Страсть и последствия

      Еще одно утро. Солнце уже встало, но будильник еще не звенит. Однако Ева уже в сознании, она только притворяется спящей, пока ее младший брат тихо пробирается в ее комнату. Вчера ночью она специально не стала закрывать дверь на замок. Она еще вчера надела красивое кружевное белье.       Она проснулась от шагов Лиама и теперь застыла в ожидании его действий. Ее глаза были закрыты, поэтому она не видела его лица и не знала, что он собирается делать. По телу пробежали мурашки. Лиам подошел к кровати и лег под одеяло, потом передумал и сбросил его с кровати и повис над Евой, которая съежилась от холода, продолжая делать вид, что она спит.       Лиам начал целовать шею Евы, спускаясь все ниже, снимая ее нижнее белье. Ева уже думала, что он будет только нежно ласкать ее, когда стала постанывать, но он грубо раздвинул ее ноги руками и начал тереться своим оголенным достоинством по ее нежной плоти, намереваясь вторгнуться в ее тело.       В страхе Ева резко открыла глаза и оттолкнула парня с криком:       -Что ты себе позволяешь!       Девушка укрылась одеялом, отворачиваясь от негодяя. Лиам упал на пол с кровати, ошарашенный ее неожиданным пробуждением. Он только недавно узнал об удовольствии, которое могут получать двое в постели. Всему этому его научила двадцатилетняя Ева.       То был простой вечер. Он как обычно играл в свои игры на приставке. Уже была глубокая ночь, родители ушли спать три часа назад. Ева еще не вернулась. Лиам дал себе слово, что пойдет спать, когда она придет. Сестра пришла очень поздно, в четвертом часу ночи, а может, утра. Лиам засыпал на ходу, но уже почти перешел на новый уровень. В этот момент дверной замок щелкнул, и Ева вошла в дом.       Лиам вышел к старшей сестре. От алкоголя она двигалась как-то странно. Улыбка не сходила с ее лица. Как только Ева сняла обувь, она упала в пороге. Лиам подскочил к ней, помочь встать. Она обхватила руками его шею и поцеловала в губы.       Шестнадцатилетний мальчик не мог оттолкнуть ее и только углубил поцелуй. Ему и раньше приходилось целоваться, но никогда это не происходило так страстно и горячо, как сейчас.       Рождение младшего брата покосило авторитет пятилетней Еве, рожденной в богатой семье. Будучи единственным ребенком, ей давали все, но тут все оборвалось. Маленький Уильям (Лиам) привлекал слишком много внимания. Ева хотела избавиться от него, но увидев его яркие, влюбленные в нее глаза, она оставила его.       Младший брат следовал за ней везде, слушал только ее. Но стоило ей понять, что им начинают интересоваться девочки, она решила отвоевать его себе.       В здравом уме она бы никогда не покусилась на невинность своего брата, но в тот вечер она поехала с друзьями в клуб, выпила. Ее подбросили до дома. Ева хотела заснуть прямо в пороге, но к ней выбежал Лиам.       Увидев его, почувствовав его руки, она поняла, что не хочет отдавать его какой-то неизвестной девушке. Она не думала, когда потянулась к нему за поцелуем. Ева думала, что он ее оттолкнет, но этого не произошло. Лиам только углубил поцелуй и рукой начал стягивать с сестры кофточку, повторяя все так, как видел во многих фильмах.       Но он не знал, что делать дальше. Тогда Ева взяла его руку и, как сирена, повела его к гибели. Они вошли в ее комнату. Она толкнула его на свою кровать, попутно снимая одежду. В ночной темноте Лиам еле как мог разглядеть контур тела Евы и осторожно касался его.       Сестра была намного смелее и резко стянула с парня его футболку и начала стягивать штаны. Он засмущался, хотя в этой темноте ничего не было видно. Лиам начал снова натягивать свою одежду, стесняясь своей наготы, но Ева успокаивающе поцеловала его в губы, затем в шею. Ее поцелуи спускались ниже и ниже, она провела языком вокруг пупка. Руками незаметно она уже стягивала его трусы.       Лиаму доставляло все это наслаждение, но он никак не мог спрятать свою неуверенность. Он просто прикрыл руками лицо, чтобы не видеть ничего.       Перед лицом Евы уже стояла его возбужденная плоть, готовая ко всем плотским усладам. Девушка только поцеловала достоинство Лиама и села ему на живот, руками спускаясь к своему нетронутому цветку. Парень чувствовал влажность на животе, образующуюся от того, что Ева требовательно ласкала себя.       Слыша ее приглушенные стоны, он возбуждался еще сильнее, но не мог себе позволить смотреть на все действия сестры. Ева уже начала насаживаться на конец члена Лиама, отчего оба застонали. Сначала ей было немного больно, но потом она попыталась двигаться. Внизу живота все щекотало. Это было странно, но приятно.       Двигать телом было почти невозможно. Наверно, в этот момент Ева протрезвела и сама начала стесняться, и тогда Лиам перехватил инициативу, схватив бедра девушки руками, он начал помогать ей двигаться. Ее стоны, нервно граничащие с криками, которые она со всех сил пыталась приглушить, только еще больше возбуждали его, и он делал свои рывки грубее и быстрее.       Он впервые чувствовал себя так! Тело горело, сердце готово было выпрыгнуть из груди. Ее прикосновения, казалось, оставляли на его коже сильные ожоги. Они потеряли счет времени, закончили только когда рассвело.       Оба лежали на ее кровати, голые, в обнимку. Их тела прилипали друг к другу, но им нравилось, казалось, что они становятся одним целым.       Ева проснулась намного раньше Лиама. Она накинула легкий халат, зашла в ванну, салфеткой вытирая с ног улики грешной ночи. Затем она спустилась вниз на кухню, где завтракали родители. Вчера они рано легли и не видели дочь, предупредившую, что вернется поздно.       -Доброе утро, Ева, - улыбнулась мама, намазывая масло на булочку.       -Доброе, - ответила Ева.       -Ты как вернулась домой? – спросил отец, сто раз звонивший дочке на телефон. Он был очень зол и готов не разговаривать с ней неделю. Крикам он предпочитал тихий бойкот.       -Меня вчера подруги подбросили, а телефон сел, я даже не заметила, - сказала девушка. – О, пойду в душ. А где Лиам? – спросила Ева, делая вид, будто не видела его очень давно.       -Наверно, ушел, - пожала плечами мама. – Дверь в его комнату открыта, его нет. Не похоже на него, так рано куда-то срываться.       -Да, - протянула девушка и снова вернулась в комнату, где все также младенческим сном спал брат.       Что делать дальше? Она уже переступила эту черту. Это уже не детские шалости, это что-то противоестественное. Это ненормально!       Ева, уже помывшись, присела на свою кровать рядом с Лиамом, обняла его за плечи и закрыла глаза. Что делать? Как быть? Она сама это начала! Остается только надеяться, что он сможет все забыть.       Одеяло прилипало к потному телу Лиама. И он не мог нормально спать, особенно когда Ева ушла. В полусне он не мог ее отчетливо видеть. Он не мог хорошо видеть ее неуверенную походку, то, как по ее ногам стекает его сперма.       Он пытался заснуть, но кровать сестры была непривычно мягкой, и он в ней утопал. Из окна дул прохладный утренний ветерок, он укутался в одеяло. Ева вернулась и обняла его, измученно выдавливая:       -Что же я наделала!- она прижалась к нему, стиснув зубы.