и светлым лучом в моей серой мрачной жизни. Сегодня же Феликс титуловал меня "Сантой-стриптизером" и предложил "открыть завод по производству железных голубей". Я улыбнулся и уже хотел продолжать идти, как вдруг он схватил меня за штанину и сказал: -Феликс полетит с тобой в Африку. -Но я не лечу в Африку, - я был, мягко говоря, поражен этой резкой вспышкой активности бездомного. -Феликс летит с тобой, - настойчиво повторил он. Помня, что сумасшедших лучше не нервировать, я решил, что лучшим вариантом будет сказать "Хорошо, идем" и продолжить дорогу. Феликс неторопливо шел за мной, периодически бормоча что-то невнятное себе под нос. Я не могу сказать сколько конкретно мы шли - может десять минут, может пятнадцать, а теперь, оборачиваясь назад, мне кажется, что мы так шли всю жизнь. Но, не буду философствовать, перейду к сути - рано или поздно мы подошли к светофору, с которым у меня тоже была связана своя маленькая традиция: время моего возвращения обычно (плюс-минус пять минут)совпадало с проездом местного автобуса, и, я знаю, что меня сейчас не многие поймут, но сколько же удовольствия мне доставляло дожидаться его и, прямо перед его подъездом к "зебре", переключать свет светофора и переходить дорогу, услаждая свой слух визгом автобусных тормозов и отборным матом шофера. За несколько лет уже почти все водители в нашем небольшом городе знали о моих извращенных "шуточках" и привыкли к ним. Я даже заслужил небольшую славу под именем "Светофорного Мудака" - чем не имя для супергероя? Итак, перед "зеброй" стояли Светофорный Мудак и сумасшедший бомж Феликс, и ничто не предвещало беды - я, как обычно, ожидал своей минуты славы, дабы подтвердить свой высокий титул, Феликс все так же бормотал всякую ересь себе под нос, вдалеке начинала виднеться крыша автобуса... Я нажал на кнопку и ступил на проезжую часть, а за мной и мой обаятельный сумасшедший, и, последнее, что я помню - это испуганное лицо незнакомого шофера и музыка. Прекрасная музыка, что лилась из наушников моего плеера...

***

Удар. Еще удар. Падение. Удар. Падение... Такими были последние секунды моей первой жизни. Потом была пустота. Но нет, не такая, какой ее обычно изображают - тишина в темном вакууме, нет, это больше походило на новый рисунок в Paint'е: белое поле и шум собственных мыслей. Да-да, я не ощущал собственного дыхания или сердцебиения - только жужжание роя нервных импульсов в моем мозгу. В конце-концов я приземлился на холодную твердую поверхность, на ощупь напоминавшую бы кафель, если бы я случайно не додумался посильнее вдавить в нее руку - поверхность поддалась, как пластилин. И вдруг я услышал голос позади себя. Подозрительно знакомый голос... -Ну-ну, не сломай ничего только. Тебе еще этим не раз придется пользоваться... - голос принадлежал Феликсу. Но не тому Феликсу, которого я знал: его обычно сальная и грязная борода исчезла, волосы из нечесаных патл непонятного цвета превратились в аккуратную светло-русую площадку, а одет он был в белый костюм с красной рубашкой и черным галстуком. И самым странным в этом было, что если раньше я мог дать ему шестьдесят и больше лет, то теперь я видел, что ему лишь за сорок. Мужественные черты его лица - квадратный подбородок с ямочкой, прямой нос, высокие скулы, сдвинутые брови - лишь немного отягощались морщинами, но выразительные карие глаза смотрели с ясностью юношеских. Феликс-Феликс, а мы и не догадывались, что без лохмотьев ты похож на полковника в штатском! -Ч-что... Что ты здесь делаешь? И вообще, что здесь делаю я? - это был максимум слов, который я смог тогда из себя выдавить. -Ты умер и попал в потусторонний мир, Кристиан. В переходный мир. И, пожалуйста, перестань так напряженно думать, производишь ужасный шум! -Т-ты... Ты Бог? - знаю, что звучит смешно, но именно так мне в тот момент и казалось. Он засмеялся. -Нет, Кристиан, я не Бог. Я... Как бы тебе объяснить... На Земле таких называют Проводниками. Я буду твоим Проводником между мирами. Я тогда совсем туго соображал, поэтому выпалил: -Ты приносишь постельное белье и чай? Феликс снова засмеялся. -Ну, можно и так сказать. Вставай, я тебе кое-что покажу, - он протянул мне руку. Я попытался встать, но ноги подкосились и я упал. -А, точно, ты же без тела, это тут не так работает. Чтобы встать нужно просто захотеть этого. Попробуй! Прикажи себе встать! Я попробовал, но, если честно, мне вообще тогда хотелось лечь, свернуться в клубок, зажмуриться и забыть обо всей мистике, происходящей вокруг, и Феликс, судя по всему, понял это, поэтому строго посмотрел на меня и сказал: -Вставай. Иначе я материализую на полу несколько змей, и посмотрим тогда, захочется ли тебе вставать. Я не шучу, Кристиан. Пришлось захотеть по настоящему, и - о чудо! - я смог подняться. Феликс одобрительно улыбнулся, затем вдруг его взгляд оцепенел, он щелкнул пальцами - и мир вокруг переменился. Белое пространство начало сантиметр за сантиметром меняться и приобретать краски, а через минуту я оказался на заброшенной автомобильной стоянке. Мысли мои зашумели с громкостью взлетающего самолета. "Как? Почему? Зачем?" - тучи вопросов жужжали голове. Наконец, закончив пытаться осознать происходящее, я обратил внимание на своего Проводника-или-как-его-там, который уже с минуту смотрел на меня с самодовольной улыбкой. -Ну, как? Налюбовался? Скоро и сам так сможешь. Идем, я пока тебе все расскажу, - и мне оставалось только последовать за ним. -Итак, начнем с того, что ты знаешь... - Феликс вел меня вдоль стоянки. Сначала машины нам не попадались, но потом, сперва по одной, затем более существенными группами, ржавые "луноходы", гигантские полуразвалившиеся грузовики и даже древние спорткары, больше похожие на груду металлолома, аккуратно располагались на парковочных местах. -Во-первых, ты умер. Думаю, ты заметил, что тебя сбила машина, не так ли? -Да-да, спасибо, это как раз я понял, - удивление мое превратилось в раздражение. -Это уже радует, значит ты не все мозги при падении растерял, - после того, как он это сказал, я логично предположил, что у меня, скорее всего, после аварии, дырка в голове и начал лихорадочно ее ощупывать. Бывший бездомный снисходительно посмотрел на меня, хлопнул в ладоши и передо мной появился призрак отдаленно напоминавший меня и, судя по всему, действующий как зеркало. Через несколько секунд он стал четче и я смог осмотреть себя повнимательней. Мда уж, выглядел я, конечно, лучше, чем ожидал, но все равно не фонтан - выряжен в какую-то холщовую футболку с длинными рукавами (на манер тех, которые носят кришнаиты) и в белые укороченные брюки из той же ткани. -С детства предпочитал рубашки и костюмы подобной ерунде, - процедил сквозь зубы я. Лицо тоже было не в порядке: под глазами залегли глубокие тени, на скуле красовался багровый синяк, волосы напоминают взрыв на макаронной фабрике, руки и ноги в ссадинах - красавец, ничего не скажешь. -Ну что, насмотрелся уже? Я могу продолжать? - несмотря на внешнюю привлекательность, характер у Фели оказался не сахар. -Да-да, уже иду... - он продолжил идти, а я, следуя за ним, недовольно бурчал себе под нос, как я ненавижу всех и, особенно, гада, который изобрел уродливые длиннорукавые футболки и короткоштанинные брюки. -Для точности приведу данные из протокола, - в его руках вдруг возник блокнот, из которого он читал, -: ты "погиб на месте, от столкновения с автобусом", так же с тобой "был найден пожилой мужчина...", - вдруг Феликс остановился, бросил читать и его глаза наполнились почти всемирной ненавистью, - ПОЖИЛОЙ МУЖЧИНА?! - заорал он и блокнот воспламенился в его руках, а после исчез, - Пожилой, да?! Да мне всего сорок пять, сучки! - дальше последовала непристойная брань, которой позавидовал бы любой сапожник. Спустя несколько минут ругательств, Феликс немного утихомирился и продолжил: -Извини. На чем я остановился? -На том, как ты хочешь отрубить руки этим негодястам, которые составляли протокол, а потом повыкалывать им же глаза и совокупи... -Не-не-не-не-не, я не об этом, но, спасибо, я все же вспомнил. Так вот, ты умер и попал в Параллель - потусторонний, иной, "лучший" мир - называй как хочешь, но, в любом случае, тебе предстоит здесь провести еще довольно много времени. -В смысле, я здесь навсегда? Это рай, ад, чистилище? - я мысленно собирал все обрывки знаний о загробной жизни. -Если бы все было так просто... Понимаешь, в рай попадают те, кто творил добро, в ад - те, кто творил зло, чистилище больше похоже на название стиральной машинки, а сюда попадают те, кто не сделал ничего. Как ты, - несмотря на то, что это было правдой, почему-то мне показалось это оскорбительным. -И как ты, - решил я в ответ поддеть Феликса. -Обидеть меня решил? Дохлый номер, и не такие пытались, - я знаю, знаю, он просто пытался не показать виду! На самом деле он смертельно оскорблен! Да! Я гениальный остряк! - Я здесь немного с другой целью. -И с какой же? И, самое главное, что здесь делаю я?! -Ты учишься. А я учу. -И чему же? Пока ничего особо полезного я от тебя не услышал, кроме интересного способа "отрывать голову, а потом засовывать в обрубок шеи дохлого скунса с динамитом внутри". Тут Феликс уже не выдержал, схватил меня за воротник футболки и прорычал сквозь зубы: -Слушай, ты, гаденыш, я уже говорил Вышнему, что меня не стоит посылать к новичкам, но, так или иначе, мне придется еще долго с тобой возиться, так что давай ты не будешь действовать мне на нервы, хорошо?! - его лицо оказалось в десяти сантиметрах от моего, и я видел, как карие глаза Проводника чернеют от злости. -П-понял, - промямлил я и он отпустил меня. -Продолжим, - Феликс зашагал дальше. -Понимаешь, всем у нас заведует Вышний... -То есть Бог? -То есть Бог. Дальше, по иерархии, идут Ангелы. Ангелы - они крутые, у них есть крылья, а еще они могут управлять материей не только здесь, в Параллели, но и в реальном мире. Они существуют уже очень давно, Вышний создал их еще в самом начале. Дальше в пирамиде идут Посланники - они тоже Ангелы, но уже с ограниченными возможностями, демо-версия. Вышний использует их для того, чтобы рассказывать людям о своей воле, или передавать послания, но они уже не могут в реальном мире менять окружающую природу - только собственную. Потом следуем мы, Проводники. Мои способности ты видел. Мы можем менять материю как внешнюю, так и внутреннюю, но только в этом измерении. И, самые последние - это люди. Представляешь, им требуется физическая энергия, чтобы преобразовывать материю! -Да. Какой кошмар, - саркастично отреагировал я. -Тебе пока все понятно? Вопросов нет? -Да так, была парочка, например "Каким боком здесь я?"и "Почему я не в категории людей?". -Понимаешь... Вышний очень добр и всем готов дать второй шанс, поэтому, когда он видит человека, который мог реализовать заложенные в нем таланты, но у него не вышло, он рад дать ему возможность проявить их. -И как же я смогу их "проявить" в этом Параллелепипеде? -Параллели. И не здесь. Ты вернешься на Землю, - знаете, как бы плохо мне не жилось, но быть живым - здорово, поэтому я не на шутку обрадовался. -Обнадеживает. Но что значило твое "Ты тоже скоро сам так сможешь" после всей этой чудесной ерунды, которую ты сделал? -А значило это, что ты в будущем станешь Проводником, - вот теперь я совсем ничего не понимал. Представляете, как обидно, когда ты только начал улавливать суть ситуации, а потом резко перестал вообще в ней ориентироваться? Это как когда ты в незнакомом доме с выключенным светом вроде бы нащупал фонарик, а затем снова его потерял. -Стоп-стоп-стоп, ты же сказал, что я возвращаюсь на Землю! -Одно другому не мешает. -Но как?! - все это время мы продолжали идти, но тут Феликс хлопнул в ладоши и прямо на нашем пути образовался диван и он жестом предложил мне сесть. -Смотри: мы сейчас договорим, и ты вернешься в свой мир. Не в качестве взрослого человека - ты заново родишься. -В смысле я буду младенцем? -Именно. Поэтому, спустишь ли ты снова свою жизнь в унитаз или нет, зависит только от тебя. Сколько ты проживешь - я не знаю. Знаю только то, что больше того количества лет, которых ты прожил в первой жизни ты не сможешь прожить. Я пытался. Не получилось. -Погоди, так я снова умру в тридцать? Даже если проживу отличную жизнь, не знаю, спасу, например, пять миллионов котят с деревьев или всех бабушек на планете через дорогу переведу? -Даже так. Я пробовал. И не раз. -Что значит "не раз"? -А, я не сказал? Тебе дается возможность прожить еще пятьдесят жизней!..