Маленькое чудо

Мерлин был разочарован в себе. Он не справляется. Он бесполезен. Даже с магией. Не может защитить не то что себя, но и тех, кто ему дорог. Даже если с одним из них он знаком всего лишь две с лишним недели, но тот стал ему хорошим другом. Этот человек принял его. Принял мага, хотя и не должен был. Защищает его. А отплатить маг ему не может. Лишь мешает и доставляет проблемы. И снова чародей не смог помочь другу. Пришли за ним, а ранили принца. Хоть рана не слишком серьезная, но все равно. Пришлось перевязывать ее обычным лоскутком от одежды. Ну, хоть какая-то польза. Теперь нужно было уйти подальше от этого места, а то наемники скоро могут очнуться. Паренек с большим трудом взвалил на свои хрупкие плечи бессознательное тело принца и как можно осторожней и быстрее стал двигать ногами. Спустя полчаса мальчик ушел на приличное расстояние от места происшествия. Силы уже давно начали покидать хилое тельце, но парнишка держался, как мог. На его плечах, все-таки, было будущее Камелота, надежда на дальнейшее счастливое и спокойное существование. Поэтому маленький чародей из последних сил дошел до большого дерева, корни которого хорошо выпирали из под земли и могли укрыть от посторонних глаз. Облокотив блондина о корни дерева, и укрыв его не большим, но теплым одеялом, которое мальчик успел захватить на всякий случай, Мерлин улегся рядом на холодной земле. Было довольно прохладно, особенно рядом с землей, которая облепила большие корни. Одеяльце, конечно, должно защитить раненого от холода, но сам паренек такого удовольствия не мог позволить себе. Не заслужил. Не за что было оказывать ему такую честь. Уже через несколько минут мальчик спал, но холод пробирал до костей, заставляя морщиться и дрожать. Только потом, через неопределенное время, сквозь сон Мерлин почувствовал, как его голова лежит на более мягкой поверхности, а чьи-то сильные, теплые руки обнимают его за плечи. Стало тепло. Приятно и очень тепло, а вместе с объятиями пришло странное спокойствие, и маленький чародей погружается в более глубокий и спокойный сон. *** Второе пробуждение Артура уже не было настолько болезненным. Голова лишь немного побаливала и окончательно перестала кружиться. Время было не позднее, но солнце медленно, но верно подбиралось к горизонту. Принц решил получше осмотреться и встал, аккуратно, чтобы не разбудить, положив голову все еще спящего Мерлина на подсунутое под него одеяло. Убедившись, что чародей спит и не дрожит от холода, блондин решил пройти дальше. Когда он это сделал, то убедился, что местность все-таки более чем знакомая, Артур обычно охотился здесь и знал все ближайшие норки. Пройдя немного дальше, принц услышал шорохи. Юноша тут же обнажил свой меч, который видимо тоже Мерлин с собой тащил, а потом прицепил на пояс блондину, причем достаточно умело. Пендрагон-младший уже был готов к атаке, но то, что вышло из-за густых кустов, явно обрадовало Артура. Конь. Верный, преданный скакун принца, про которого он напрочь забыл. Артур с облегчением убрал меч обратно за пояс и поспешил провести коня к дереву. Когда же он снова был у дерева, только теперь с конем, блондин решил не медлить и сразу поднял чародея, завернутого в достаточно теплую ткань, на руки и устроил на спине лошади так, чтобы тот не упал с нее. Мерлин даже бровью не повел. Он спал слишком крепко, но принц не стал обращать на это внимание, ссылаясь на усталость и излишние переживания мага за сегодня. Сам Артур на коня садиться не стал, потому что мальчик занимал все пространство на спине лошади, а тревожить его не хотелось. И так натерпелся. Поэтому принц просто взял узду и пошел пешком, ведя скакуна за собой короткой дорогой. Идти было не далеко, за верхушками деревьев уже были видны высокие башни замка, поэтому идти нужно было где-то полчаса. Ну, не так уж и долго, учитывая, сколько они пробыли в целом в этом лесу. Наслаждение прогулкой – час, змея и блуждание по лесу – два часа и тридцать минут, пребывание в бессознательном состоянии – три часа, сон – тоже около трех часов. Девять часов! Весь день «гуляли» в лесу. Как думаете, может кто-нибудь поверить в это, тем людям, у которых, у одного голова перевязана, другой спит, как мертвый, и тем более они ничего такого с собой не брали, чтобы весь день в лесу проторчать, еду например? Нереально! Невозможно! Нужно придумать, что-нибудь стоящее, чтобы объяснить и это их состояние, и столь долгое пребывание в лесу, чем сейчас Артур и занимался. Была идея все рассказать королю, ну, про то, что это была засада, а в этом принц не сомневался, потому что, когда он искал что-нибудь знакомое, не было ни единого шороха и ощущения, означающего, что за ними наблюдают или следят, а потом случилась резкая атака. Но эта идея отпала почти сразу, потому что начнется такой переполох, что блондину аж дурно становилось от одной мысли. И потом, как объяснить то, как они выбрались живыми и без погони? Оторваться одним от целой толпы, тем более с ружьями, почти невозможно. И про магию ведь не скажешь. Артур вообще сначала хотел Мерлина к Гаюсу отнести, а уж потом разбираться во всем. Принц изначально не хотел вовлекать в это чародея и рассказывать про него тоже. Ну что же, придется во всем самому разбираться, да, Артур?! *** Как и планировалось, прошло полчаса, а Артур стоял уже у королевской конюшни. Нужно было поставить коня, а уж потом уже нести Мерлина до старого лекаря. Кстати, о Мерлине. Чародей и звука не издал за все эти полчаса, даже не шелохнулся ни разу. Принц, конечно, не обратил на это внимания, потому что всю дорогу был в своих мыслях, но когда они оказались на месте, блондин, все же, немного заволновался. Только тогда, когда Артур со спокойной совестью отдал своего скакуна конюху и уже шел с мальчиком на руках по направлению к коморке придворного лекаря, он смог нормально подумать об этом. «Слишком крепко спит. Даже если устал и перенервничал, - взгляд юноши был направлен, повторюсь, на слишком глубоко спящего и спокойного чародея. – Ладно. Придем к Гаюсу – спрошу у него. Может, я слишком волнуюсь, и для Мерлина это нормально». До коморки оставалось около десяти метров, как в поле зрения Артура попали три «доблестных воина», которые так не нравились Мерлину, да и самому блондину они как-то стали не такими уж и лучшими после того, что они сделали. Юноша решил больно не обращать на них внимания и, не останавливаясь, пошел дальше, как тут он узрел сначала удивленное лицо Маркуса, которое сразу как-то странно покраснело, скорее от злости и раздражения, после чего вся троица поспешила удалиться. Артуру показалось это слишком странным и подозрительным, но он решил разобраться с этим позже, а сейчас, не сбиваясь с прежнего курса, принц прошел прямо в коморку лекаря. Гаюс, как и всегда, был занят и то рассматривал травы, то перемешивал что-то в деревянной миске, то записывал что-то в старой тетради, с пожелтевшими от времени, листами, что-то бурча себе под нос. Видимо, он готовил какое-то новое лекарство. Конечно, дело благородное, но Артур решил, все же, прервать старика. - Гаюс, - принц подождал, пока к нему повернутся, и уже под удивленное лицо лекаря продолжил, - Добрый вечер! - Господи, да какой добрый-то?! – Гаюс сразу же кинулся осматривать вошедших. – Ну, вот почему ты, скажи мне на милость, уже во второй раз приходишь ко мне потрепанный и со спящим Мерлином на руках? Что опять случилось? - Долго объяснять. Гаюс, пожалуйста, давай потом, - попросил в ответ Артур на пристальный взгляд лекаря. – Обещаю, честное слово, я тебе все расскажу, но позже. Пожалуйста, посмотри, что с Мерлином. - Посмотрю, конечно, не переживай, - сказал старик, после чего указал на кровать возле камина. – Расскажешь, так и быть, потом. Кстати, почему ты спрашиваешь, что с Мерлином? Разве он не спит? - Спит, но, мне кажется, слишком крепко для здорового сна, - ответил блондин, укладывая чародея на кровать. – Такого еще не было. Если и происходил всплеск магии, то он, по крайней мере, спал не настолько глубоко, чтобы уж совсем не шевелиться. А сейчас он даже бровью не повел за все время, пока я его вез и нес сюда. Гаюс сразу начал осматривать мальчика. Все, вроде казалось, в порядке, но когда лекарь ощупал лоб мага, сразу нахмурился. Это не укрылось от Артура. - Что? Все-таки что-то есть? - Долго он спит? – задал вопрос на вопрос Гаюс, так и не убирая руку со лба подопечного. - Кажется, около шести часов. Что, что-то серьезное? – в ответ ему было лишь молчание, а лекарь, отойдя от кровати, взял какую-то небольшую чашку и подал ее Артуру. - Пожалуйста, наполни ее водой и принеси обратно, - это все, что сказал лекарь, даже не ответив на вопрос юноши. Но, тем не менее, принц поспешил выполнить просьбу и уже через пару мину пришел с чашкой, наполненной водой наполовину. Приняв чашку из рук блондина, Гаюс вернулся к кровати. - Гаюс, пожалуйста, ответь, - но опять молчание. Вместо этого, старик смочил какую-то тряпку в принесенной воде и положил ее на лоб Мерлину. – Ну, не молчи ты, пожалуйста! Я же тоже волнуюсь! – принц уже не старался говорить нормальным тихим голосом. Терпение у него тоже не железное. - У него жар, - наконец, соизволил ответить старик. – Где он спал? - Жар? Черт, - Артуру не очень понравилась эта новость. Волнение за Мерлина ударило по нему с новой, более мощной, силой. – Пять с лишним часов он спал на земле, в лесу. Потом я уложил его на лошадь, и полчаса мы добирались да замка. Что, настолько все серьезно? - А ты как думаешь, сможет организм двенадцатилетнего ребенка оставаться здоровым, проспав он осенью на холодной земле пять часов? Нет, Артур, не может, поэтому ты не зря волновался. У него начинается пневмония, и возможно с осложнениями. - Ох, черт! – юноша утер руками лицо, после чего вцепился ими в волосы, а сам заметался по комнате. – Черт, черт, черт! Вот понес же он (черт имеется ввиду!) меня в этот проклятый лес! Погуляли! Поднял настроение! Как же! – груз вины неотрывно повис на сильных плечах лучшего рыцаря королевства. В его голове вертелось лишь то, что это он виноват, что Мерлин сейчас болен, ведь это он потащил мальчишку в лес. Не было бы этой прогулки - не было бы нападения и столько волнения за здоровье мальчика. – Гаюс, с ним же все будет хорошо?! – Артур с надеждой в голосе обратился к лекарю, который уже успел поменять тряпку на лбу у чародея. Тот более-менее начал подавать признаки жизни, но они были не очень радужными. Легкая испарина на лбу, тяжелое сбивчивое дыхание – явные признаки начинавшейся болезни. - Точно не знаю, но пневмонию вылечить можно, не переживай так, - на этот раз лекарь отошел от кровати и начал рыскать по полкам в поисках каких-то лекарств. – У меня вот тут к тебе вопрос: как ты не заметил у него жара, пока ты его нес? Он же, вроде касался тебя лбом. Хоть и через одежду, но отличить холод от жара можно было. - Я не знаю. Не обратил внимания, - принц, кое-как немного успокоившись, сел на небольшой стул. - Не обратил внимания он, - передразнил его Гаюс, укрывая чародея теплым одеялом, после чего подошел к самому принцу. – Пока пусть полежит, позже дам ему лекарства. Ты сам как? Голова в порядке? – лекарь начал разматывать ткань на голове юноши. – Как небрежно… - Мерлин перевязывал, - оповестил об этом Артур с улыбкой. – Знаешь, он ведь меня уже второй раз спасает. Подумать только. Он ведь кажется таким маленьким и беззащитным, а на самом деле… - Ты не меньше его спасал, не прибедняйся. Оба хороши, - лекарь наконец снял уже грязную повязку и выкинул куда подальше, осматривая рану на затылке. – Все не так плохо. Сейчас просто помажу мазью, и даже перевязывать не придется. - Спасибо, - блондин послушно сидел на стуле, изредка поглядывая на чародея, лицо которого приняло немного болезненный вид. Лихорадит. Не очень приятно для ребенка. Чувство вины обрушилось на Пендрагона - младшего словно цунами. И только неприятные ощущения от мази, которую Гаюс уже начал наносить на поверхность ранки, не дали утонуть ему полностью. – Насчет того, что случилось. Мы решили в лесу прогулку на лошади устроить. Засада была. Конечно, сначала мы заблудись, - на это заявление Гаюс поднял одну бровь в удивлении: чтобы человек, который чуть ли не жил в лесу, и заблудился в нем?! - У лошади под ногами змея проползла, а она испугалась и кинулась наутек во всю прыть. Минут пять не мог ее остановить. Два с половиной часа бродили по лесу, а потом произошла атака. Наемники опять пытались Мерлина схватить. Я, конечно, отбивался, но меня по голове ударили. Помню оттуда последнее, это как опять у Мерлина всплеск магии произошел, и всех наемников как ветром сдуло. Потом я вырубился. Очнулся только где-то через три часа в другом месте. Голова была уже перевязана, а Мерлин рядом спал, на земле. Ну, он дрожал от холода, и я укрыл его одеялом, которым сам был укрыт. Вот паразит. Меня укрыл, а сам теперь с пневмонией лежит, - Артур тяжело вздохнул, прерываясь, давая время Гаюсу переварить все сказанное. Через пару минут лекарь уже сам сидел, только на краю кровати, на которой чародей уже лежал не так спокойно, как каких-то пятнадцать минут назад. А блондин продолжил. – В общем, после я поспать решил, потому что после удара еще не оклемался. Проснулся часа через три. Мерлин до сих пор спал. Я поднялся осмотреться и наткнулся как раз на нашу лошадь. А местность-то была более чем знакомая, всего полчаса от нас. Я медлить не стал и, уложив Мерлина на лошадь, поплелся сюда. В принципе все. - Да уж. Понесло же вас в лес, - упрекнул юношу старик, попутно меняя тряпку на лбу чародея. - Я хотел Мерлину настроение поднять, а то ходил вялый какой-то, мерещилось всякое. Говорил, что те трое придурков, Маркус, Генри и Свен, смотрят на него также как и все, кто охотится за ним. Я сказал, что это паранойя, и решил развеяться. - А с чего ты решил, что ему показалось? Что это была паранойя? Он уже три года от подобных взглядов бегает, должен различать. Не поверил? Вот и сиди теперь, а я Мерлина лечить буду. - Прости. Ну, дурак, знаю, не поверил, - Артур опустил голову, кладя руки на нее и рассматривая пол с ботинками. – Ну, ступил, потащил его в лес, где, по идее, его искать должны. Виноват. - Ладно, не убивайся так, - Гаюс слегка потрепал блондина по голове. – Все в порядке, вылечим мы его, куда он денется. Ты лучше разберись с теми тремя, а то еще учудят что-нибудь похлеще. - Хорошо, - принц слегка улыбнулся и поднялся. – Я тогда пойду, а то поздно уже. Тут взгляд Артура упал на кровать, на которой уже не хило так лихорадило Мерлина. Юноша подошел к кровати и с грустью и с виной в глазах всмотрелся в болезненно морщившееся лицо чародея. - Прости, - принц слегка погладил мальчика по волосам цвета вороньего крыла и убрал, прилипшую к мокрому лбу, челку, после чего обратился к Гаюсу, уходя. – Присмотри за ним как следует, - и, дождавшись кивка в качестве ответа, вышел из коморки, успев бросить лишь последнее «Спокойной ночи!»