Врата. Наемники.

      Глава 41. Туман.       Рори рывком вынырнула из пучины беспамятства и с непониманием смотрела на белый потолок с мягко светящим плафоном. Как она тут оказалась? И что вообще случилось? Воспоминания накатили волной и от этого апостол Эмроя заскрипела зубами, стараясь сдержать стон. Она потеряла священное оружие ее бога! Артефакт, чье древко отполировано сотнями рук прежних апостолов, и чье лезвие забрало миллионы, если не миллиарды душ… Как она могла?!... И кто, тьма возьми, эта черная девка? Ведь разрушить артефакт бога может только другой… Она – богиня? Нет, не может быть… Или может? - Очнулась? – хриплый голос Жида отвлек Рори от размышлений. – Ты как? - Честно? Отвратительно, - скривилась апостол, глядя на сидящего рядом с ее койкой наемника. – Такое ощущение, что из меня выдрали кусок души. И теперь эта дыра тянет из меня силы. - Эх, мелкая… - Жид погладил Рори по макушке, от чего девушка облегченно вздохнула. – Ну вот скажи ты мне, дураку: на кой черт ты на эту Эльзу полезла? - Не знаю, - буркнула девушка, перехватываю руку наемника и прижимая ее к щеке. – Я… Я просто потеряла рассудок, когда она сказала, что рада тебя видеть. А теперь и потеряла оружие Эмроя… - И что теперь будет? - Рори показалось, что в голосе Жида мелькнуло сочувствие. - Не знаю. Но мне надо будет скорее идти в святилище… - Сомневаюсь, что у нас это получится. Ведь… - а вот на счет ярости Рори была уверена – не показалось. - Да, фрицы... Проклятье, что же делать? Эмрой лишит меня благословения, если я в течение месяца не приду к нему. - И что? Станешь человеком? – вторая рука наемника тоже ласково прошлась по волосам, от чего девушка чуть не замурчала, отвлекаясь от проблем. - Не знаю. Но все может быть, - буркнула Рори, тихо млея. - А может, это даже не плохо? - Кто знает. Ну а ты-то как? - Нормально. Я в порядке, - хмыкнул Жид. - Уверен? Все же смерть… - Как пелось в одной хорошей песне – эту смерть я тоже переживу. Я многое пережил, так что мне не привыкать, - наемник усмехнулся и аккуратно освободил руки. – Ладно, пойду я. Ты отдыхай, приходи в себя. - А ты что будешь делать? – Рори было немного обидно, что он уходит. - Война, Рори, это не столько сражения и даже не дорога до места сражения. Это огромная куча бумаги. И хотя я бумагу предпочитаю жечь, но… это просто не помогает. Не печалься, скоро мне эта волокита надоест, и я вернусь. А пока отдыхай, - Иван неожиданно наклонился к Рори и его сухие губы тихо коснулись ее лба. – Спи. Я рядом.

***

      Премьер-министр Абе Синдзо, недавно занявший этот пост, хмурился, глядя на ответственного за Особый Регион генерала Хазаму. Тот только что закончил доклад и теперь ждал реакции. - Значит, вы потеряли два полка, танковый батальон, два истребителя и почти два десятка вертолетов? И так и не смогли узнать, кто ваш противник? - Так точно, господин премьер-министр, - на экране монитора Хазама выглядел бледно. - И выжившие вам ничего не смогли рассказать? – ядовито спросил Абе. - Никак нет. Их показания… они выглядят фантастически. И неоднозначно. - Да-да, войска в серой форме с крестами на башнях танков. Вот только Германия не имеет доступа к Вратам и форма у них такая же зеленая, как у всех. И если бы у них открылись вторые Врата – мы бы узнали тут же, Евросоюз не сможет молчать. Так что не сходится. - Да и показания разнятся, - кивнул, соглашаясь, Хазама. Сейчас для него было важным отвести грозу от себя и гарнизона, так что он был готов к насмешкам кабинета министров. – Но господин премьер-министр, прошу вас срочно прислать усиление в технике и пехоте. На всякий случай. Вдруг этот неведомый враг-крестоносец захочет напасть на нашу базу, а тут ведь Врата. Через них он, если прорвется, может устроить нам очередную мясорубку в Гинзе. И жертв будет больше, огнестрельное оружие у врага есть, пули мы из погибших и техники извлекали. Причем они именно что заводские, совпадения по калибру до сотой миллиметра. - Я понимаю ваши опасения, генерал, но вот отправить вам пехотное усиление не смогу. Только восемь танков, пять вертолетов и три истребителя – это все, что есть сейчас в наличии и свободно. Но не ожидайте их раньше десятого числа. Солдаты вам тоже будут отправлены, но не раньше июля, как только пройдет выпуск. - Господин премьер-министр, - на лице Хазамы вздулись желваки. – Прошу вас прислать токийский гарнизон JSDF в полном составе. Я уже ведь вам сказал – положение может в любой момент измениться. - И чем я буду аргументировать решение о перемещении гарнизона в сенате? Вашими байками о «крестоносцах с пулеметами»? Нет, и еще раз нет, - Абе откинулся на спинку кресла. – Довольствуйтесь тем, что есть. - Ну хоть раненых эвакуируйте. Их не много, но… - Это возможно. Я отдам приказ и надеюсь, что к вечеру у вас их заберут. И еще, генерал. Узнайте, кто нанес JSDF это сокрушительное поражение и кто посмел попирать наши интересы в Особом Регионе. Жду от вас развернутого доклада… - с этими словами премьер-министр Абе Синдзо оборвал связь с Особым Регионом. «Тупые вояки, - скрипнул про себя зубами министр. - Получили по зубам от империи и теперь травят байки о танках-самолетах, чтобы скрыть свою некомпетентность. Нужно будет выдвинуть на ближайшем заседании Сената вопрос о замене Хазамы на кого-нибудь более… компетентного. А пока… пока что никто не должен узнать об этом проколе, особенно наши драгоценные гайджины-союзники».

***

      Бозес устало смотрела на кофе-машину, которая отказывалась налить ей еще одну чашечку этого ароматного напитка. Заснуть у девушки, в отличие от принцессы, так и не получилось, так что теперь только и оставалось, что заливаться кофе, да изредка вздрагивать от воспоминаний о чудовищном нападении тех, о ком она знала только из политинформации наемника. Бозес не понимала, как те, кого уничтожили почти столетие назад, смогли вернуться. И не просто вернуться, а имея подавляющее превосходство перед, казалось бы, непобедимой армией Японии. И что теперь делать… - Бозес? – тихий голос отвлек воительницу от гипнотизирования кофе-машины. - Ваше преосвященство? Вы уже очнулись? – пред взором Бозес предстала апостол Эмроя в пижаме. - Да, пару часов назад. И, вполне возможно, я уже не преосвященство, - Рори уверенно поменяла капсулу в машине и нажала кнопку. Аппарат загудел и выдал-таки столь необходимый напиток. - Ах да, ваша оружие… Простите. Я виновата. - Ничего. Как-нибудь справлюсь. Ты сама-то как? - Ужастно, ваше пре… - Рори, если ты вдруг забыла. И давай на «ты». - Хорошо, Ро… Рори. Я… я до сих пор в панике. Ужасный враг, кошмарное оружие, легкость, с которой было совершено нападение… Я просто боюсь. Даже спать не могу из-за этого, хотя жутко устала. Не понимаю, как наемники это все выдерживают? - Это их война и они к ней привычны. То, что для нас кошмар – для них норма. Они пережили одну страшную войну, и теперь готовы к подобным ужасам этой. - Они будут воевать за нас? Правда? – вскинулась Бозес, с надеждой глядя на апостола. - Будут, но не уверена, что за нас. Японцы – за ресурсы нашего мира, кои считают своими. Ребята Жида – за деньги. - Жид… Странный человек из стали и камня… - пробормотала воительница. – Выносить такое… Потерял семерых – и даже не оплакивает… - Семерых? Как семерых? Кипешь, Тополь, Кабан, Яо, Танк, Роджер… Кто еще? – удивленно вскинулась Меркури. - Сахара. Она осталась прикрывать отход из Италики. Просто молча донесла вас до машины – и ушла. Полупустая чашка выпала из рук Рори, смотрящей на Бозес опустевшими стеклянными глазами. Эта новость стала для нее не менее страшной, чем потеря оружия Эмроя. Неунывающая Сахара – и осталась среди врагов в умирающем городе… - Ваше преосвященство? С вами все в порядке? – как сквозь вату донесся голос Бозес.       Рори неверяще смотрела на суетящуюся воительницу, вытирающую ей слезы платочком. - Подожди… - тихо прошептала Меркури. – Подожди… Может она жива. Может в плену. Или сбежала… - Верно. Да, она точно жива, и скоро мы о ней услышим… Рори слабо улыбнулась сквозь слезы, слушая утешения и надежды Бозес. И мысленно проклинала Жида, сразу не сказавшего об этой потере.

***

      Итами Юджи сидел у зенитки и смотрел на туман, белым молоком разлитый внизу. Туман был настолько плотный, что, казалось, в нем можно купаться, как в озере. Спать японцу хотелось страшно, но сон никак не шел, поэтому этот променад должен был хоть как-то успокоить нервы и, возможно, слегка взбодрить. Тихих шагов за спиной он не услышал, и из-за этого появившаяся перед носом открытая пачка сигарет стала для Итами неожиданностью. Посмотрев на державшего ее Жида, Итами молча вытащил одну. Присевший рядом наемник тоже закурил, молча глядя на светлеющий на востоке горизонт. Сейчас, сидя на станине зачехленного орудия, русский и японец были очень похожи. Похожи бледными лицами, затравленными взглядами и черными мешками под глазами. Ветерок сносил сизый сигаретный дым вниз, к медленном поднимающемуся туману. - Вот такая вот херня, Юджи, - сказал наемник. Итами на эту фразу согласно угукнул, посылая бычок вниз щелчком пальцев. Крохотный огонек маленьким метеоритом мелькнул в воздухе и утонул в белом море тумана. Говорить не хотелось. Да и не о чем было уже говорить. Все, что можно – было уже сказано.       Они еще долго сидели, наблюдая, как в небе одна за другой исчезают звезды. Рассвет на Эстерре всегда начинался рано. Четыре утра – и вот уже светает. Затянувшуюся тишину нарушил Итами: - Они нам не поверили, да? Генерал решил, что мы умом двинулись? - Я бы тоже не поверил, если б собственными глазами не видел. Человек вообще существо крайне инерционное: будет до последнего твердить, что этого не может быть. Даже когда мертвяк его будет на прицел брать. - Да... - японец выругался - Но почему он не приказал укрепления усиливать, расчеты готовить... да даже наряды не усилили! - А ты чего ждал? - Жид криво усмехнулся. - Хазама сейчас даже чихнуть не решится без санкции начальства, а пока до тех, кто на верху дойдет, что тут творится... Если вообще дойдет. Хотя... думается мне, неуязвимые фашистские танки на улицах Токио быстро прочистят им мозги. - Думаешь, до этого дойдет?       Ответить наемник не успел: быстрые шаги по гравию заставили мужчин мгновенно собраться и положить в руки на кобуры. Вскоре из-за нагромождения снарядных ящиков показалась принцесса Пина в компании своего верного рыцаря Бозес и апостола Эмроя, пребывающей в очень скверном настроении. - Жи-и-и-ид!!! Ты сволочь! – Рори бросилась на наемника с кулаками. – Ты почему мне ничего не сказал! - Про что не сказал? – Жид подивился слабости ударов кулачков девушки. - Про Сахару! Ты… Ты… Ты просто ублюдок! - Да я это никогда и не скрывал, - пожал плечами наемник, закуривая очередную «палочку здоровья». – Можно даже добавить – больной ублюдок. И это будет правдой. - Гад… Ты просто гад… И как я… Тебя… - лицо Рори скривилось и она, негромко всхлипывая, уткнулась в грудь Жида.       Некоторое время все молчали. Жид гладил всхлипывающую Рори по голове, удивляясь в который раз женской логике, Пина как будто хотела что-то спросить, но все никак не могла собраться, да и Бозес от нее не отставала. Итами же просто сидел и пялился на туман. - Ну рожай уже быстрее, - проворчал наемник, обращаясь к принцессе. - В-в-всмысле рожай? – лицо у Пины вытянулось, но вот смеяться над ней не хотелось. - Спрашивай. Я же вижу – вопросы из тебя так и прут. Ну и правильно, чего не поговорить-то? - Почему никто не собирается освобождать столицу? – выпалила собравшаяся с духом принцесса.       На это заявление Жид натурально выпучил глаза и закашлялся, подавившись воздухом. И кое-как просипел ответ: - Принцесса, а ничего, что нам там ошеломительно наваляли? И у нас просто нету необходимого количества войск, чтобы надрать задницу фрицам. Чьи силы, прошу заметить, превосходят наши не только количественно, но и, мать их, качественно. Это Сахара и Танк могли продырявить пехотинцу глаз одним выстрелом. Я же скорее весь магазин высажу, и не гарантия, что именно в глаз попаду. А в другое место им стрелять бессмысленно. Я не знаю, из чего сделана их броня, но от комплекта точно бы не отказался. Так что о каком освобождении идет речь? Нам бы самим выжить.       Принцесса от этих слов втянула голову в плечи и понурилась. Слова наемника неприятно царапнули сердце, и до Пины наконец-то дошло – Зорзал был прав. Она была нужна японцам только как удобный инструмент, которым попользовались – и выкинули за ненадобностью. - Жид… - на руку наемника легли крепкие пальцы Бозес. – Но ты ведь можешь хоть что-нибудь сделать? - Как? Я что, генерал? Или маршал? Или может президент… ну или кто там сейчас у власти… Японии? Нет, я простой наемник с шизофренией и маниакальным синдромом, социопат и мизантроп. Меня просто слушать не будут, да и просто… - Жид! – напряженным голосом позвал Итами. – Глянь-ка сюда.       Палец японца указывал на все еще клубящийся внизу туман. Наемник отпустил успокоившегося апостола Эмроя и вгляделся в белое марево. - Ничего не вижу, - после пары минут пристального разглядывания тумана констатировал Жид. – Что там было? - Я совершенно точно видел там шевеление и вроде бы человеческую фигуру, - ответил Итами. - Та-а-ак… Это уже не хорошо. Что-то мне подсказывает, что наших там быть не может. Поэтому… - договорить наемнику не дала Пина, схватившая его за руку. - Смотри! Там…       Из тумана на склон медленно поднималась человеческая фигурка. Даже с такого расстояния вполне можно было разглядеть, что это женщина и одета она в зеленое. Жид достал из кармана штормовки монокуляр, но не успел поднести его к глазу, как данный предмет был выхвачен у него Итами. - Проклятье… - просипел он. - Что такое? - Это Мари. - Эм… Кто? - Курокава Мари! Наш врач! Но… как? Как она выжила? - Ты точно уверен, что это именно она? - Да! Бледная, грязная, но это абсолютно точно Мари! - Ты же мне сам сказал, что она… - глаза Жида расширились в ужасной догадке. - Черт бы вас всех мразей подрал…       Фигурка Мари, за которой из тумана выходили и другие, рванула вперед. Одновременно заревела сирена тревоги...