Удача любит рыжих. И неприятности тоже

      Я крадусь под покровом ночной темноты. В руках у меня , которую я собиралась подбросить в Даэрону. И, откровенно говоря, мне было жалко лягушку.       Завершив своё чёрное дело с подкидыванием лягушки дориатскому менестрелю, я спокойно пошла спать. Нет, лягушку всё же жалко. Правда, пока я подкидывала лягушку, меня видели двое эльфов, но, заметив, что я подкидываю жительницу озера синде, клятвенно пообещали молчать. Главное - не спалить всю контору завтра своей довольной моськой.       Встала я с хорошим настроением, а вот Даэрон - нет. Это лицо, полное гнева, я не забуду никогда. Сделав самое невинное лицо, я собиралась исследовать окрестности, но Маглор огорошил меня новостью о том, что через час мы уезжаем.       Добрая эльфийка Лэйтэ отдала мне свои штаны, рубашку и жилетку, так что я была готова к поездке. Но, когда меня подвели к лошади, я, мягко говоря, была в шоке.       Для начала я осмотрела лошадь с трёх сторон (подходить сзади я боялась), поняла, что не залезу на неё, а если и за лезу, то просто напросто свалюсь. Это-то из Дориата я ехала на одном коне с Маблунгом. - Леди, вам помочь? - спросил один из эльфов, который внимательно наблюдал за тем, как я осматриваю лошадь. - Было бы не плохо, - ответила я. - Подсадить?       На это я лишь пожала плечами. - Вы не умете ездить на лошади? - искренне удивился нолдо. Я кивнула. - Но как же так?! - Мне было семь, когда я последний раз каталась на лошади, - честно призналась я. - И меня катала тётя. - Научим, - с улыбкой пообещал эльф и усадил меня на лошадь. - Не бойтесь, леди, Имирин - одна из самых спокойных лошадей. И, да, любая лошадь чувствует страх своего наездника, - говорил это эльф с какой-то нежностью, поглаживая морду Имирин. Заметив мой любопытный взгляд, нолдо взял мою руку и начал гладить лошадь по шее, затем отпустил мою руку и удовлетворённо кивнул, наблюдая, как я уже сама поглаживаю Имирин по шее. - Спасибо, - искренне поблагодарила я нолдо. Эльф ушёл и подошла Маэдрос и Маглор. Эльфы сели на своих коней. - Но, - приказала я лошади, вспоминая тётеньку, которая меня катала. А потом, подумав, тихо шепнула. - Норо лим, Имирин.       Ай да я! Ай да я! И пошла ведь Имрин. Ура!       Нельо и Кано лишь улыбались, наблюдая за моим детским восторгом. А я гордилась собой.