But you know me: I like being all alone, and keeping you all alone.

      Я проснулся ранним утром, заметив, что мы так и уснули в том же положении, даже не переодевшись в домашнюю одежду. Я не стал будить парня, лишь осторожно слез с кровати, пытаясь не беспокоить его сладкий сон, и, забрав свою верхнюю одежду, вышел из квартиры. Родители Патрика тоже ещё спали, так что никто даже не заметил моего исчезновения. Но это было нормальным явлением. Я часто уходил не попрощавшись, ведь все всё равно знали, что я в любом случае вернусь обратно. Но сейчас было примерно пять утра, и я шёл по заснеженым улицам в дом, который я и своим с трудом мог назвать.       Пройдя по небольшому дворику, обнесённому низким белым забором, я вставил ключ в скважину и повернул. Услышав щелчок, я толкнул дверь и прошёл внутрь. В доме было темно, как, наверное, и должно быть таким ранним зимним утром. Родители спали в своей комнате, и я тихо прошмыгнул в спальню, скидывая обувь и пальто по дороге. Упав на кровать, я достал телефон и проверил расписание ближайшего кинотеатра, зайдя в интернет. Самый ранний сеанс на нужный фильм был ровно в обед, так что у меня было достаточно времени, чтобы подготовиться.       Около часа я искал, что мне надеть, и в итоге остановился на толстовке All Time Low, которую Патрик подарил мне на прошлый день рождения, зауженых чёрных брюках и темно-синих потертых вансах. Ещё около часа я потратил на то, чтобы уложить волосы и привести себя в порядок. В последнее время мне приглянулась чёрная подводка, которую я носил довольно редко, но она шла мне, будто я уже родился накрашенным. И не говорите мне, что косметика не для парней. С подводкой я выглядел сногсшибательно, и никто не мог поспорить с этим.       Я снова зашёл в интернет, чтобы проверить стоимость билетов, затем взял денег сразу на два, потому что, раз уж Патрик идёт в кино со мной, платить за себя я ему не позволю. Так же я взял немного денег на поп корн, или может ещё что-то, что захочется купить. В общем-то мой бумажник до краёв был наполнен зелёными бумажками. В деньгах я не был ограничен. Всё, что родители не хранили на карточках, лежало дома в определённом месте. Они называли это «мелочь на ежедневные расходы», но сумма, в принципе, была приличная. Карманных денег мне не давали, просто позволяя брать столько, сколько мне нужно. С одной стороны, это хорошо, потому что я мог не отказывать себе ни в чем, но с другой стороны, я не хотел стать таким же, как другие дети богатеньких родителей, я хотел сам обеспечить себя в будущем, не полагаясь на семью.       Поэтому на каникулах я обычно работал, а зарплату, которая оставалась, откладывал на будущее. Возможно, я поступал не очень умно, потому что всё равно тратил деньги родителей, но всё же я чувствовал себя лучше, осознавая, что хоть какие-то копейки я зарабатывал честным трудом.       На часах было 8:15, и я не знал, чем себя ещё занять. Родители уже встали и ушли на работу, даже не поинтересовавшись, завтракал ли я. Кстати, действительно, я ведь не завтракал.       Заглянув в холодильник, я увидел, что там, как говорится, мышь повесилась. Родители редко ели дома, предпочитая дорогие рестораны, так что это было вполне ожидаемо. Я решил, что мне в любом случае нужно занять чем-то время, и, взяв ещё немного мелочи, пошёл в магазин. Находился он буквально через пару домов, так что дорога была недолгой. Походив между полок минут пятнадцать и расплатившись за свои покупки, я вернулся домой с десятком яиц, бутылкой молока, пачкой муки и пакетиком молотой корицы. Слава богу, соль и сахар дома всегда были. Не могу назвать себя отличным поваром, но на блинчики с корицей я вполне был способен.       Закончив с завтраком, я вновь взглянул на время. До выхода у меня было ещё минимум полтора часа, так что это время я убил за приставкой. На пару с Nintendo оно летело быстро, и я даже не заметил, как на циферблате уже было 10:50. Перед кино у меня оставалось пара дел, которые были запланированы ещё вчера, так что сначала было принято решение пешком дойти до цветочного магазина. Не знаю, зачем я это делал. Иногда мне просто приходило что-то в голову, и я воплощал это в жизнь, не задумываясь, нужно ли это вообще, и к чему это приведёт.       Войдя в цветочный магазин, я стряхнул с плеч пальто мягкий снег, который сейчас шёл на улице и попросил у миловидной девушки, стоящей за прилавком, чтобы она объединила все розы, какие есть в магазине, в один большой букет. Она, конечно, удивилась, и постоянно повторяла, как же повезло моей девушке, но я не слушал её, уже набирая номер такси. Назвав адрес, по которому должна подъехать машина, я стал ждать, пока девушка закончит, слегка улыбаясь, чтобы она не подумала про меня ничего плохого. Букет получился действительно огромным. Девушка, Карен, как я уже успел узнать, ведь она была довольно болтливой, сделала так, что самые тёмные цветки располагались посередине, а ближе к краю были светлые, образовывая градиент, и выглядело это очень красиво. Карен завязала последнюю ленту, и как раз в этот момент на мой телефон пришло оповещение о том, что машина ждёт меня у выхода. Я расплатился за букет и попросил девушку помочь донести его до машины, потому что он был таким огромным, что я ничего за ним не видел.       Водитель был в шоке, ведь он явно не подозревал, сколько цветов ему придётся везти. Я расположил букет на сидении так, что меня даже не было видно за ним с другой стороны, и машина тронулась с места. Мы подъехали к дому Патрика. До сеанса было ещё полчаса. Я набрал номер парня и сказал, чтобы он выходил. Я отключился прежде, чем он успел начать возмущаться по поводу того, что я ушёл и даже не разбудил его утром.       По дороге я объяснил водителю, что всё, что он увидит и услышит будет шуткой, а цветы — часть моего небольшого представления, чтобы ещё больше не травмировать адекватного мужчину. Кажется, он всё понял, и, улыбнувшись, махнул рукой мол «будь, что будет».       Я вышел из машины, отходя в сторону подъездной дорожки, и в этот момент Патрик как раз выходил из дома. Он выглядел просто потрясающе в своём светлом пальто. Шапки он не носил, и его белокурая чёлка была частично зачесана назад. Сегодня он впервые вышел на улицу без очков. Наверное, он наконец заказал себе линзы, которые так давно хотел. Я не мог оторвать от него взгляда, он выглядел так, будто спустился не с третьего этажа, а прямиком с небес. Наверное, я преувеличиваю, но Стамп и правда был вылитым ангелом. Взяв себя в руки, я выпрямился и улыбнулся, жестом указывая на машину, получив в ответ удивленный взгляд парня и еле-заметную улыбку. Мы прошли к машине и я открыл дверь, представая в роли джентльмена, и парень реагировал нормально, пока не увидел, что находилось внутри. Замешкавшись, всё-таки он сел в машину, и я закрыл за ним дверь, садясь с другой стороны. — Ну что, молодые люди, куда едем? — водитель оказался неплохим мужчиной, решил подыграть, и это было мне только на руку. — На свидание, — произнёс я, широко улыбаясь и глядя на Патрика, который уже начал краснеть от стыда. — В кино или ресторан? — он действительно неплохо помогал своими вопросами. — В кино, на любимый фильм моего любимого человека, — я подмигнул Стампу и подвинул букет так, чтобы он оказался на его коленях. Парень смутился ещё больше, и опустил взгляд, не проронив ни слова. Так же молча он сидел и не реагировал на мои подколки всю дорогу. А когда мы подъехали, он тихо спросил, что же он будет делать с таким огромным букетом.       Действительно, я об этом не подумал. Цветы могут не дожить без воды до того момента, как мы пойдём домой, да и букет слишком большой, чтобы таскать его так долго. Но я на то и я, чтобы из любой ситуации найти выход. Приметив золотое кольцо на левой руке мужчины за рулём, в моей голове тут же родился план. Я вытащил из середины букета три самых тёмных розы: чёрную, темно-синюю и бардовую, и протянул их Патрику. — Это для моей прекрасной леди, — произнёс я. Парень принял цветы, но ничего не ответил, вновь смутившись. Я чмокнул его в щеку, а затем обратился к водителю, протягивая ему оплату за дорогу, — остальные цветы оставляю вам. Подарите их своей жене, ей будет приятно.       Он не стал спорить, ограничившись кивком головы, и мы с Патриком вышли из машины, направившись в сторону кинотеатра. До сеанса оставалось совсем немного, и очереди уже не было, так что мы сразу подошли к кассе, у которой сидела прелестная темноволосая девушка с большими выразительными глазами. — Нам на места для поцелуев, — улыбнулся я девушке. — Пит, это уже слишком, — прошептал парень и пихнул меня в бок, покраснев, а девушка усмехнулась и выдала нам два билета. Я наигранно поклонился и она прикрыла рот рукой, а её щеки порозовели. Всё таки я был чересчур обаятельным засранцем. Патрик же уже был красным, словно помидор, но я ещё не закончил свою игру. — Что ещё угодно моей принцессе? — спросил я, когда мы отошли от кассы. — Я х-хочу, чтобы ты перестал так делать. Я могу ещё п-понять, когда ты вытворяешь подобное наедине, но не позорь меня п-перед другими людьми, — заикаясь пробубнил он, и я понял, что победил. Я широко улыбнулся и хлопнул в ладоши. — Итак! Сеанс через пять минут! Поэтому сейчас мы покупаемых колу, попкорн и быстрее двигаем булками к залу! — воскликнул я, подняв указательный палец вверх, показывая, что это не обсуждается.       Фильм был действительно стоящим. После того, как он закончился, всю дорогу до дома, которую мы решили пройти пешком, Патрик не замолкал, восхищаясь съемкой, сюжетом и любимыми героями, а я выслушивал его мнение, молча наслаждаясь его компанией. Во время показа я не лез к нему и не отвлекал от просмотра, а Патрик не отводил взгляда от экрана, в то время как я не отводил взгляда от него. Он был слишком увлечен фильмом и не замечал, как я пялюсь на него, ловя каждый восхищённый вздох и каждую малейшую улыбку.       После сеанса мы ещё пару часов побродили по местному торговому центру, в котором был любимый магазин Патрика со всякими фигурками, комиксами и прочей атрибутикой. Он, конечно же, сказал, что только посмотрит и ему ничего не нужно, но я видел, как он смотрел на Человека-Паука от Funko Pop. Так что, как только он отвлёкся на какой-то комикс, я быстро подошёл к кассе и купил ему фигурку. Разумеется, я получил свою благодарность, но только после тонны возмущений и раздраженных возгласов о том, что он хочет вернуть потраченные деньги, потому что я не должен его обеспечивать как какую-то содержанку.       Когда мы, наконец, дошли до дома Патрика, на улице уже начинало темнеть. Всё таки сейчас была зима, и солнце заходило очень рано. Я уже хотел попрощаться с парнем и пойти домой, но тут в кармане моего пальто заиграла знакомая When I Come Around, и я достал телефон из кармана, не глядя на экран приложив его к уху. — Солнышко, мне нужно, чтобы ты ещё на одну ночь остался у Патрика, — голос мамы был наигранно-нежным, и с моего лица в момент стёрлась улыбка. Стамп заметил это и его взгляд стал обеспокоенным. — Ладно, без проблем, — ответил я и сбросил вызов, не дожидаясь её дальнейших слов про «хорошо покушай» и «ложитесь спать не позднее десяти». — Можешь остаться, если хочешь, — печальным голосом сказал блондин. Он сразу понял, что случилось, и ему было жалко меня. Но я не хотел, чтобы он меня жалел, так что я натянул улыбку и обнял его, похлопав по плечу. — Пойдём, холодно тут стоять, — я потянул парня за руку, и мы вместе зашли в подъезд, затем поднявшись на третий этаж и пройдя в квартиру. С распростёртыми объятиями нас встретила миссис Стамп, и моё настроение действительно немного улучшилось. Патрик молча протянул ей цветы, которые уже начали слегка подсыхать, и в ответ она поцеловала своего «чудного сыночка» в лоб, тут же начав бегать по дому в поисках вазы, в которую можно поставить розы. Мы с удовольствием поужинали, ведь кроме поп корна мы сегодня ничего даже не перехватили.       Уже в комнате Патрика, мы не стали включать ни телевизор, ни компьютер. Патрик сидел на кровати, облокотившись о стену и читал какую-то книгу, а я лежал, положив голову ему на колени. Мои ноги свисали с края кровати, а на животе расположилась гитара, струны которой я тихо перебирал, прикрыв глаза и наслаждаясь мелодичными звуками. Я бы хотел, чтобы этот момент продолжался вечно. Сейчас мне было так хорошо и уютно, и я был бы не против на всю жизнь остаться в этой комнате, лёжа на коленях этого парня, который был для меня самым дорогим, что только есть на свете, хоть и не подозревал об этом. Я был для него лучшим другом с дурацким чувством юмора, который постоянно подкалывал его и защищал от хулиганов, в то время как он для меня был всем. Он был целым миром, и я бы отдал всё на свете за то, чтобы провести вечность наедине с этим скромным, начитанным ангелочком. И сейчас в моей голове крутились те самые слова, которые я говорил ему так часто, что они не имели для него того самого значения, которое я вкладывал в них каждый раз, и сейчас момент был идеален для того, чтобы в очередной раз озвучить свои мысли. — Я люблю тебя, Патрик, — произнёс я тихим голосом, перестав дергать струны и взглянув на парня, увлеченного каким-то интересным рассказом. Он оторвал взгляд от чтива и посмотрел на меня так, как мог только он, и в моём сердце не осталось места для переполняющих его чувств. Губы блондина тронула лёгкая улыбка, а я только и мечтал, чтобы коснуться этих прекрасных губ своими. — Я знаю. И я тоже тебя люблю.