Смерть и борец с ней

«У молодых самоубийство - мольба о помощи, у стариков - только мольба о смерти». (с) Антоний Кэмпиньский

*POV Эрни*

Неужели я так быстро сдаюсь? Голова раскалывается, внутри все болит, словно мои органы вывернули наизнанку. Руки дрожат, я вижу длинный, странной формы синяк на предплечье. Ссадины щиплет. Горький ком подступает к горлу, а сердце быстро бьется в груди. Хмурю бровями от неприятного ощущения во лбу. Дыхание сбито, а в зеркале вижу, как расширились зрачки. Мне страшно. Но имею ли я права бояться собственного решения? В руки небрежно высыпаются таблетки. Беленькие такие, маленькие. Вся пачка теперь пуста. Лекарство летит в рот и с потоком воды, которой я их запиваю, отправляются блуждать по организму, изничтожая его изнутри. Я знаю для себя точно: это правильный выбор. Другие начали бы кричать и критиковать его, но мне не до их мнения. Для себя я все решил. И решений не изменяю. ― Я ложусь спать! ― кричу я родителям. ― Не тревожьте меня, пожалуйста, на протяжении дня! Чувствую, что голос дрожит, захлопываю дверь, а затем падаю на кровать. Сейчас усну, а во сне умирать не больно. Ну, так говорят… Предсмертная записка лежит на столе: «В моей смерти прошу никого не винить. Спасибо вам за все, дорогая семья». Страх сжирает душу и сознание со всех сторон. И как можно уснуть, ощущая такое? Нет, нет, это же просто невозможно! Невыносимо преодолеть такую боязнь и погрузится в сон. Я отгоняю мысли о сожалении прочь. Все последние дни походов в школу заканчивались слишком трагично, чтоб жалеть сейчас. Истерика. Что-то изнутри срывается и рвется наружу. Жмурюсь, чтоб по щекам не потекла слеза. Скупая мужская слеза... Я не должен позволить себе даже сейчас, в последние минуты, так недостойно себя вести. Девушки часто хнычут, но парням нельзя реветь. Отец всегда так говорил. Нужно принимать все с гордостью и честью, даже если речь идет о собственной гибели. Но он бы точно разозлился, узнав о том, что я наложил на себя руки. Я уже не увижу его гнева. Я был так рад, так счастлив, когда мысли закончились... Когда странная белая пелена накрыла и унесла меня в своих объятиях куда-то. Куда? В небытие. В спокойное, теплое, забытое всеми и одинокое место, где есть такие же как я, но где их и нет. Только вот резкая боль превратила это забвенье в черную тучу, что сковала и словно рвала на части тело. Что ж, надеюсь: тебя эта новость обрадует, Броди. *** Неужели я все еще жив? Я проснулся, оглядываясь вокруг. Все еще в своей комнате, только вот что-то в ней не так. Кажется она какой-то нечеткой, словно во сне. А под ногами какая-то странная дымка, похожая на туман. Причем зеленоватый, как сделанный из травы… Я поднялся. Впереди я увидел кого-то, кто жутко испугал своим видом. Похоже это существо было на традиционную смерть, в черном плаще, с косой; капюшон полностью прикрывал лицо. Однако руки не походили на кости скелета. Это были человеческие, обтянутые кожей, только очень бледные кисти, крепко сжимающие длинную и тонкую рукоять косы. ― Кто ты? ― спросил я у незваного гостя, а затем обернулся назад и увидел свое же тело со стороны. До меня дошло, что оболочка, в которой я сейчас нахожусь, прозрачная. Я призрак, вышедший из своего бывшего тела? ― Проводник душ. Или же, в другой интерпретации: «смерть». ― Ты пришел, чтоб провести меня в мир иной? Я умер? ― Можно и так сказать, ― голос у «смерти» монотонный, без эмоциональный. Но не басистый. Мужской, молодой и даже приятный. ― Я отправлю тебя на «суд». Там определят, куда твоя душа достойна попасть. Внезапно я услышал за своей спиной биение крыльев, как у птицы. Но звук был такой громкий, что явно принадлежал какому-то гигантскому существу. ― Зачем ты здесь? ― недовольным тоном спросил проводник душ. ― Не смей вмешиваться, это не в твоем праве. Я обернулся и увидел за спиной настоящего ангела. Белокурого, чертами лица очень похожего на себя. Но глаза у него только были голубые, а у меня зеленые. И губы чуть тоньше, да и ростом он был ниже. Похоже, что даже младше. Но так только казалось. Ведь внешность бывает обманчива. За спиной были большие и прекрасные крылья. Мягкая белая перина, твердое основание… Он сложил их как птица, подойдя. ― Я пришел, когда услышал, что час Эрни пробил. И пришел я просить за него, ― сказал мальчишка. ― А кто ты? ― подал голос и я, сгорая от любопытства. ― Твой ангел-хранитель, который всегда был рядом с тобой. Анж, ― улыбнулся блондин очень доброй и мягкой улыбкой, от чего мне внезапно стало так легче на душе. ― Это, конечно, удивляет. Такая любовь хранителя к подопечному, что ты даже решился прийти сюда. Но твоя роль сыграна, я прошу тебя уйти и не мешать мне, ― заупрямилась «смерть». ― Эрни не заслуживает, как самоубийца, попадания в Ад! Он чистый и невинный ребенок с добрым сердцем, он и мухи не обидел за свою жизнь. ― Ты поздно спохватился. Все кончено. Скоро его сердечко остановится и перестанет гонять кровь по телу. Он почти мертвец. ― Не думаю, смотри, сюда уже идет его мать! Это шанс. Ничего не потерянно, если ты лишь не уведешь… ― Это моя работа, ― перебивает его проводник душ. Я не знал, что будет, наблюдая за странным "небесным" спором. Я был готов смириться с участью, какой бы она не оказалось. И мне вынесли мой приговор, мой ангел спас меня, эти существа начали свою, незаконную в их мире игру. Ведь оба уходят от своих настоящих обязанностей ради какого-то простого смертного… ― Тебе будет дан срок на месяц. За этот месяц ты должен искупить свою ошибку неограниченным количеством добрых дел, а в его конце ты таки умрешь, но естественной смертью, попадая, при соблюдении всех условий и без новых прегрешений, в Рай. Все это время я буду рядом, чтоб в конце забрать твою душу, ― сказала «смерть». ― Почему? Я же не хочу… Меня перебил Анж: ― Пожалуйста, не заставляй меня жалеть о том наказании, что ждет за преступление правил нарушителей, ― он очень внушительно глянул на меня и я сразу кивнул. ― Хорошо. Я сделаю все так, ― Я понял, что связался с силами высшими над человеком и здесь не могу иметь собственного слова. Ведь в отличие от них двоих я лишь человек. Жалкий человечишка…