The Retribution of bloody lily

Zella Day – High

      Мы с Колом выпивали у барной стойки, ожидая Никлауса, совместно с Марселем, устроившего разбор полетов какому-то зарвавшемуся вожаку оборотней. Не желая влезать в эти дела, ведь и так уже по уши в проблемах Майклсонов, я старалась не копаться в мыслях той троицы, лишь лениво улавливая всеобщую злость на Клауса. Что, кстати, нисколько не удивляло меня, и не было чем-то из ряда вон выходящим.       Но не только нам приходилось ждать – недалеко от нас Давина Клэр озвучивала свой заказ бармену, придя сюда в поисках Марселя. Мелкий Майклсон все пытался заговорить с ней, причем в свойственной ему нагловато-обаятельной манере, тем самым нарываясь, минимум на аневризмы в мозгу. Поэтому я быстро переключила его внимание на себя, нейтрализовав угрозу для юной ведьмы. Или для Кола. Тут уж с какой стороны посмотреть.       Я же ограничилась лишь приветственным кивков, обращаясь к ней. Все-таки как-никак мы знакомы, если принимать во внимание нашу единственную встречу, большую часть из которой я провела со свернутой шеей.       Клэр ответила мне аналогичным жестом, и, следуя правилам хорошего тона, ее можно и нужно было пригласить присоединится к нам. Но я решила не делать этого, дабы не провоцировать как своего бойфренда, так и ее. А уж тем более чтоб, не дай Бог, не столкнуть их лбами. Ведь он наслышан о ее могуществе. А, значит, если я достаточно изучила Кола за отведенное нам время, то эти слухи для него, как вызов. Нечто подобное было и со мной. Точнее, со мной и битой на тренировке. Потому что наш регулярный секс я не считаю чем-то из разряда проверки семейных угроз.       Кол, игриво поглаживая мне спину и обворожительно улыбаясь, вел себя крайне беззаботно. И это чрезвычайно бесило Ника, ведь он ожидал, что брат присоединится к их беседе, которую приятной явно не назвать. Но, вместо этого, мелкий первородный не отходил от меня. Боюсь представить, как именно гибрид в своих мыслях четвертует его за такое поведение. И меня.       А тем временем ситуация за столиком в край накалилась. Я заметила, как брезгливо стиснул зубы Майклсон, услышав очередное заявление волка. Он явно считал, что этот парень не только не достоин предъявлять ему что-то, а и вообще говорить с первородным. Кстати, этот оборотень действительно вел себя беспардонно, это заметила даже я – любительница не подумав, выдать нечто ехидное по отношению к гибриду. Он дерзил Клаусу, оскорблял Марселя. За стойкой даже можно было делать ставки, кто сорвется первым. И я, наблюдая за ними, все это время поражалась терпению Майклсона. Ладно, Жерард, он привык к нападкам Ника. Но гибрид. Его вообще нельзя назвать терпеливым или понимающим.       Поэтому, когда Клаус вскочил, а после, одним резким и точным ударом ладони снес мятежному оборотню голову – это было предсказуемо. И даже ожидаемо. Но все равно я не удержалась от язвительного замечания в адрес древнего. Эх, Квинн, ничему тебя не учит наглядный пример на опыте безголового оборотня-неудачника. - М-да, у твоего брата просто талант проводить переговоры. Он мог бы помогать останавливать войны таким образом, - хмуро протянула я, глядя, как из обрубка шеи хлещет на пол кровь. Никлаус, как ни в чем не бывало, вытер руку салфеткой, и опустошил свой бокал с бурбоном. Ну да, лишить кого-то головы для Майклсона вполне обыденное дело. Для всех Майклсонов.       Давина от неожиданности увиденного приоткрыла рот, явно в который раз поражаясь жестокости гибрида. Но это ее проблемы – мы с ней совершенно точно по разные стороны баррикад.       Вечер мог бы закончиться необычно, если бы после такого мы коллективно отправились в особняк, прихватив с собой Клауса. Но он же лишил головы вожака стаи, которая пришла поддержать и проконтролировать своего лидера. Поэтому, привет, море крови! И, да, здравствует еще парочка оторванных голов!       Я неторопливо встала со своего места, в то время как Кол уже рвался в бой, направляясь к оборотням, окружившим парочку, нарвавшуюся на неприятности. Во всяком случае, именно так сейчас думали волки.       Давина же лишь развернулась в сторону намечающейся драки. Ой, будто кто-то ожидал, что она поддержит Майклсонов.       Пока Ник толкал пафосную речь об уважении, неблагодарности и о том, как не следует себя вести с ним, его братец уже выломал ножку стула, очевидно, намереваясь заменить ей биту. Но предусмотрительность Кола вполне объяснима – понятно же, что схватки все равно не избежать.       Мелкий Майклсон не стал ждать, и врезал деревяшкой по затылку одному из волков, стоявших позади всей стаи. Тот рухнул на пол с раскроенным черепом. А Кол уже собирался «пригреть» следующего, как застыл на мгновение, после, выпуская из рук импровизированное оружие. Произошло точно что-то неладное – так не должно быть.       Я подлетела к нему в тот момент, когда он закашлялся, пошатнувшись, и поморщился так, будто что-то доставляет ему дискомфорт. - Что с тобой? – вопросительно взглянула я на первородного. Но младший древний не смог ответить мне – схватившись за голову, он, повалился на пол, прохрипев что-то бессвязное.       Я, наклонившись к Майклсону, потормошила его, возможно даже чересчур сильно от нервов и непонимания происходящего. Нужно добиться от него хоть слова, хоть жеста, чтоб понять что с ним. Но вместо этого руки Кола переместились на грудину, в область сердца, и лицо его исказилось от боли.       Кроме того, первородный никак не мог унять кашель. А в следующую минуту алая пенистая кровь брызнула изо рта Майклсона при очередном мучившем его приступе. Что за хрень тут происходит?!       Я в панике принялась выглядывать в этом бардаке гибрида, не зная, что делать с его братом, но Никлаус не мог видеть нас за спинами оборотней, нападавших на него. Плюс пара волков решила заняться парнем, уложившим их друга. Поэтому они ринулись к нам. И пока Кол, скрючившись, лежал на полу, я отбивалась от нападавших, одолжив у древнего ту самую ножку стула. У меня не было времени на акробатические этюды, подобные тем, что я исполняла на тренировках с Клаусом, поэтому пришлось действовать радикально. Один нападавший слег с деревяшкой вместо сердца, которая силой удара прошла в его грудную клетку насквозь, вытеснив кровеносный орган через спину. Второй оказался проворнее, поэтому мне пришлось потратить на него несколько драгоценных минут, прежде чем я оторвала этому волку руки.       Я метнулась к Давине, так же попавшей в напряженную ситуацию, но с легкостью, вышедшей из нее с помощью магии. Мои действия вполне объяснимы – вряд ли у Кола приступ первородного туберкулеза. На него воздействует кто-то. А значит дело в чарах. И единственный представитель этой силы здесь – она. - Что с ним? – я, схватив ведьму за плечи, встряхнула ее. Та выглянула из-за меня, мгновенно понимая, о ком я говорю. Следом за ней я тоже бросила обеспокоенный взгляд на Кола. Жив. Значит, еще есть время помочь ему. Но как? - Отпусти, - прошипела она, пытаясь вырваться, - иначе я… - Что ты? Знаешь же, магия против меня бессильна, - мне пришлось напомнить Давине, что в данном случае все козыри в моей колоде, - что с ним? Я не буду повторять дважды! Это делаешь ты?! - Похоже, что я в данный момент колдую?! – взвизгнула девушка. - Ты ведь знаешь что с ним, да?! – обстановка и без моего крика была накаленной, но теперь, повысив голос, я сорвалась в край. Удерживая ведьму, я все еще поглядывала в сторону младшего первородного. Благо, нападавших интересовал исключительно его брат, поэтому второго древнего, присутствующего тут, больше никто не рисковал трогать. Иначе, я бы быстро отстала от девчонки, разбираясь с этими смертниками так же, как и с предыдущими. - Возможно, но помогать не буду, – изрекла Клэр, прошипев это сквозь зубы. Черт, похоже, я слишком сильно вцепилась в нее пальцами. Пришлось слегка разжать их, все еще продолжая удерживать ее. - Я могу заставить тебя сказать это, – холодным, практически безжизненным тоном пригрозила я ведьме. - Вся в него, - презрительно бросила она мне, намекая на Клауса, но дальше, к моему удивлению, Клэр продолжила, - это проклятие. Кто-то воздействует на него извне. - Ты ведь ведьма. Сними его. Перекрой. Не дай ему свершится! – взмолилась я. - Не хочу и не буду, - отрезала Давина. - Ладно, тогда, может, ты поможешь Марселю? Один укус – и он не жилец, - парировала я, - а Ник очень изменчив – может и не поделится своей кровью с ним, вспоминая прошлые обиды.       Девушка брезгливо поджала губы, и я отпустила ее. В этот момент Кол закричал, поэтому я бросилась к нему. Он не видел происходящего вокруг. Его терзала боль. Причем, судя по крику, адская боль. Да еще и этот дрянной кашель не прекращался – возле первородного уже образовалась приличная лужица крови. - Потерпи, Кол, я сейчас найду твоего брата. Он поможет тебе. Обязательно поможет, ты ведь знаешь Ника – для него семья это все, - приподняв его, я прижала голову Кола к своей груди, пытаясь убаюкать и успокоить древнего, хоть немного облегчая его состояние. Он же поднял на меня испуганный взгляд, будто спрашивая за что ему это, но все равно попытался растянуть окровавленные губы в привычной ехидной усмешке. Где этот чертов гибрид?! - Ник! – завопила я, отпуская заходившегося в очередном приступе кашля и боли Кола. - Никлаус, черт тебя дери! – мои нервы сдавали, ведь я не могла помочь одному первородному, и найти другого. А нет, вот же он – пока Марсель, при помощи Давины, отбивался в противоположном углу бара, Клауса застали врасплох, напав на него сзади, и накинув на шею кожаный ремень, явно вытащенный из чьих-то брюк. Ну-ну, какое оскорбление для короля. Впрочем, ладно, не время сейчас размышлять об этом, нужно добраться до Ника – у него брат в критическом состоянии, а он развлекается! Почему развлекается? Да потому что я знаю, что этот ремень, удушающий гибрида, для него как леденец, с которым они пошли против сладкоежки. Странное сравнение, но не менее странно как вообще такое количество волков оказалось в баре. Ладно, потом! Все потом!       Через мгновение я оказалась возле Никлауса, изображавшего из себя великого мученика. Нет, я уверена, что ситуация для него сейчас была дискомфортной, но разве он не сможет выпутаться из нее? - Клаус! – назвала я имя первородного, окрикивая Майклсона и обращая внимание его на себя, - Клаус, Кол…он проклят, – эта фраза заставила его, наконец, найти взглядом брата, по крайней мере, остающегося еще в сознании. Гибрид метнулся было туда, но с первого раза не вышло из-за этого чертового ремня и рук, удерживающих его. Я же, тем временем, отбилась от одного из нападавших, налетевших на меня. - Да сделай же ты что-нибудь! – с остервенением прорычала я, сражаясь уже с другим волком, - ты не видишь, как он страдает?! «Я пытаюсь, дорогуша!» - рявкнул он ответом у меня в голове. - Пытайся лучше, иначе он выплюнет свои внутренние органы с кровью по частям, причем, этот перечень явно включает сердце! – плевать, что я орала на гибрида. Ситуация неподходящая для телячьих нежностей. «Возьми во внутреннем кармане моего жакета» - через пару секунд мысленно приказал мне Майклсон. «Вместе со мной к нему отправятся волки. Так что ты сделаешь это одна, Квинн. Он доверяет тебе. А значит, и я вынужден довериться» - пояснил он, почему эта участь выпала на мою долю. Разве Кол доверяет мне? Нет-нет, Ник, ошибается. Этого не может быть. Кол не доверяет никому. Хотя первородный лучше знает брата, чем я.       Удивительно, но в этот раз прикасаясь к Майклсону, я совсем не чувствовала страха, отвращения или чего-либо подобного. Неужели я перестала бояться его? Или же, просто не время было чувствовать вообще хоть что-то, кроме тревоги за Кола?       Пройдясь рукой по влажной от волчьей крови ткани, я, наконец, нащупав то, что должна забрать, соприкоснулась кожей с холодной рукоятью. Этого не может быть! Это кинжал. Тот самый кинжал, с которым Кол провел в груди большую часть своей жизни. Разве я могу снова обречь его на это? - Я не буду! – вслух возразила я гибриду. Как он может предлагать мне такое? Я не поступлю так с Колом! Не сделаю этого! Никогда! Он хочет, чтоб я собственноручно убила его! Снова уложить в гроб на годы, а может и века! Вот тебе и «Семья превыше всего»! - Да чего же ты медлишь?! Это единственный способ оставить его в живых! – яростно выкрикнул он, сверкая волчьими золотисто-желтыми огоньками, загоревшимся в его глазах. Убить Кола, чтоб он мог выжить. Ужаснее ничего не придумаешь!       Задержавшись на мгновение у первородного, я, взявшись за тот самый ремень, и приложив некоторые усилия, перетянула к себе волка, благодаря нему удерживающего Никлауса. Когда он приблизился ко мне, я мгновенно вгрызлась в его шею, разрывая сонную артерию, и обрекая этим оборотня на смерть. Фу, какая же гадкая на вкус его кровь! Стоп! Вот о моих гастрономических пристрастиях сейчас точно не стоит думать! - Спасибо, но кому-то ты сейчас нужнее, - хрипло прорычал Клаус, с удвоенной, а, то и утроенной агрессией бросаясь на нападавших, всецело привлекая их внимание на себя.       Тут же оказавшись у Кола, я замерла, неуверенно покрутив серебряный клинок в руке. Не время сомневаться, Пейтон, ему нужна помощь – мелкий Майклсон в беде, и это, кажется, лучший способ прояснить наличие чувств к нему. Ведь я же смогу? Или оставить его здесь? Скоро все будет кончено, и одним первородным станет меньше. А с ним вымрут и те, кого он обратил. Этого хотела Эстер, создавая меня. Может, стоит исполнить свое предназначение, несмотря на то, что Кол лично мне не сделал ничего плохого, и его угрозы не в счет. Но, ведь он монстр. Садист. Кровавый убийца. Маньяк, наслаждающийся смертью своих жертв. - Квинн! – донесся вопль-рык голоса с британским акцентом. Он вернул меня из размышлений в реальность. Да, Кол убийца, как и его брат. Но разве я лучше? - Малыш Майклсон, - тихо позвала я Кола, присев возле него. Тот поднял на меня невидящий взгляд. Больше нельзя тянуть, Квинн, тебе нужно сделать это. Но как? Он сейчас такой беззащитный. Не представляющий угрозы никому. Как всадить в него эту чертову серебряную штуку?! - Малыш Майклсон, - снова повторила я, нежно проведя рукой по его щеке, - мы с Ником найдем способ, чтоб вернуть тебя, обещаю, - я легонько взъерошила рыжевато-каштановые волосы Кола. Мне не хотелось, чтоб он чувствовал мои сомнения. Чтоб ситуация была схожей с той, когда его брат в наказание укладывал младшего первородного в гроб. Ведь сейчас все иначе – кинжал даст шанс на спасение. - Ты же знаешь меня, - сквозь слезы, предательски накатившие в этот момент, попыталась улыбнуться я, чтоб хоть немного приободрить Кола, - я не дам жизни твоему брату, пока он не вернет мне тебя, - если до этого я сомневалась в своих чувствах, и хотела разобраться в них, то сейчас же все было предельно ясно. Может это и не любовь, но совершенно точно это привязанность. А ее достаточно, чтоб пообещать вернуть Кола в мир живых. И сдержать свое слово, сколько бы времени на это не ушло. - Прошу, прости меня, если сможешь, - я сжала рукоять оружия настолько сильно, что ногти впились в мою ладонь до кровавых следов. Кол, превозмогая боль, приподнялся на руках, желая приблизиться ко мне. Это далось ему с огромным трудом. И явно было необязательным в данной ситуации. - Что ты делаешь, дурачок, - всхлипнула я, понимая, каких усилий ему стоило это. Давай же, Квинн, ты сможешь! Сможешь! Хватит рыдать! Ты должна помочь ему! Сквозь слезы, застилавшие мне глаза, я практически не видела Кола. Пора, Пейтон, больше и, правда, нельзя медлить.       Немного отведя руку назад, я собралась в следующий момент сделать этот проклятый удар, но так и не смогла, осознавая, какую беду он, нанесенный моей рукой, может натворить. - Ник, что если я убью его?! – завопила я Клаусу, - что если он умрет от моего удара? Вдруг это ваша мать проклинает его?! - А ты постарайся не убить, дорогуша! – отвлекаясь от сражения, ответил гибрид, озвучив такой, казалось бы странной фразой многое. Начиная с того, что ждет меня, если пророчество таки окажется правдой до того, что Никлаус действительно надеется на то, что его брат окажется жив после кинжала в моих руках.       А в следующее мгновение все закончилось. И завершила это не я. И даже не Ник. - Киска, - едва понятно прошептал Кол, между приступами кашля, подаваясь вперед, и приближаясь ко мне будто для поцелуя, в то же время намеренно напарываясь на лезвие кинжала, лишая меня ответственности и чувства вины за это. Нет-нет-нет! Не так рано! Я еще не готова! Я все еще не могу!       Я попыталась отпрянуть, чтоб вытащить из его тела клинок, но первородный еще больше наклонился ко мне, насаживаясь на него сильнее. Мне оставалось лишь превозмогая свои рыдания прикоснуться к сереющим губам Кола, прощаясь с ним нежным поцелуем, и не выпуская его из объятий до того самого момента, как жизнь покинула тело младшего первородного сменяясь безмолвным забытьем мертвого сна.