Иное место

POV Марие

      На пути мы попали в пробку. В машине повисла напряженная атмосфера. Леви не любит задержек и промедлений. Чаще всего у него составлен план, хотя бы на ближайшую неделю. Это-то мне в нем и нравится. Он никогда не меняет планов и четко им следует, исключая сегодня. Поэтому я безоговорочно могу на него положиться, ни о чём не беспокоясь.       Но всё же мне частенько не хватает безумств, которые совершает Бэль. Леви скуп на это, точнее он никогда не поступает так, это претит его природе. Будь он, не побоюсь употребить крепкое словцо, «с ебанутостью», то был бы кем-то другим, но не собой. А Орабэль без её фирменного безумства, не она.       И в этом я убедилась, когда мы были в Италии на берегу Адриатического моря, ну, как на берегу, мы взяли катер и с проводником отправились на морскую прогулку. Когда Бэль завидела вдалеке дельфина, она сиганула в воду, ошарашив меня и нашего провожатого. Уплыла недалеко. А через несколько минут она орала нам, что это не дельфин, усиленно гребя в сторону катера. Забравшись, эта безумная, говорила что-то о не дружелюбности акул, заливисто хохоча.       И тогда я поняла что значит «с ебанутостью».       А Леви не такой он не делает ничего не разумного, не делает глупостей. Мне с ним комфортно. Родственная душа. И я рада, что повстречала именно его. Хоть порой он и выражает свои чувства неумело… зато в такие моменты он выглядит милым. Но об этом я ему никогда не говорю. Он будет раздражен. Назвать Леви «милым» значит поколебать факт его мужественности. Это то же самое, что сказать:«По ночам, он надевает женское платье, красится и идет на улицу, на прогулку». Высшее из оскорблений…       Но иногда я жалею о том, что у него такая важная работа, которая требует от него бросить все дела и примчатся, если понадобится. Я часто провожу время в ожидании, и это выматывает, от этого становится тяжело. «А вдруг он не вернется?» – проскальзывает в моей голове, временами. Это страшно. Я бываю напугана. Иногда я так хочу оказаться с ним в другом месте, где его не будет связывать «долг службы». Но это невозможно.

END POV Марие

      Ничто не вечно и заторы на дорогах тоже. После часа этой ужаснейшей какофонии машина уже рассекала дорогу. А к вечеру они прибыли в Габленц, остановившись у старого боевого товарища, Ирвина Смита, который лишился руки в очередном теракте, и которому Аккерман был обязан жизнью.       Он с женой, которая в свое время состояла в его отряде, и была заместителем, встретил гостей ещё в саду, мягко улыбаясь и предлагая пройти. Леви, уверенным шагом последовал за другом, попутно оглядывая сад. - Ты занялся садоводством? – вскинул бровь Леви. -Нет, что ты. Не думаю, что смог бы – косо взглянув на свою руку, сказал Смит. – Это заслуга Зоэ.       Аккерман понял, что допустил небольшой просчет, в отношении друга, но виду не подал, сухо спросив что-то о взбалмошности Ханджи, на что Ирвин улыбнулся и сказал, что она успокоилась, и был удостоен сомнительного взгляда нынешнего подполковника. -Вы просто оба ненормальные – скучающе протянул Леви. Оборачиваясь назад в поисках своей жены, которая уже вместе с Ханджи и Орабэль устроились в беседке, скинув тяжелые сумки почти у самых ног мужчин. Взгляд Аккермана стал таким, будто эти сумки повинны во всех бедах человечества. – Это всё твоя жена – выдержав паузу и усмиряя раздражение, добавил мистер невозмутимость. На что Ирвин снова растянулся в улыбке.       Взяв сумки, мужчины, проследовали в дом.       Время шло быстро. За разговорами никто не успел заметить, как небо окрасилось лучами предзакатного солнца. Особенно хороший вид открывался с балкона на втором этаже небольшого, сложенного из камня дома.       Было около восьми, когда Леви уехал обратно в свой дом, пообещав заехать за Марие с Орабэль в воскресенье вечером. На прощанье Мари одарила мужа едва уловимой улыбкой и скрылась в саду. Долго бродить ей не пришлось, поскольку «преступница» была обнаружена. С радостным возгласом, полным энтузиазма, к ней обращалась Бэль. -Послушай-послушай! – кричала она. – Давай отправимся на ночную прогулку с пикником в парк. Я очень хочу увидеть мост Ракотцбрюке, – выдержав паузу, безумная добавила – при свете луны!       В такие моменты она была похожа на ребенка, что не раз отмечала Мари. Глаза светились, как фейерверки. И вот смотря таким взглядом на собеседника, Орабэль просто не оставляла вариантов кроме, как согласиться на авантюру. Но Марие и против никогда не была, а наоборот, всячески поддерживала. В этом было её безумство. И под частую она развивала эти «авантюры». В этом была её не похожесть на Леви. За это он её и полюбил. Это поражало и раздражало его в ней. Такая похожая на него и совершенно иная. - А давай в палатке заселимся. Прямо рядом с мостом, а еду, а еду там приготовим, как дикари, а? – с не меньшим энтузиазмом ответила «преступница», вспомнив о куче полуфабрикатов, рисе быстрого приготовления и термосе. -Тогда надо смыться. По-тихому – как-то заговорщицки начала Бэль. – А то словят, и никуда не пойдем! – Девушка зависла на несколько минут, а потом продолжила. – Вы же с Леви уже долго вместе. Знаешь какие-то действенные уловки? -Не действует. И строго пресекается – как-то угрюмо ответила подруга. – Но он уехал уже. -Вот как… это славно – покачала головой Орабэль. – Когда солнце сядет за горизонт, а Зоэ и Ирвин лягут спать, мы пойдем.       Время до вылазки девушки провели как обычно, слушая «правильную» тишину. И никто не смел их потревожить даже общительная Ханджи, удалилась в свою комнату. Когда стихло абсолютно всё, в том числе и шарканья на втором этаже, заговорщицы встрепенулись и бесшумно направились к выходу, взяв приготовленные заранее сумки. Было десять часов. Дорога до парка, от дома Смитов занимала около получаса. Это Бэль рассчитала ещё, когда они ехали сюда, сверля взглядом то часы, то глядя на дорожные указатели, будто тогда уже хотела провернуть нечто подобное. Не то чтобы она была смелой, нет, такой она не была, но и не боялась того чего стоило бы, упорно веря, что за обедом в кафе её скорее похитят инопланетяне, чем подсядет компания каких-то подозрительных людей или произойдет ограбление, или что-то другое, реальное. Одним словом, она была странновата. Чуть-чуть. Совсем немного, как замечала она сама.       Но бывали моменты, когда безумная вдруг становилась невозмутимой, без эмоциональной и апатичной, и это была не та природная невозмутимость и без эмоциональность, как у Леви или Марие. Эти её настроения были поистине стихийны, они пугали. Девушка становилась похожа на призрак или мертвеца, словно всё потеряла, и за душой у неё ничего нет. «Рыцарь с того света» – так однажды навал Бэль сокурсник, когда увидел эти настроения на лице коллеги. И это тогда очень задело Орабэль. С того дня она больше никому не показывала эту свою сторону.       «Человек у которого всё было доведено до крайностей» – это было про неё. Поэтому Леви она не нравилась. С такими людьми было сложно, таких людей было слишком много, по крайней мере, здесь. Может быть, в каком-то другом месте их и нет. -Смотри! Ты видишь? Там мост. Тот самый мост! Эта дьявольски четкая дуга, которую не под силу построить человеку, в те времена, образует круг, отражаясь в воде! Это «Чёртов мост»! – восторженно заговорила Бэль. – А ты знаешь, есть поверье, что если в полнолуние проплыть на лодке через круг, то ты можешь открыть у себя скрытые способности… -Левитация? – перебила подругу Мари. -Да, подожди – немного возмутилась «безумная» продолжая. – Но нельзя смотреться в свое отражение или касаться воды. Ещё в 1983 в парке пропало два туриста, а до этого их видели недалеко от моста – завершила Бэль.       И это уже насторожило. Не то чтобы Марие верила в какие-то там силы, но что-то вызывало чувство тревоги или виной тому – оживлённый лепет подруги. В итоге «настороженность» была озвучена. -А тебя это не пугает? Может, стоит уйти? – впервые за последнее время, взволнованно спросила девушка. -Да, мне очень страшно… – как-то совершенно спокойно ответила Орабэль – но ты ведь со мной. Ну, и любопытно, конечно, но больше страшно. -Ладно… с тобой, действительно, не так страшно – выдохнула мисс Кляйн. -Нам нужна лодка или что-то похожее – коротко ответила Нойманн.       Поиски продлились не так долго, подруги всё-таки нашли «более или менее эксплуатируемый плот». Вскоре тот был поставлен на воду, ветер почти не дул, хотя какой толк, ведь и паруса не было. Вместо вёсел были длинные коряги, которыми, вроде как, удавалось достать до дна и оттолкнуться.

POV Орабэль

      Мне всегда нравились авантюры и эта тоже, но от неё, почему-то, мороз по коже. И подсказывает мне что-то – бежать отсюда надо, как можно быстрее. Прямо сейчас… хотя… уже поздно.       Однако открой я какую-то скрытую способность, что позволит избавиться от некоторых ошибок, то это было бы потрясающе. Я бы исправила кое-что. Или окажись я в месте, где нет этих ошибок. Думаю, что это будет какое-то иное место. Но буду ли я там?

END POV Орабэль

      Носовая часть плота уже была наполовину под мостом, луна на небосводе немного сдвинулась, а время продолжало идти.

POV Марие

      Люблю я дух приключенчества, но только когда он меня не страшит так сильно, не вгоняет в панику, но уже бессмысленно что-то предпринимать.       А если есть возможность получить какую-то способность, непременно, я бы хотела, чтобы это было безграничное терпение, которое избавит меня от тоски, когда мы с Леви далеко друг от друга.       Или оказаться с ним в ином месте, где мы будем свободны…

END POV Марие

      Когда хвостовая часть плота оказалась под мостом, а луна была ровно посередине, девушки зачарованно смотрели на неё, а потом, вдруг очнувшись, заёрзали. Марие оглянулась посмотреть на хвост суденышка, не закончил ли он свой путь, и обомлела от ужаса. Из воды к ним тянулась гигантская рука и в миг их плот был перевернут, а горе-путешественницы стали тонуть, хотя куда собственно тонуть? Но казалось, что это продолжалось вечность. Уши заложило, дыхание сперло, по телу прокатывали судороги. Это был животный страх. Страх перед неизвестностью… Что теперь с ними будет?...