Артиникида

*** –Бежим. – Ник хватает меня за руку, рывком поднимая на ноги, и я послушно выполняю его указание. Сердце стучит, в ушах шумит, ноги сами несут меня вслед за парнем. Тонкая прядь его волос, собранная в хвост на затылке болтается со стороны в сторону на каждом шагу. Всё время забываю, какие у него длинные волосы, хотя, сейчас это волнует меня в наименьшей мере. В голове не прекращаясь звучит успокаивающее «он не станет нас трогать, я ему живым нужен». Но, а как же Ник? Что если его сейчас зацепит и всё? Фелан справится с Артуром и Серафимой, а потом придёт за мной. Честера я вообще не учитываю, но если он попадётся под руку, а он попадётся, так как за «хозяина» своего точно не задумываясь жизнь отдаст, то Фелан наверняка и на него своих «зарядов» не пожалеет. Чёрт, как же мы выпутаемся-то, мне самому уже жутко интересно…а ещё страшно! Впереди показался какой-то небольшой овраг, где можно было в принципе укрыться, если бы мы, разумеется, убегали от обычного человека. Тут же наверняка не глазами нас отслеживали, а значит прятаться бесполезно, ведь… к моему удивлению именно в этот овраг Ник и пихнул меня, приземлившись рядом. Нас неплохо скрывали густые ветки кустарников, в то время как нам в принципе было не сложно разглядеть происходящее. Пока мы сломя голову бежали в поисках укрытия, Фелан уже успел атаковать половиной своих смертоносных шариков (в их смертоносности я предпочёл не сомневаться). Артур в свою очередь умудрялся отбивать каждый, не позволяя им коснуться его тела. Он владел своим оружием в совершенстве, хоть оно, скорей всего было символическим, так как извлёк он его как-никак из воздуха, однако сама по себе катана не несла бы особой ценности, если бы ею попусту размахивали со стороны в сторону. Толку с того, что оружие магическое, если не умеешь им пользоваться? А вот серебристоволосый умел. Его ловкие манёвры и точные удары выглядели со стороны очень красиво, как в самурайском боевике. Шарики взрывались, едва столкнувшись с лезвием, однако что-то подсказывало мне, что считать это нашей победой пока не стоило. Фелан ведь мог в любой момент увеличить количество «зарядов» вдвое, в то и втрое, и тогда уже никакое владение боевыми искусствами не послужит стопроцентной защитой. Я с тревогой наблюдал за каждым движением Артура и не мог не заметить, как Серафима всё это время держится рядом с ним, словно прячется за щитом, обеспечивающим ей надёжную защиту. Но настолько ли надёжную? Наверняка девушка не хуже меня понимает, что скоро это уже не будет её спасать. Тогда почему она всё ещё там? Почему не бросилась бежать, как мы с Ником? Да, возможно это было бы подобно предательству, но она ведь ничем Артуру не помогает? Ещё немного, и погибнут оба, разве это рассудительно? Чёрт, о чём я думаю, нельзя чтобы кто-то вообще погибал! –Мы можем им как-то помочь? – тихо, словно нас отсюда могут услышать, интересуюсь у лежащего рядом парня. –Больше ничем. – Коротко отвечает он, не сводя глаз с происходящего. И что это значит? Что сидеть и не высовываться это всё, что мы можем? А как же его дар? Он что, будет спокойно смотреть, как его друзей убивают? Или это их очередной план? Не знаю…не понимаю… лучше и пытаться не буду. Снова перевожу взгляд на схватку, что сейчас в самом разгаре. Артур продолжает отбиваться, как вдруг…рука с катаной дрогнула и очередной шарик оставил тонкую полосу на руке серебристоволосого. Схватившись за место, что скорей всего сильно болело или ужасно пекло, он окончательно опустил оружие. На губах Фелана мелькнула зловещая улыбка и клубящийся улей новых «зарядов» поднялся над его головой. Неужели это…конец? –Нет! Не смей вредить хозяину! – это было выкрикнуто так громко и так отчаянно, что донеслось и до нашего оврага. Хвостатый, быстро подскочивший к Артуру, заслонил его своим телом и уверенно посмотрел в глаза врагу, словно пытаясь прожечь в нём дырку взглядом. Фелан на мгновение растерялся, наверняка напрочь забыв о существовании этого красноволосого чуда, и в это же самое мгновение я едва уловил, как метнулась в его сторону тень, которую выдавали лишь светлые волосы, развивавшиеся вслед за ней. Серафима рывком преодолела расстояние между ней и парнем в балахоне, не успевшем что-либо сообразить. Пока он пытался перенаправить свой «улей» в её сторону, девушка уже оказалась у него за спиной и рывком дёрнула за капюшон, накинутый на голову Фелана. Фиолетовая чёлка качнулась, позволяя мне с моего расстояния рассмотреть лишь шрам под правым глазом, а затем Серафима, обогнув парня, взглянула ему в глаза. Тяжело было разглядеть такие мелочи, но мне показалось, будто губы девушки шевельнулись, произнеся лишь одно короткое слово. Миг – и «улей» погас. Ещё мгновение, и парень, вспыхнувший малиновым пламенем, протяжно закричал во всё горло, падая на колени. Я ничего не успел понять, лишь ошарашено смотрел, как за считанные секунды истлевает тело нашего врага в этом необычном ярком пламени. Он мёртв? Всё кончено? Мы в безопасности? Всё произошло настолько быстро, что я даже не успел осознать, что мы одержали победу. –А говорил, трижды не попадётся… – усмехнулся поднимающийся с земли Ник, и я заметил что-то странное, проскользнувшее в его голосе. Что-то…женское? Бред, мне, наверное, просто почудилось…от нервов… –Что…произошло? – поинтересовался я у Ника, всё ещё не до конца придя в себя. Последовав примеру парня, я тоже встал на ноги, отряхнув грязь с колен. – Что она сделала? –Ничего особенного. Всё самое главное сделал Ник. Не успел я удивиться, растерянно глядя на собеседника, как воздух передо мной будто бы начал таять, давая мне понять, что передо мной вовсе не собеседник, а…собеседница. Да уж, всё-таки не почудилось… *** Фургон неприятно трясло на каждой небольшой яме, но за полчаса я уже успел к этому привыкнуть. Меня даже начало клонить в сон, но что-то едва уловимое всё же не позволяло сознанию окончательно отключиться. Наверное, это был пережитый стресс. Из-за него хотелось спать, и он же заставлял сердце колотиться, гоняя кровь по венам быстрее. Я всё ещё продолжал складывать в голове кусочки мозаики, дабы сообразить, как же они умудрись так качественно всё провернуть? Ник и Серафима поменялись местами. Причём сделали они это ещё тогда, когда спрятались всей гурьбой от меня, ну и от Фелана, разумеется. Кое-что они всё же соизволили мне объяснить. Какая-то волшебная штука, которую они называют «оком» прячет нас всех под своей защитой. Однако она же и создаёт помехи внутри этой защиты, так называемого «купола». Поэтому все, кто попадает под «купол» на своё особое чутьё полагаться уже не могут, пользуясь разве что глазами и ушами, как обычные люди. Вот так и Фелан попал под его действие, поэтому они и решили банально спрятаться, чтобы провернуть этот манёвр с маскировкой. Выходит, Ник с самого начала был Серафимой, а Серафима – Ником? А я и не заметил. Хорошо сыграли, не прикопаешься. Хотя, возможно для богов смерти это проще простого? По крайней мере, для Ника играть никогда труда не составляло… Дальше, насколько я понял, главной целью Ника в обличии девушки было подобраться как можно ближе к Фелану и посмотреть ему в глаза, подчиняя своей воле. Всё остальное было лишь отвлекающим манёвров. Им необходимо было поменяться местами по той простой причине, что от Серафимы никто удара не ожидал, а Ника близко бы не подпустили, зная о его способности. Вот и выходит, что всё было просчитано до малейших деталей с самого моего пробуждения и смерти нашего врага. Даже ранение Артура, как оказалось, было подстроено им же самим, да и Фелана он старался вывести из себя лишь чтобы тот в ярости окончательно потерял бдительность. Только Честера никто не подговаривал – парень и без того всё сделал бы только так и никак иначе, от него другого и не ждали. Выходит лишь я один ничего не знал? Ну, Фелан не в счет, его с нами уже нет. Всё это было театральной постановкой, где мне посчастливилось оказаться единственным зрителем. Не скажу, что мне не понравилось, но всё-таки становится немного не по себе от мысли, что обвести меня вокруг пальца им при желании ничего не будет стоить. Вот и думай, как верить им после этого? Такие ли они мне друзья, какими притворяются? Может, куда правильнее было бы пойти с этим странным типом в балахоне? Может, тогда мне не угрожала бы смерть в скором будущем? Не знаю… в любом случае сейчас думать об этом уже поздно. Да и не уверен я, что хочу от них уходить. Даже если с ними мне предстоит в итоге погибнуть, вряд ли где-то я ещё найду для себя второго такого, как Ник… От одних воспоминаний о вчерашнем вечере я вздрогнул, подпрыгнув на сидении, так как в этот же момент мы ещё и проезжали очередную кочку. Что это такое было тогда? Что на нас обоих нашло? Точнее, что нашло на меня? На счет брюнета я даже думать не хочу, всё равно не угадаю. Может, он подчинил меня своей воле? Точно. Я ведь посмотрел ему в глаза! Но… почему он тогда так не хотел, чтобы я это делал? И почему ничего сразу и не произошло? Мы вели себя вполне нормально, а потом… потом он начал со мной играть и у меня сорвало крышу. Было так хорошо, так приятно. Я ни черта не понимал, но всё равно не хотел, чтобы он останавливался. Только вот что это было в самом конце? Как это понимать? Он слишком заигрался и не заметил, как перешёл черту? Или же это была не игра вовсе? А может наоборот, было спланировано даже это? Специально, чтобы меня позлить. Посмотреть на мою реакцию? Ох Ник-Ник, ничего я о тебе не знаю. И с каждым днём это «ничего» кажется мне всё большим и большим… –А почему мы раньше машину не взяли? – прозвучал в тишине салона вопрос, который я и сам бы хотел задать, да передумал. А задал его никто иной, как виновник всех моих мыслей за последнее время. –Я ожидала чего-то подобного. – Ответила блондинка, сидящая за рулём. Когда шёл разговор о том, кто поведёт фургон, выяснилось, что водить транспорт из присутствующих умеет одна лишь Серафима. Остальные даже ни разу и не пробовали. – Если бы мы попали в засаду на авто, то вряд ли смогли бы так просто справиться с проблемой. «Просто» значит? То есть поменяться местами, запудрить всем мозги, рисковать жизнью, изображая то уверенность в себе, то страх, подставляться под удар – это называется «справиться просто»? Боюсь даже представить, что в её понимании сложно… –Но мы ведь потеряли столько времени. – Возмутился брюнет, сидящий у другого края салона и выводивший пальцем какие-то узоры на окне, опёршись лбом о стекло. –Обезопасить себя того стоило. Не волнуйся, я всё просчитала. – Успокоила его девушка. Да уж, кто бы сомневался… – Время, которое займёт наша дорога, было с расчетом пешего пути, так что у нас ещё будут часы в запасе, если дальше всё пойдёт гладко. –Главное слово «если». – Добавил Артур, расположившийся рядом с водителем. Честер в свою очередь уселся посредине, восторженно глядя на дорогу, слегка покачивая красными хвостиками. –Как скоро отшельники спохватятся? – поинтересовался Ник. –Думаю достаточно нескоро. – Ответил за Серафиму серебристоволосый. Впрочем, кому конкретно предназначался вопрос, всё равно было не понятно. – У них нет привычки постоянно связываться друг с другом и докладывать обстановку. Зачастую каждый действует в одиночку ради собственной выгоды. Каждому хочется, чтобы похвалили только его одного. –А кто у них во главе? – Судя по вопросам парня, он об этих отшельниках не так уж много знает. Что же, хоть что-то у нас с ним общее. –Насколько я понял тогда, при первой нашей встрече, лидером у них является Доминик, что меня не особо удивляет. Он самый сильный из тех, кого я знаю лично, однако я не уверен, что именно он самый главный в этой, так сказать, операции. –Доминик, это тот, с белыми волосами? – не удержался я, вмешавшись в их разговор. –Да, он самый. – С какой-то неохотой подтвердил Артур, а затем презрительно добавил: – Кровожадный идиот… –А я думал, отшельники все кровожадные. – Ник усмехнулся, продолжая смотреть в окно. –Плохо же ты их знаешь… – Арон запрокинул голову назад, вглядываясь в потолок. –Поправка: я их не знаю вообще. – Уточнил брюнет. О том, насколько Я их не знаю вообще, предпочитаю промолчать. –Мнение, что изгнанным богам доставляет удовольствие отнимать жизнь – ошибочно. – Решает всё же объяснить серебристоволосый. – Конечно, со временем все деградируют и высшие существа – не исключения, однако во всём есть свои пределы разумного. Убивать, чтобы выжить, убивать, чтобы стать сильнее, убивать, чтобы приобрести власть и могущество – всё это можно понять. Но убивать ради собственного удовольствия – это уже проявление человеческой природы, не находишь? –Ты имеешь ввиду то маниакально желание отнимать жизнь, что появляется у лишившихся рассудка? – в голосе брюнета отразилось лёгкое удивление. –Именно. – Подтверждает Артур. –Но… – парень на секунду задумался, а палец, елозящий по стеклу замер на месте. – Это ведь удел людей – так легко ломаться. Разве сознание бога смерти может дать трещину? –Кто знает… Из любого правила есть исключения. – Серебристоволосый оглянулся на Ника, как-то грустно улыбнувшись. – Ты ведь сам меня считал съехавшим с катушек? Так знай, бывают и серьёзней сдвиги. –Признание наличия проблемы – первый шаг на пути к её решению. – На губах брюнета появилась ухмылка. –Ник, перестань, мы ведь уже говорили об этом! – вмешалась Серафима. –Да ладно тебе, – успокоил её Артур, – каждый волен остаться при своём мнении. Считает давать второй шанс заслужившим его – удел психов, я не смею его винить. В конце концов, нас всех этому учат с рождения. Он лишь говорил так, словно ему действительно не обидно, однако я не смог не заметить этот невинный жест, когда рука Артура мягко легла на красноволосую голову и ласково потрепала и без того растрёпанные хвостики. И я и Ник поняли, что это означает – он ничуть не жалеет, что спас мальчишку. Ухмылка на губах брюнета бесследно исчезла. –Я надеюсь, мы не собираемся возвращаться к этому вопросу, м? – голос водителя звучал устало. – У каждого здесь есть слабые места, на которые при желании можно надавить. Дальше мы ехали молча. Атмосфера в салоне была какая-то напряженная, но разряжать её никто не спешил. Скорей всего каждый размышлял о своём, а о чём именно явно не моего ума дело. Да и к тому же мне пока и своих проблем хватает. И одна из этих проблем сейчас мирно сидит себе у окна и уже в сотый раз выводит что-то невразумительное на холодном и не особо чистом стекле. Вид у Ника при этом совершенно умиротворённый, словно и нет у него поводов для беспокойств и переживаний. Думает ли он о вчерашнем так же, как и я? Волнует ли его это? Пытается ли он разобраться в себе в этот самый момент? По виду и не скажешь…хотя, кто знает, как сейчас выгляжу со стороны я сам…