Раз-два-пейринг

Раз. Счастливые молодожёны увлечённо выясняют, чья школа круче. Процесс протекает с переменным успехом, походу системы магического образования обеих стран претерпевают радикальные изменения. Два-десять. Счастливые супруги увлечённо меряются извилинами. Процесс начинает напоминать войну плаща и кинжала, походу Министерства Магии обеих стран упраздняют комнаты мозгов ввиду морального устарения. Одиннадцать. Каким боком мозгосекс ведёт к продолжению рода, не знает никто, даже счастливые супруги, но потомок появляется. Допустим, сын. Двенадцать-двадцать. Гарри Крам растёт и мужает в условиях непрекращающихся боевых действий между родителями. Походу у мамы в проекте появляется ещё один потомок. Двадцать один. В одиннадцатый ДР Гарри получает два приглашения на учёбу. Война родителей за будущее его, любимого, стремительно приобретает эпические масштабы. Двадцать два. Жить хочу! – Понимает Гарри и сбегает из дому с папиной дохой, маминой энциклопедией, сумкой с чем-то загадочно дребезжащим и позвякивающим и ручным песцом Стрёмом. Двадцать три. Открывай ворота, настоятель! (с) Гарри молотит в ворота Шармбатона и просит политического убежища. Ворота открываются. Двадцать четыре. Обеспокоенные родители молотят в ворота Шармбатона и требуют выдать им беглое чадо. Двадцать пять. Ворота, опять же, открываются, и Олимпия Максим на совсем понятном французском объясняет этим диким людям, что с Дону, т.е из замка выдачи нет, и вообще, Смирительная Рубашка Жана Бодена уже решила судьбу парня. Двадцать шесть. За широкой спиной мадам Максим стремительно дичают изысканные интерьеры и накрывается изящная магическая механика, ибо юный гений высидел-таки в пробирке Пивза Второго Неизгонимого и осуществляет пилотный запуск. Песец Стрём страхует с земли. ЗЫ. А дома новорожденные Тонкс (это имя) и Минерва Крам увлечённо пускают слюни на арсенал малолетнего террориста, т.е. юного волшебника, ранее принадлежавший брату.