Обещания

       — Не лезь в это дело.       Фраза прозвучала настолько неожиданно, что начинающий засыпать Акихито непонимающе оторвал голову от груди Асами и тупо переспросил:        — Чего?       Парень насупился. Сон как рукой сняло, несмотря на сильную усталость. И обязательно Асами нужно было начинать подобный разговор после секса?        — Я не шучу. Займись чем-нибудь другим.       Акихито и так знал, что мужчина не шутит. Научился уже различать малейшие изменения в ровных интонациях и выражениях холодных золотистых глаз.        — Это как-то касается тебя? Твоих... дел?       Асами, прищурившись, посмотрел на парня и после затянувшейся паузы, наконец, коротко ответил:        — Нет.       Это было странным. Раньше Асами не сильно лез в работу своего любовника. Вернее, лезть-то лез, но скрыто. Акихито вообще сомневался, что хоть что-то происходило в его жизни вне ведома якудзы, но... чтобы высказываться вот так прямо?       Всё началось больше месяца назад, когда Акихито, наконец, начало везти на работе. Он добыл невероятно удачные скандальные снимки, однако полностью позлорадствовать перед Митараи не удалось: на следующий день после публикации в редакцию наведался какой-то человек, интересующийся светловолосым шустрым фотографом. Босс Акихито сообразил, что его подчиненного мог кто-то заметить, и, отмазав парня, предложил тому не рисковать и не появляться в редакции, отправив в отпуск на неопределённый срок.       Сначала-то Такаба помаялся денёк-другой без дела, но вскоре взвыл от скуки. Вернее, даже не от скуки, а от осознания того, что сейчас он, временно безработный, целиком и полностью живёт на попечении у Асами. Акихито помнил, как бесился, когда любовник без спросу переселил его к себе. Но там уж ладно: все деньги от проданной квартиры, зарплата журналиста и готовка ужина по настроению могли, вероятно, оплатить проживание всего на нескольких квадратных метрах гигантской шикарной квартиры Асами. Негусто, но... хоть что-то. Хотя бы в этом он зависел от любовника не полностью. По крайней мере, Акихито хотелось так думать.       И тогда в голову пришла прекрасная идея: почему бы не подзаработать частным фотодетективом? Тем более, когда-то давно Акихито уже промышлял чем-то подобным. Как ни странно, люди откликались на объявление, и Акихито получил несколько дел. В основном это были скучные просьбы проследить за неверным мужем, сбегающим из дома трудным подростком или конкурентом по бизнесу. После охоты с видоискателем за криминальным миром Японии подобные заказы казались Акихито совсем пустяковыми.       В тот день, казалось, новое дело не сильно отличалось от других, уже привычных для репортёра. Фотографа нашёл молодой парнишка по имени Кио. Тамура Кио, как он, заливаясь краской, тогда представился. Ничего примечательного: невысокий, худенький шатен, возрастом на пару лет младше самого Акихито, но в общении приятный, смекалистый, хотя чрезмерно стеснительный и робкий. Тем не менее, они тут же нашли общий язык.       Новым заданием для Акихито оказался домовладелец Кио. Неприятная личность, судя по описанию. По крайней мере, скотская — это точно. Намудрил что-то с документами семьи Тамура, и сейчас самому Кио, его отцу и двум младшим сёстрам грозит если не выселение, то немалый штраф. Полиция и репортёры официальных издательств отказали помогать в этом деле. Парнишка же был уверен, что его отец не мог так серьёзно ошибиться, а значит, домовладелец нечист на руку. Собственно, найти подтверждение этому и стало миссией вольного фотографа. Если получится доказать незаконные махинации домовладельца, то документы будут пересмотрены независимыми сторонами.       Однако чем больше Акихито и Кио через объектив фотоаппарата погружались в жизнь этого человека, тем запутаннее казалось дело. Молодой журналист следил, дёргал за ниточки, шёл по следу и в результате начал понимать, что вороватый домовладелец всего лишь подчиненный кого-то гораздо более могущественного, а Кио — далеко не единственный пострадавший. И однажды в объектив фотокамеры попало лицо этого человека.       Уэно Масаши, так его звали. Достаточно немелкий бизнесмен. Именно от него и начинались все схемы махинаций с документами на дома. Кио смог разузнать, что за последние годы его случай — один из многих. И все несчастные семьи объединял именно этот человек — Уэно.       У Акихито, благодаря весьма богатому и разнообразному опыту, некая внутренняя антенна сама настраивалась на людей, которых следует опасаться. И сейчас Такаба совершенно ясно чувствовал, что за невинными с виду встречами и действиями Уэно Масаши таится что-то явно криминальное.       Чем дальше закручивалась история на фотоплёнке, тем решительнее, как ни странно, становился Кио. Акихито определённо нравился этот парнишка и его желание разобраться во всем до конца. По крайней мере, они уже зашли очень далеко.        — Я осторожен, — наконец ответил Акихито, нахмурившись глядя в лицо Асами. Разговор определённо поворачивал в неприятное русло.       Мужчина сел и, облокотившись о спинку кровати, достал сигарету. Щелчок — и в комнате повеяло запахом табака.        — Правда? Уж не ты ли собрался в некий «Кэйдо» вечером?       Акихито недовольно засопел.        — Ты не знаешь, что в постели курить опасно?       Асами хмыкнул, но в его сосредоточенных глазах не было ни капли веселья.        — Не переводи тему, малыш.       Как он вообще обо всём узнаёт? Акихито с таким трудом раздобыл ценную информацию о том, что следующая встреча Уэно произойдёт в ночном клубе под названием «Кэйдо». Именно туда и собирались направиться Акихито с Кио завтра... вернее, уже сегодня вечером.        — И что? — насупился фотограф. — Если это не касается тебя, то к чему весь разговор?       Асами обманчиво лениво стряхнул пепел с кончика сигареты.        — Я повторяю. Не лезь в это.       Акихито почувствовал, что начинает злиться. Вся его жизнь была целиком заполнена Асами. Присутствие и вмешательство этого человека окружали со всех сторон, пропитывали и обволакивали, словно липкой паутиной, практически не давая сделать вдох. Акихито всеми силами пытался не утонуть в болоте по имени Асами, барахтался, но опасная трясина уже давно затянула его как минимум по шею. Они ссорились по этому поводу, но всё неизменно заканчивалось или страстным сексом, или очередной попыткой побега. Но Акихито всегда возвращался, не в силах вырваться из этого замкнутого круга. Да и не знал, может ли. Или действительно хочет. Он привык и — прощал. Но беспрекословно мириться с этим никогда не был намерен.        — Объясни, — упрямо потребовал Акихито. — Я не понимаю.       Глаза Асами сузились. Акихито хорошо знал этот взгляд, от которого непривыкших людей тут же бросает в холодный пот.        — Не стоит связываться с этими личностями. Ты не понимаешь, во что втянул тебя этот наивный глупый мальчишка.       В обычной ситуации Акихито, возможно, попытался бы отшутиться или пойти на попятную, но в этот раз дело касалось не только самого Акихито, но и Кио. И сейчас Асами хочет запретить ему завершить дело, на которое было потрачено так много времени и сил?        — Прекрати! — вздыбился фотограф. — Я же сказал, что буду осторожен!        — Ты этого не знаешь.        — И что? Мне бросить всё и никуда не идти?       Асами затушил окурок о пепельницу и провел рукой по безупречно уложенным волосам.        — Вполне. И не бесись так. Найдешь другое дело.       Акихито на секунду потерял дар речи.        — Ты просто издеваешься надо мной!       Это было уже слишком. Наплевать на всё только потому, что так сказал Асами?! Акихито знал, что якудза имел в виду именно это. Вот только молодого фотографа такое положение дел ни капельки не устраивало.        — Угомонись, малыш.       Этот спокойный, властный, чуть скучающий взгляд. Полнейшая уверенность в том, что, в конце концов, всё будет именно так, как хочет его обладатель.        — Ты не имеешь права решать это за меня, — возмутился Акихито, чувствуя, что его начинает потряхивать от злости.       Асами поднял бровь, и в следующую секунду Акихито оказался вжат в спинку кровати. Лицо мужчины нависло совсем близко, и молодому фотографу на секунду показалось, что от напряжения между ними сейчас посыпятся искры. Сильно схватив пальцами за подбородок любовника, Асами спокойно произнес:        — Ошибаешься, Акихито. Имею. — Золотистые глаза смотрели чуть насмешливо и внимательно, но затем снова стали совершенно непроницаемыми. Акихито сглотнул. В конце концов, никогда не знаешь, чего ожидать от этого человека. В это время, не сводя пристального взгляда и даже не моргая, Асами продолжил: — У меня сейчас много дел, и я не собираюсь отвлекаться, чтобы присматривать за тобой и тем, как ты находишь приключения на свою задницу. Так что будь добр, воздержись от влезания в неприятности. Ты меня понимаешь?       Акихито с разочарованием почувствовал, что снова начинает проигрывать эту игру в гляделки. Да и, чего таить, молодой журналист понимал, что Асами настроен решительно. И не собирается отступать. Как всегда, в общем-то. Тот скорее посадит его в квартире на цепь хоть на весь день, чем позволит ослушаться.       Было обидно, но Акихито понимал, что якудза в чём-то прав. Фотограф уже понял, что ничего хорошего от таинственного Уэно Масаши ждать не стоит. И если уж сам Асами Рюичи предупреждает его об этом, то дело может оказаться еще более серьёзным.       Не выдержав напора, Акихито отвёл взгляд.        — Ладно.       Асами, похоже, не был до конца убеждён.        — Пообещай мне.        — Обещаю, — буркнул Акихито. — Слезь с меня, тиран.       Асами улыбнулся — чуть-чуть, кончиками губ, совсем незаметно, и откинулся на спину.       Акихито, натянув до подбородка простынь, демонстративно отвернулся. Этот мужчина имел над ним поразительную власть. И знал, как и когда ей пользоваться.        — Вот и хорошо, малыш.       Может, и так. Акихито недовольно засопел, когда его волосы потрепала широкая ладонь, однако сильная рука, обнявшая его сзади и властно притянувшая к тёплому торсу, и не собиралась никуда деваться.       Гроза миновала. Но в очередной раз победа досталась Асами Рюичи.