Концерт отменяется

Оля продолжала смотреть в окно, равнодушно следя за прохожими. Несколько раз ей приходилось отмахиваться от надоедливого Кимина, которого капитан развлекал оживленной беседой. Кореец обращался к девушке только когда не мог понять длинные и витиеватые предложения собеседника. Спустя минут двадцать капитан понял свои ошибки и перешел на более короткие и понятные фразы, тем самым избавив Олю от необходимости постоянно объяснять Кимину суть сказанного. Он даже умудрился уговорить певца дать автограф для его дочери, которая оказалась ярой поклонницей "K-pop boys". Несчастная девочка уже третий день не выходила из своей комнаты, рыдая над судьбой отмененного концерта, которого все русские фанаты ждали несколько долгих лет. В ответ на эту просьбу Кимин развел руками, показывая, что у него при себе нет ни альбома группы, ни их плаката, ни даже какой-нибудь малюсенькой фотографии, на которой можно было бы оставить памятную надпись. В ответ на этот жест находчивый капитан подсунул под нос корейцу ориентировку на него же самого. Один взгляд на собственный фоторобот заставил Кимина нервно вздрогнуть. Но он все же поставил в углу размашистую подпись, всеми силами стараясь не смотреть на портрет. За все утро это была единственная причина, заставившая Олю улыбнуться. Внезапно тишину и покой кабинета разрушили крики, доносившиеся из коридора. Дверь распахнулась с громким стуком, явив миру шумного посетителя. Невысокий кореец в светлом деловом костюме и затемненных очках ничем не отличался от остальных представителей своей нации, если бы не одно "но": уж очень бойко он крыл отборным русским матом семенящего за ним Егорова. Как только визитер вошел в кабинет, Кимин вскочил с места и бросился в его объятия, оглашая отделение громкими криками "Хён! Хён!*". Долго плакать на плече гостя ему не пришлось. Отвесив мировой звезде пару подзатыльников, мужчина резко переключился с русского мата на корейский. Несколько выражений показались Оле знакомыми,кажется именно их Кимин использовал после знакомства с тараканом. Отчитав подопечного, мужчина огляделся и уверенно направился в сторону капитана. - Позвольте представиться, Шин Мён Сик, я - менеджер "K-pop boys". От лица нашей компании хочу поблагодарить Вас за то, что нашли нашу пропажу. Смею Вас уверить, что награда не заставит себя долго ждать. - А Вы неплохо говорите по-русски, - усмехнулся капитан, пожимая протянутую ладонь. - Традиции моей семьи обязывают, - улыбнулся менеджер. - Мой отец, посетив однажды Россию, был сражен красотой русской девушки, ставшей впоследствии его женой и моей матерью. Так я могу забрать Кимина? Или мне нужно где-то расписаться? - Ну что вы, - еще шире улыбнулся капитан. - Принимайте его как есть, по описи и протоколу в полной ценности и сохранности. - Опись? - нахмурил брови менеджер. - Я все-таки должен что-то подписать? - Нет-нет, - торопливо ответил полицейский, понимая, что его шутка не получила должного отклика. - Я просто пошутил. - Ах, шутка, - расплылся в улыбке кореец. - Простите, но русский юмор для меня до сих пор остается загадкой. Он у вас такой... своеобразный. Смущенный капитан поправил волосы, пригласительным жестом указал гостю на дверь и сам же вышел первым, подавая пример остальным. Оля горестно вздохнула и нагнулась, чтобы поднять чехол с гитарой, но больно ударилась обо что-то лбом и тихо ойкнула, злобно сверля препятствие глазами. "Что-то" тоже вскрикнуло от боли и виновато глядело на девушку из-под рыжей челки. Ольга лишь фыркнула, отбирая у корейца ремень от чехла с гитарой, который он успел схватить первым, и демонстративно закинула инструмент на плечо, показывая, что ей не нужна ничья помощь. Парню оставалось только пожать плечами и молча проследовать за спутницей. В холле отделения менеджер снова принялся рассыпаться в благодарностях, ни на минуту не выпуская руку капитана. Страж порядка поначалу очень внимательно слушал гостя и даже улыбался, но вскоре утомился и просто кивал в ответ на каждое слово собеседника. Случайно наткнувшись взглядом на хмурую Олину физиономию, капитан, наконец, вырвал руку из хватки корейца и кивнул в сторону девушки. - Если честно, за спасение своей звезды вы должны благодарить ее. Менеджер спустил очки на кончик носа и внимательно оглядел Олю с головы до ног. Под его изучающим взглядом девушка нервно поежилась. Заметив, что внимание полностью переключилось на подругу, Кимин наклонился к уху менеджера и что-то быстро-быстро зашептал, при этом отчаянно жестикулируя. Шептал он долго, иногда прерываясь, чтобы набрать в грудь немного воздуха. По мере его рассказа лицо менеджера постепенно вытягивалось и меняло цвет от бледно-серого до пунцово-красного. Разобрать что-либо не представлялось возможным, но Ольга была уверена, что в рассказе Кимина не обошлось без бабы Зои, таракана и русской водки. При воспоминании о последней захотелось натянуть и без того сползающую на глаза шапку до самого подбородка и притвориться деталью интерьера. Жаль, что русские отделения полиции не украшают статуями девушек с гитарами. Внимательно выслушав Кимина, менеджер загадочно улыбнулся. - Тогда юная леди должна будет поехать с нами. От пафосного обращения Олю немного передернуло. С куда большим удовольствием она бы сейчас вцепилась в решетку "обезьянника", не дав сдвинуть себя ни на миллиметр, но слишком широко улыбался менеджер, слишком теплыми были ладони Кимина, которые легли ей на плечи. - Что ты ему наговорил? - злобно зашипела Оля корейцу, пользуясь тем, что капитан все-таки подсунул менеджеру на подпись несколько бумаг. - Я просто хочу сказать тебе спасибо , - ответил Кимин, мягко подталкивая девушку в сторону выхода. - Это можно было бы сделать прямо здесь, и разошлись бы каждый своей дорогой, - буркнула себе под нос Оля. Если бы шапка не продолжала закрывать ей обзор, она бы заметила, что менеджер "K-pop boys" на мгновение оторвался от подписывания бумаг и задумчиво посмотрел в ее сторону. Едва двери отделения приоткрылись, как со стороны улицы раздался оглушительный шум. Истеричный визг смешанный с едва различными криками мгновенно наполнил небольшое помещение. Резко захлопнув дверь, капитан отработанным годами движением припал к окну, осторожно двумя пальцами раздвинув жалюзи. Вся улица от крыльца отделения до проезжей части была заполнена девушками подросткового возраста. Все они кричали, пищали и вообще производили оглушительный шум, из которого Оля смогла различить знакомое до боли слово "oппa"**. Их было от силы пара десятков, но шум они производили, как целый стадион. У многих в руках были плакаты с "K-pop boys", Кимином и другими мемберами. Некоторые плакали. Кто же знал, что потерять любимого оппу на три дня будет так страшно и больно. - Фанатки... - Внезапно возникший за плечом менеджер заставил видавшего виды капитана вздрогнуть от неожиданности. - И откуда только узнали? Повертев в руках телефон, Мёнсик быстро набрал номер и бросил в трубку несколько отрывистых фраз, заставивших Кимина недовольно поморщиться. - Надеюсь, у вас хватит людей, чтобы оцепить дорожку от двери до машины? Капитан утвердительно кивнул. Оля обеспокоенно глянула на Кимина, но тот лишь крепче стиснул ее плечо. - Идем! Невозможно в полной мере описать прорыв от двери до вызванной менеджером машины. Четверо телохранителей не могли справиться с напором фанаток, желавших во что бы то ни стало прикоснуться к Кимину. Если бы не подкрепление в лице русской полиции, Кимин был бы разорван на кусочки еще до того, как сел бы в машину. Даже Олю сумели зацепить фанатские руки. Кто-то даже пытался вырвать у нее гитару, но девушка вцепилась в свое сокровище мертвой хваткой. - Не бойся, - внезапно оказавшийся за спиной Кимин прикрыл Олю от протянутых рук фанаток. - Если что, я рядом. Оказавшись в машине, Оля невольно вздохнула с облегчением. Так вот каково приходится звездам, которых по пятам преследуют фанаты. Пару раз обезумевшие девушки чуть не разорвали ее одежду, а некоторые даже пытались вырвать клок волос. Ужасало то, что все они не имели ни малейшего понятия, кто такая Оля. Для них главным было то, что рядом с ней был Пак Ки Мин. И этого было вполне достаточно для того, чтобы попытаться порвать ее на сувениры или вырвать ей пару прядок волос, чтобы неповадно больше было стерве липнуть к их любимчику! Как только машина тронулась, между Кимином и менеджером завязался долгий спор. Оля не понимала ни слова, поскольку диалог велся на корейском. Единственное, что она смогла понять, это то, что Кимину нравилось далеко не все, что говорил менеджер. Несколько раз он раздраженно бил ладонью по спинке переднего сидения, отворачивался к окну и делал вид, что не слушает своего хёна. Однако через какое-то время Менсику удавалось выжать из подопечного ответную реплику, и спор разгорался с новой силой. Когда Кимин в сотый раз выдал раздраженное "Ащ!" и окончательно замолчал, глядя в окно, менеджер облегченно вздохнул, аккуратно вытер со лба выступивший пот и улыбнулся Оле, глядя на нее в зеркало заднего вида. - Мы сейчас едем прямиком на концерт. Как только я узнал, что Кимин нашелся, тут же дал распоряжение готовиться к шоу. Надеюсь, юная леди не против? - Не против, - буркнула Оля. - У юной леди тоже билет, она тоже хочет попасть на концерт. - Если хотели, то почему же так долго прятали своего кумира? - поинтересовался Менсик, внимательно следя в зеркало за Олиной реакцией. Девушка не стала отвечать на этот вопрос, последовав примеру Кимина и уставившись на проносящиеся в окне дома и улицы. На площади возле ледового дворца, где должно было состояться выступление "K-pop boys", уже толпились фанатки. Увидев их, Кимин удивленно приподнял бровь. - Меня только полчаса назад нашли, а они уже здесь! Иногда я поражаюсь этим фанатам! - Эти тут уже три дня, - ответил менеджер, мельком глянув в окно. - Даже ночевали на улице в такой-то холод. А вон те, что одеты полегче и улыбаются, только что подъехали. Видишь, даже плакаты еще не развернули. Кимин присмотрелся внимательнее. Действительно, часть девушек была одета в теплые пуховики, шапки и шарфы. Одни сжимали в дрожащих пальцах стаканчики с горячими напитками, другие торопливо скатывали и убирали в рюкзаки одеяла и спальные мешки наподобие того, в котором спала Оля. Певец покосился на девушку. Он и подумать не мог, что не встреть его Ольга на темной улочке, ее тоже ждала бы перспектива ночевки под открытым небом возле ледового дворца в ожидании чудесного спасения любимого певца. Хотя, если бы они не встретились, то и чудесного спасения могло не быть. Снова взглянув на фанаток, Кимин горько усмехнулся. Все они провожали их машину жадным взглядом, в глубине души надеясь, что именно в ней и спешит на сцену их кумир. - Ты хочешь подъехать прямо к главному входу? - спросил он у менеджера, оглядывая толпу девушек с плакатами наперевес, полностью блокировавших вход в ледовый дворец. - Это что-то вроде наказания для меня? - Конечно нет, - огрызнулся Менсик, старательно вглядываясь в сторону черного хода. - Хотя привычным путем тоже прорваться не получится. Там уже дежурят. Небольшая стайка фанаток с фотоаппаратами наготове уже нацелились в сторону приближающегося автомобиля, но менеджер уже отдал водителю приказ проехать мимо. - Войдем через пожарный выход, - объявил он Кимину. - Он удачно расположен. Даже я его не сразу нашел. А леди пока подождет нас снаружи. За ней придут. Оля растерянно переводила взгляд с одного корейца на другого. Менсик любезно перешел на русский. - Подождите нас в машине. За вами выйдет наш человек. А нам с Кимином нужно спешить. С этими словами он вышел из машины и уверенным шагом направился в сторону малоприметной обшарпанной двери, которую Оля поначалу приняла за вход в электрощитовую или что-то в этом роде. Кимин на секунду замешкался. При взгляде на растерянную девушку у него сжималось сердце, но долг требовал следовать за менеджером. Сжав Олину руку, он торопливо прошептал: - Дождись меня, хорошо? Получив утвердительный кивок, певец быстро выпрыгнул из машины и, воровато оглядываясь, поспешил вслед за менеджером. Менсик терпеливо ждал его за дверью. Похлопав певца по плечу, он повел его вверх по темной обшарпанной лестнице, которая тут же напомнила Кимину о подъезде, в котором находилась уютная квартирка бабы Зои. На третьем этаже глаза резанул яркий свет. Пока Кимин жмурился, менеджер успел открыть какую-то дверь и впихнуть в него подопечного. - Хён! - этот истеричный крик заставил несчастного Кимина задуматься о сохранности ушей куда больше, чем о сохранности глаз. Немного оглядевшись, он обнаружил, что находится в небольшой, но светлой гримерной, причем со всех сторон его облепили мемберы "K-pop boys". Самый младший из них повис у лидера на шее и обильно поливал слезами его плечо. Остальные довольствовались оставшимися без внимания макнэ*** частями тела и ободряющими похлопываниями по ним. - Где ты был, хен? - рыдал Хеджун. - Почему не сказал, куда пошел?! Как ты мог потеряться?! Ты хоть представляешь, как мы тут все с ума сходили?! Видимо, одних слов и слез парню показалось мало, поэтому он перешел от слов к делу, покрыв могучую грудь лидера дробью легких ударов кулаками. Кимин даже не пытался сопротивляться, по-отечески улыбаясь и терпеливо снося побои. - Хватит уже, оборвал истерику макнэ мембер постарше. - Он жив и здоров, и это главное. Концерт через несколько часов, а у нас еще ничего не готово. - То есть как ничего не готово? - вскинулся Хеджун. - Мы же три дня тут как проклятые день и ночь репетируем! - Мы репетировали без Кимина, - отрезал собеседник. - Надо хоть раз все повторить вместе с ним, а времени мало. - Донюн, - Кимин положил руку на плечо благоразумному одногруппнику и улыбнулся. - Спасибо тебе. - Не за что, - парень сбросил с плеча руку лидера. - Не думай, что я простил тебе эту выходку. Просто в первую очередь ты должен был подумать о нас, о концерте, о фанатах, а потом уже о собственном самолюбии. - Прости, - Кимин окончательно поник. - Просто за это время со мной произошло столько всего, что, боюсь, даже дня не хватит, чтобы все рассказать... - Потом расскажешь, - оборвал его другой мембер, до этого момента занятый приведением в порядок буйной блондинистой шевелюры. - Бегом на сцену! У нас времени всего на один прогон, а потом сразу грим и костюмы. Одновременно кивнув, мемберы "K-pop boys" засуетились, собирая по гримерке свои разбросанные вещи, торопливо прицепляя микрофоны и подгоняя друг друга. Только Кимин растерянно оглядывался на дверь, нервно теребя край длинного желтого шарфа. - В чем дело? - Рэппер Инсу, внезапно дотронувшийся до плеча лидера, заставил его вздрогнуть. - Я... Меня просто ждут там, на улице... - Ты про фанаток? - фыркнул Инсу, бросая короткий взгляд в окно на растущую толпу поклонниц. - Так они уже три дня и две ночи ждут, а ты все где-то бродишь. - Нет, ты не понимаешь, - Кимин уже начал нервничать. - Она меня ждет! Я должен поблагодарить ее! - Кого "ее"? - рядом возник вездесущий Хеджун. - Девушку, - Кимин шумно выдохнул. - Если бы не она, я бы умер от голода и холода где-нибудь на улице. Или еще хуже! Внезапное воспоминание о первом знакомстве с русской полицией заставило неприятно содрогнуться. - И как же ты хочешь ее отблагодарить? - оказывается, мемберы уже окружили Кимина и в их глазах отчетливо читалось: "Выкладывай". - Давайте попозже это вместе обсудим, - Донюн хлопнул лидера по плечу. - В конце концов, мы тоже обязаны ей за твое спасение. Попросим менеджера-хёна, уверен, он нам поможет. А пока идем репетировать. Пока Кимин общался с друзьями в теплой гримерке, Оля на улице перебегала от одного солнечного пятна на асфальте к другому. Внезапно погода испортилась, подул холодный ветер, а солнце скрылось за облаками, изредка роняя свои лучи на замерзающую девушку. Уже несколько раз в голове пробегала мысль сбежать, пока никто не пришел. Останавливало только то, что Кимин просил дождаться его во что бы то ни стало. Почему-то ей казалось, что постыдное бегство будет расценено им как предательство, и это заставляло стоять под пронизывающим ветром и тупо таращиться на обшарпанную дверь, за которой скрылись корейцы. Сколько времени прошло с тех пор? Вечность? Две? Несколько раз мимо проходили стайки фанаток в поисках возможного секретного входа в здание, через который мог просочиться их кумир. Как и предполагал Менсик, пожарный вход их не заинтересовал, хотя, скорее всего, они его просто не заметили на фоне не очень чистой стены. Зато прекрасно заметили подозрительно топчущуюся на одном месте Олю. Пара девчушек лет шестнадцати несколько раз прошла мимо окоченевшей спасительницы, неодобрительно шушукаясь. Набравшись смелости, одна из них решилась таки подойти к потенциальной сопернице. - Что делаешь? - грозно спросила она у Оли, злобно сверкая глазами. - Греюсь, - неубедительно соврала Оля, надвинув шапку на самые уши и сосредоточенно дыша в воротник джинсовки. - Ну, грейся, - фыркнула девушка, удаляясь в сторону подружек. Немного подумав, Оля все же решила немного изменить место дислокации. Иначе она действительно рисковала привлечь излишнее внимание к спасительной двери. Она уже даже облюбовала милое хорошо освещенное солнышком место возле мусорного бака, как за ее спиной раздался лязг. Выглянувший на улицу Менсик воровато оглянулся и жестом позвал Олю следовать за ним. Оказавшись в помещении, девушка почувствовала как каждая клеточка ее организма радуется теплу. Бредя вслед за менеджером по ветвистым коридорам, Оля постоянно оглядывалась, надеясь увидеть где-нибудь Кимина или кого-нибудь еще из "K-pop boys". Увы, людей вокруг ходило предостаточно, но самих артистов среди них не оказалось. Наконец, Менсик распахнул одну из дверей и галантно провел девушку в просторную светлую комнату с огромными кожаными диванами и небольшим журнальным столиком посередине. Указав Оле на один из диванов, менеджер присел напротив. Оля неуверенно огляделась и скромно присела на самый край сидения. - А где Кимин? - поинтересовалась она и тут же почувствовала себя конченной идиоткой. Лицо менеджера из благожелательно-веселого в миг стало серьезным и даже каким-то угрюмым. - Кимин... - протянул он, сцепляя руки в замок. - Может, кофе? Оля неуверенно кивнула. От тона менеджера становилось не по себе. Девушка настороженно следила за тем, как Менсик подходит к стоящей у окна кофеварке, наливает напиток в чашку, с легкой улыбкой отдает ее Оле и садится напротив, не сводя с девушки глаз. Под этим изучающим взглядом холодели все и без того замерзшие конечности. И даже первый глоток кофе застрял в горле, заставив смущенно закашляться и оставить чашку только для согревания озябших пальцев. - Так вот, Кимин... - менеджер снова заговорил, глядя на Олю поверх очков. - Сразу хочу Вас предупредить, он не придет. Оля невольно вздрогнула и вопросительно уставилась на корейца. Тот лишь вольготно откинулся на спинку дивана. - Вы ведь прекрасно понимаете, что Кимин - звезда мирового масштаба. И он вполне имеет право на такие выходки, как свидания с другими звездами, драки, вождение в нетрезвом виде... Но даже такого рода скандалы нелегко замять. Что уж говорить о фанатах, которые годами не могут простить артисту даже ложное обвинение в плагиате. Ольга понимающе кивнула. Менсик явно начал издалека, и основная тема разговора еще только маячила на горизонте, но девушка уже чувствовала, что ничего хорошего ей это не сулит. - Поймите, Ольга, мы очень вам благодарны. И за то, что Вы нашли Кимина, и за то, что заботились о нем все это время, но знаете... Нам бы не хотелось придавать это дело огласке. Поймите, малейшая утечка информации и налетит пресса, завалит вопросами, докопается до правды, а до чего не сможет докопаться, то придумает сама. Поверьте моему опыту, журналисты в наше время ради сенсации ни перед чем не остановятся. Тот факт, что вы - молодая привлекательная девушка только усугубит проблему. Мы-то сможем замять скандал. А вот что будет с Вами? Оля невольно вздрогнула. Прогулки от отделения полиции до машины ей вполне хватило. Перед глазами сразу возникла картинка с толпой фанаток, вооруженных лайстиками как дубинками и готовых разорвать соперницу, посмевшую непозволительно близко подобраться к их любимому оппе, на мелкие кусочки. Самое страшное, что в самой гуще этих фанаток Оля представила саму себя, беспомощно оглядывающуюся по сторонам в поисках помощи. Но вокруг, на сколько хватало взгляда, были только искаженные злобой лица фанаток. Мотнув головой, чтобы отбросить страшное видение, девушка сделала большой глоток уже остывающего кофе и вопросительно уставилась на менеджера. - Так чего Вы от меня хотите? - Самую малость. Просто исчезните. - Заметив вытянувшееся от удивление лицо собеседницы, Менсик поспешил поправиться. - Я хотел сказать, что Вы должны просто выйти за эту дверь и забыть о Кимине. Я не запрещаю Вам любить его как певца, не запрещаю бережно хранить воспоминания о том, что произошло за эти три дня. Но Вы должны пообещать мне, что ни одна живая душа, кроме Вас, меня и Кимина об этом не узнает. Это для Вашего же блага. Ну, и для блага Кимина, разумеется. Думаю, не стоит объяснять, чем может обернуться для его карьеры всего две ночи, тайком проведенные наедине с русской девушкой. Менеджер сделал многозначительную паузу, давая Оле возможность осознать всю значимость ее ответа для их с Кимином счастливого будущего. Впрочем, девушка и так все прекрасно понимала, но это все равно не мешало зарождаться в душе странному и необъяснимому чувству неудержимой ненависти в менеджеру. А в груди начинало больно покалывать при одной мысли, что сейчас у нее нет иного выхода, кроме как действительно молча встать и уйти. - Ваш кофе остыл, - сообщим Менсик, взглянув на чашку, которую Оля сжала до побелевших кончиков пальцев. - Спасибо, я знаю, - глухо ответила девушка, не сводя невидящего взгляда с мухи, деловито ползающей по оконному стеклу. - Кстати, если Вы вдруг решите сделать первый шаг и обернуть случившееся против нас... - Оля подняла тяжелый взгляд на собеседника, менеджер фальшиво улыбнулся. - Мы будем все отрицать. Кимин в том числе. Если бы дело касалось его одного, он может и встал на Вашу сторону. Но под ударом окажется вся группа, могут пострадать невиновные. А этого он, как лидер, допустить не может. Ольга долго вглядывалась в лицо менеджера, пытаясь заглянуть ему в глаза. Она до сих пор не могла поверить, что вместо благодарности этот человек решил ее шантажировать. Причем не только ее спокойствием, но и благополучием Кимина. Менсик умело прятал глаза за затемненными стеклами очков и тоже в свою очередь внимательно разглядывал застывшую, словно статуя, девушку. Тяжело вздохнув, Оля поставила чашку на столик и встала. Не говоря ни слова, она закинула на плечо гитару и на негнущихся ногах направилась к выходу. Когда ее рука уже коснулась ручки двери, Менсик внезапно заговорил: - Если Вас интересует денежное вознаграждение за ваши труды, то мы можем договориться. В глазах у девушки мгновенно потемнело. Первым желанием было резко развернуться и изо всех сил врезать этому напыщенному коротышке гитарой по физиономии. Но жалко было марать инструмент, и потом, уж это точно отразилось бы на карьере Кимина. Стиснув зубы, Оля тихонько процедила: - Оставьте свое вознаграждение при себе, - и вышла в коридор. Захлопнув дверь, она не могла отказать себе в удовольствии изо всех сил пнуть ее ногой. Но, к сожалению, хоть находящийся в комнате Менсик и услышал грохот, ему от этого хуже не стало, зато Оле немного полегчало. Разговор с менеджером оставил очень тяжелое впечатление. Хотя, чего она ждала? Что ее здесь встретят с распростертыми объятьями, будут кланяться до земли и от счастья целовать ноги? На всякий случай, Ольга мельком глянула на свои кроссовки. Да уж, целовать их точно никто бы не стал. Но все же просто так взять и выгнать ее прочь тоже было не самым правильным поступком со стороны руководства группы, которое, по идее, должно быть счастливо от того, что их подопечный вернулся целым и невредимым. Они ведь могли хотя бы дать ей увидеться с Кимином... в последний раз. Просто сказать "прощай", ей большего и не нужно было. Она и не надеялась... Невеселые мысли сопровождали Олю, пока она уныло брела по коридору, то и дело натыкаясь на спешащих куда-то людей. Некоторые останавливались и вежливо извинялись на английском или корейском языке, некоторые проносились дальше, не замечая столкновения, а некоторые бросали вдогонку неуклюжей девушке сердитое "Ащ!", в который раз невольно напоминая о Кимине. Вокруг царил легкий навязчивый шум, в котором трудно было разобрать отдельные слова. Внезапно Оле показалось, что кто-то позвал ее. Оглядевшись, она не обнаружила вокруг никого знакомого и решила было, что ей почудилось, как за спиной отчетливо раздалось звонкое "Оli-yan!", заставившее девушку замереть на месте посреди просторного холла. Обернувшись, Оля увидела бегущего к ней Кимина. Парень так широко и искренне улыбался, что девушка и сама не удержалась от легкой улыбки. Когда певец подошел вплотную, Ольга заметила, что он уже был практически при полном параде. По крайней мере, уголки миндалевидных глаз уже были умело подведены стилистами, отчего глаза казались еще больше, и снова появился тот хитрый прищур, которым Кимин сражал фанаток, глядя на них с плакатов и обложек альбомов. Но самое странное, что за этим образом все еще был виден тот самый слегка неуклюжий и безумно милый Пак Ки Мин, с которым ей пришлось немало поняньчиться. Не смея отвести глаз от парня, Оля даже не сразу заметила, что он что-то пытается вложить ей в руку. Очнувшись, девушка увидела, что сжимает в ладони какую-то цветную бумажку. - Это лучше, чем у тебя... - возбужденно затараторил Кимин. - VIP-зона, кроме тебя там никого не будет. Будешь смотреть, словно ты одна в зале. Только приходи, прошу тебя. Обязательно приходи! Теплые пальцы Кимина накрыли дрожащую ладошку девушки. На мгновение им обоим показалось, что в холле воцарилась полная тишина, только были слышны глухие удары. Вот только чье сердце отбивало столь громкий ритм, трудно было понять, поэтому смущение постепенно накрывало обоих. - Ты ведь придешь? - спросил Кимин, чуть крепче сжимая Олины пальцы. Ответить девушка не успела, потому что за спиной внезапно раздался громкий крик: - Kimin-a! И тут же, словно по мановению волшебной палочки все звуки вернулись на свои места, холл ожил, наполнившись стаффом, тянувшимся к Кимину, словно к магниту. За их спинами пытался прорваться к другу Инсу, тоже уже при полном макияже. Схватив лидера за руку, он без лишних слов при поддержке стаффа потащил его в сторону гримерки. Кимин был вынужден разжать пальцы и только смотреть извиняющимся взглядом в сторону своей спасительницы. Внезапное исчезновение Кимина слегка отрезвило Олю. Она рассеянно разжала кулак, обратив внимание на бумажку, которую всучил ей парень. Действительно, это был билет на сегодняшний концерт, в VIP-зону, с прилагающимся пропуском за кулисы и билетом на фанмит. Все еще не очень хорошо соображая, Оля поспешила выйти на улицу. Вдохнув полной грудью осенний вечерний воздух, Оля снова уставилась на билет. Задумчиво почесав нос, она выудила из глубин рюкзака свой уже изрядно потрепанный, но купленный на собственные деньги билет, и сравнила с подарком корейца. VIP-билет был напечатан на плотной цветной бумаге с золотым уголком. Сопутствующие пропуска были прикреплены к нему при помощи скрепки в виде скрипичного ключа. Ее же билет представлял собой помятый кусок обыкновенной газетной бумаги с несколькими печатями и минимальной информацией о времени и месте проведения концерта. Единственное, что было выделено на нем крупным шрифтом - это номер фан-зоны, в которой ей предстояло простоять на своих двоих от первого до последнего номера. Будь Оля обычной фанаткой, соблазн был бы слишком велик. Но сегодня девушка внезапно осознала, что она больше не та Ольга, которая заслушивалась песнями любимой группы и пищала при просмотре фанкамов. Ее отношение к k-pop'у и всему, что с ним связано, круто изменилось после всего произошедшего. В голове внезапно всплыли слова менеджера: "Просто исчезните, забудьте о Кимине". Хмыкнув, Оля бережно сложила свой билет в бумажник и убрала как можно дальше в рюкзак. Какое-то время она просто смотрела на VIP-билет, старясь привести мысли в порядок. Спустя несколько секунд одним уверенным движением она разорвала билет и выбросила в стоящую рядом урну. На душе полегчало, но на сердце стало еще тяжелее. Уверенным шагом Оля двинулась в сторону ближайшего пешеходного перехода, игнорируя злобные взгляды фанаток, успевших заметить, что вышла она через главный вход. __________________________________________________________ * "Старший брат" - вежливое обращение мужчины к мужчине старше себя (кор.) ** "Старший брат" - вежливое обращение женщины к мужчине старше себя (кор.) *** самый младший (кор.)