shadows.

«В этой проклятой жизни нужна любовь. Без нее — вечная пустота, которая убивает, душит, мучает». — Барбара Росек

— Мали, решила предать родного брата? — громко спросил Калум после того, как перестал смеяться. Я не видел его лица на данный момент, но чувствовал этот игривый тон в его голосе. Он ухмылялся. Сейчас все были сосредоточены на Калуме, внимательно наблюдая за каждым его движением. Все присутствующие люди будто были наготове, они будто ждали сюрприза от Худа. А я тем временем не понимал ничего, да и казалось, что все про меня уже давно забыли. Потому что, как я уже сказал, все внимание было обращено на Калума. — Начнем с того, что это ты начал предавать всех, — ответила девушка с каменным лицом. Ей было не до смеха. — О чем это ты? — Худ будто смеялся над ней. — Мне все рассказать? Прямо тут? Прямо перед Эштоном? — Он не поверит ни единому твоему слову, не так ли, милый Эштон? Калум быстро повернул голову в мою сторону. В его глазах играл огонь, который был похож на тот огонь в камине Бенджамина. Видимо, когда-то я был прав, сравнивая Калума с огнем. Прямо сейчас он прожигал меня взглядом, будто пытаясь заставить меня подчиняться ему и просто кивать. И я почти начал подчиняться Худу, но Майкл просто подошел и завязал мне глаза. Я действительно пытался сопротивляться, но у меня были связаны руки и ноги, поэтому не было никаких шансов. — Ты еще скажешь мне спасибо, дружище, — прошептал Клиффорд мне на ухо, тихо похлопав по плечу. Так что теперь я мог только слышать все, что происходит в комнате. Мне совсем не нравилось это, но больше мне не нравилось то, что Кэл пытался подчинить меня себе каким-то неимоверным способом. Это было так неожиданно и так омерзительно, ведь я всегда был готов помочь ему просто потому, что ему нужна была эта помощь, но Худ пошел другим путем, поэтому и помогать ему мне уже хотелось меньше. Я не был уверен в том, что Калум отрицательный персонаж в этой истории, но и в том, что он положительный, тоже не был уверен. Ладно, может, я немного запутался в том, кто есть Калум Худ на самом деле, но он есть, а это главное. Уж лучше видеть, слышать или чувствовать отрицательного его, чем не быть уверенным в том, что он вообще существует где-то. — Ты предал всех, Калум, — вдруг проговорил Майкл, — абсолютно всех. — Нет, сначала ты предал меня, — резко ответил Худ. — Я делал то, что было приказано твоим отцом, почему ты не понимаешь? — постепенно голос Майкла начал повышаться. — Ты всегда делал все, что он приказывал, а наша дружба никогда ничего для тебя не значила! — закричал Кэл. — Может, тебе не стоило считать своим другом обычного стражника? Ты прекрасно знал, что я не смогу не подчиняться твоему отцу, иначе меня бы просто изгнали, — голос Клиффорда звучал немного мягче теперь. — Ты забрал самое дорогое, что было у меня на тот момент, — теперь и голос Калума начал смягчаться. Я еле услышал то, что он сказал в конце. — Я знаю, Калум, но это было моей работой. Всегда. — Почему он забрал Эштона, Майк? Скажи мне сейчас. Почему он забрал у меня Эштона? Почему забрал тебя? — Почему ты стал монстром? — вмешалась Мали, пытаясь нарушить ту тишину, что наступила после всех заданных Калумом вопросов. — А чего вы ожидали? Мали, хотя бы ты должна все понимать. Отобрать у человека весь его мир, а потом ждать от него хороших поступков или вообще чего-нибудь хорошего — тупо. Испробуйте это на себе, а потом осуждайте! — Ты убил 18 стражников, а еще собирался убить и своего возлюбленного, которого только нашел. Ради чего? — вмешался в разговор довольно знакомый мне голос. — Вы что, Хеммингса тоже позвали? — задал вопрос Калум. — Зачем вы Эштону глаза завязали? — Ну, его тут Калум пытался гипнотизировать, — ответил незнакомый мне голос. — Развяжите ему глаза, — распорядился Люк, —, а ты, Калум, очень скоро отправишься в тюрьму. — Ты что, все-таки пробился в детективы, Хеммингс? — съязвил Худ. — Многое изменилось, пока ты пытался мстить, — ответил Люк. К этому моменту мне уже открыли глаза. Я сразу же сощурил их, пытаясь привыкнуть к яркому свету. Несколько раз моргнув, я увидел Майкла, эту девушку Мали, Калума и Люка. Другого Люка. Этот Люк был уже взрослым парнем. — Поверить не могу в то, что вы все были в этом замешаны, но никто ничего мне не рассказал, — заявил я. Они все окинули меня взглядом. — Как ты себе это представляешь, Эш? — спросил Майкл. — Тише, Майкл, — махнул рукой Люк, — послушай, Эш, сейчас тебя развяжут, но тебе не следует никуда бежать, ладно? Я тебе все сам объясню, только не убегай. Я медленно кивнул, пытаясь уговорить самого себя не срываться с места сразу же после того, как меня освободят. Майкл подошел ко мне и ловко справился со всеми узлами, высвобождая меня от тугих веревок. Он неуверенно подал мне руку, мягко улыбаясь, а я лишь улыбнулся ему в ответ и взял его за руку, медленно поднявшись на ноги. Удержаться на них сейчас было не так уж и просто. Честно говоря, я даже не знал причины. Может, это от шока, что я только что пережил, или от того, что я некоторое время находился в связанном состоянии, но стоять на ногах сейчас было очень трудно. Поэтому я не отпустил руку Майкла, а он сразу все понял, начав поддерживать меня и второй рукой. Мы медленно подошли ко всем. Наступила гробовая тишина, которую, как казалось, никто не решается нарушить. — Ну же, Эштон, посмотри на меня, — проговорил Калум, все-таки нарушая её. Набрав воздух в легкие и сжав руки в кулаки, я поднял взгляд на Калума. И нет, мое сердце не пропустило удар. Все тело так неприятно заломило, а ноги подкосились еще сильнее. — Ты не знаешь, как сложно мне было, — тихо проговорил он. — Ты все равно не имел права убивать всех этих стражников, — ответил я. — Они этого заслужили. — И я тоже? — Ты не понимаешь. — Так объясни, потому что я ничего не понимаю. — Ты был моим миром, Эштон, а потом ты ушел. Ты принял это решение сам, потому что испугался того, что с тобой мог бы сделать отец. Раньше я думал, что он тебя пытал, а он всего лишь припугнул. Он сказал, что ему даже не пришлось напрягаться, понимаешь? Ты просто сбежал от всего. Я так сильно обозлился на тебя и на всех. Очень сложно оставаться добрым, когда весь мир против тебя. — В глазах Калума стояли слёзы, а еще этот самый огонь, который готов был вот-вот затухнуть. — Уведите его, — скомандовал Люк, —, а ты, Эш, за мной. Он пошел на выход из подвала, в котором мы находились все это время, а я пошел за ним, все еще держа Майкла при себе. Мы очень скоро вышли на открытый воздух, где я, наконец, смог набрать в легкие побольше свежего воздуха. В подвале он был слишком сырым. Люк сел на небольшую лавочку, которая находилась по правую сторону от крыльца, и похлопал по месту рядом. Майкл посадил меня туда, а сам снова поднялся по ступенькам на веранду, дошел до того места, где сидели мы, и залез на ограждение, свесив ноги. Хеммингс посмотрел на него и мягко улыбнулся. — Что ты хочешь знать? — спросил Люк, переведя взгляд на меня. — Наверное, все, — неуверенно ответил я. — То есть ты готов к правде? — спросил Майкл. — Она может тебя разочаровать, — продолжил Хеммингс. — Я готов, — кивнув, ответил я. — Начнем с того, что ты был гением, — начал Люк, — самым настоящим гением из всех гениев, а тут их не так уж и мало. Ты всегда был здесь, был рожден здесь, как и я. Мы были соседями и лучшими друзьями, ты — маленький гений, а я — просто мальчик с огромным интересом к детективам. Нас связывало что-то, что было больше, чем просто дружба. Мы были братьями. Пусть и не кровными, но братьями. Но потом появился Калум. Когда он попал сюда, его повесили на тебя. Ты должен был показать ему весь город и все объяснить, а потом ты, наверное, и сам не понял, как влюбился в него. Ты проводил с ним все свободное время, забивая на всех, даже на свою семью. И нет, Калум тогда не был таким уж и плохим, он был славным парнем. Ты окружал его огромным вниманием и заботой, а он просил тебя на делать этого. В общем, вы были милой парочкой, которая была очень счастлива. Серьезно, вы буквально наслаждались присутствием друг друга, но потом все резко изменилось. Мы даже ничего не успели понять. Просто ты стал другим. Ты совсем забыл о Калуме, снова взялся за работу, а потом и вовсе начал претендовать на должность Доктора. Никто из нас все еще не знает, что с тобой тогда случилось, но это серьезно покалечило Калума и его отца. Тот сразу же взбесился, не желая терять свое местечко под солнцем, поэтому начал всячески тебе угрожать, — Люк перевел дыхание, снова посмотрев на Майкла и слегка кивнув ему. Майкл сразу же спрыгнул с места и скрылся в доме, из которого мы только что вышли. — И что дальше? — спросил я. — Однажды ты пришел ко мне и сказал, что решил добровольно покинуть наш город. Когда я спросил тебя почему, ты просто сказал, что тебе тяжело находиться рядом с Калумом, но я точно знал, что тебя довели все эти угрозы со стороны Дэвида. Мы с твоей мамой долго пытались тебя отговорить, но ты к тому времени уже все твердо решил. И вот так ты покинул нас, а Майкла отправили с тобой. Я на этом долго настаивал и победил, потому что отправлять тебя туда совершенно одного было нельзя. Я знал, что там тебя будут ждать проблемы, с которыми справиться один ты бы не смог. Как только ты попал на Землю и забыл все, что было с тобой до этого момента, с Майклом произошло то же самое, так что не обвиняй его ни в чем. Я же остался здесь, чтобы быть в курсе всего происходящего. И вот, потом я начал замечать, что с Калумом творится что-то очень плохое. Он буквально озверел тут без тебя и пытался убить своего отца, потому что думал, что тот хорошенько над тобой поиздевался. Он специально начал убивать всех стражников, чтобы заставить своего отца говорить. И тот заговорил после восемнадцатого трупа. Он сказал, что ты сам принял это решение. Конечно, он немного соврал, но ты действительно хотел избавиться от всех своих целей и Калума. Когда Худ обо всем узнал, то отправился на поиски тебя, поэтому я отправился за тобой. Мне нужно было спасти тебя от него. Так я своровал у своего брата эликсир этой долбанной молодости и прилетел на Землю. Я быстро нашел тебя и Майкла, но ты не узнал меня в первый день, когда я появился в больнице, так что я решил, что буду молчать. К этому времени Майкл снова вернулся на место и заговорил: — Я, как и ты, ничего никогда не подозревал. Я же все забыл, но потом, когда началась вся эта история с твоим странным пациентом, мне начали сниться какие-то странные сны. У меня сразу же появился интерес ко всему этому, потому что я всегда чувствовал себя не комфортно на этой планете. Сначала я думал, что мне просто город не нравится, но все оказалось куда серьезнее. Когда же я впервые посетил Город Теней, то все сразу встало на свои места. После первого нашего визита я все понял, а потом моя память начала совсем ко мне возвращаться. То есть я вспомнил все, но боялся тебе рассказать. Когда Люк начал что-то говорить о том, что тебе грозит огромная опасность со стороны Калума, я сбежал. Мы спланировали этот цирк для того, чтобы обмануть Худа. И вот, наверное, это вся история. Потом мы с Мали задержали Калума, когда он… — Эштон! — вдруг воскликнул женский голос. Я повернул свою голову в ту сторону, откуда доносился звук, и увидел женщину со светлыми волосами, как у меня. — Это твоя мама, — шепнул на ухо мне Люк. Я широко улыбнулся и встал со скамейки, зашагав навстречу своей маме. Когда она уже дошла до меня, то я заметил, что за её спиной прячутся мальчик и девочка. Мальчик был похож на меня достаточно сильно, ну, а девочка больше была похожа на маму. Женщина, которая все это время смотрела на меня, обняла меня, громко заплакав. Я обнял её в ответ, начав водить рукой по спине. И вот, я почувствовал это. То, о чем рассказывал Майкл. Все встало на свои места. После того, как моя мама отошла от меня, она подогнала ко мне этих ребят, что прятались за её спиной. Я присел перед ними на корточки. — Это Лорен и Гарри, они твои брат и сестра, Эш, — проговорила мама. Я мягко улыбнулся ребятам, а они набросились на меня с такой силой, что завалили меня на землю. — Мы скучали по тебе, — тихо проговорили они. — И я по вам тоже, — и это не было ложью. Я это почувствовал. Вот он, мой дом. Настоящая семья, настоящие друзья и настоящая жизнь, к которой я уже давно принадлежу. После того, как мой братик помог мне подняться, я улыбнулся и осмотрелся. Из дома выводили Калума, который был окружен множеством людей в формах. Наверное, они были типа полицейскими. Но все это время, что он шел к машине, Худ смотрел на меня, а я на него. И теперь в его глазах не было ни огня, ни звезд, ни фейерверков. В его глазах была только пустота, а его тело больше не отбрасывало теней.