В Хогвартсе.

Когда я проснулась утром, мир ещё был окутан лёгкой дымкой. Предрассветная мгла постепенно отступала, уступая место солнечному сиянию. Было всего пять утра, но с тех пор, как наш дом посетил Волан-де-Морт, я редко вставала позже. Конечно, мама бы не одобрила мой режим сна, однако её нет рядом, чтобы напоить меня чаем с парой капель сонного зелья и отправить в кровать. Готовить завтрак и будить братьев ещё слишком рано, поэтому, взяв с полки первую попавшуюся книгу, я завела будильник на половину седьмого и начала читать. Книга не была интересной, но вполне подходила для того, чтобы убить время. Закончив с последней страницей, я пошла на кухню. Сегодня мы отправимся в Косой Переулок и точно перекусим там чем-нибудь, так что лёгкого завтрака должно быть достаточно. Приготовив яичницу с беконом, я отправилась будить братьев. Из их комнаты не было слышно ни звука, но я была уверена, что они не спят. У Фреда и Джорджа тоже начались проблемы со сном, так что обычно они просыпаются так же рано как я. На стук в дверь никто не отреагировал и я решила войти. — Фред, Джордж, — глядя на них я точно могла сказать, что не ошиблась. Эти двое никогда не спят так аккуратно. — Пора вставать. Снова ноль реакции. Я улыбнулась, вспомнив, как они разыгрывали маму, притворяясь спящими так долго, как только могли. Но, несмотря на то, что это были счастливые воспоминания, они отдались острой болью под рёбрами. — Или вы встаёте, — есть только одна вещь, которую они точно не проигнорируют. — Или останетесь без завтрака! Они моментально повскакивали с кроватей. — Хэй-хэй-хэй, мелкая, обойдёмся без угроз! — они опять говорят хором. Интересно, они тренируются так говорить или это магия близнецов? — Доброе утро, если вы не забыли, сегодня мы идём в Косой переулок. — Доброе утро, маленькая мисс «я-должна-всё-контролировать», — они опредёлённо должны тренироваться, чтобы говорить так синхронно. — Завтрак на столе, будьте готовы к восьми, — я повернулась к двери и, заметив в зеркале, как они передразнивают меня, закатила глаза. Стоило мне выйти из комнаты, как они меня позвали: — Сестрёнка, — надеюсь это не то, что мне кажется. — Не поможешь нам с выбором одежды? Так будет быстрее, сама знаешь. И это именно то, о чём я подумала. Фыркнув, я согласилась и, под крики благодарности братьев, побежавших в сторону кухни, вернулась в их комнату, чтобы подготовить им одежду. Зная любовь братьев к розыгрышам в стиле «я не Фред, а Джордж», я подобрала им одинаковые наряды, чтобы упростить им задачу. Чёрные джинсы и футболки в расцветке Гриффиндора. Им должно понравиться. Решив, что с выбором обуви и носков они сами справятся, я пошла к себе. Завтракать совершенно не хотелось, поэтому я предпочла потратить время на попытки замаскировать шрам. Мне совершенно не нравится реакция людей на эту проклятую «молнию». Быстро переодевшись из пижамы в джинсы и футболку тех же цветов, что и одежда братьев, я отправилась в ванную. Скрыть белёсый след на моём лбу не получилось и я решила попробовать закрыть его волосами. Мучаясь с причёской, я вспоминала, как меня заплетала мама. Ей это так легко давалось, её руки мягко касались моих волос и без труда создавали самые разные прически. Воспоминания о матери, хоть и вызывают улыбку, отдаются острой болью, пронзающей мою грудь. Первые три дня после её смерти я не выходила из своей комнаты и всё время плакала, а сейчас, ощущая эту боль, я не могу проронинить ни слезинки, словно все слёзы закончились. Ради братьев я делаю вид, что в порядке, но всё, что я делаю, обусловлено необходимостью, а не желанием. Я знаю, что люблю своих братьев, что дорожу дружбой с Уизли, что должна радоваться поступлению в Хогвартс, но… Но всего этого нет, я чувствую себя пустой, всё, что осталось от меня и моих чувств, это боль от потери матери, пусть она и кажется больше физической, чем душевной. Я делаю всё, что делала раньше. Готовлю еду, вкуса которой я почему-то больше не чувствую, играю с братьями, читаю книги, ухаживаю за домом и садом, всё, что раньше доставляло мне удовольствие, теперь стало пустой рутиной. За этими размышлениями я не заметила братьев, пришедших в мою комнату. Только увидев их отражения в зеркале, я узнала об их присутсвии. И о том, что всё это время я просто расчёсывала волосы. — Ты как? — они выглядят такими обеспокоенными. Я не должна заставлять их волноваться. — Всё хорошо, — нужно улыбнуться и отложить расчёску. — Вы уже позавтракали? — Да, всё было вкусно, — они явно хотят сказать что-то ещё. — Ты точно… — Я в порядке, — вот и оно. — Скоро уже спущусь. Когда братья ушли, я снова взглянула на себя в зеркало и, решив оставить волосы распущенными, вышла из ванной. Отыскав в комнате небольшой красный рюкзак, на который мама когда-то наложила чары незримого расширения, и любимые балетки, я спустилась к братьям, сидевшим в гостиной и что-то агрессивно обсуждающим. — Что за шум? — подойдя ближе я увидела в руках у Джорджа Ежедневный пророк. — Девочке, победившей смерть, исполнилось одиннадцать? Откуда у них фото? — Один из очевидцев празднования предоставил, — Фреда потряхивало от злости. — Перси, — этот парень всегда хотел известности и богатства, а это хороший способ получить поддержку Пророка. — Идёт он к Моргане. Ему это ещё аукнется. Взяв у брата газету, я села в кресло у камина и открыла страницу с кроссводом. Это, наверно, единственная стоящая вещь в этой газетёнке. Пока я разгадывала, братья о чём-то шептались. Когда они поднялись с дивана, у меня появилось плохое предчувствие, но они не успели ничего сделать, так как в дверь постучали. Уизли сегодня как никогда вовремя. — Привет, ну как вы тут? Готовы? — миссис Уизли стояла впереди всего семейства. — Здравствуйте, миссис Уизли, — я проигнорировала вопросы и поздоровалась с остальными. — Привет, ребята. Отправляемся? Рон пробормотал что-то о перекусе, после чего миссис Уизли отругала его, напомнив о недавно съеденном завтраке. — Мы можем перекусить в Косом Переулке, — мне всё равно нужно будет поесть. — Можно будет сделать перерыв и зайти куда-нибуть. — Хорошо, милая, если ты захочешь, — немного странно, что ко мне она относится лучше, чем к своим детям. — Пора отправляться, а там скоро будет толпа. — Конечно, в каком порядке? — она в любом случае будет командывать. — Сначала Перси, потом Фред, Джордж, Рон, — разумеется она всё продумала. — Потом ты, Белла, и я в конце. Фред достал Летучий порох и мы, в соответствии с указаниями миссис Уизли, поочерёдно исчезли в зелёном пламени. В Косом переулке мы с Джорджем пошли за волшебной палочкой, в то время как остальные решили пойти за книгами. Зайдя в лавку Олливандера, мы с братом поздоровались, чтобы привлечь внимание мастера волшебных палочек. — О, да, — волшебник покивал головой. — Да, Я так и думал, что скоро увижу вас, Белла Эванс, — это был не вопрос, а утверждение. — У вас взгляд вашей матери. Кажется, только вчера она была у меня, покупала свою первую палочку. Десять дюймов с четвертью, элегантная, гибкая, сделанная из ивы. Прекрасная палочка для волшебницы. Мистер Олливандер приблизился ко мне почти вплотную. Мне ужасно захотелось отвернуться просто моргнуть. От взгляда этих серебристых глаз мне стало не по себе. Мистер Олливандер стоял так близко, что наши носы почти соприкасались. Я даже видела свое отражение в затуманенных глазах старика. — А, вот куда… — мистер Олливандер вытянул длинный белый палец и коснулся моего шрама. — Мне неприятно об этом говорить, но именно я продал палочку которая это сделала, —мягко произнес он — Тринадцать с половиной дюймов. Тис. Это была мощная палочка, очень мощная, и в плохих руках. Что ж, если бы я знал, что натворит эта палочка, я бы… Он отвлёкся на что-то и вновь повернулся ко мне. Внимательно меня осмотрев и попросив меня вытянуть ведущую руку, он начал измерения. Спустя какое-то время он ушёл к стеллажам и достал футляр. — Вот она! Попробуй. Виноградная лоза и чешуя саламандры. Девять и три четверти дюйма, — волшебник протянул мне палочку. Когда я взяла её в руку, палочка взбесилась и подожгла штору. — Так, хорошо. Давай её мне и я уберу её на место, — мистер Олливандер вновь скрылся, но через минуту объявился вновь. — Попробуй эту. Пихта и перо феникса. Десять дюймов ровно, очень хлёсткая, — эта палочка ничего не подожгла, когда я взяла её в руки. Но она выстрелила красными искрами. — Так, давай её сюда. Похоже ты ей не нравишься, — он снова исчез в глубинах магазина и через несколько минут появился с новой палочкой: — Может быть эта подойдёт. Кедр и волос вейлы, двенадцать дюймов, сапфир в рукоятке. Самая противоречивая палочка из всех имеющихся у меня, если честно. Она необычна тем, что вейла, отдавшая волос для этой палочки была шатенкой, да ещё и твоей прапрабабкой. Она подарила два волоса, это редкость. Когда я взяла в руки эту палочку, то она выпустила сноп золотистых искр и я почувствовала, словно палочка стала частью меня, продолжением руки. — Какая сильная связь. Никогда такого не видел. Вторая принадлежит тому, кто оставил этот шрам. Я расскажу тебе немного о твоей палочке. Если честно, то волос вейлы подходит для легкомысленных, творческих, обаятельных и интересных людей. Но такие волшебники не устойчивы в своих решениях, у них каждую минуту появляется новая идея. Такая сердцевина используется в основном в палочках девушек. Палочка с такой сердцевиной очень темпераментна. Однако, всякий раз, когда я встречаю человека с кедровой палочкой в руках, я нахожу силу характера и необычайное понимание. Мой отец, Джервейс Олливандер, постоянно говорил: «У кого кедровая палочка, того не одурачишь». И я с этим согласен: кедровая палочка находит свой идеальный дом только там, где царит проницательность и понимание. Однако я пойду еще дальше своего отца и скажу, что еще не встречал ни одного владельца кедровой волшебной палочки, у которого можно стоять на пути, особенно если вы причинили вред кому-нибудь, кого он любит. Ведьма или волшебник, которому хорошо подходит кедр, несет в себе потенциал страшного противника, который часто становится потрясением для тех, кто неосмотрительно бросил ему или ей вызов. Необычное сочетание, но, мне кажется, тебе не подошли бы эти элементы в других сочетаниях, раз эта палочка тебе подошла. Уверен, что она будет служить тебе верой и правдой. Давай я положу её в футляр, чтобы она не сломалась. Отдав магу семь галеонов и попрощавшись, мы вышли из лавки. Нас уже ждали, я удивилась, так как не думала, что мы провели в лавке так много времени. После покупки палочки мы отправились за мантиями для Фреда и Джорджа. Мантию для меня мы с мамой купили ещё в начале лета, а мантии Уизли передавались от старших младшим. Купив мантии, мы отправились за остальными предметами из списка. Перчатки из кожи дракона, оловянные котлы, медные весы, телескопы, флаконы для зелий, по совету мамы, я приобрела хрустальные. Позже мы зашли в торговый центр «Совы», где я купила большую полярную сову, в отличии от остальных представителей её вида моя сова не имела тёмных пятен. Из-за этой особенности я решила назвать её Мика, это японское имя, в переводе означает новая луна, мне кажется, что ей оно подходит. Я купила ей клетку, щётку с совком и совиных вафель. После этого мы все отправились в кафе-мороженое Флориана Фортескью, там мы с Фредом, Джорджем и Роном заказали по рожку, а Перси и миссис Уизли отправились в аптеку Малпеппера за ингредиентами для зелий, мы заранее отдали ей деньги на ингредиенты, ведь она хотела сходить туда, пока мы будем есть. Я доела раньше остальных и побежала в магазин Всё для квиддича. Там была распродажа товаров для ухода за мётлами и я приобрела большой набор. Когда я вернулась к остальным, они уже доели. Мы решили разделиться и братья отправились в лавку доктора Фойерверкуса, а мы с Роном пошли в кондитерскую Шугарпалма, где купили шоколадных лягушек, лакричных волшебных палочек и два мешка Берти Боттс. После этого мы снова отправились в кафе-мороженое, чтобы нас не потеряли. Когда все остальные вернулись, мы отправились в лавку письменных принадлежностей. Там мы приобрели пергамент, перья и несколько пузырьков чернил, ещё я купила там один пузырёк чернил, меняющих цвет во время письма. После всего этого мы отправились в банк Гринготтс, там мы с братьями взяли денег на карманные расходы. В основном, деньги брали они, ведь им в этом году уже можно посещать Хогсмит, их письма пришли в их день рождения и мама сразу подписала разрешения. Встретившись с Уизли на улице, мы отправились домой.