Плата за мечту.

Пять утра. По комнате постепенно расползается призрачный отсвет поднимающегося солнца, а в приоткрытое окно задувает ветер, слегка покачивая не задёрнутые занавески из плотной ткани. «Опять не зашторил окна»… Голова Дебитто после бурной вечеринки в стиле Sex, Drugs & Rock'n'roll ноет по страшному, а во рту, что называется, как кошки нассали. Хорошо они с братом отметили выступление в клубе, ничего не скажешь. Джасдеро вообще едва ли мог стоять на ногах, и близнецу пришлось почти на себе любимом тащить тощего блондина до такси. Воспоминания о вчерашнем дне размытыми пятнами проносились перед внутренним взором, мешая заснуть. Какие-то яркие вспышки, громкая музыка, Джас, танцующий с бутылкой виски в руке. Его длинные, спадающие лёгкой волной волосы, скрывали лицо, а на губах, с мейком под «зашитый» рот пьяная, развратная улыбка. Узкие бёдра, покачивающиеся в такт музыке, затянутые в тесные кожаные штаны со шнуровкой спереди. И на этих бёдрах руки танцующего с ним какого-то левого парня. Тоже из этих, рок-звёзд. Дальше провал, затем следующая картинка, как он, Дебитто, оттаскивает близнеца от этого сомнительного паренька. Они с Джасом чуть не подрались, но брюнет прекрасно знал, что потом мелкий жалел бы, что вовремя не остановился. Нет, никакой братской любви. Они оба даже не знали, что это такое - любовь. «Просто я в ответе за него, как старший. Только и всего». Вздох. Сон всё никак не желал приходить, хотя головная боль почти утихла. Это не могло не радовать. Дверь в комнату тихо отворилась, затем лёгкие шаги по мягкому светлому ковру, и нахальное тельце братика, севшего верхом на страдающего похмельем брюнета. - Слезь, животное, – соответственно состоянию, хриплым голосом поговорил Дебитто, не шевелясь. Блондин не отреагировал, наклонился, удобно устраиваясь на Деби, пристроил голову у него на груди. - Я тоже не могу уснуть. - Глухой?? Слезь, я сказал! – Повысил голос старший, бесцеремонно столкнув с себя близнеца. Что сделано было зря, стало только хуже. Мир вокруг сделал сальто, неустойчиво вернувшись на место. Джасдеро обиженно засопел. Как же… даже глаз не надо было открывать, чтобы видеть выражение его лица. Закушенная губа, взгляд полный наивной непосредственности, говорящий, мол, как же так. Это только на людях он изображал безразличную туповатую блондинку с отсутствующим взглядом, и вечной ухмылкой. Ограждался так ото всех, а дома был совершенно другим. Вздохнув, Деби обнял его, укрывая одеялом. Ощущение лежащего рядом, почти обнажённого брата, действовало успокаивающе. Рука переместилась на талию, носом зарылся в его светлые волосы на макушке, вдыхая их запах. - Спи, бестолочь. - Хватит обзываться… - Буркнул блондин, засыпая в объятиях близнеца. Привычное «утро», наступившее часа в три дня. Джасдеро ещё спал, Деби тоже, только на кухне. Сложив руки на белом овальном столе и пристроив на них нещадно ноющую голову, брюнет держался одним пальцем за дымящуюся кружку с кофе. Мысли разбегались, как тараканы при щелчке выключателя. Что-то он собирался сегодня сделать, но что именно, забыл, задремав за столом. Куда-то поехать, с кем-то договориться насчёт будущих концертов… стоило деликатно напоминать людям, что они есть, что активно работают. Иначе вся проделанная работа пойдёт псу под хвост. - Чёрт, гори оно всё синим пламенем… - Прохрипел Дебитто, чувствуя, как рука, в которую он уткнулся лбом, начала затекать. Но дела неотложные. Чёрт бы их побрал. До его слуха донёсся грохот, вырывая из раздумий над глобальными проблемами его творческой деятельности. Джас проснулся. Со свойственной только этому тощему бегемоту грацией, блондин скатился с кровати, уронив каким-то образом, стоящую у её изголовья гитару. Дебитто даже не дёрнулся, вяло переваривая доносившуюся до него ругань близнеца. Ненадолго тот затих, но вместо себя оставил играть музыку на центре, которая прилежно била басами по мозгам, всё ещё стоящим раком после почти бессонной ночи. - Джасдеро, сучка маленькая, пришибу! Пора было начинать двигаться, рука затекла окончательно, и мышцы отозвались болью при попытке её, несчастную, разогнуть. Деби поморщился, бросая недовольный взгляд на брата, вошедшего в тот момент на кухню. Волосы блондина были забраны в хвост, из одежды только длинная майка, при ходьбе являющая взору стройные бёдра. Брюнет уставился на голые ноги, медленно перемещая взгляд вверх. Джас улыбнулся, глядя на помятого взлохмаченного близнеца, только начинающего толком просыпаться. - Доброе утро, дорогой, – этому всё было нипочём, сиял как намытая кастрюля, чем жутко раздражал старшего. Конечно, ему-то никуда не надо, а вот Дебитто вечно бегает, как энерджайзер, решая всё за двоих. Вот почему? - Сготовь пожрать, а? – Зевнул Деби и отпил глоток немного остывшего горького кофе без сахара. Взгляд снова невольно вернулся к ногам, проследовавшим мимо него к грязно-белому холодильнику, а потом к микроволновке, куда блондин пихнул разогреваться что-то, скорее всего, несъедобное. - Прекрати ворчать… и не пялься на мои ноги, – Джас качнул бёдрами, окончательно спутав мысли в лохматой черноволосой голове. - Я не виноват, что у тебя ноги бабские, – в ответ на это блондин приподнял бровь, одёргивая край чуть задравшейся майки, перемещая ткань обратно, ближе к острым коленкам. - Ты ещё скажи, что девушками интересуешься, и я охотно поверю. Деби с раздражением фыркнул, наблюдая за тем, как тот прислонился к подоконнику с телефоном, с кем-то общаясь по смс. - Ну не тобой же! – Брюнет поймал себя на мысли, что это звучит как оправдание. Что-то странное творилось в голове, и это его начинало пугать. Решив для себя, что пора бросать пить, он поднялся, забыв про завтрак, и направился в душ под пристальный взгляд блондина. Джас молча пожал плечами, снова уткнувшись в экран мобильного, и улыбнулся, читая пришедшее сообщение. Ещё неделя праздного безделья, после которой снова настали трудовые будни. Небольшая студия на окраине. Группу они только недавно собрали, поэтому денег хватило только на эту, не особо уютную, норку. Норка была довольно сильно захламлена: по углам болтались пустые бутылки из-под пива, полные окурков пепельницы на журнальном столике, пол здесь уже месяца два как не мыли. Некому. Но инструменты и аппаратура содержались в чистоте, этим пренебрегать было нельзя. Джас вальяжно развалился на низком продавленном диванчике, только что закончив репетировать свою партию на соло-гитаре. Выражение лица «я в танке», бездумным взглядом блондин наблюдал за тем, как пытался распеться Дебитто. У того что-то не выходило, и он уже раз десятый начинал заново, постепенно закипая от злости. В студии они сегодня были вдвоём, Марсен, их барабанщик, пропадал на учёбе в институте. Из-за выступлений у того было много пропусков, поэтому братьям приходилось пока репетировать вдвоём. - Надоело! – Прорычал Деби, отбрасывая в сторону наушники. Подошёл к стоящему в углу холодильнику, достав бутылку холодного пива, сделал большой глоток. Выражение лица его брата при этом нисколько не поменялось. Он медленно повернул голову, переводя на брюнета спокойный взгляд. - У братика пмс? – Выдал Джас, раздражающе растягивая слова. У него была совершенно идиотская привычка злить близнеца ещё больше, когда тот был не в духе. Просто потому что ему скучно, а вид злящегося брата доставлял блондину особое удовольствие. Срываться совершенно не хотелось, ещё пара жадных глотков из бутылки. - Закрой рот. - Деби, не будь такой букой, – сладкий голос с придыханием раскалённой иглой впивался в мозг. - Пошёл к чёрту, придурок! – Прошипел брюнет, покосившись на брата, изобразившего самый невинный вид. Как всегда. Он окинул взглядом небольшое помещение. Невольно в голову пришла мысль, что ему неожиданно всё надоело. И этот вечный бардак, и отсутствующий здесь барабанщик, и невозможность из-за всего нормально репетировать. А ещё мелкий, вечно действующий на нервы, братец. Как тут можно заниматься творчеством, и пытаться добиться огромных толп сходящих с ума поклонников? - Но Деби, мне скучно… - Сука, - отбросив бутылку с недопитым пивом, брюнет быстро преодолел разделяющее их расстояние. Бутылка откатилась к стене, напиток пенной лужицей растёкся по полу. – Скучно?? А прибраться в этом свинарнике пробовал, нет? Говорят, помогает. - Всё это он прошипел, словно ядовитая змея, глядя в глаза близнецу и сжимая его роскошные локоны в руке. Выражение глаз последнего резко изменилось - непонимание и лёгкий испуг, но он не верил, что старший брат может ему что-то сделать. Поэтому не предпринимал никаких попыток вырваться, просто смотрел. - Давай я тебя развлеку, братец? Дебитто стянул близнеца на пол за волосы, заставив встать на колени перед собой. Другой рукой расстегнул ремень и резко дёрнул застёжку на своих узких чёрных джинсах вниз. Не ожидавший такого обращения Джас испуганно вздрогнул. - Деби… н-не надо… - видимо, только начиная понимать, что сейчас должно произойти, блондин попытался высвободить волосы из захвата тонких, но сильных пальцев. Не помогло. Дебитто, стиснув зубы, нагнул его ближе к себе, практически прижав лицом к паху, позволяя ощутить просыпающееся под тканью белья достоинство. - Я сказал вперёд, – усмешка. – В чём дело, язва, весь свой апломб растерял? - Я не… не буду делать этого! – Джас упёрся руками брату в бёдра, стараясь отстраниться. Сопротивление только подлило масла в огонь - брюнет намотал его волосы на руку, вытащив ножик, поднёс его к мягким светлым локонам, о которых его братец всегда с особым старанием заботился. - Будешь. Я жду, – холодно произнёс Деби, глядя сверху вниз на побледневшего близнеца, которого колотило мелкой дрожью. Он перестал дёргаться, рвано дыша, и не глядя на своего мучителя. Тот же, убрав нож и снова усмехнувшись, оттянул бельё вниз, освобождая член. Ткнулся влажной головкой в плотно сжатые губы блондина, от чего последний вздрогнул, замерев. - Ну? - Нет… - Джасдеро замотал головой, безуспешно дёрнувшись, но Деби, удержав его за подбородок, вошёл членом в горячий рот. - Давай сам. В ответ на это младший приглушённо замычал, зажмурившись. Дебитто толкнулся вперёд, проникая в глотку и заставляя давиться членом, не ослабив при этом хватку. В этот момент все мысли спутались, брюнет не думал о том, что делает. О том, что они братья, и что это неправильно. Осталось только желание… он начал медленно двигаться, ощущая, как возбуждение нарастает с каждой секундой, тёплыми волнами расползаясь от низа живота по всему телу. Джасдеро с едва слышным стоном вцепился в приспущенные джинсы на узких бёдрах, подавляя рвотные позывы. Брюнет на секунду остановился, поглядев на младшего близнеца. - Давай сам, иначе будет больнее. Джас, судорожно вдохнув, вобрал возбуждённое достоинство в рот, скользя плотно сжатыми губами по стволу. Выпустил, облизав головку, и снова взял по основание, заглатывая. - Молодец… - с губ Дебитто сорвался хриплый стон. Поглаживая мелкого по плечам, он прикрыл глаза, слегка толкаясь навстречу ритмично ласкающим его достоинство мягким губам, не замечая влажных дорожек на его лице. Джас старательно отсасывал, доставляя удовольствие. Помогая себе рукой, задевал напряжённым языком чувствительные точки, тем самым заставляя хрипло стонать и прогибаться. Деби был уже на самом пике. Немного отстранившись, он сжал член пальцами, быстро двигая ими, и вскоре кончил, притягивая блондина ближе, не дав ему возможности увернуться. Джас проглотил всё до последней капли, едва дыша и не открывая глаз, цепляясь за бёдра старшего близнеца… Зазвонил мобильный Джасдеро, лежащий на столике, разрывая наступившую в помещении тишину. Блондин не обратил на это внимания, неуклюже сев с колен на пол. Размазав потёкшую подводку по лицу, посмотрел на брата. Дебитто только-только начинал осознавать, что натворил, всё ещё тяжело дыша. От осознания ком встал в горле, мешая что-либо сказать. Взгляд на экран. «Марсен» - высветилось там. Деби даже не задумался над тем, почему драммер звонил его брату, а не ему самому. Он, ничего не сказав, вышел из студии, оставляя подавленного и униженного Джасдеро наедине с собой. Дверь противно скрипнула, резанув по натянутым, словно струны, нервам. Прохладный воздух приятно обдувал разгорячённую кожу, хотя легче от этого не стало. Перед глазами так и стояла картинка: его брат на коленях перед ним, припухшие губы дрожат, взгляд наивного щенка, в котором застыл только один немой вопрос – за что? Парень шёл куда-то по улице, вставив в уши наушники, чтобы никого не слышать. Домой не хотелось, хотя было уже довольно прохладно, а он забыл накинуть куртку, спеша сбежать подальше. Скрыться, преследуемый осознанием своей вины перед младшим близнецом. То, что доверие блондина к нему было теперь подорвано, а вместе с ним порваны и последние ниточки, связывавшие их, было ясно, как Божий день. Дебитто всё понимал, но делал безуспешные попытки хоть как-то оправдать себя. «Я просто сорвался, нервы ни к чёрту…» Но как бы он ни старался, всё сводилось к одному – Деби не имел права так поступать, он отвечал за Джасдеро, как за младшего. С самого детства, особенно с того дня, как они покинули отчий дом и постоянно находящихся в запое родителей, он оберегал и защищал его. А теперь… Деби тяжело вздохнул, стараясь не обращать внимания на любопытные взгляды прохожих. Ему страшно хотелось выпить, но брюнет держал себя в руках. Алкоголь не поможет, станет только хуже. К тому времени, когда Дебитто волей-неволей всё же добрался до дома, он пришёл к выводу, что надо поговорить с Джасдеро. Его отношение к близнецу братским назвать было нельзя, именно этот факт и смущал его последние недели. Он ревновал. Ко всем и каждому, кто имел наглость как-то не так посмотреть на его брата. Но это не любовь. Может быть, чувство собственности. Брюнет поднял глаза, считая этажи серого кирпичного дома. В окне комнаты Джасдеро горел свет, и это несколько успокоило Деби. Он толкнул дверь подъезда, направляясь к лифту и доставая ключи. В квартире было тихо, под дверью комнаты брата узкая полоска света. Справившись со шнуровкой на высоких сапогах, Деби тихо прошёл по коридору и замер, глядя на дверь с круглой, выполненной под золото, ручкой. Рука потянулась было к ней, но Деби не решился. Он подумал, что поговорит с братом завтра, а сейчас… сейчас его лучше не трогать. К тому же, надо было подумать, что именно он скажет ему. Извиняться Деби не умел, да и сказать банальное «прости» за то, что он сделал, было явно слишком мало. Дебитто развернулся и ушёл в свою комнату.