C'est le bien qui fait mal quand tu aimes

Дом встретил нас мерцанием всевозможных свечей, что были расставлены по всей комнате гостиной. Она была довольно большой и почти уютной. Изящная мебель, украшенная прихотливой резьбой и позолотой, на потолках и стенах различная лепнина и резьба. На полу — узорный паркет и ковры-гобелены, огромные зеркала в резных рамках на противоположной от входа стене, огромная роскошная люстра в центре гостиной. Уютный диванчик напротив горящего камина. Все это дополнялось различными фигурками и статуэтками. Но резким контрастом были стены. Они были темно-зелеными, почти изумрудными с серебряными узорами. Как раз из-за них гостиная и казалась мрачноватой. Немножко освежить, и комната будет самым уютным местом на земле. Герр прошел глубже в гостиную и одним движением сбросил с себя камзол на диванчик. Он подошел к камину, на котором стоял графин с какой-то янтарной жидкостью. Интуиция подсказывала мне, что это далеко не яблочный сок. - Будете?- через плечо бросил мне хозяин дома, указывая на графин. Меня обуяли противоречивые эмоции во главе с возмущением. - Вам не кажется, что такие напитки не положены дамам? Как вы вообще посмели... - Довольно!- резко повернувшись, прервал он меня.- За этот вечер вы многое пережили, и стаканчик крепкого виски Вам не помешает. Я снова хотела возразить, но тут же осознала, что не стоит. - А знаете, Вы совершенно правы,- к великому удивлению моего собеседника выпалила я. Я подошла практически вплотную к герру, взяла у него из рук сосуд и наполовину наполнила содержимым стоящий тут же на камине стакан. - Антонио,- я на мгновение остановилась, снова поставив графин на камин и упершись взглядом куда-то в стену,- я вас так и не поблагодарила за помощь. Спасибо,- я подняла взгляд на своего спасителя и, ухватившись за стакан, одним глотком опустошила его. Жидкость буквально прошлась лавиной по горлу, и я закашлялась. - Что же Вы творите, Наннерль? Это ведь виски,- услышала я укоряющий голос Антонио и почувствовала его руку на своей спине. - Фрида!- тут же крикнул он куда-то в сторону.- Принесите, пожалуйста, стакан воды для нашей гостьи. Спасибо. Где-то за стеной послышались торопливые шаги, и через минуту в комнате показалась тощая молодая служанка с ярко-рыжими волосами. Она несла в одной руке хрустальный графин, а во второй металлический кубок, покрытый, видимо, серебром. Приблизившись к нам, она наполнила чашу водой и протянула мне. Я благодарно улыбнулась, принимая спасительную жидкость из ее рук. Оставив графин на уже упомянутом камине, Фрида вышла из гостиной, предварительно кивнув своему господину. Я же разом опустошила кубок с холодной водой и уже было потянулась за кувшином, чтобы снова наполнить его, но тут мой взгляд привлекла одна маленькая деталь. На камине, отливая всевозможными цветами, лежал крупный осколок разбитой вазы. - Антонио, что это?- не отводя взгляд от предмета, я машинально потянулась к нему. - Осторожно, порежетесь!- вскрикнул герр и схватил меня на полпути за запястье. Немного жесткое движение через миг ослабло, а мужчина перевел взгляд на меня. - Помните день, когда я разбил вазу?- я кивнула.- Тогда вы взяли мою руку,- он, рассматривая, нежно переместил свою руку от моего запястья к ладони и усмехнулся:- такая же холодная, как и тогда... Вы приложили ее к моей груди,- он притянул к себе мою ладонь,- и сказали, что "если сердце болит, то оно живое". Вы перевернули мои мысли, Наннерль,- я перевела взгляд на собеседника.- Вы ушли, но ваши слова остались в моем сознании по сей день. Я убрал осколки, но не смог выбросить этот,- он кивнул в сторону камина.- Самый большой. Я оставил его как напоминание о том дне. - Ох, Антонио... - Напоминание о том дне,- как ни в чем не бывало продолжил герр,- когда вы открыли мне глаза. Когда подарили надежду,- он умолк. - Надежду на что, Антонио? Но в этот момент скрипнула дверь, и в комнате появилась Фрида. Я перевела взгляд на нее, но руку не высвободила. - Господин, г-н д'Иппольд здесь,- объявила она и отошла чуть в сторонку. В гостиную немного поспешным шагом вошел Франц. На мгновение его взгляд задержался на моей руке что лежала на груди у Антонио. - Ma cheri...- немного сконфуженно начал он, но закончить ему не было суждено. - Все хорошо, Франц,- я перебила его и, высвободив руку, повернулась к нему.- Герр Сальери подоспел вовремя. На мгновение мы ввели в заблуждение отца, но он не глуп. Он не оставит попытки разлучить нас. Я говорила и как будто не верила своим словам. Так ли я уже держалась за Франца? Насколько сильно я бы страдала от разлуки с ним? Нет, Наннерль, ты любишь его, ты рвешься к нему, ты, несмотря на скрытые угрозы отца, в темноте улиц мчишься к нему. Но это было несколько мгновений назад, до разговора с одним немного мрачным, но неожиданно нежным герром. Чертов осколок, он не мог так резко перевернуть все с ног на голову. - Хорошо, милая, если ты говоришь, что все в порядке, так оно и есть,- произнес Франц и протянул ко мне руки. Я помедлила, но всё-таки приблизилась к нему и сдержанно обняла. Что, дьявол меня побери, со мной происходит? - Сальери, Антонио,- обратился Франц к герру, который стоял убрав руки за спину и наблюдал за нами, как мне показалось, несколько ревностным взглядом.- Мы вам крайне признательны и хотели бы выразить вам свою благодарность. Возможно, финансовым способом...- мой спутник потянулся к внутреннему карману своего сюртука. - Нет,- довольно резко отрезал Антонио. Мне показалось, он даже посчитал данное действие оскорбительным.- Я не приму от вас ни монеты. Я уже получил все, что мне требуется,- он упёрся взглядом в меня,- ваше спокойствие, Наннерль, возможно, временное, но я рад, что смог помочь вам. Он поклонился, развернулся и пошел к двери, что находилась за его спиной. У самого прохода он остановился и слегка повернул голову к нам. - Останетесь на ночь у меня. Наннерль, утром скажете отцу, что засиделись у своей подруги Мари, а когда собрались уходить, полил дождь и она предложила остаться, на кое предложение вы согласились,- только сейчас я заметила, что за окном бушует гроза.- Я уже отправил ей послание. Фрида покажет вам ваши покои,- служанка, тихо стоявшая за нашими спинами, кивнула.- Надеюсь, вас все устроит и эту ночь вы проведёте как дома. - Благодарю, Антонио,- ответила я слегка склонив голову. Герр ещё раз бросил на меня взгляд и скрылся за дверью. - Следуйте за мной,- тихо сказала Фрида и направилась к двери, за которой скрылся Сальери. Миновав ее, мы попали в коридор с ещё несколькими дверями. - Это дверь в комнату господина, - мотнула она головой, когда мы проходили возле резной двери,- а это ваша, мадемуазель,- Фрида подошла к соседней двери и открыла ее. Моему взору предстала небольшая, но очень уютная гостевая комната. Ее стиль соответствовал дому, но стены были светлые, с оттенком персикового.- Признаю, это самая уютная комнатка в этом доме. Я улыбнулась девушке и ступила в комнату. Франц же озадаченно посмотрел на рыжеволосую, на что та ответила: - Ваши покои находятся рядом с покоями мадемуазель. Пройдёмте же, а потом я вернусь к вам и помогу приготовиться ко сну,- она посмотрела на меня и, сделав книксен, продолжила путь к комнате Франца. - Доброй ночи, ma cheri, - прошептал он и, взяв мое запястье, поцеловал его внутреннюю сторону, а затем и ладошку. - Доброй ночи, Франц,- тихо ответила я и улыбнулась на его действия. Молодой человек ещё мгновение держал меня за руку, а потом, на последок сжав ее, последовал за рыжеволосой служанкой. Я же закрыла дверь своих покоев и присела в мягкое кресло, что стояло близ входа. Ноги не держали, мысли путались. Я не могла понять, что со мной происходит. Ещё сегодня перед ужином я готова была сорваться с места и бежать, мчаться к ненаглядному Францу. Сейчас же я, уткнувшись взглядом в одну точку, думала о хозяине этого дома, о его карих глазах, в которых попеременно плескались то некая злость, то нежность, то ревность... Да кто ему дал позволение на подобные чувства? Ох, если бы не осколок, не было бы ни откровений со стороны Антонио, ни моих мучительных мыслей... Поток моих мыслей прервала Фрида, которая пришла помочь мне приготовиться ко сну. И уже буквально через четверть часа я лежала в теплой постели, под песню дождя за окном с одной мыслью проваливаясь в сон. О карих глазах хозяина этого дома.