Domination (Доминирование)

      Бэтмен перехватил кисть Джокера, вольно гуляющую по его броне, и сжал её, отодвинув от себя; другой рукой ухватился его за волосы, потянул их вверх, заставляя повиноваться движению, после же повернул Джокера к себе спиной. Щека последнего прижалась к прохладной поверхности стола, а поврежденные губы снова растянулись в улыбке. Его глаза самым внимательным образом следили за Бэтменом.       Брюс вновь плотно прильнул к человеку под собой и приблизился к уху врага. Тот затаил дыхание и стал ждать последующих действий Бэтмена.       — Джокер? — тихо, но все же не ласково произнес Брюс.       — Да-а-а, — протянул безумец, поворачивая голову в сторону источника звука.       — Знаешь, что я хочу сейчас сделать? — таинственным голосом продолжал Бэтмен. Он дотронулся до ушной раковины Джокера и, слегка касаясь кожи, провел губами по его щеке.       — Кажется, я догадываюсь... — подавляя последующий смешок, отозвался мужчина. Он повернул голову, попытавшись поймать губы Бэтмена, но тот, отстранившись, прижался с другой стороны. Его руки обхватили бедра сухопарого человека и крепко сжали их, что совсем не являлось проявлением ласки.       — Что же? — опаляя раскаленным дыханием шею Джокера, спросил Брюс.       — Ты хочешь, чтобы я это сказал?       — Да. Скажи это.       Джокер перестал дышать — в его голове мысли без конца сменяли друг друга. Он начинал понимать, что то, что сейчас происходит, — не сон и ему ни в коем случае не стоит сбивать настрой своего врага, который по неизвестным причинам неожиданно превратился в сердцееда. Он решил, что кто-то слишком сильно ударил Бэтмена по голове, и, посмеявшись про себя от пришедшей в голову мысли, воспользовался моментом.       — Давай, Бэтс, возьми меня прямо здесь, на этом столе, — усмехнулся Джокер. Ему пришлось заставлять себя сказать эту фразу, потому что от возбуждения он практически потерял способность произносить слова. — Трахни меня...       Три дня и десять часов до этого.       Брюс нередко ворочался в постели не в силах уснуть, одолеваемый мыслями о своем долге, о своих врагах — и о своих способах борьбы с ними. Подход к каждому из них индивидуален: с кем-то приходится драться не на жизнь, а насмерть; с кем-то необходимо проявлять хитрость и ловкость; с некоторыми же достаточно и одного грозного взгляда.       Бэтмен хорошо изучил своих врагов и в большинстве случаев знал, как ему следует бороться с ними, оставаясь при этом Темным Рыцарем. Но, к сожалению, не всегда — далеко не всегда — его методы оправдывают себя. Некоторые враги слишком жестоки, слишком непредсказуемы, слишком безумны для него. Их не так много — можно припомнить любого, — но всегда первым вспоминался Джокер. Он был тем человеком, который идеально сочетал в себе все перечисленные качества в изумительных пропорциях. Он из тех людей, которых один раз увидел — и больше никогда не сможешь забыть. Всегда, с той самой первой встречи, Джокер занимал в голове Бэтмена особое место. Ведь он не просто человек — он настоящий псих, на которого не действуют ни кулаки, ни угрозы — ничего, практически ничего.       Брюс проводил немало времени, думая, каким именно образом ему стоит доказать свое превосходство, как ему следует продемонстрировать сумасшедшему клоуну, что, даже если тот убивает, сеет хаос и ведет себя, как скотина, — это ничего не значит. Что Джокер должен помнить свое место. Бэтмен знает, что он зависим только от одного: от так называемого веселья. И это особое веселье доставляет ему именно Бэтмен. Иных вариантов не существует.       Брюс прекрасно видел четкую связь между этими двумя фактами, но решиться воспользоваться данным обстоятельством никак не мог. Он не мог заставить себя пойти на такое уже немалое количество лет: по каким-то неоднозначным причинам ему казалось это ненормальным и полным абсурда.       Но время идет, все меняется — с каждой новой встречей Брюс понимал, что ему немедленно нужно что-то менять в борьбе с этим невменяемым, потому что данные встречи оставляли после себя слишком много невинных жизней. Джокеру все равно, кто именно погибает, но Бэтмен постоянно страдает от этого. Герою следует одолеть врага, пока это не превратилось в бесконечную ходьбу по кругу.       В одну длинную ночь Брюсу пришло возможное решение этой, казалось бы, неразрешимой задачи. Медленно, после долгих часов раздумий, он вдруг осознал, как ему продемонстрировать Джокеру не только свою физическую силу, но и психологическую. На первый взгляд это может показаться смешным — но все гораздо, гораздо сложнее.       Доминирование — древняя форма самоутверждения, к которой прибегают почти все живые существа на Земле со сложной социальной структурой. Бэтмен вдруг представил себе картину, как он доминирует, подчиняет себе Джокера — и сразу дернулся, отметая странную мысль. Это не совсем то, что можно сделать с клоуном, пусть даже животные и активно пользуются всякой представившейся им возможностью доказать свою власть. Для них это — просто жизнь. А для людей? Может ли так же поступить Бэтмен?       Доминирование — естественное занятие, благодаря которому выстраивается иерархия: становится ясно кто — ведущий, а кто — ведомый. И если вспомнить, что Джокер — псих, то доказать, что ты главный, поначалу может показаться простой задачей, но как раз именно безумие Джокера все осложняет. На него не действуют простые методы — такие, как удары, например, — с ним нужно зайти гораздо дальше.       Снова перевернувшись на другой бок, Брюс глубже задумался над этим. Возможно, здесь есть некий смысл, но остается только один вопрос: получится ли?