В одной лодке

У Трафальгара было слишком много поводов ненавидеть Норт-Блю: во-первых, здесь не происходило ровным счетом ничего хорошего или, по крайней мере, не совсем плохого с кем-либо и с ним самим, в частности. Некоторые идиоты, вроде Детки-5, убеждали его, что стоит любить Норт-Блю просто потому, что они родились на просторах этого неспокойного океана. Но для Ло сам факт его рождения являлся чуть ли не первым пунктом в списке причин не любить Норт-Блю. Его рождение было проклятьем, которое обрекало его на недолгую жизнь и мучительную смерть посреди, кто бы мог подумать, этого злосчастного водного пространства. А еще Норт-Блю, помимо всех своих остальных минусов, славился самым разнообразным спектром климатических зон среди всех четырех океанов. Говорят, погодные аномалии на некоторых его островах по своей оригинальности могут соперничать даже с островами Нового Мира. Но Трафальгару было наплевать, что там говорили про Новый Мир – он всё равно никогда не побывает в этом легендарном месте, – а вот жара, которая, кажется, убьет его раньше, чем болезнь, волновала его в самый настоящий, насущный момент. Развалившись на палубе, Ло в который раз проклинал судьбу, которая решила напоследок сыграть с ним злую шутку и отправила в путешествие на полуразваливающейся шлюпке, которую-то и судном страшно было назвать, да еще и в компании с отпетым кретином, который даже под палящим солнцем не снимал своей дурацкой шапки. Кстати, эта была еще одна причина, по которой стоило ненавидеть Норт-Блю: тут было слишком много идиотов. Ло лениво повернул голову и безразлично посмотрел на одного из представителей этой многочисленной расы. Курит. На жаре. Ну, точно – кретин. Мальчик вздохнул. Хоть шубу свою скинул, уже хорошо. Он прикрыл глаза. Внутри всё неприятно зудело. В тепле ему, кажется, было чуть лучше, но то, что сейчас его окружало, вряд ли можно было назвать теплом. Адское пекло, вот, что это было. - Поднимайся, Ло, - послышался раздражающий мальчика голос. – Мы на месте. - Я же сказал, что больше никуда с тобой не пойду, - Трафальгар даже и не думал двигаться или вновь открывать глаза. – Нравится таскаться по больницам – таскайся сам, а от меня отстань и дай мне умереть спокойно. Не успел мальчонка ничего сообразить, как вдруг почувствовал, что его грубым движением отрывают от деревянной поверхности палубы. Коразон небрежно обхватил ребенка и соскочил с лодки. В этот момент Ло зажмурился, заметив, как мужчина споткнулся и уже был готов завалиться вместе с ним на спину, но Росинант удержался на ногах и, как ни в чем не бывало, уверенно зашагал в центр города, где величественно возвышалось здание местного госпиталя. - Если нравится считать себя живым трупом – валяй, - зажав сигарету в зубах, бесстрастно сказал Донкихот. – Но я уже говорил тебе, чтобы при мне ты не смел произносить ничего подобного, понял, Ло? Больше, чем детей, я не люблю слабаков. А слабаки-дети – хуже этого только теплая выпивка. - Да что ты понимаешь, а?! – забрыкался мальчик. – Мы были уже в пяти больницах, и ты сам знаешь, чем кончились наши встречи с врачами! Больше не хочу видеть их перекошенные лица, когда они слышат, что я родом из Флеванса, слышишь?! Коразон ничего не ответил. Он сжал челюсти, чтобы хоть как-то заглушить волну накатывающего на него гнева при воспоминании об этих ничтожествах, которые осмеливались называть себя врачами. Перекушенная сигарета упала мужчине на край штанины, которая тут же начала разгораться от зажженного окурка. Почувствовав жар, Коразон судорожно замотал ногой, пытаясь сбить нарастающее пламя. Ло, уже привыкший к ситуациям подобного рода, только лишь безразлично покачал головой. - Вот же идиот, - пробубнил он, немного отвлекаясь от мрачных мыслей о предстоящем визите в больницу. В вестибюле было необычайно много людей. Во всех клиниках, в которых им довелось побывать до этого момента, наверное, не набралось бы столько. Трафальгар удивленно осмотрел толпу. А может, подумал он, здесь, действительно, смогут помочь?... Нет. Мальчик помотал головой. Как сын медиков, он знал наверняка, что ему ничего не может помочь излечиться от этой треклятой болезни. А этот недалёкий чурбан Коразон просто издевается, уже два месяца таская его по разным островам, давая ложную надежду на чудо. - Вот же блин, - Донкихот недовольно выискивал глазами стойку регистрации. – Вот тебе и самая большая клиника Норт-Блю. Ни черта не понятно. Но тут тебя точно вылечат, Ло! Только надо бы разобраться… - Вам нужна помощь, сэр? – послышался негромкий голос из-за спины мужчины. Коразон обернулся, увидев перед собой молодую девушку в легком белом платье и переднике медсестры. Она смотрела на него снизу-вверх, терпеливо ожидая вопроса. - А, да, - после небольшой паузы заговорил Росинант. – Нам бы поговорить с вашим лучшим врачом. - С лучшим врачом? – девушка удивленно приподняла брови. – А вы… вы записаны на приём? - Нет. Но мы можем заплатить. Нам нужно встретиться с вашим лучшим врачом и побыстрее. Медсестра нахмурилась и опасливо посмотрела на громадную фигуру мужчины, а затем перевела взгляд на мальчика, которого он все еще держал сжатым в охапке. - Я… - неуверенно начала она. – Я не могу судить по поводу лучшего врача, но… я могу отвести вас к заведующему. - Так даже лучше, - кивнул Коразон. – Проводите нас… пожалуйста. Девушка еще раз глянула на мрачного Трафальгара и прошла вглубь здания, увлекая за собой подозрительных посетителей. Спустя несколько минут они подошли к роскошной двери, над которой горела лампочка «идет осмотр». - Нам нужно подождать, пока закончится приём, - пояснила медсестра. - Вы будете ждать с нами? - Наш заведующий… - она немного помедлила, - достаточно непростой человек. Лучше я дождусь его с вами и объясню ситуацию. Коразон решил воздержаться от каких-либо реплик и, опустив, наконец, Ло на ноги, прислонился спиной к стене. Он хотел было закурить, но вспомнил, что они находятся в больнице. А за последнее время ему слишком часто приходилось выслушивать замечания по этому поводу. - А… - вдруг заговорила девушка, - на что вы жалуетесь? Возможно… - Ни на что, - перебил её Ло и отвел взгляд. - Вы не местные? – девушка внимательно посмотрела на мальчика, который сильнее натянул меховую шапку на глаза. Странная была парочка: в такую жару, и оба в шапках. - Мы из Спайдер Майлз, - нехотя ответил Донкихот. - Оу, далеко. - Это не такой известный город, - Коразон посмотрел на девушку, - чтобы каждый знал, где он находится. - Там большой порт, - она потупила взгляд, машинально убрав прядь кипельно-белых волос за ухо. Тут дверь открылась, и из-за неё показался сплюснутый человек со странной прической, свитой практически гнездом из маленьких черных кудряшек. Не успел он выйти, как тут же остановился, осматривая стоящих напротив его кабинета мальчика с бледным лицом и высоченного мужчину. - А вы кто такие? – только и выдал он. - Господин Минок, - подала голос девушка, привлекая внимание врача, - эти люди хотели поговорить с вами и обратиться с личной просьбой. Пожалуйста, не могли бы вы выслушать их? - Черт, Берри́, опять ты кого-то приводишь под конец рабочего дня! Учти, еще раз выкинешь что-то подобное, и я вычту свои сверхурочные из твоего жалования, поняла меня? Девушка только молча поклонилась. - Давайте уже, - кинул мужчина наблюдающим за развернувшейся сценой посетителям, - заходите, только быстрее. Коразон оторвался от стены и пошел в сторону кабинета. Ло двинулся за ним. Проходя мимо девушки, он слегка повернулся в её сторону, чтобы рассмотреть напоследок её лицо. Его бледные щеки немного покраснели, когда он встретился взглядом с доброжелательно улыбающейся ему медсестрой. - Удачи, - кивнула она и улыбнулась еще шире. Дверь за ними закрылась. Врач недовольно подошел к своему креслу и плюхнулся на мягкое сидение. Он внимательно осмотрел двух пришельцев, заключив, что два таких оборванца не стоили даже того, чтобы просто пускать их к себе. Но делать уже всё равно было нечего. - Садитесь. Ло по привычке сел ближе к столу, Коразон расположился у него за спиной. - Ну, так что там у вас? – нехотя спросил доктор, но вдруг его взгляд изменился, когда он увидел мешочек с монетами, плюхнувшийся на его стол. Донкихот уже понял, что в их случае уповать просто на человечность и чувство долга медицинских работников было не совсем правильной тактикой. - Мы хотим, - начал он, - чтобы мальчика осмотрел лучший доктор у вас в клинике. А также мы хотим снять для него отдельный сектор в вашем новом крыле. - Отдельный сектор? – переспросил заведующий, пытаясь представить, сколько денег лежало золотом в этом, с виду, небольшом мешочке; он наклонился к улитке на своём столе. – Быстро пришли ко мне Туреля с Бреной. И скажи, чтобы пулей летели сюда! - он снова обратился к посетителям уже с приветливо перетянутой улыбкой. – Милый мальчик, почему ты такой хмурый? Не волнуйся, ты в надежных руках. Нет ни одной из существующих болезней, которую бы не смогли вылечить в стенах нашей больницы. Ло слегка обернулся, встречаясь взглядом со своим спутником. Коразон поднял брови и несколько раз кивнул, будто говоря: «Вот видишь! А ты нудел и трусил!». - Ну, что так долго!? – закричал врач, когда дверь наконец-то открылась и в помещение влетел еще один доктор и старая, дурно накрашенная медсестра. – Давайте уже, вот мальчик, выслушайте, что с ним не так, и проводите его в новое крыло! Трафальгар проследил за приблизившимся к нему стариком и поднял на него глаза. Доктор деловито посмотрел на ребёнка и поправил очки. - О, - наконец выдал он, - я знаю, что с вами. Совсем недавно я занимался исследованием вашей болезни, молодой человек, - Ло удивленно вытаращился на врача. – Да, да, у нас уже лежат двое пациентов с таким же диагнозом, и мы успешно занимаемся их лечением. - Еще двое?! – Трафальгар вдруг спрыгнул со стула и схватился за халат доктора, потянув его вниз. – Кто они, доктор?! Мне нужно их увидеть! - О, не волнуйся, - старик недоверчиво похлопал его по голове, - скоро ты их увидишь. А теперь скажи мне, мальчик, как давно у тебя эта болезнь? - Как давно? – опешил Ло. – С самого рождения, конечно. - Какой интересный случай. По данным моих исследований витилиго приобретается с возрастом, да, очень интересный случай. - Витилиго? – Трафальгар посмотрел на врача и, отпустив его халат, сделал несколько шагов назад. – Но у меня не витилиго. У меня… свинцово-янтарная болезнь. - Что? Что ты сказал, мальчик? Мне послышалось, ты сказал, что у тебя свинцово-янтарная болезнь. Не выдумывай, такой болезни уже нет, её всю изничтожили. Ло сжал кулаки. - Не изничтожили, ясно?! – вдруг закричал он. – У меня свинцово-янтарная болезнь, слышите?! У меня! Я из города Флеванс! - Флеванс? – с ужасом произнес заведующий; он посмотрел на деньги в своих руках и в страхе кинул их обратно Коразону. – Прочь! Как вы посмели привести сюда это чудовище?! – он посмотрел на побледневшего врача. – Он… он дотронулся до тебя! – мужчина бросился к телефону. – Охрана, карантинное подразделение, скорее сюда, иначе нам всем конец! Ло заскрипел зубами, оглядывая воцарившуюся панику в кабинете. Он думал, что был готов встретиться с подобным уже в шестой раз, но тот проблеск надежды, который появился у него, когда этот убогий старикашка заговорил с ним, сделал отказ еще более болезненным. Он резко повернулся и со слезами на глазах посмотрел на Коразона. - Ну, что, ты доволен, да?! – прокричал он и побежал к выходу. - Ло! - в замешательстве окликнул его Донкихот. – Ло, подожди! - Оставь меня в покое! Ненавижу тебя! - О, боже, - снова послышался голос заведующего, - боже, я тоже касался их. Этот мешок весь в заразе! Мы все умрем! Коразон, пообещавший себе больше не выходить из себя, со всей силы кинул обратно в лицо мужчине тяжелый мешочек с монетами. От сильного удара ему выбило зубы, а сам он вместе с креслом завалился на пол. - Единственные монстры здесь, - гаркнул Донкихот, - так это вы, мрази! Он побежал вслед за Ло, но в коридоре его уже не было. Коразон спустился обратно в вестибюль, но найти низкорослого мальчишку в этой толпе было практически невозможно даже с его ростом. Вдруг он наткнулся взглядом на ту медсестру, которая проводила их к кабинету урода-заведующего: он запомнил её по необычно-белым собранным в пучок волосам. - Девушка! – он схватился за её плечо и резко развернул к себе. – Вы не видели мальчика, который был со мной?! - Боже, это вы, - она чуть не упала от грубого движения мужчины, ошарашенно глядя на него снизу-вверх. – Мальчик в шапке? Да, я только что видела, как он выбежал на улицу. А что…? Она хотела спросить что-то еще, но Коразон уже был на полпути к дверям больницы. Она проследила за ним взглядом, но тут заметила выбежавшего в фойе заведующего в окружении санитарного подразделения. - Поймать их, живо! А ты, - он в ярости обратился к медсестре, - в мой кабинет! *** Коразон уже который час бегал по ужасной жаре в поисках сбежавшего маленького паршивца. На этот раз Трафальгару, действительно, удалось удрать от него. Вот же глупый ребенок, главное, чтобы он не сотворил какой-нибудь глупости и не попался в руки солдафонов. Однако, сказать по правде, Донкихот не знал, что делать. Он не мог обратиться за помощью к городской полиции и он понятия не имел, куда мог пропасть Ло. Вздохнув, он направился в сторону порта, где стояла их шлюпка. В конце концов, Ло тоже не знал, куда деваться в этом немаленьком городе, так что, вполне возможно, что он сдался в своем своеволии и вернулся обратно. Коразон встал в ступор, оглядывая то, что осталось от их лодки. Если брать в расчет, что лодкой можно было назвать всё, что хоть каким-то образом держится на поверхности воды. - Ой, парень, - с виноватой улыбкой к нему приблизился человек в рабочей форме, - это твое, да? – он указал на перерубленную пополам шлюпку. – Прости, но ты припарковался в погрузочном доке, да. Мы разгружались, и связка ящиков упала на твою посудину, да. Это не наша вина, да, так что сам понимаешь, предъявлять претензии бесполезно, да. Вот тебе, - он засунул в руки практически онемевшему мужчине небольшую пачку денег, - небольшая компенсация, да. Мы собрали все вещи и оставили их там, да, - он указал пальцем за спину. - Эй! – когда рабочий начал удаляться, окликнул его Донкихот. – А что мне прикажешь делать?! Я же на это ни черта не куплю! - Ну, да, тебе реально повезло, парень. Через три недели здесь будет корабельная ярмарка, да-да. Уверен, да, за любые деньги ты найдешь себе подходящую посудину, да. - Черт! – выругался Донкихот, осматривая накрытые парусом с надписью «Rescue» жалкие пожитки. – Вот же придурок-Ло! Не убеги он!... Он замолк и медленно выдохнул. Если и нужно было на кого-то злиться, то только на самого себя. И что нужно было делать теперь? Даже если он найдет Ло, то придется потратить хренову тучу денег, чтобы купить новую лодку. Или ждать три недели, которых у них категорически не было. Собрав всё и завязав парус как мешок, Коразон закинул его себе на плечо и двинулся в сторону города. Ему было искренне жаль Ло. Настолько жаль, что все остальные мысли уходили на задний план. Он помнил каково это – остаться один на один с собственными страхами и болью от утраты близких тебе людей. Но то, что когда-то давно пережил Росинант, даже близко не могло сравниться с тем ужасом, в котором в данный момент жил Ло. Ребенок не может так легко говорить о своей приближающейся кончине. Но как бы ему не было жалко вновь и вновь сталкивать Трафальгара с болезненными воспоминаниями, он помнил по себе, что в тот момент, когда он был готов отчаяться и отдаться на откуп безжалостной судьбе, нашелся человек, который смог вытащить его обратно на берег жизни и заставить подняться и идти вперед. Коразон не претендовал на эту же роль по отношению Ло, хотя, наверное, он просто пока еще не подозревал о своих истинных мотивах помощи этому мальчику. Тем временем он закурил и продолжил двигаться по узким улицам этого уже опротивевшего ему города. Теперь, когда лодки больше не было, он окончательно потерял всякую надежду обнаружить Ло в этом злосчастном месте. - Вот же блин!... – опять руганулся Донкихот и ударил по камню, лежащему у него на пути. Камень так и остался лежать, в принципе, как и сам Коразон, который, не рассчитав силу, с треском повалился на спину. Треск, вероятнее всего, исходил от тех вещей, на которые он не постеснялся плюхнуться. Ну, отлично, подумал Росинант, без мальчика, без лодки, да еще со сломанным барахлом и весь в грязи. Прекрасное начало ночи.